WWW.KNIGA.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Книги, пособия, учебники, издания, публикации

 

Pages:   || 2 | 3 | 4 |

«Ответственный редактор: О.В. Синявская Москва, 2009 УДК 314 ББК (C) 60.7 С 30 С 30 Семья в центре социально-демографической политики? Сборник аналитических статей / Отв. ...»

-- [ Страница 1 ] --

СЕМЬЯ В ЦЕНТРЕ

СОЦИАЛЬНО-ДЕМОГРАФИЧЕСКОЙ

ПОЛИТИКИ?

СБОРНИК АНА ЛИТИЧЕСКИХ С ТАТЕЙ

Ответственный редактор:

О.В. Синявская

Москва, 2009

УДК 314

ББК (C) 60.7

С 30

С 30 Семья в центре социально-демографической политики? Сборник аналитических статей / Отв. ред. О.В. Синявская. — М.: Независимый институт социальной политики, 2009. — 192 с., ил.

ISBN 978-5-903599-07-3 В сборнике представлены аналитические статьи, подготовленные по результатам научных исследований, проведенных НИСП и его партнерами на основе данных статистики и социально-демографического обследования «Родители и дети, мужчины и женщины в семье и обществе» (РиДМиЖ). В центре внимания — рождаемость, дети и семьи с детьми. Авторы статей рассматривают современные тенденции в развитии семьи, анализируют новые государственные инициативы в области семейной политики и представляют оценки их результативности, как в плане возможного повышения рождаемости, так и в отношении влияния на материально-имущественное положение семей с детьми.

Публикация адресована исследователям-экономистам, социологам, демографам — всем тем, кого волнуют вопросы динамики семьи, рождаемости, семейной и социально-демографической политики. Надеемся, что она окажется полезной политикам, представителям разных ветвей власти, бизнес-сообщества и некоммерческих организаций, занимающихся проблемами семьи, материнства и детства. Материалы можно использовать в учебно-преподавательской деятельности.

Сборник статей опубликован при финансовой поддержке Фонда ООН в области народонаселения (ЮНФПА).

Мнение авторов не обязательно отражает точку зрения учреждений системы ООН и организаций, сотрудниками которых они являются.

Полная или частичная перепечатка данной публикации возможна только с письменного согласия Независимого института социальной политики. При цитировании ссылка на издание обязательна.

© Независимый институт ISBN 978-5-903599-07- социальной политики,

СОДЕРЖАНИЕ

Предисловие.............................................. Введение..................................................

РАЗДЕЛ 1. РОССИЙСКАЯ СЕМЬЯ И ВОСПИТАНИЕ ДЕТЕЙ:

СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЙ И ПОВЕДЕНЧЕСКИЙ АСПЕКТЫ

О.В. Синявская, А.О. Тындик, Е.Б. Головляницина В каких семьях рождаются дети? Факторы репродуктивного поведения в России....................... 1. Сколько детей хотели бы иметь россияне?................ 2. Чем определялось желание родить ребенка в 2004 и 2007 гг.?..................................... 3. От чего зависело рождение ребенка в 2004–2007 гг.?........ Основные выводы....................................... И.И. Корчагина, Л.М. Прокофьева Взаимоотношения родителей и детей: условия семейной социализации............................................ 1. Влияние взаимоотношений в родительском доме на семейную жизнь респондента........................ 2. Общая обстановка в семье и согласие родителей в вопросах воспитания детей........................... 3. Распределение обязанностей по уходу за детьми в семье.... 4. Проблема воспитания детей в неполных семьях............ Основные выводы....................................... О.В. Синявская, А.С. Сухова Институциональные услуги по уходу за детьми: неравенство в доступе................................................. 1. Основные тенденции в развитии системы детских дошкольных учреждений по данным статистики........... 2. Что влияет на потребление семьями институциональных услуг по уходу за детьми?.............................. 3. Сколько тратят семьи на услуги для детей?................ 4 Содержание 4. Как семьи компенсируют недостаток институциональных услуг?............................. Основные выводы....................................... Л.Н. Овчарова Проблема социального сиротства в России и пути ее решения........................................ 1. Сколько у нас детей-сирот?............................. 2. Устройство детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей............................. 3. Основные проблемы сиротства......................... 4. Профилактика семейного неблагополучия:

рекомендации по модернизация мер

РАЗДЕЛ 2. СЕМЬЯ КАК ОБЪЕКТ И СУБЪЕКТ СОВРЕМЕННОЙ

РОССИЙСКОЙ СЕМЕЙНОЙ ПОЛИТИКИ

А.Я. Бурдяк, И.И. Корчагина, Л.Н. Овчарова, Л.М. Прокофьева, О.В. Синявская Новые меры семейной политики и их влияние на материально-имущественное положение семей с детьми... 1. Новые меры поддержки семей с детьми................. 2. Как повлияли новые меры семейной политики 3. Трудовые гарантии работников с детьми и влияние доступа к занятости на доходы семей с детьми........... 4. Результативность других мер поддержки семей с детьми, принятых на федеральном и региональном уровнях....... Е.Б. Головляницина, О.В. Синявская Отношение населения к новым мерам семейной политики... 1. Что думает население о повышении рождаемости?........ 2. Усиление государственной поддержки семей с детьми 3. Кто будет поднимать рождаемость?..................... 4. Кто и как готов откликнуться на политику?............... 5. Важны ли для населения меры поддержки

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРАХ

Бурдяк Александра Ярославовна — магистр экономики, старший научный сотрудник Независимого института социальной политики Головляницина Екатерина Борисовна — магистр социологии, научный сотрудник Независимого института социальной политики Корчагина Ирина Ивановна — кандидат экономических наук, старший научный сотрудник Института социально-экономических проблем народонаселения РАН Малева Татьяна Михайловна — кандидат экономических наук, доктор делового администрирования (DBA), директор Независимого института социальной политики Овчарова Лилия Николаевна — кандидат экономических наук, зам.

директора Независимого института социальной политики Прокофьева Лидия Михайловна — кандидат экономических наук, ведущий научный сотрудник Института социально-экономических проблем народонаселения РАН Синявская Оксана Вячеславовна — кандидат экономических наук, зам. директора Независимого института социальной политики Сухова Анна Сергеевна — магистр социологии, младший научный сотрудник Независимого института социальной политики Тындик Алла Олеговна — магистр экономики, младший научный сотрудник Независимого института социальной политики

ПРЕДИСЛОВИЕ

Демографическая эволюция и в первую очередь снижение рождаемости в конце XX в. привели большинство развитых стран к пониманию, что устойчивое социальное развитие невозможно без системы мер поддержки семей. В современной России тема снижения рождаемости и формирования эффективной семейной политики вот уже второе десятилетие также стоит весьма остро.

Последние же годы стали периодом огромных изменений в отношении российского государства и общества к проблемам демографии.

В течение предыдущего десятилетия демографический кризис лишь упоминался в «черном списке» негативных процессов, которые сопровождали институционально-экономические реформы 1990-х гг., но эта обеспокоенность не приводила к конкретным действиям. Наоборот, на кризис 1990-х гг. было списано невыполнение государством всех социальных программ, имевших своими прямыми или косвенными целями повышение демографического потенциала страны.

Во второй половине 2000-х гг. тема демографического развития стремительно переместилась с периферии в эпицентр социальноэкономической повестки государственной политики. Поворотным стал 2006 г., когда борьба с демографическим кризисом по сути получила статус национальной программы, которая носит ярко выраженный пронаталистский характер и имеет своей целью повышение рождаемости в стране. На этот раз государство не ограничилось политической риторикой, а приняло пакет мер по стимулированию роста рождаемости и социальной поддержке семей с детьми и, не медля, с 2007 г. приступило к ее реализации.

Наблюдая за изменениями последних лет, мы видим, как неоднозначна и противоречива ситуация в рождаемости, семейном воспитании, социальном развитии семей с детьми. С одной стороны — беспрецедентные усилия государства по поддержке семей с детьми: повышение целого ряда социальных пособий, введение нового мощного инструмента стимулирования рождаемости — «материнского капиПредисловие тала», создание специального института — Фонда поддержки детей, находящихся в трудной жизненной ситуации и пр. С другой — рост числа неблагополучных семей, случаев лишения родительских прав, безнадзорных детей, социального сиротства.

Чем больше мы уделяем внимание этим проблемам, тем очевиднее становится, что мы очень мало знаем о реальных процессах в российском обществе и в российской семье.

Для восполнения этой лакуны еще в 2002 г. Независимый институт социальной политики (НИСП) обратился к масштабным исследованиям, которые помогли бы пролить свет на процессы образования и распада семей, рождения и воспитания детей, социальных и экономических стратегий семей с детьми. Наши исследования — часть паневропейской программы «Поколения и Гендер», объединившей исследователей более 20 стран Европы, которые ищут ответы на вопросы, поставленные демографической эволюцией последних десятилетий.

В рамках этой программы в России уже несколько лет проводится крупномасштабное панельное обследование населения «Родители и дети, мужчины и женщины в семье и обществе» (РиДМиЖ).

В результате создана уникальная база данных о составе и структуре российских домохозяйств и о социально-экономических условиях их жизни.

Теперь слово за аналитикой. Настоящий сборник — результат научных исследований, проведенных НИСП и его партнерами на основе данных РиДМиЖ. Он включает работы, объединенные одним объектом исследования: в центре внимания — дети и семьи с детьми.

И это не только инициативные исследования НИСП, которые мы провели, опираясь на многолетний опыт работы в сфере социальнодемографического развития. Сегодня круг организаций, заинтересованных в развитии этой проблематики, чрезвычайно расширился.

Часть представленных работ была выполнена по заказу и при поддержке Министерства здравоохранения и социального развития РФ, Фонда народонаселения ООН, Фонда помощи обездоленным детям и детям, лишенным родительской ласки (Детский фонд «Виктория»), международного консорциума проекта «Социальная политика в отношении современной семьи в контексте преобразования семьи и семейных отношений» (грант INTAS) и Фонда Форда. Настоящий сборник публикуется при финансовой поддержке Фонда народонаселения ООН.

Мы выражаем благодарность всем организациям, экспертам и специалистам, которые принимали участие в реализации этих проектов.

И в заключение. Когда в 2002 г. НИСП начинал свою программу социально-демографических исследований, мы, разумеется, не могли предвидеть, что спустя 5 лет эти проблемы выйдут на первый план в системе государственных приоритетов и будут определять векторы всей государственной социальной политики. Будем считать такое предвидение исследовательской удачей. Но главное в другом: если наши исследования будут способствовать лучшему пониманию проблемы в самых разнообразных ее ракурсах и поиску наиболее эффективных решений в семейной политике, то именно это мы и будем считать своим успехом.

ВВЕДЕНИЕ

Своим появлением настоящий сборник обязан участию ряда его авторов в экспертном обсуждении социально-демографических новаций правительства на этапе разработки, а также после принятия.

Тогда зародилась идея проанализировать новые меры социальнодемографической и семейной политики1 с точки зрения реальности достижения поставленных в них целей и потенциального влияния на положение семей2 с детьми в России. Эту идею удалось реализовать благодаря уникальным базам социально-демографических обследований, которыми располагает Независимый институт социальной политики, и поддержке заинтересованных организаций.

Результаты эмпирических исследований, представляемые в этом издании, основаны на данных статистики и микроданных двух волн панельного социально-демографического обследования «Родители и дети, мужчины и женщины в семье и обществе». Первая волна этого обследования состоялась в 2004 г. (далее — РиДМиЖ–2004)3, охватив 11 261 респондента, вторая — три года спустя — в 2007 г. (далее — РиДМиЖ–2007)4, с 11 117 респондентами.

Несмотря на то, что существуют различные традиции определения этих понятий, в данной публикации мы рассматриваем семейную политику как часть более широкого понятия «социальная политика». А поскольку новые меры семейной политики 2007 г. имеют ярко выраженную пронаталистскую направленность, то в сборнике термины «семейная политика», а также «социальная» и «социально-демографическая политика» в отношении семей с детьми будут использоваться в качестве синонимов.

Также в настоящем сборнике термины «семья» и «домохозяйство» используются как равнозначные, если специально не оговорено иное.

Обследование было проведено Независимым институтом социальной политики (Москва) при финансовой поддержке Пенсионного фонда Российской Федерации и Общества содействия науке им. Макса Планка. Концепция и инструментарий обследования были адаптированы к российским условиям Независимым институтом социальной политики с участием Независимой исследовательской группы «Демоскоп» и Института демографических исследований им. Макса Планка (Росток, Германия).

Обследование проведено Независимым институтом социальной политики при финансовой поддержке Пенсионного фонда Российской Федерации, Фонда народонаселения ООН, Сбербанка России, Детского фонда «Виктория» и Фонда Форда. Концепция и инструментарий обследования были адаптированы к российским условиям Независимым институтом социальной политики с участием Независимой исследовательской группы «Демоскоп».

Статьи, вошедшие в сборник, были подготовлены в рамках научных проектов НИСП, реализованных в 2006–2008 гг., то есть еще до начала финансово-экономического кризиса. Полученные в них результаты, однако, не потеряли своей актуальности и в настоящее время.

Несмотря на то, что скорость и направление трансформации брачносемейных отношений в последние полтора десятка лет стали для многих неожиданными, семья не меняется в одночасье, а вектор ее изменений не связан однозначно с колебаниями экономической конъюнктуры, но определяется более глубокими социально-культурными и социально-экономическими процессами. Кризис и его последствия в виде роста безработицы, сокращения доходов населения и бюджетов всех уровней, безусловно, стали вызовом для социально-демографической политики. Очевидно также то, что в новых макроэкономических условиях приоритеты семей сместились с развития в различных формах, включая рождение новых детей, в сторону выживания. В этой связи не вызывает сомнения то, что под влиянием кризиса рождаемость будет расти меньшими темпами, а возможно, даже сократится.

Тем не менее большинство статей настоящего сборника рассматривает проблемы рождаемости, семей и семейной политики не только в краткосрочной, но и в долгосрочной перспективе. И кризис лишь усиливает актуальность выводов о необходимости поддерживать стабильной семейную политику и выполнять принятые государственные обязательства.

Статьи сборника объединены в два раздела. Задача первого раздела состоит в том, чтобы обрисовать читателю новейшие тенденции и проблемы развития российской семьи. Мы не претендуем на исчерпывающее освещение этого вопроса и фокусируем свое внимание на четырех основных сюжетах. Раздел открывается статьей о факторах репродуктивного поведения, которая позволяет понять, в каких семьях рождаются дети. Далее анализируются особенности семейного и внесемейного (в детских дошкольных учреждениях) воспитания детей и их возможные последствия для дальнейшего развития детей и их представлений в отношении собственных семей. Завершает раздел статья о проблеме социального сиротства, которая неразрывно связана с недостаточной семейной и внесемейной социализацией.

Второй раздел представит читателю новые государственные инициативы в области семейной политики и эмпирические оценки их результативности как в плане возможного повышения рождаемости, так и в отношении влияния на материально-имущественное положение Введение семей с детьми. Очевидно, что успешность семейной политики в немалой степени зависит от того, насколько объект этой политики совпадает с реальным портретом российских семей и насколько точно были диагностированы распространенность и глубина проблем, с которыми сталкиваются семьи. Общеизвестно, что семьи с детьми, особенно с несколькими, отличаются наибольшими рисками бедности. Поэтому способность новых мер поддержки семей с детьми компенсировать финансовые потери семей в связи с рождением детей стала предметом обсуждения первой из двух статей этого раздела. Дополнительную сложность в реализации социально-демографической политики представляет то обстоятельство, что население (семья) выступает не только объектом, но и активным субъектом этой политики, во многом определяя, к каким результатам приведет та или иная мера. Отношение населения к новым инициативам в сфере семейной политики исследуется во второй статье данного раздела.

В первой статье первого раздела О. В. Синявская, А. О. Тындик и Е. Б. Головляницина анализируют факторы репродуктивного поведения российского населения, отмечая, что наиболее популярной в сознании россиян по-прежнему остается модель двухдетной семьи.

Соответственно, политика повышения рождаемости должна быть направлена на преодоление существующего разрыва между желанием иметь двоих детей и возможностями вырастить не более одного ребенка. Споря с традиционным представлением о том, что препятствием для роста рождаемости выступают низкие доходы и плохая жилищная обеспеченность, авторы утверждают, что связь между материальноимущественным положением семьи и репродуктивным поведением не линейна и зависит от того, как относятся к предстоящему рождению ребенка близкие будущих родителей. Наибольший разрыв между представлениями о том, сколько детей должно быть в семье, и фактическим числом детей наблюдается у работающих женщин с высшим образованием, которые позже других становятся матерями. Следовательно, по мнению авторов, наиболее эффективным будет сочетание различных инструментов семейной политики, которое позволит учесть особенности репродуктивного поведения женщин с разным образовательным уровнем, трудовым и доходным статусом.

Взаимоотношениям детей и родителей в полных семьях и семьях, переживших развод, посвящена вторая статья сборника. Ее авторы, И. И. Корчагина и Л. М. Прокофьева, указывают на то, что хотя решения о том, как воспитывать детей, родители принимают совместно, нагрузка по уходу за детьми в основном ложится на мать. Явно недостаточное участие отцов в воспитании усугубляется после развода родителей, что негативно отражается на поведенческих стереотипах детей в отношении собственных семей. Исходя из того, что обеспечение регулярности выплат алиментов закладывается еще на этапе расторжения брака, исследователи убеждены в том, что взаимные договоренности оказываются гораздо более эффективным механизмом, чем все принимаемые жесткие меры против неплательщиков. Вместе с тем, полагают они, следует вводить в законодательство новые нормы, обязывающие отцов активно участвовать в воспитании детей, а также налаживать систему психологической работы с матерью, направленную на осознание необходимости совместного воспитания ребенка.

На обеспечение ранней внесемейной социализации направлена система формальных, или институциональных, услуг по уходу за детьми, основным элементом которой в России выступают детские дошкольные учреждения и прежде всего детские сады. О социальноэкономическом неравенстве в потреблении этих услуг пишут О. В. Синявская и А. С. Сухова в третьей статье сборника. Исследователи отмечают увеличивающийся разрыв между количеством и качеством подобных услуг, предлагаемых государством и рынком, и спросом на них со стороны семей. При этом вне системы институциональных услуг чаще оказываются дети из семей с низким уровнем человеческих и финансовых ресурсов, то есть как раз из тех, которым труднее обеспечить условия для раннего развития ребенка в семье. Учитывая значительные колебания числа детей в различных когортах, авторы призывают усиливать гибкость рынка услуг по уходу за детьми, дополняя создание мест в дошкольных учреждениях развитием иных форм профессионального ухода за детьми. Повышение качества недорогих государственных услуг, по мнению авторов статьи, позволит выровнять стартовые возможности детей из различных социальных групп и обеспечит инвестиции в будущий человеческий потенциал страны.

Обсуждение проблематики воспитания детей в российских семьях завершает статья Л. Н. Овчаровой, которая поднимает малоизученную и вместе с тем мифологизированную тему социального сиротства в России. Анализируя статистику этого явления, она отмечает тревожную тенденцию увеличения доли детей-сирот старше 7 лет и то, что большинство детей, оставшихся без попечения, оказались сиротами при живых родителях. Наиболее распространенными формами устройства детей-сирот являются, во-первых, опека и попечительВведение ство, и, во-вторых, институциональные учреждения. Наилучшей же, по мнению автора, и при этом достаточно распространенной формой устройства детей-сирот выступает усыновление. Исследователь пессимистически оценивает нынешнее состояние социальной поддержки и профилактической помощи семьям с детьми с целью предотвращения социального неблагополучия и обращает внимание на то, что работа по устройству сирот в семьи, будучи одной из форм преодоления сиротства, подменяет сегодня собой его профилактику. Между тем, полагает автор статьи, профилактику следует связывать с мерами раннего вмешательства и сохранения ребенка в семейном окружении без процедур изъятия из кровной семьи. Завершается статья рекомендациями по совершенствованию социальной политики с целью профилактики семейного неблагополучия.

Две последние, формирующие второй раздел, статьи посвящены оценке мер семейной политики, введенных в 2007 году. Различные аспекты их влияния на материально-имущественное положение семей с детьми подробно обсуждаются в статье А. Я. Бурдяк, И. И. Корчагиной, Л. Н. Овчаровой, Л. М. Прокофьевой и О. В. Синявской. Исследователи приходят к выводу о том, что доходы большинства взрослых членов семей с детьми, получаемые на рынке труда, не достаточны для того, чтобы содержать двух детей, обеспечивая их потребление хотя бы на уровне прожиточного минимума ребенка. При этом детские пособия, жилищные субсидии, адресные социальные пособия и иные виды помощи семьям с детьми из региональных бюджетов настолько малы, что не могут поддержать семьи в трудный период их жизни.

В этой связи авторы статьи с удовлетворением отмечают, что новые меры семейной политики привели к повышению веса пособий, выплачиваемых в связи с рождением детей и их воспитанием до 1,5 лет, в доходах адресных групп получателей до величин, рассматриваемых семьями как значимый ресурс. Позитивно оценивают они и то, что ресурсы адресованы самой бедной группе детей, находящихся в самом начале жизненного цикла. Тем не менее совокупное влияние новых мер на благосостояние семей с детьми, по мнению авторов, не способно полностью компенсировать финансовые потери, связанные с рождением ребенка, и не создает значимого прорыва в решении проблемы совмещения занятости и воспитания детей. Исследователи убеждены в том, что наряду с экономической составляющей новой семейной политики не меньшее значение имеют информационно-просветительская и общественно-политическая компоненты, меняющие отношение к проблеме у представителей государства, работодателей и общества в целом.

Тему восприятия населением новой семейной политики, в том числе в контексте информированности о новых инициативах, развивают в своей статье Е. Б. Головляницина и О. В. Синявская. Они указывают на то, что хотя большинство опрошенных полагают, что численность населения России должна расти, в том числе за счет повышения рождаемости, и одобряют усилия государства в этой сфере, этого недостаточно для того, чтобы побудить людей к существенному изменению собственного репродуктивного поведения. Вместе с тем, считают авторы статьи, сам факт значительного усиления материальной поддержки семей с детьми и высокая степень неопределенности в том, как долго будет продолжаться такая политика, подталкивают население как можно быстрее воспользоваться внезапно открывшимися возможностями.

Отсюда неизбежное смещение календаря рождений. Для того же чтобы рост рождаемости принял долгосрочный характер, крайне важно убедить население в стабильности государственного курса на поддержку семей с детьми и соблюдение выданных гарантий, даже в условиях кризиса. Кроме того, исследователи призывают к комплексной оценке мер поддержки семей с детьми в контексте более широких приоритетов государственной социальной политики. По их мнению, более эффективной окажется та семейная политика, инструменты которой будут подобраны в соответствии с определенными государственными приоритетами.

Таким образом, общий вывод из статей, представленных в настоящей публикации, состоит в том, что хотя проблемы рождаемости и семей с детьми наконец попали в число приоритетов социальнодемографической политики, новые меры в области поддержки материнства и детства следует рассматривать лишь как первый шаг. Учитывая существенное увеличение государственного финансирования этой сферы, мы полагаем, что в стабильных экономических условиях эти меры, скорее всего, будут иметь некоторое позитивное влияние на динамику рождаемости и благосостояния семей с детьми. Тем не менее за долгий период, в течение которого государство не уделяло должного внимания проблемам семьи, брачно-семейные отношения в России пережили радикальную трансформацию. В результате часть новых проблем и некоторые новые типы семей остаются вне поля зрения государства, политика которого носит инерционный характер. Исходя из этого, авторы статей, вошедших в сборник, полагают, что в условиВведение ях трансформации семьи основные принципы и приоритеты семейной политики также должны быть пересмотрены. В ряде случаев это означает совершенствование существующих, в других — внедрение дополнительных (и часто очень значимых) мер в различных сферах социальной политики. В целом, меры поддержки семей с детьми должны носить комплексный характер, реализовываться на протяжении длительного периода времени и учитывать специфические потребности семей разного типа.

РАЗДЕЛ

РОССИЙСКАЯ СЕМЬЯ

И ВОСПИТАНИЕ ДЕТЕЙ:

СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЙ

И ПОВЕДЕНЧЕСКИЙ АСПЕКТЫ

О.В. СИНЯВСКАЯ, А.О. ТЫНДИК, Е.Б. ГОЛОВЛЯНИЦИНА

В КАКИХ СЕМЬЯХ РОЖДАЮТСЯ ДЕТИ?

ФАКТОРЫ РЕПРОДУКТИВНОГО

ПОВЕДЕНИЯ В РОССИИ

Дополнительные меры государственной поддержки материнства и детства, вступившие в действие в 2007 г., прямо направлены на стимулирование роста рождаемости. Насколько успешной окажется эта политика, во многом зависит от правильного понимания того, в каких семьях рождаются дети, где существует разрыв между желаемым и имеющимся числом детей, кто и почему хотел бы рожать, но не рожает. Иными словами, с уровня макростатистики, на котором говорят программы демографического развития страны, следует опуститься на уровень семей и отдельных людей и проанализировать факторы их репродуктивного поведения.

Вставка 1. Характер используемых данных и выборка Анализ проводится на основе данных первой и второй волн обследования РиДМиЖ (2004 и 2007 гг.), как отдельно по каждому году, так и для панельной составляющей.

Выборка ограничивалась 18–44-летними женщинами, за исключением пенсионерок, длительно больных и инвалидов, поскольку их репродуктивное поведение может значимо отличаться от поведения остальных женщин, также были исключены не имевшие сексуального опыта, беременные на момент опроса и те, чье здоровье (или здоровье партнеров) не позволяет иметь собственного ребенка. Общее число наблюдений в определенной таким образом выборке РиДМиЖ–2004 составило 2641 человек, в РиДМиЖ–2007 — 2455 человек.

В отдельных случаях, оговоренных в тексте, мы привлекали к анализу данные, полученные от респондентов-мужчин не старше 50 лет.

Если использование пространственных (кросс-секционных) данных было методически некорректно из-за сильных взаимосвязей между исследуемыми параметрами, к анализу привлекались панельные данные. Панельная выборка, включающая 1812 наблюдений, строилась по тем же принципам и охватила женщин, принимавших участие в обеих волнах обследования РиДМиЖ.

Особенности репродуктивного поведения в современном российском обществе рассматриваются в разрезе трех его компонент — желаемого числа детей, намерений завести (еще) ребенка (детей) в будущем, а также числа и вероятности рождений у женщины.

Эту уникальную возможность предоставляет обследование «Родители и дети, мужчины и женщины в семье и обществе» (РиДМиЖ), которое, будучи частью международной программы «Поколения и Гендер», изначально имело одним из своих фокусов изучение рождаемости и, шире, репродуктивного поведения населения. В данной статье мы определяем репродуктивное поведение как совокупность репродуктивных ориентаций, измеренных через желаемое число детей, репродуктивных намерений (общих и на три года) и фактических решений о деторождении. Предметом нашего анализа выступали демографические, социально-экономические и субъективные факторы репродуктивного поведения.

1. Сколько детей хотели бы иметь россияне?

Очевидно, что дети обладают ценностью для родителей, однако в экономическом отношении рождение детей всегда связано с немалыми потерями. На сегодняшний день в России эти потери не компенсируются ни существующими выплатами страхового характера, ни мерами социальной поддержки. В группах женщин с более высоким доходом и образованием растет и риск временных потерь в связи с рождением детей, которые не может компенсировать никакая денежная помощь от государства: в условиях российского рынка труда едва ли возможно совмещение материнства и занятости с сохранением профессиональных качеств. Поэтому анализ исключительно экономического положения женщины и ее семьи позволяет отчасти объяснить отказы от рождения ребенка, чего он объяснить не может — так это того, почему дети все-таки появляются на свет. Неоднозначность связи между экономическими и социально-профессиональными характеристиками родителей и деторождением может быть вызвана тем, что она опосредуется социокультурными различиями и субъективными представлениями.

Считается, что репродуктивное поведение регулируется социальной нормой относительно числа детей в семье, которая разделяется большинством населения1. Эта социальная норма отличается устойСм. например Андреев Е. М., Бондарская Г. А. Можно ли использовать данные об ожидаемом числе детей в прогнозе численности населения // Вопросы статистики. 2000. № 11;

Архангельский В.Н., Елизаров В.В., Зверева Н.В., Иванова Л.Ю. Демографическое поведение и его детерминация. — М., 2005 и т. п. Обзор советских и российских исследований этого вопроса см. в: Архангельский В. Н. Факторы рождаемости. — М.: ТЕИС, 2006.

В каких семьях рождаются дети? Факторы репродуктивного поведения в современной России чивостью во времени, постепенно изменяется на протяжении истории и не всегда может быть выражена количественно. Сегодня в развитых странах доминирует модель двухдетной семьи (мальчик и девочка), что подтверждают многочисленные социологические опросы2. Вместе с тем увеличение доли семей с одним ребенком ставит вопрос о возможной трансформации социальной нормы в сторону однодетности3.

Это может происходить в поколениях, выросших в обществе с низкой рождаемостью, поскольку инерционность процесса обусловливает дальнейшее ее снижение.

Приблизиться к оценке социальной нормы детности в России на основе данных обследования РиДМиЖ–2007 мы можем, проанализировав ответы на вопрос: «Сколько всего детей, включая имеющихся, Вы хотели бы иметь, если бы у Вас были все необходимые условия?».

В практике изучения репродуктивных установок с помощью данного прожективного вопроса оценивается так называемое желаемое число детей — то число детей, которое индивид желал бы иметь, если бы были сняты все ограничения на пути к достижению собственного семейного идеала.

Опираясь на ответы женщин и мужчин репродуктивного возраста, с уверенностью можно говорить о преобладании модели двухдетной семьи: ее предпочли 58% представителей данной подгруппы. Среднее желаемое число детей составило 2,25 ребенка по ответам мужчин и 2,05 по ответам женщин (табл. 1). Добровольная бездетность в России по-прежнему не находит распространения, и отсутствие детей считают предпочтительным всего 1,5% респондентов. При этом доля тех, кто на практике следует столь категоричному утверждению, еще меньше: среди полагающих идеалом бездетность около половины уже имеют детей. Следовательно, отсутствие детей в большей степени представляется результатом невозможности реализовать императив социальной нормы в силу сложившихся обстоятельств, а не сознательного тяготения к бездетности.

Хотели бы иметь семью с одним ребенком 16% респондентов репродуктивного возраста. О семье с тремя детьми мечтают 19%. Таким См., напр., отчет о межстрановом исследовании отношения населения к государственной политике, в том числе демографической, проведенном в 14 странах Европы в 2003 г.:

The Demographic Future of Europe — Facts, Figures, Policies: Results of the Population Policy Acceptance Study. — Wiesbaden: Federal Institute for Population Research, 2005.

Lutz W., Skirbekk V., Testa M. R. The Low Fertility Trap Hypothesis: Forces that May Lead to Further Postponement and Fewer Births in Europe // European Demographic Research Papers.

2005. № 4.

Половозрастное распределение лиц активного репродуктивного возраста мужчины % по строке женщины % по строке Источник: Данные РиДМиЖ–2007.

образом, определенный потенциал для увеличения числа детей в семье есть. Однако необходимо учитывать, что мужчины дают более высокие оценки желаемого числа детей. Если рассматривать соотношение долей считающих предпочтительным иметь одного и троих детей отдельно для мужчин и женщин, то среди первых оказывается значимо больше сторонников трехдетной семьи, а среди вторых, напротив, несколько больше предпочитающих однодетность. Это важно, поскольку окончательное решение о рождении ребенка чаще всего принимает В каких семьях рождаются дети? Факторы репродуктивного поведения в современной России именно женщина4. Несмотря на то, что среднее желаемое число детей по ответам мужчин выше, чем по ответам женщин, среди мужчин выше и разброс в ответах.

Чем моложе опрошенные, тем менее привлекательна для них перспектива рождения более чем одного ребенка. Так, среди тяготеющих к модели однодетной семьи преобладают 20–24-летние: в данной возрастной группе сосредоточено 24% сторонников однодетности.

На представления о желаемом числе детей влияет брачный статус опрашиваемого: среди холостяков почти на 10 процентных пунктов (п. п.) больше сторонников однодетности, чем среди женатых мужчин (22% и 12% соответственно), и на столько же меньше сторонников трехдетности (14% и 23% соответственно). Среди замужних респонденток сторонниц трехдетности больше на 6 п. п. (20% и 14% соответственно), а однодетности — меньше на 8 п. п. (14% и 22% соответственно).

Тип поселения также вносит коррективы в нормативные представления о детности. Среднее желаемое число детей у горожан оказывается выше, хотя на селе больше сторонников многодетности.

Существенным дифференцирующим признаком выступает уровень образования. При наличии всех необходимых условий больше всего детей родили бы лица со средним общим образованием5. Именно среди этой группы наиболее велика доля заявивших о желании иметь при всех необходимых условиях четырех и более детей. Представления о желаемом числе детей у людей с высшим образованием хотя и не достигают столь высокого уровня, как у низкообразованных, но выше, чем в среднем по подгруппе.

Интересно, что наиболее высокая норма детности и больше всего сторонников многодетности наблюдается среди лиц с наименьшими доходами. Напротив, представители верхней доходной группы больше склонны к однодетности, чем все остальные группы.

Желаемое число детей в значительной степени совпадает с тем, сколько детей оказалось бы у респондента в случае полной реализации В ходе обсуждения этого вопроса на семинаре Лаборатории исследований рынка труда ГУ–ВШЭ 2 июня 2009 г. В. Н. Архангельский на основании своих исследований предположил, что на окончательное решение влияет позиция того из супругов (партнеров), кто ориентирован на меньшее число детей. Таким образом, репродуктивное поведение настроено на минимизацию числа рождений.

Следует иметь в виду, что в данном случае мы не контролируем влияние других параметров.

Распределение желаемого числа детей в зависимости от числа рожденных детей, % от численности женщин моложе 40 лет и мужчин, Желаемое число Источник: Данные РиДМиЖ–2007.

заявленных репродуктивных намерений. Доля респондентов, родивших к моменту опроса больше детей, чем входит в их представления о предпочтительном количестве детей, незначительна (1,5% от численности мужчин и женщин активных репродуктивных возрастов) и в основном состоит из сторонников малодетности (табл. 2).

В наиболее массовой категории желающих иметь двоих детей 27% полностью реализовали свое представление о желаемом числе детей.

Почти половина родили пока одного ребенка (43%). Наконец, среди сторонников многодетности (трое и более детей) почти треть уже имеет двоих детей (31%), однако родить желаемое число детей пока удалось лишь 14%.

Следовательно, представления о желаемом числе детей хорошо реализуются только, если этот идеал — 1 ребенок. При переходе к идеалу большего числа детей фактическое число рождений все сильнее отклоняется от желаемого. Однако именно вопрос о том, кто и почему не может реализовать желание иметь, по крайней мере, двоих детей, является центральным вопросом политики, ориентированной на повышение рождаемости.

В целом, по данным 2007 г. фактическое число детей совпадало с желаемым или превышало его у примерно трети женщин моложе 40 лет и мужчин с партнершами этого возраста (табл. 2). Среди тех, кто при наличии всех необходимых условий родил бы, по меньшей мере, еще одного ребенка, 32% составили однодетные, 7% — двухдетные и менее 1% — родившие троих детей.

Таким образом, в современной России, социальная норма относительно двухдетной семьи формулируется следующим образом: «не меВ каких семьях рождаются дети? Факторы репродуктивного поведения в современной России нее одного ребенка, но и не более двух», что выражается в очень маленькой доле никогда не рожавших женщин и одновременно в ограниченном числе женщин с тремя и более детьми6. По мнению экспертов, в России социальная норма относительно рождения детей соблюдается строже, чем в развитых странах7. Для того чтобы соответствовать ей, достаточно родить одного ребенка, но при наличии необходимых условий второй ребенок также желателен для большинства женщин.

2. Чем определялось желание родить ребенка в и 2007 гг.?

Если показатель «желаемое число детей» отражает репродуктивные ориентации, установки, то есть относительно устойчивую во времени характеристику, которая формируется еще в детстве, то репродуктивные намерения или желание, планы совершить некоторое действие в будущем, о которых сейчас пойдет речь, представляют собой менее устойчивую характеристику, изменяющуюся под влиянием обстоятельств на протяжении жизни. Роль намерений как элемента репродуктивного поведения возрастает в современных обществах, где снижается давление социальных норм, и следование традициям уступает место свободе индивидуального выбора. Достоинство РиДМиЖ состоит в том, что это обследование позволяет сравнить репродуктивные намерения в 2004 г., то есть до начала реализации демографической программы правительства, и в 2007 г., когда новые меры демографической политики уже вступили в силу.

Желание завести ребенка в ближайшие три года выразили 27% опрошенных женщин в 2004 г. и 30% в 2007 г. Не собирались в будущем рожать детей вообще — 50% женщин репродуктивного возраста в 2004 г. и 43% в 2007 г. (табл. 3). Интересно, что увеличение доли женщин, желающих родить ребенка в ближайшие три года или позднее, в 2007 г. происходило преимущественно за счет тех, кто планировал рождение второго и последующих детей. Тем не менее даже в этой группе прирост положительных репродуктивных намерений не был очень значительным (+6 п. п.), несмотря на существенное увеличение Также см. Демографическая политика России: от размышлений к действиям / Авт. колл.

под рук. В. В. Елизарова. — М.: Представительство ООН в Российской Федерации, 2008.

Демографическая модернизация России: 1900–2000 / Под ред. А. Г. Вишневского. — М.: Новое изд-во, 2006.

Вставка 2. Как измерялись репродуктивные намерения Обследование РиДМиЖ содержит два важных вопроса, позволяющие изучить: а) общие намерения — «Вы сами сейчас хотите иметь (еще одного) ребенка?» и б) ближайшие намерения — «Собираетесь ли Вы завести (еще одного) ребенка в течение ближайших трех лет?». Кроме того, тех, кто ответил «нет» на вопрос о намерениях завести ребенка в ближайшие три года, спрашивали о желании вообще когда-либо иметь детей: «Предположим, что Вы не собираетесь заводить (еще одного) ребенка в течение ближайших трех лет, а хотели бы Вы вообще когда-нибудь завести (еще) детей?». Исходя из ответов на этот вопрос и вопрос о ближайших намерениях, принимавшие участие в опросе женщины были разделены на три группы: те, кто собираются родить ребенка в ближайшие три года; собираются родить ребенка позже; не намерены в дальнейшем иметь детей.

Для целей анализа была принята следующая трактовка общих и ближайших намерений: общие намерения указывают на желание иметь (еще) детей в значительной степени безотносительно существующих ограничений. Прежде чем быть реализованными желания относительно рождения детей проходят проверку действительностью и претворяются в ближайшие репродуктивные намерения, указывающие на готовность женщины в скором времени завести ребенка. Наиболее информативными оказываются два показателя — ближайшие намерения и отсутствие желания когда-либо заводить детей.

Распределение женщин репродуктивного возраста по намерениям родить (еще одного) ребенка в зависимости от числа имеющихся детей, % по столбцу Намерены родить в ближайшие 3 года Намерены родить позже, чем в ближайшие 3 года Всего тех, кто намерен родить в будущем Источник: Данные РиДМиЖ–2004 и РиДМиЖ–2007.

В каких семьях рождаются дети? Факторы репродуктивного поведения в современной России материальной поддержки семей с детьми, направленной прежде всего на стимулирование вторых рождений8.

Возраст женщин и порядок предполагаемого рождения. Большинство (56–58%) бездетных женщин хотят завести первого ребенка в ближайшие три года. Они представлены преимущественно молодыми возрастами 20–24 лет. В 2007 г. концентрация намерений родить первенца в данной возрастной группе стала еще более выраженной, чем в 2004 г. (рост составил до 5 п. п.). Столь выраженный «пик»

в распределении намерений родить первенца означает, что, если первый ребенок не был рожден до 25 лет, то вероятность, что женщина будет хотеть стать матерью, снижается. Уже в возрасте 30–34 лет лишь около 10% бездетных женщин заявляют о намерениях родить в ближайшие годы.

Гораздо более растянуто во времени планирование рождения второго ребенка. Среди женщин, выражающих желание родить второго и более ребенка, преобладают возраста 25–29 лет (34,5%), за ними следуют 30–34-летние (33%). При этом доля женщин, намеренных в ближайшее время родить второго либо последующего ребенка, в обеих возрастных группах больше, чем доля откладывающих рождение на более отдаленную перспективу. Напротив, в возрастной группе 35 лет и старше доля женщин, откладывающих рождение второго или последующего ребенка, превышает долю готовых родить в ближайшие годы.

Среди женщин, отказывающихся от будущих рождений, преобладают двухдетные (46,5%). Увеличение доли женщин без детей, которые заявляют, что вообще не собираются рожать, на 3 п. п. за прошедшие 3 года не стоит драматизировать: почти каждая вторая из этих женщин (41%) в настоящее время не имеет партнера.

Брачно-партнерское состояние. Поскольку большинство женщин репродуктивных возрастов в нашей выборке состоят в браке, не удивительно, что почти половина (41%) из тех, кто собирается родить ребенка в ближайшие три года, — замужем. Более того, среди желающих родить второго и более ребенка в браке состоит 2/3 женщин.

Однако если проанализировать намерения в разрезе численности групп по брачно-партнерскому состоянию, то наиболее активно — и независимо от числа имеющихся детей — выражают желание завести ребенка в ближайшие три года или позднее женщины, Подробнее об отношении населения к предложенным государством мерам см. в статье Е. Б. Головлянициной и О. В. Синявской, публикуемой в настоящем сборнике.

имеющие партнера вне домохозяйства или совместно проживающие с партнером без регистрации брака. Можно предположить, что пары, имеющие стабильные брачные отношения, уже реализовали свои минимальные репродуктивные установки, то есть родили хотя бы одного ребенка, и обдумывают рождение второго под влиянием новой демографической политики. Напротив, в составе неформальных партнерств, особенно в случае раздельного проживания партнеров, явно преобладают новые союзы. В них женщина может рассматривать рождение ребенка либо как возможность реализовать собственные репродуктивные установки, либо как фундамент, скрепляющий этот союз.

Поселенческие различия. Рождаемость в сельской местности устойчиво держится на более высоком уровне, чем в городе. Однако желание родить ребенка (детей) более явно выражено у горожанок.

В 2007 г. среди женщин, заявивших о желании в ближайшие три года родить ребенка, горожанки составляли 81%, а среди не намеренных рожать — только 63%. Очевидно, это связано с тем, что в городе выше разрыв между имеющимся числом детей и социальной нормой двухдетности, которую как раз и улавливают вопросы о намерениях.

Интересно, что и доля желающих родить третьего (и более) ребенка по-прежнему выше в городе, чем на селе: в 2007 г. третьи и последующие рождения планировали осуществить в ближайшие три года 8,6% городских респонденток (4,9% в 2004 г.) и 4,5% сельских женщин (4,3% в 2004 г.).

Образование. Наиболее весомым социальным фактором, определяющим репродуктивные намерения женщины, оказалось образование. В обеих волнах обследования наблюдается прямая связь между уровнем образования и репродуктивными намерениями: женщины с более высокими уровнями образования чаще выражают желание родить ребенка в ближайшие 3 года. Особенно выделяются женщины с высшим образованием, имеющие хотя бы одного ребенка, 27% из них собираются родить еще одного ребенка в течение ближайших трех лет (табл. 4).

Заметное сокращение с возрастом различий по числу детей между образовательными группами подтверждает тот факт, что при единой для всего населения норме детности высокообразованные женщины наиболее стеснены в реализации своих репродуктивных намерений.

Неудовлетворенность имеющимся числом детей и выражается в более высокой численности «намеревающихся» в этой группе.

В каких семьях рождаются дети? Факторы репродуктивного поведения в современной России Распределение женщин репродуктивного возраста по намерениям родить (еще одного) ребенка в зависимости от уровня образования и числа детей (% по строке в подгруппе) и среднее число детей на одну женщину общего профессиональное профессиональное незавершенное Источник: Данные РиДМиЖ–2007.

Занятость. Кто более склонен к рождениям — занятые или незанятые женщины? Решения о рождении ребенка и о занятости — важнейшие среди всех решений, принимаемых в домохозяйствах. С одной стороны, альтернативные издержки рождения детей для занятых женщин выше, с другой — незанятые женщины, не имеющие трудового дохода и чувствующие себя неуверенно в материальном смысле, также могут откладывать рождения или даже отказываться от них. Предмет непрекращающихся дискуссий составляет не столько взаимосвязанность решений о работе и рождении ребенка (хотя и она тоже), сколько причинно-следственная связь между ними. Существующие в России эмпирические данные позволяют пока говорить лишь о взаимосвязи положения на рынке труда, деторождения и репродуктивных намерений, но не о том, каково направление этой связи.

Как показывают данные обеих волн обследования РиДМиЖ, женщины, имеющие оплачиваемую занятость, демонстрируют значительно более выраженную готовность к рождению (еще одного) ребенка, чем женщины безработные или экономически неактивные. Во многом это обстоятельство связано с меньшим числом уже рожденных детей у работающих женщин.

Наличие работы при прочих равных условиях значимо влияет на репродуктивные намерения бездетных женщин или не имеющих партнера в домохозяйстве. В обоих случаях занятость увеличивает вероятность того, что женщина будет стремиться к рождению ребенка. Чаще других выражают желание родить ребенка в ближайшие 3 года работающие женщины без детей. Для подвыборки респондентов, не имеющих партнера в домохозяйстве, наличие работы может означать большую финансовую устойчивость, а значит и возможность воспитывать ребенка самостоятельно (табл. 5).

Жилищная обеспеченность. Проводимая жилищная политика предполагает, что улучшение жилищных условий должно способствовать повышению рождаемости, особенно у семей с детьми.

Согласно полученным данным, в тех семьях, где обеспеченность жильем критически низка, меньше всего желающих родить (еще одного) ребенка, тогда как больше всего рождений планируется в средних по уровню жилищной обеспеченности группах. Затем доля потенциальных рождений вновь снижается в группе домохозяйств, где на каждого члена семьи приходится не менее одной отдельной комнаты, причем распределения по данному параметру в обеих волнах обследования очень близки. Однако при прочих равных условиях показатель количества комнат на члена домохозяйства статистически незначим для объяснения репродуктивных намерений.

Непосредственная связь удовлетворенности жилищными условиями с намерениями женщин родить ребенка отсутствует. Однако неТаблица Распределение женщин репродуктивного возраста по намерениям родить (еще одного) ребенка в зависимости от наличия работы и числа детей, Наличие работы у респондент- собираются завести собираются завести ки на момент опроса (еще одного) ребенка (еще одного) ребенка в том числе бездетные Источник: Данные РиДМиЖ–2007.

В каких семьях рождаются дети? Факторы репродуктивного поведения в современной России В рамках обследования РиДМиЖ состояние жилищной обеспеченности измерялось, во-первых, числом комнат в расчете на одного члена домохозяйства.

Для оценки числа комнат до рождения ребенка (при анализе факторов рождений) использовалось число комнат на члена домохозяйства, за вычетом детей младше трех лет. Помимо объективного показателя жилищной обеспеченности, исследование дает возможность оценить субъективную удовлетворенность респондента своими жилищными условиями по 11-балльной шкале в первой волне и 5-балльной шкале во второй волне РиДМиЖ. Наконец, во второй волне обследования РиДМиЖ появилась возможность использовать интегральный показатель благоустройства жилья, который рассчитывался исходя из наличия ряда базовых удобств (холодное и горячее водоснабжение, центральное отопление, канализация)9.

удовлетворенность жильем повышает вероятность нежелания рожать (еще) детей.

Анализ интегрального индекса жилищной обеспеченности показал, что с ростом степени благоустроенности жилья увеличивается доля женщин, собирающихся родить (еще одного) ребенка в ближайшие три года, и падает доля не намеренных вообще заводить ребенка. Так, лишь 14% женщин, живущих в неблагоустроенном жилище, планируют родить ребенка в ближайшие три года, тогда как среди женщин из жилья с высокой благоустроенностью таких уже 30%. Таким образом, жилищная обеспеченность и благоустройство жилья, по всей видимости, сказываются на желании родить ребенка (детей), однако эта связь не прямая. Уровень душевых доходов. Важным фактором репродуктивных намерений женщин выступает среднедушевой доход домохозяйства.

Среди намеренных родить первенца преобладают женщины с наиболее высокими душевыми доходами: доля женщин с доходами на уровне верхних 20% составила 41% в 2004 г. и 38% в 2007 г. Однако уже на рождение второго ребенка активнее идут женщины со средними доходами (доля четвертой квинтильной группы — 29%). Наконец, планирующие третьего и последующих детей в 2004 г. преимущественно принадлежали к низкодоходным группам (доля первого квинтиля, т. е. нижних 20% по доходам, составила 39%), тогда как в 2007 г. распределение этих женщин по доходам домохозяйства оказалось более равномерным. В целом, склонность к будущим рождениям продолНеобходимо заметить, что при таком определении неблагоустроенное жилье чаще встречается в сельской местности.

жает возрастать по мере увеличения душевого дохода домохозяйства, но в 2007 г. — возможно, под влиянием проводимой политики — эта тенденция стала менее выражена, чем в 2004 г.

При контроле влияния прочих факторов объективные характеристики материального положения теряют свое значение в предсказании репродуктивных намерений. Одно из возможных объяснений состоит в том, что зависимость между доходом и намерениями родить ребенка имеет не линейный, а, скорее всего, дискретный характер. Соответственно, для самых бедных групп приращение дохода до определенного уровня не будет приводить к увеличению желания завести ребенка и последующим рождениям. Однако существуют некоторые пороговые значения доходов, которые увеличивают вероятность и намерений, и фактических рождений. Следовательно, точно определить отдачу от каждой дополнительной единицы государственных расходов, направленных на рост благосостояния семей, вряд ли возможно.

Более результативной в этом смысле может стать политика, направленная на снижение дифференциации доходов разных групп населения. Другое объяснение, к которому мы вернемся немного позднее, вытекает из совместного анализа влияния доходов и воспринимаемой позиции ближайшего окружения на репродуктивные намерения. Тот факт, что отношение близких к будущему рождению способно ослабить значение доходов домохозяйства в формировании репродуктивных намерений, свидетельствует о том, что важно учитывать не только собственные доходы домохозяйства, но и направления и размеры межсемейных трансфертов.

Поскольку предметом анализа здесь выступают намерения, то есть некоторое гипотетическое действие, большое значение для их предсказания приобретает субъективная самооценка дохода домохозяйства. Вместе с тем, как видно из рис. 1, репродуктивные намерения бездетных женщин практически не варьируют в зависимости от субъективного восприятия уровня дохода. Но среди уже имеющих одного ребенка большее желание родить второго в ближайшие три года демонстрируют те, кто выше оценивает свое материальное положение.

Это наблюдение подтверждает гипотезу о том, что рождение второго ребенка чаще оказывается запланированным, нежели рождение первого, появление которого во многом отражает императивное следование господствующей социальной норме.

Социально-психологические факторы репродуктивных намерений.

Мнение о возможных последствиях появления ребенка формирует устаВ каких семьях рождаются дети? Факторы репродуктивного поведения в современной России собираются в ближайшие 3 года собираются позже не собираются Рисунок 1. Распределение женщин репродуктивного возраста по намерениям родить (еще одного) ребенка в зависимости от числа детей и субъективного восприятия уровня дохода Источник: Данные РиДМиЖ–2007.

новку женщины относительно рождения детей, что сказывается на ее репродуктивных намерениях. Данные РиДМиЖ–2004 позволяют рассмотреть, как ценностные ориентации и социально-психологические характеристики воздействуют на репродуктивные намерения10. В рамках данной статьи мы остановимся на обсуждении влияния только одного фактора — роли воспринимаемой позиции ближайшего окружения, поскольку этот фактор позволяет нам по-другому взглянуть на взаимосвязь между доходами и репродуктивными намерениями.

Если предположить, что репродуктивные намерения являются следствием, а представления женщины о позиции ее окружения — причиной, то данные обследования дают основания утверждать, что роль одобрения со стороны родных, друзей и родителей чрезвычайно велика, особенно применительно к рождению второго и более детей (рис. 2). Наличие или отсутствие такого одобрения показывает очень сильную статистическую связь (коэффициент корреляции около — 0,5) с репродуктивными намерениями.

Подробнее о сопоставлении роли экономических, ценностных и социальнопсихологических факторов в репродуктивных намерениях, а также результаты регрессионного моделирования см.: Головляницина Е. Б. Роль социально-психологических факторов в репродуктивных намерениях // Родители и дети, мужчины и женщины в семье и обществе / Под науч. ред. Т. М. Малевой, О. В. Синявской. — М.: НИСП, 2007. С. 217–250.

% от числа ответивших Рисунок 2. Распределение женщин по оценкам отношения окружения к появлению второго (и более) ребенка Источник: Данные РиДМиЖ–2004.

Интересные результаты дает анализ значимости различий во влиянии уровня дохода на репродуктивные намерения по подгруппам женщин с негативной, нейтральной и позитивной позицией окружения (табл. 6). Если женщина знает, что родители и родные настроены против того, чтобы у нее появился ребенок, то она будет придавать большее значение доходу своего домохозяйства, понимая, что в случае рождения ребенка ей придется опираться только на собственные силы.

И наоборот, если женщина уверена в том, что родители окажут ей необходимую поддержку, то уровень дохода перестает значимо влиять на намерение завести ребенка.

Оценка значимости связи уровня душевого дохода (децильные группы) Источник: Данные РиДМиЖ–2004.

В каких семьях рождаются дети? Факторы репродуктивного поведения в современной России Соответственно, можно предположить, что в условиях жесткой социальной нормы детности и недостаточной материальной поддержки семей с детьми со стороны государства, доходы потенциальных родителей влияют на желание родить ребенка только, если недоступны каналы неформальной межсемейной поддержки.

Религиозность и традиционные установки. Религия имеет прямое отношение к формированию демографического типа поведения.

В частности, этнические группы, исповедующие ислам, практически во всех странах мира демонстрируют повышенные показатели рождаемости. Обследование РиДМиЖ позволяет оценить взаимосвязь между репродуктивным поведением женщины и ее религиозностью, приверженностью традиционным представлениям о семье и детях.

По данным РиДМиЖ–2004, почти независимо от возраста женщины-мусульманки удерживают лидирующие позиции по числу детей при условии полной реализации репродуктивных намерений.

Различия же между нерелигиозными женщинами и религиозными, за исключением исповедующих ислам, отсутствуют (рис. 3).

Приверженцы традиционных семейных ценностей также чаще выражают желание завести ребенка. Однако, по данным обследования, различия между женщинами с разными ценностными ориентациями наиболее заметны, когда у женщины еще нет детей. Так, например, согласие с утверждением, что «для полной самореализации у женщины должны быть дети», как в 2004, так и в 2007 г., было значимо связано лишь с желанием родить первенца. По данным 2007 г., доли намеревающихся родить первого ребенка различаются более чем на 10 п. п.

Вставка 4. Измерение религиозности и ценностей в РиДМиЖ Уровень религиозности выделялся на основе серии вопросов о принадлежности респондента к определенной религии, частоте посещения служб и признания важности религиозных обрядов. Переменная имеет четыре градации: 1) не ассоциируют себя с религией, 2) формально религиозные (причисляют себя к какой-либо религии — за исключением ислама, но редко участвуют в обрядах), 3) средне и сильно религиозные (исполнение всех положенных обрядов, уверенность в их обязательности, регулярное посещение церковных служб), 4) исповедующие ислам.

Приверженность женщины традиционным семейным ценностям оценивается через так называемый индекс консерватизма, отражающий степень согласия респонденток с набором утверждений традиционного характера (необходимость детей для самореализации женщины, недопустимость рождения детей вне брака и т. д.). Индекс представляет собой порядковую шкалу, ранжированную от неприятия консервативных ценностей до позитивного отношения к ним.

Потенциальное число детей на 1 женщину Рисунок 3. Среднее потенциальное число детей в расчете на одну женщину данной возрастной группы в зависимости от религиозности Источник: Данные РиДМиЖ–2004.

Рисунок 4. Распределение женщин репродуктивного возраста с различным числом детей, согласных и не согласных с утверждением «Для полной самореализации у женщины должны быть дети», по намерениям родить ребенка в ближайшие три года Источник: Данные РиДМиЖ–2007.

В каких семьях рождаются дети? Факторы репродуктивного поведения в современной России в зависимости от отношения к этому утверждению, тогда как доли собирающихся родить второго и последующих детей — уже лишь на 5 п. п. (рис. 4). Иными словами, чтобы реализоваться, женщине одного ребенка достаточно.

3. От чего зависело рождение ребенка в 2004–2007 гг.?

Репродуктивные намерения. Панельный характер обследования РиДМиЖ позволяет, прослеживая ситуацию каждой женщины в и 2007 гг., выявить степень реализации репродуктивных намерений, то есть рассмотреть намерения в качестве одного из факторов рождаемости11.

Данные показывают, что степень уверенности, с которой женщина говорит о своих планах, оказывает существенное воздействие на вероятность их реализации. Отказавшись от рождения ребенка в 2004 г., уверенные в своем решении женщины реализовали его — то есть не родили — в 97% случаев, а менее уверенные — в 92% случаев (рис. 5). Почти все, кто не хотел заводить ребенка в 2004 г., последовали своим намерениям. Это позволяет интерпретировать отказ от намерения когда-либо в будущем рожать детей как обладающий значительной предсказательной силой, по меньшей мере, применительно к ближайшему горизонту планирования репродуктивного поведения.

Степень осуществления положительных репродуктивных намерений не столь высока, но достаточна для того, чтобы принимать репродуктивные намерения в качестве показателя, позволяющего — при знании эффекта ограничивающих факторов — корректировать прогнозы репродуктивного поведения. Родили почти 40% из тех, кто определенно хотел сделать это в течение трех лет, и лишь каждая пятая (21%) из числа тех, кто не был точно уверен в своих намерениях (ответ «пожалуй, да»). Остается только сожалеть о малочисленности подгруппы женщин, уверенных в своем намерении родить: почти треть (29%) рождений за трехлетний период произошла в группе, размер которой составляет лишь 7% от численности женщин репродуктивного возраста.

Подробнее об этом см. Синявская О. С., Тындик А. О. От чего зависят репродуктивные намерения и репродуктивное поведение россиян? // Демоскоп Weekly. 2009. № 379–380.

Репродуктивные намерения 2004 (вся выборка), % Репродуктивные намерения 2007 (те, кто хотел завести ребенка и не завел), % Доля родивших за период 2004-2007 год, % Рисунок 5. Распределение женщин репродуктивного возраста по намерениям родить (еще одного) ребенка в 2004 и 2007 гг. и доля фактически родивших женщин за период 2005–2007 гг.

Источник: Данные РиДМиЖ-2004 и РиДМиЖ-2007.

В целом, регрессионный анализ выявил статистическую значимость репродуктивных намерений для предсказания фактических рождений.

При этом степень влияния репродуктивных намерений на фактические рождения варьирует, во-первых, в зависимости от того, как они были измерены, а во-вторых, от очередности рождения и наличия постоянного партнера. Для оценки вероятности рождения второго (и последующего) ребенка намерения оказываются наиболее мощным фактором, превосходящим по силе не только социально-экономические, но и демографические параметры, такие как возраст женщины, продолжительность партнерства и число ранее рожденных детей.

Демографические факторы. Главным ограничителем рождаемости по-прежнему выступает число уже рожденных детей. В 2007 г.

по сравнению с 2004 г. незначительно возросла доля первенцев (с 58% до 61%), и только 3,5% респонденток пошли на рождение третьего ребенка. Таким образом, Россия по-прежнему остается страной с доминированием одно- и двухдетных семей. Семьи же с тремя и более детьми в большинстве российских регионов, за исключением республик Северного Кавказа, остаются, скорее, исключением.

Наряду с числом ранее рожденных детей появление на свет ребенка в наибольшей степени определяется партнерским статусом женщины.

Почти треть (29%) рождений в 2005–2007 гг. в панельной выборке РиДМиЖ составляли рождения внутри партнерств, образовавшихся в период между опросами.

В каких семьях рождаются дети? Факторы репродуктивного поведения в современной России Более того, появление нового партнера между двумя опросами — самый мощный фактор, влияющий на рождение первенца. Почти каждое четвертое рождение (24%) приходилось на первенцев в новых союзах. В целом, вероятность рождения ребенка очень высока в пятьшесть первых лет после образования партнерства, после чего она начинает заметно снижаться. После 10 лет партнерства вероятность рождения ребенка, особенно первого, крайне не велика и значимо не отличается от вероятности его появления в отсутствие партнера.

Для рождения вторых и последующих детей продолжительность партнерства уже не настолько важна. Конечно, вероятность появления ребенка в новых союзах (со стажем менее 5–6 лет) немного выше, чем в более длительных, но различия не являются статистически значимыми. Следует подчеркнуть, что рождение второго и последующих детей никак не связано с регистрацией брака или ее отсутствием.

Вместе с тем согласование репродуктивных намерений и фактического поведения выше среди замужних женщин. У 70% женщин, состоящих в новом брачном союзе, рождение в 2005–2007 гг. было запланированным, то есть соответствовало сформулированным в 2004 г.

репродуктивным намерениям. Эти факты свидетельствуют о том, что, с одной стороны, в браке планирование семьи осуществляется более эффективно, с другой — вступление в брачный союз само по себе может происходить тогда, когда партнеры приходят к согласию в отношении рождения детей и готовы приступить к реализации своих намерений. В незарегистрированных союзах, начавшихся до опроса в 2004 г. и сохранившихся в этом качестве до 2007 г., число рождений, при желании завести ребенка в ближайшие 3 года, ниже всего.

Данные обследования подтверждают сохраняющуюся тенденцию к постарению материнства. По сравнению с 2004 г. продолжает расти вклад в рождаемость группы 25–29 летних, обеспечивающей 36% рождений, в то время как возрастная группа 20–24 года дает 33%.

При этом в возрастной группе 25–29 лет по-прежнему преобладают первые рождения (на 5% возрос ее вклад в общее число первых рождений). Это говорит о продолжающемся повышении среднего возраста матери при рождении ребенка. Доля вторых и более рождений составляет здесь только 38%, тогда как в следующей возрастной группе она равна 73%. В целом же вклад 25–29-летних в общее число вторых и последующих рождений совпадает с вкладом группы 30–34 года и составляет 35%.

Уровень образования. Наибольшие различия в рождаемости наблюдались между группой женщин с высшим образованием и обладательницами начального профессионального образования — шансы последних родить ребенка в течение трех лет перед опросом оказались существенно выше (табл. 7). Также по сравнению с высокообразованными женщинами в 2004 г. была отмечена большая вероятность рождения в группах со средним профессиональным образованием.

В целом, данные о рождении детей за 2001–2007 гг. позволяют утверждать, что в группе женщин с начальным и средним профессиональным образованием рождаемость повышается. Доля вторых и последующих рождений также выше всего в этих группах. При этом оснований для аналогичного утверждения в отношении женщин с высшим образованием проведенный анализ не дает.

Если рассмотреть влияние образования на рождаемость в разрезе календаря рождений, то можно увидеть, что чем ниже уровень образования, тем раньше и интенсивнее начинается репродуктивная история женщины. И напротив, получившие высшее образование демонстрируют поздний старт, более продолжительные интервалы между первым и последующими рождениями и, как следствие, дальнейшее отставание от средних показателей рождаемости во всех возрастах.

Занятость женщины и ее партнера. Учитывая высокий уровень занятости женщин в России, не удивительно, что занятые преобладают как среди родивших, так и среди не родивших женщин. Чтобы оценить возможное влияние статуса на рынке труда на рождаемость, необходимо знать о занятости женщины не в момент опроса и даже рождения Среднее число детей и доля женщин, родивших ребенка за 2005–2007 гг.

Уровень образования в 2004 г.

Высшее, включая незавершенное и послевузовское Источник: Данные РиДМиЖ–2004 и РиДМиЖ–2007, панельная подвыборка.

В каких семьях рождаются дети? Факторы репродуктивного поведения в современной России ребенка, а в момент принятия решения о рождении. Привлечение панельных данных позволяет приблизиться к решению этой проблемы, сопоставив информацию о статусе женщины на рынке труда в 2004 г.

с рождением у нее ребенка в течение 2005–2007 гг. (рис. 6).

При прочих равных условиях занятые женщины с большей вероятностью, чем не занятые, рожали первенца, тогда как незанятые — второго и последующих детей. Для первенцев эта зависимость остается статистически значимой даже при контроле других факторов, включая, например, возраст. Но для вторых и последующих рождений, как и для всех рождений, независимо от порядка, положение женщины на рынке труда — статистически незначимый параметр. Таким образом, нельзя с уверенностью говорить о существовании различий в рождаемости при наличии/отсутствии занятости у женщин.

Аналогично, несмотря на то, что на первый взгляд, рождения детей любой очередности происходили чаще в тех семьях, где у партнера была работа, фактор занятости партнера оказывается статистически не значимым параметром, если мы контролируем влияние других факторов на вероятность рождения ребенка.

Доходы населения. Среди экономических детерминант, оказывающих влияние на рождаемость, по остроте дискуссий лидирует тема доходов населения. Теоретически влияние дохода семьи на вероятность Статус женщины на рынке труда Статус партнера на рынке труда в 2004 г.

Рисунок 6. Доля женщин, родивших ребенка в 2005–2007 гг., в зависимости от положения на рынке труда женщины и ее партнера, % в группе Источник: Данные РиДМиЖ–2004 и РиДМиЖ–2007, панельная подвыборка.

появления в ней ребенка может быть как положительным, так и отрицательным в зависимости от того, каковы ожидаемые родителями расходы на рождение и воспитание одного ребенка и насколько существенным, по их мнению, будет сокращение семейных доходов вследствие появления ребенка. Именно в этом вопросе остро чувствуется дефицит эмпирических исследований.

Основную методологическую трудность составляет все та же проблема временного разрыва зависимой (число рождений) и независимой (уровень душевого денежного дохода в расчете на одного члена домохозяйства) переменной. Среднее число рожденных детей убывает по мере увеличения душевых доходов домохозяйств. Как интерпретировать этот результат? Очевидно, что рождение ребенка снижает уровень душевого дохода в семье. Риски бедности среди семей с несколькими детьми максимальны. Однако если предположить, что за время, истекшее с момента рождения ребенка, семья радикально не изменила свое положение по шкале доходов, то отрицательная связь уровня доходов и числа рождений может означать и другое: с ростом благосостояния число рождений сокращается. Определить направление причинно-следственной связи на основе пространственных данных, к сожалению, невозможно.

Рассмотрим, как происходило рождение детей в 2005–2007 гг.

в разрезе доходных групп, выделенных в 2004 г. Данные показывают, что в двух верхних квинтилях по величине среднедушевого дохода (до рождения ребенка) число состоявшихся рождений существенно выше, чем в остальных (табл. 8). Таким образом, более обеспеченные женщины не только чаще высказывали намерение родить ребенка, но и больше родили. Однако поскольку общее число рожденных на момент опроса в 2004 г. в верхних квинтилях было существенно ниже, чем в остальных, то там шла преимущественно реализация отложенных рождений. В результате, разница в числе рожденных детей между группами с наиболее низкими и наиболее высокими доходами, хоть и ненамного, но снизилась с 0,74 ребенка до 0,68.

Жилищные условия. В последнее время в политических дискуссиях и государственных программах все большее место занимает вопрос улучшения жилищной обеспеченности семей с детьми, особенно молодых. Подразумевается, что эта мера должна — помимо снижения рисков уязвимости данной категории семей — способствовать также росту рождаемости.

Обследование РиДМиЖ показало, что так же, как и в случае с репродуктивными намерениями наименьшее число фактических рождеВ каких семьях рождаются дети? Факторы репродуктивного поведения в современной России Доля женщин, родивших ребенка за 2005-2007 гг., и среднее число детей на 1 женщину в зависимости от уровня душевого дохода домохозяйства в 2004 г.

Источник: Данные РиДМиЖ–2004 и РиДМиЖ–2007, панельная подвыборка.

ний наблюдается в тех семьях, где обеспеченность жильем критически низка, самые высокие показатели — в средних группах, и число рождений вновь снижается в группе домохозяйств, где на каждого члена семьи приходится не менее одной отдельной комнаты (табл. 9).

Последнее наблюдение, видимо, еще раз подтверждает факт относиТаблица Распределение женщин, родивших ребенка за 2005–2007 гг. в зависимости от жилищной обеспеченности в 2004 г., % по столбцу Число комнат на одного члена домохозяйства, Источник: Данные РиДМиЖ–2004 и РиДМиЖ–2007, панельная подвыборка.

тельно низкой рождаемости в экономически благополучных домохозяйствах, в которых высоки не только денежные доходы, но и имущественные показатели экономического благополучия, в том числе жилье.

К 2007 г. рождения второго и последующих детей чаще происходили в группах со средней и высокой жилищной обеспеченностью.

При прочих равных условиях жилищная обеспеченность статистически значимо увеличивает вероятность рождения ребенка без учета очередности. Поскольку она оценивалась нами лишь по одному из множества возможных параметров, однозначных выводов об отсутствии влияния этого фактора на рост вторых рождений на основе представленных оценок сделать нельзя.

Основные выводы Итак, подведем итоги. Проведенный анализ показал, что добровольная бездетность в России по-прежнему остается редкостью. Наиболее же массовой в сознании россиян остается модель двухдетной семьи:

среднее желаемое число детей составило 2,25 ребенка на одну семью по ответам мужчин и 2,05 по ответам женщин. Вместе с тем даже в ситуации максимального благоприятствования лишь пятая часть женщин репродуктивного возраста считают возможным родить более чем двоих детей. Таким образом, политика повышения рождаемости может и должна быть направлена на преодоление существующего разрыва между желанием иметь двоих детей и возможностями вырастить не более одного ребенка. Однако не следует думать, что возможен массовый возврат российских семей к многодетности.

В 2004–2007 гг. доля женщин, намеренных родить ребенка, увеличилась, однако этот прирост был не настолько большим, как можно было бы ожидать в свете реализации новых мер семейной политики.

Остается открытым вопрос о том, является ли рост числа женщин, намеренных родить детей, признаком того, что все больше женщин задумываются о материнстве (и тогда можно говорить об успехах новых мер семейной политики), или же свидетельствует о накоплении нереализованных намерений.

И репродуктивные намерения, и фактические рождения детей прежде всего связаны с действием социально-демографических факторов: возраста женщины, ее брачно-партнерского статуса и числа уже В каких семьях рождаются дети? Факторы репродуктивного поведения в современной России рожденных детей. Вместе с тем намерения оказываются более чувствительными, чем последующее поведение в сфере деторождения, как к влиянию субъективных факторов (религиозность, установки, социально-психологические факторы), так и к воздействию социальноэкономических параметров (образование, занятость, доходы).

Исследование подтвердило то, что семьи идут на рождение вторых и последующих детей более осознанно. Как намерения родить второго ребенка, так и фактические вторые рождения чаще зависят от социально-экономических условий. Более того, мы убедились в том, что вторые рождения чаще оказываются запланированными: репродуктивные намерения выступают наиболее мощным фактором, объясняющим вероятность появления второго ребенка в партнерствах, по силе превосходящим все другие параметры.

Вопреки распространенному представлению о том, что низкие доходы являются препятствием на пути роста рождаемости, в рамках данного исследования было установлено, что наиболее мощным фактором репродуктивных намерений женщин оказывается не уровень дохода, а субъективное отношение женщины к перспективе родить ребенка и субъективная оценка материальной обеспеченности. Уровень дохода повышает вероятность хотеть родить ребенка только в случае, если женщина ожидает негативного отношения к этому шагу со стороны родных и близких.

Кроме того, зависимость между доходом и намерениями родить ребенка, очевидно, имеет дискретный характер: существуют некоторые пороговые значения доходов, которые увеличивают вероятность и намерений, и фактических рождений. Следовательно, точно определить отдачу от каждой дополнительной единицы государственных расходов, направленных на рост благосостояния семей, вряд ли возможно. Более результативной в этом смысле может стать политика, направленная на снижение дифференциации доходов разных групп населения.

Аналогично между жилищной обеспеченностью и благоустройством жилья, с одной стороны, и репродуктивным поведением российских семей, с другой, также не существует однозначно прямой связи.

Рождения детей в основном происходили в семьях со средней жилищной обеспеченностью.

Более очевидна связь между образованием женщины, ее положением на рынке труда и поведением в сфере деторождения. Здесь наиболее проблемной представляется категория работающих женщин с высшим образованием. С одной стороны, их представления о желаемом числе детей не отличаются от средних, с другой — они позже становятся матерями, дольше откладывают рождение второго ребенка и, как следствие, имеют в среднем меньшее число детей, чем другие женщины.

В результате эти женщины менее удовлетворены имеющимся у них числом детей и с большей готовностью выражают намерения родить (еще) ребенка в ближайшие годы, которые, однако, часто остаются нереализованными. Следовательно, меры материальной поддержки бедных семей с детьми целесообразно дополнить мерами, облегчающими женщинам с маленькими детьми выход на рынок труда: увеличением числа рабочих мест с гибким графиком работы, неполным режимом занятости, возможностью удаленной работы, а также развитием системы социальных услуг по уходу за детьми.

Таким образом, наибольший эффект может дать комбинация различных инструментов семейной политики, которая позволит учесть репродуктивные модели поведения женщин с разным образовательным уровнем, трудовым и доходным статусом.

ВЗАИМООТНОШЕНИЯ РОДИТЕЛЕЙ

И ДЕТЕЙ: УСЛОВИЯ СЕМЕЙНОЙ

СОЦИАЛИЗАЦИИ

Статья 54 Семейного кодекса Российской Федерации гласит: «Каждый ребенок имеет право жить и воспитываться в семье… право знать своих родителей, право на их заботу, право на совместное с ними проживание…». В то же время на родителей возлагается обязанность воспитывать своих детей: «Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей» (Статья 63 Семейного кодекса РФ)1.

Несмотря на то, что защиту и благополучие детей должна обеспечивать прежде всего семья, в ряде случаев семейная среда не только не комфортна, но даже агрессивна для ребенка. Различные формы семейного неблагополучия (частые ссоры в семье, рукоприкладство, развод родителей и т. д.) всегда оказывают негативное воздействие на психическое состояние и личностное развитие ребенка. Существует ряд исследований, свидетельствующих о том, что серьезные проблемы в жизни намного чаще происходят у тех людей, кто в детстве был лишен заботы в семье.

На базе двух волн обследования РиДМиЖ, проведенных в и 2007 гг. по аналогичной программе, мы попытались оценить, насколько семейная среда комфортна для формирующейся личности ребенка и насколько активно отцы участвуют в воспитании детей.

Cемейный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон № 223-ФЗ от 29.12. (принят ГД ФС РФ 08.12.1995: в ред. на 30.06.2008) // Консультант Плюс. Законодательство.

ВерсияПроф [Электронный ресурс] / АО «Консультант Плюс». — М., 2008.

1. Влияние взаимоотношений в родительском доме на семейную жизнь респондента Трудно переоценить роль семьи, которая относится к наиболее значимым для человека ценностям, в формировании личности. Детство самым непосредственным образом влияет на взрослую жизнь человека, поскольку является первой ступенькой в процессе социализации ребенка. Сильное влияние на всю дальнейшую жизнь ребенка, прежде всего, оказывают отношения в родительском доме как между родителями и детьми, так и между самими родителями. Дети, живущие в неблагоприятной атмосфере, в своей взрослой жизни склонны воспроизводить похожую ситуацию в собственной семье, и формировать схожие отношения со своими детьми. В частности, это касается детей, оказавшихся в неполной семье после распада брака родителей.

Не только атмосфера в семье, но и факт проживания в неполной семье отрицательно сказываются на формировании психики ребенка.

Респонденты, большая часть детства которых прошла в неполной семье, почти в 3 раза чаще отмечали плохие отношения между родителями во время их совместного проживания. Если ребенок рос в неполной семье, то и в своей собственной у него чаще случаются конфликтные ситуации (на 20% чаще, чем у респондента, который провел детство с двумя родителями), поскольку проживание с одним родителем не позволяет ребенку сформировать правильный тип поведения в партнерстве.

Между тем психологи утверждают: для того чтобы ребенок рос счастливым, ему нужен дом, где есть отец и мать. По результатам обследования 2007 г., с этим утверждением согласно подавляющее большинство респондентов (95%), единицы (около 1%) активно не поддерживают эту мысль, а остальные несколько процентов не смогли определиться с ответом.

Единодушие респондентов исчезает, если рассматривать вопрос в гендерном разрезе. Женщины, имея возможность создавать неполные семьи и самостоятельно воспитывать ребенка, несколько реже соглашаются с этим высказыванием и в 1,5 раза чаще, чем мужчины не могут точно определиться с ответом (отвечают: «и да, и нет»).

Мнение по вопросу о том, необходима ли ребенку полноценная семья, зависит от реальной ситуации и характера отношений в нынешней семье респондента. В более благополучных семьях чаще соглашаются, Взаимоотношения родителей и детей: условия семейной социализации что для развития ребенка необходима полноценная семья. Респонденты, проживающие в семейных союзах, чаще считают, что ребенок имеет право на совместную заботу как матери, так и отца (95% против 85% респондентов, не имеющих партнера). Напротив, если в нынешней семье респондента обстановка не благоприятная (частые конфликты, когда ссоры доходят до крика или даже рукоприкладства, и вследствие этого низкая удовлетворенность отношениями между респондентом и его партнером), то доля полностью согласных с утверждением «Чтобы ребенок рос счастливым, ему нужен дом, где есть отец и мать»

сокращается почти на 10 процентных пунктов (п. п.).

Еще большее влияние на мнение респондента по этому вопросу оказывает характер отношений между родителями респондента в его детстве. В среднем, чем лучше были отношения между родителями респондента (субъективная оценка респондента по 11-балльной шкале — от 0 до 10), тем чаще у него формируется позитивное мнение Рисунок 1. Средние оценки характера отношений в родительском доме (по 11-балльной шкале) в зависимости от мнения по вопросу необходимости полноценной семьи для ребенка и уровня конфликтности в нынешней семье респондента Источник: Данные РиДМиЖ–2004.

по вопросу необходимости полноценной семьи для ребенка. Если в родительской семье была напряженная атмосфера, то в собственной семье респондента также высока вероятность конфликтов (рис. 1).

2. Общая обстановка в семье и согласие родителей в вопросах воспитания детей Несмотря на большое число институтов, участвующих в социализации личности, центральное место в этом процессе занимает семья — именно в детстве осуществляется первичная социализация индивида, закладываются основы формирования его личности. Общая обстановка в семье, взаимоотношения между родителями напрямую влияют на развитие ребенка и его психическое здоровье. Каждая семья демонстрирует определенные образцы семейного поведения, в том числе способы урегулирования конфликтов, характерные для того или иного типа культуры, той или иной социальной группы. У ребенка на всю жизнь остаются привитые в раннем возрасте стереотипы поведения, главным способом формирования которых является копирование детьми моделей поведения взрослых членов семьи, в том числе и неудачных. Плохие отношения между родителями, позволяющие использовать не цивилизованные способы урегулирования разногласий, высокая конфликтность и отчужденность между ними приводят к нарушению психологического климата семьи и не могут быть комфортны для ребенка. Вот почему статья 31 Семейного кодекса обязывает супругов строить свои отношения в семье на основе взаимоуважения и взаимопомощи, содействовать благополучию и укреплению семьи, заботиться о благосостоянии и развитии своих детей.

По данным обследования РиДМиЖ–2007, 4% домохозяйств с детьми до 14 лет отметили, что между родителями существуют плохие отношения, в том числе менее 1% (0,7%) имеют очень плохие отношения. Заметим, что женщины в среднем ниже, чем мужчины, оценивают характер партнерских отношений (7,9 по 11-балльной шкале против 8,8 у мужчин).

Между тем уважительное отношение супругов друг к другу является залогом их согласия в вопросах воспитания детей. Статья 65 Семейного кодекса гласит: «Все вопросы, касающиеся воспитания и образования детей, решаются родителями по их взаимному согласию исходя из интересов детей и с учетом мнения детей». А статья 31 декларируВзаимоотношения родителей и детей: условия семейной социализации ет принцип равенства супругов: «Вопросы воспитания и образования детей и другие вопросы жизни семьи решаются супругами совместно, исходя из принципа равенства супругов».



Pages:   || 2 | 3 | 4 |
 


Похожие работы:

«ИНДЕКС ТРАНСФОРМАЦИИ ФОНДА БЕРТЕЛЬСМАНА 2010 Перевод с немецкого под редакцией и со вступительной статьей Е. С. Кузнецовой Москва Центр исследований постиндустриального общества 2010 УДК 327 ББК 66.2(0)’6 И 60 Bertelsmann Transformation Index 2010 Copyright © 2010 by Bertelsmann Stiftung Кузнецова Е.С. (ред.) И 60 Индекс трансформации Фонда Бертельсмана 2010 / Вступ. статья Е. С. Кузнецовой. — М.: Центр исследований постиндустриального общества, 2010. — 256 с. ISBN 978-5-904663-07-0 Центр...»

«Европейская Обсерватория eunethta по системам и политике European network for HTA здравоохранения ОЦЕНКА МЕДИЦИНСКИХ ТЕХНОЛОГИЙ И ФОРМИРОВАНИЕ ПОЛИТИКИ ЗДРАВООХРАНЕНИЯ В СТРАНАХ ЕВРОПЫ Современное состояние, проблемы и перспективы Marcial Velasco Garrido Finn Borlum Kristensen Camilla Palmhoj Nielsen Reinhard Busse Серия исследований Обсерватории, выпуск 14 Оценка медицинских технологий и формирование политики здравоохранения в странах Европы Европейская обсерватория по системам и политике...»

«СТАЛИН (Джугашвили), Иосиф Виссарионович, родился 21 декабря 1879 года в городе Гори, Тифлисской губернии. Отец его— Виссарион Иванович, по национальности грузин, происходил из крестьян села Диди-Лило, Тифлисской губернии, по профессии сапожник, впоследствии рабочий обувной фабрики Адельханова в Тифлисе. Мать — Екатерина Георгиевна— из семьи крепостного крестьянина Геладзе села Гамбареули. Осенью 1888 года Сталин поступил в Горийское духовное училище. В 1894 году Сталин окончил училище и...»

«Книга Дарья Костина. Настойки, ликеры, водки. Лучшие домашние рецепты скачана с jokibook.ru заходите, у нас всегда много свежих книг! Настойки, ликеры, водки. Лучшие домашние рецепты Дарья Костина 2 Книга Дарья Костина. Настойки, ликеры, водки. Лучшие домашние рецепты скачана с jokibook.ru заходите, у нас всегда много свежих книг! 3 Книга Дарья Костина. Настойки, ликеры, водки. Лучшие домашние рецепты скачана с jokibook.ru заходите, у нас всегда много свежих книг! Настойки, ликеры, водки....»

«Книга Евгений Преображенский. Перспективы новой экономической политики скачана с jokibook.ru заходите, у нас всегда много свежих книг! Перспективы новой экономической политики Евгений Преображенский 2 Книга Евгений Преображенский. Перспективы новой экономической политики скачана с jokibook.ru заходите, у нас всегда много свежих книг! 3 Книга Евгений Преображенский. Перспективы новой экономической политики скачана с jokibook.ru заходите, у нас всегда много свежих книг! Е. Преображенский...»

«3 Мир России. 2001. № 4 РОССИЯ В МИРОВОМ КОНТЕКСТЕ Модернизационный вызов современности и российские альтернативы МАТЕРИАЛЫ КРУГЛОГО СТОЛА Мы предлагаем вниманию читателей авторизованную стенограмму заседания Круглого стола, состоявшегося в Международном общественном Фонде социальноэкономических и политологических исследований (Горбачев-Фонде) 25 апреля 2001 года в рамках Модернизационного проекта для России, который осуществляется исследовательской группой в составе: д.ф.н., проф. В.И. Толстых...»

«Организация Объединенных Наций CEDAW/C/COM/1-4 Конвенция о ликвидации Distr.: General всех форм дискриминации 21 September 2011 Russian в отношении женщин Original: French Комитет по ликвидации дискриминации в отношении женщин Рассмотрение докладов, представленных государствами-участниками в соответствии со статьей 18 Конвенции о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин Объединенные первоначальный, второй, третий и четвертый периодические доклады государств-участников Коморские...»

«Признательность: Это пособие было разработано Программой Озонэкшн Отделения ЮНЕП по технологии, промышленности и экономике при содействии Многостороннего фонда по выполнению Монреальского протокола. Руководитель программы Озонэкшн: Ражендра М. Шенде Информационный менеджер: Джеймс Курлин Проектный менеджер: Анна-Мария Феннер Автор: Саиджа Хайнонен Экспертный обозреватель: Вайне Тальбот Проектный ассистент: Мугур Кибе Урсулет Редактор на английском языке: Джанет Сакмен Иллюстратор: Гласхаус...»

«УЧРЕЖДЕНИЕ ОБРАЗОВАНИЯ МИНСКИЙ ИНСТИТУТ УПРАВЛЕНИЯ В.А.Кодавбович, О.В.Сидоренко КОНСТИТУЦИОННОЕ ПРАВО Учебно-методический комплекс для студентов юридических специальностей Минск Изд-во МИУ 2006 УДК 342.4 ББК 67.400.1 К 55 Рекомендовано к изданию кафедрой гражданского и государственного права и научно-методической комиссией факультета правоведения Рецензенты: заместитель директора ИГУ Академии управления управления при Президенте Республики Беларусь канд. юрид. наук А.В. Солтанович, кафедра...»

«МЕЖДУНАРОДНЫЙ МАРКЕТИНГ МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ ЛЕСОТЕХНИЧЕСКАЯ АКАДЕМИЯ ИМ. С. М. КИРОВА СЫКТЫВКАРСКИЙ ЛЕСНОЙ ИНСТИТУТ КАФЕДРА МЕНЕДЖМЕНТА И МАРКЕТИНГА Международный маркетинг Опорный конспект лекций для студентов специальности 061100 Менеджмент организаций всех форм обучения Курс: 4 Семестр: 7 Форма контроля: опрос СЫКТЫВКАР 2003 2 УДК 338.658 М 43 Утвержден на заседании кафедры менеджмента и маркетинга Сыктывкарского лесного института...»

«CEDAW/PSWG/2004/II/CRP.2/Add.1 Организация Объединенных Наций Конвенция о ликвидации всех Distr.: General форм дискриминации в 21 April 2004 отношении женщин Russian Original: Spanish Комитет по ликвидации дискриминации в отношении женщин Предсессионная рабочая группа Тридцать первая сессия 6–23 июля 2004 года Ответ на перечень тем и вопросов в связи с рассмотрением периодических докладов Доминиканская Республика* Настоящий документ издается без официального редактирования. * 04-32253 (R)...»

«К. Маркса, созданной в период с августа 1861 по июль 1863 г. и озаглавленной К...»

«ПРАКТИКУМ ПО ДИСЦИПЛИНЕ НАЛОГИ И НАЛОГООБЛОЖЕНИЕ НА АВТОМОБИЛЬНОМ ТРАНСПОРТЕ для студентов специальности 080502 Экономика и управление на предприятии (транспорт) Омск 2010 0 Министерство образования и науки РФ ГОУ ВПО Сибирская государственная автомобильно-дорожная академия (СибАДИ) Кафедра экономики и управления на предприятии ПРАКТИКУМ ПО ДИСЦИПЛИНЕ НАЛОГИ И НАЛОГООБЛОЖЕНИЕ НА АВТОМОБИЛЬНОМ ТРАНСПОРТЕ для студентов специальности 080502 Экономика и управление на предприятии (транспорт)...»

«Качество знаний УДК 378.048.2 МОНИТОРИНГ ЭФФЕКТИВНОСТИ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ СИСТЕМЫ ПОСЛЕВУЗОВСКОГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ В ВУЗАХ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ С УЧЕТОМ СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКИХ ФАКТОРОВ А.М.Бершадский, д.т.н., проф., зав. каф. Тел.: (8412) 36-48-84; E-mail: bam@pnzgu.ru А.С.Бождай, к.т.н., доц. Тел.: (8412) 36-82-47; E-mail: bozhday@yandex.ru Кафедра САПР Пензенский государственный университет http://www.pnzgu.ru This paper analyses some defects of the current methods of the activity...»

«Российская Федерация Распоряжение от 20 августа 2009 года № 1226-Р Об утверждении перечня стратегических организаций, а также федеральных органов исполнительной власти, обеспечивающих реализацию единой государственной политики в отраслях экономики, в которых осуществляют деятельность эти организации Принято Правительством Российской Федерации 20 августа 2009 года В редакциях от 02.11.2009 № 1619-р, от 11.11.2009 № 1693-р, от 21.12.2009 № 2009-р, от 15.01.2010 № 6-р, от 04.03.2010 № 291-р, от...»

«НЕФОРМАТ В предлагаемой вниманию читателей статье поднимается проблема методологической рефлексии в ходе этнографического исследования и производства этнографических текстов с помощью анализа полевых дневников. За отдельными исключениями, полевой дневник в социологии сегодня не имеет широкого распространения, производство социологической информации воспринимается вне контекста анализа личных впечатлений исследователя о деталях тех или иных этапов исследования – сбора, обработки, анализа и...»

«ОКАЗАНИЕ ПОМОЩИ В БОРЬБЕ С ТЕРРОРИЗМОМ Сектор по предупреждению терроризма Март 2007 года УПРАВЛЕНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ ОБЪЕДИНЕННЫХ НАЦИЙ ПО НАРКОТИКАМ И ПРЕСТУПНОСТИ Вена ОКАЗАНИЕ ПОМОЩИ В БОРЬБЕ С ТЕРРОРИЗМОМ Сектор по предупреждению терроризма Maрт 2007 года ОРГАНИЗАЦИЯ ОБЪЕДИНЕННЫХ НАЦИЙ Нью-Йорк, 2007 год Содержание Стр. I. Задачи................................................. II. Мандат................................»

«ЕЖЕНЕДЕЛЬНЫЙ МОНИТОРИНГ СМИ ПО ТЕМАТИКЕ ГОСУДАРСТВЕННОЧАСТНОГО ПАРТНЕРСТВА 19- 25 декабря 2011 года –2– Кратко Внешэкономбанк Новгородская область: перспективы ГЧП обсудили на семинаре: Российский деловой портал Альянс Медиа - Поддержка бизнеса и предпринимательства 23.12.2011 г. http://www.allmedia.ru/newsitem.asp?id=914368 Внешэкономбанк рассматривает возможность инвестирования аграрных и промышленных проектов в Тверской области 20.12.2011 г. http://69.unise.ru/news/2/34670 Валерий Шанцев:...»

«ОЭСР OECD Государственный Комитет Водного Хозяйства и Министерство Финансов и Экономики Республики Армения в сотрудничестве с Секретариатом специальной рабочей группы по реализации НПДООС Финансовая стратегия для сектора водоотведения и очистки сточных вод крупных и средних городов Республики Армения Окончательный отчет 2004 2 Содержание: Используемые сокращения и акронимы 1. РЕЗЮМЕ ОТЧЕТА Общая ситуация Определение приоритетов Основные выводы Основные рекомендации 2. ИСТОРИЯ ПРОЕКТА И...»

«Д.А.Дегтярев соискатель кафедры мировой экономики Системы сопровождения внешнеэкономической деятельности (на примере Западной Африки) [Мировое и национальное хозяйство. – 2007. – № 1(2)] Краткое содержание В данной работе рассматриваются основные особенности систем сопровождения внешнеэкономической деятельности (ВЭД) США и Франции на примере субрегиона Западной Африки. В рамках сравнения зарубежного опыта и российской практики вносятся предложения о повышении эффективности российской системы...»














 
© 2014 www.kniga.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Книги, пособия, учебники, издания, публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.