WWW.KNIGA.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Книги, пособия, учебники, издания, публикации

 

КОНЦЕПТУАЛЬНЫЙ АНАЛИЗ ПРОБЛЕМ ДИПЛОМАТИИ

И МАТЕМАТИЧЕСКИЙ ОПЫТ

С.Ю. Жолков

Нет ничего более редкого, чем план.

Наполеон I

ВВЕДЕНИЕ

Говоря о подходах к решению проблем дипломатии или более широко проблем межгосударственных отношений во всем их многообразии (дипломатических, экономических, военных, геополитических), следует выделить два принципиальных метода решения проблем, как стратегического, так и тактического характера: рационалистический метод и интуитивноэмоциональный. К сожалению, решения, даже самые важные, часто принимают, следуя интуиции и эмоциям, в ситуациях, требующих глубокого рационалистического анализа. Несомненно, случается, что эти решения оказываются правильными, а иногда просто блестящими, но подобные случаи скорее исключение, нежели правило. Как правило, подобный путь приводит к ошибкам, часто трагическим (далее мы рассмотрим важнейшие примеры).

При этом обычно приводят слова Наполеона I: «Надо ввязаться в сражение а там видно будет», забывая, что их произносил полководец огромного таланта, обладавший великолепно организованной армией и военной машиной в целом как говорится, «quod licet Jovi, non licet bovi» (что позволено Юпитеру, то не позволено быку). Но, что интересно, вспоминать о других словах императора: «Не гений мне внезапно открывает по секрету, что мне нужно сказать или сделать в каких-либо обстоятельствах, неожиданных для других, а рассуждение и размышление» [1, с. 388] они решительно не хотят.

Причиной недостаточно глубокого рационалистического анализа проблем является не его недооценка, а отсутствие глубокой и последовательной рационалистической практики, начиная с «университетской скамьи». В какой мере математический опыт связан с решением проблем дипломатии и может помочь дипломатии и дипломатам в решении их профессиональных проблем и, следовательно, стоит ли его приобретать? Данная статья дает краткое обоснование однозначно позитивного ответа на этот вопрос; при этом мы решительно утверждаем, что правильно построенный и целостный курс математики дает исключительную возможность приобретения такой практики. И сразу же поясним: здесь имеется в виду совсем не та математика, какая сложилась в представлении специалистов гуманитарных профессий специальное знание о том, как превратить синус в косинус, преобразовать сложную «трехэтажную» формулу или найти производную с интегралом вещи сами по себе бесполезные для дипломатов (да и не только для дипломатов) при решении их профессиональных проблем.

Проблемы дипломатии будем рассматривать в связи, с одной стороны, с математическим опытом, с другой стороны, с близким к ним историческим опытом и знанием (частью которого является опыт дипломатии).




На взаимосвязь истории как научного знания и математики или более широко естественных наук есть различные точки зрения. Так, например, известный британский историк Робин Джордж Коллингвуд писал: «Историческая мысль имеет дело со своим предметом, отличающимся характерными особенностями. Прошлое, состоящее из отдельных событий, происходящих в пространстве и времени, событий, не совершающихся в данный момент, нельзя понять с помощью математического мышления, потому что оно познает объекты, не имеющие конкретной локализации в пространстве и времени, и как раз это отсутствие определенной пространственно-временной соотнесенности и делает их познаваемыми... Не может понять прошлое и естественно-научное мышление, потому что истины, открываемые естествознанием, считаются истинами благодаря наблюдениям и экспериментам, которые могут быть воспроизведены в настоящем, непосредственно воспринимаемом нами. Но прошлое ушло, и наши идеи о нем никогда нельзя проверить точно таким же образом, как мы проверяем наши естественно-научные гипотезы. Теории познания, призванные объяснить математическое, теологическое или естественно-научное знание, не касаются специфических проблем исторического знания, и если они претендуют на создание исчерпывающей теории познания, то тем самым они фактически делают вывод о невозможности исторического знания» [2, с. 8 9]. Противоположной точки зрения придерживался не менее известный британский историк Арнолд Джозеф Тойнби, широко использовавший в своем классическом труде [3] методологию и аналитические методы естественных наук (за что, естественно, подвергся критике Коллингвудом, см. [2, с. 155 157]. Кратко и ясно противоположную Коллингвуду точку зрения на рассматриваемый предмет сформулировал известный французский историк Марк Блок: «Любая наука, взятая изолированно, представляет лишь некий фрагмент всеобщего движения к знанию... чтобы правильно понять и оценить методы исследования данной дисциплины пусть самые специальные с виду, необходимо их увязать вполне убедительно и ясно со всей совокупностью тенденций, которые проявляются в других группах наук [4, с. 14].

Ни коим образом не обсуждая ни основополагающую идею Коллингвуда о том, что история как наука должна рассматриваться как познание исторического опыта исключительно специфическими историческими методами, т.е. как самопознание, ни сомнительные силлогизмы приведенной цитаты из [2], ни забавного взгляда Коллингвуда на предмет математики и ее методы, мы лишь отметим важный момент все эти три историка в своих анализах и заключениях исходят из одной посылки, безусловно признаваемой ими (однако как различны их заключения!): определяя историю (историческую науку) как предмет и субъект гуманитарных знаний, они видят историю как разновидность исследования действий людей res gestae (Коллингвуд, [2, с. 11] или как науку о людях во времени [Блок, 4, с. 18], имеющую целью «понять прошлое с помощью настоящего и настоящее с помощью прошлого» [Блок, 4, с. 25 28], как стремление к лучшему пониманию [Блок, 4, с. 11]. Таким образом, сама категория «история» для них тождественна в соответствии со своей этимологией изначальному прототипу (греч. знание (исследование) путем расспроса), как это понимали мудрые эллины. Конечно, мы не будем выходить за границы определенной ранее тематики настоящей работы и вернемся к проблемам дипломатии и политологии (но кто возьмет на себя смелость утверждать, что подобных (указанным историческим) коллизий нет в дипломатии?). И здесь решительно встанем на позиции Блока и Тойнби и приступим к конкретному обоснованию пользы и важности математического опыта.





1. Основания и принципы использования математического опыта для решения задач дипломатии При решении проблем межгосударственных отношений в принципиальном ключе существуют два подхода: рационалистический и интуитивно-эмоциональный; каждый из них требует своих выразительных средств. Рассматривая первый подход (а второго мы касаться не будем), следует выделить три основных этапа анализа и рационалистического решения проблемы любой природы: видение и содержательное системное описание (модель) анализируемого объекта; правильные логические рассуждения, позволяющие получать глубокие новые знания об исследуемом объекте; анализ и интерпретация результатов. Но если рассматриваются проблемы дипломатии, причем здесь математика? разве что, только для анализа экономической компоненты. Отнюдь, человеческая культура обладает удивительной особенностью единством структуры знаний самой различной природы [исходные понятия концепции и допущения правила логического вывода (доказательств) техника результаты и их интерпретация(ции)] и сходством путей их развития; математика же является конкретным и практичным ключом описания и анализа вот почему столь значим математический опыт. «Числа не управляют миром, но показывают, как управляется мир», писал Гете, который, как известно, математиком не был, а политиком, администратором и дипломатом высокого ранга был. Как же именно они это показывают? Математика является прежде всего универсальным образцом рационалистического анализа и построения концепций в любом знании (а совсем не набором формул и технических приемов, как это часто полагают), математика это культура исследований. И необходимо дать эти самые образцы анализа конкретных и всем понятных проблем дипломатии средствами математики, что и будет сделано в настоящей статье, но прежде рассмотрим еще несколько принципиальных вопросов, касающихся значимости и полезности математики.

Важность математики как общезначимого метода анализа довольно очевидна, но следует обратить внимание на то, что математика является также и образцом видения предмета исследований, а формализация проблемы, представленная математическим опытом, важная возможность полного и точного видения проблемы, часто являющаяся ключом к ее разрешению. Это первый элемент знания любой природы.

Второй (и важнейший) элемент построение концепций. Постановка проблемы, прочность и стройность фундамента будущей концепции (теории), корректность рассуждений (обоснований), достоверность и однозначность заключений вот вопросы, представляющие особый интерес для специалистов гуманитарных профессий. Понимание законов построения концепций барьер от непрофессионализма.

Любое знание можно разделить на две составляющие: декларативную часть и ее обоснование созидательную часть знания. Глубина и последовательность обоснования в высшей степени важны для любого знания, любой гуманитарной концепции. Это третий общезначимый элемент знаний. Целостная концепция (модель) исследуемого явления станет основой для анализа и принятия решения; адекватность, точность и целостность (непротиворечивость) концепции играют здесь решающую роль. Математические знания и опыт будут при этом незаменимы.

Авторская концепция представляет математику не столько как анализ чисел, функций или фигур, а, в первую очередь, как инструмент концептуального анализа содержательных предметных моделей. Следует отметить, что в последнее время математические модели создаются и применяются для исследований даже в таких областях, как дипломатия (в т.ч. военная дипломатия), международные отношения, общее государственное управление (в конфликтах), вооружение (разоружение). Это очень важно (и хорошо), потому что, к сожалению, (политические) решения часто принимают, следуя интуиции и эмоциям в ситуациях, требующих глубокого рационалистического анализа.

2. Развитие представлений о предмете С чего начинается процесс принятия решения? с видения предмета; в нем истоки представления о предмете, проблеме и средствах ее решения. Неверное видение, в основе которого всегда лежит провал в информационной составляющей процесса принятия решения, может стать первым шагом пути к гибели.

Первый исторический пример, который мы рассмотрим, начинается с австро-прусской войны 1866 г. Австрийский император Франц Иосиф I начал рыть своему государству яму еще во время прусско-датского конфликта из-за ШлезвигГольштейна, когда своими действиями фактически способствовал усилению Пруссии, своего соперника за гегемонию в Германском союзе.

Нелогичные и непрофессиональные действия Франца Иосифа, человека очень трудолюбивого и порядочного, но, видимо, в высшей степени не талантливого, судя по неудачам практически во всех принципиальных делах, за которые он брался, особенно резко контрастировали с зоркостью, целеустремленностью и ловкостью графа Отто фон Бисмарка, фактически руководившего королевством Пруссия с 1862 г. в должности министра-президента и министра иностранных дел, раз за разом обводившего его вокруг пальца.

Ясное видение Бисмарком основной цели гегемонии в Германском союзе с последующим созданием Германской империи соединялось с ясным видением необходимых средств для достижения этой цели. В военной области реорганизация и перевооружение армии, начатые в 1862 г., были успешно завершены в 1865 г.; во главе вооруженных сил Пруссии стоял прекрасный военачальник, генерал-фельдмаршал Хельмут фон Мольтке (ст.), который с 1857 г. возглавил и реорганизовал прусский Генеральный штаб (он же возглавлял действующую прусскую армию в войне с Австрией), в стратегическом развертывании армии Мольтке использовал железные дороги, в управлении войсками применил новое средство связи телеграф. В результате этого прусская армия превосходила австрийскую в стрелковом оружии (игольчатое ружье Дрейзе), подготовке, маневренности, организации и управлении, и что самое главное, в дарованиях фактического главнокомандующего Мольтке (формально главнокомандующим был, конечно, король Вильгельм I) вспомним слова Наполеона I: «Армия баранов, предводительствуемая львом, сильнее, чем армия львов, предводительствуемая бараном» [1, с. 90]. Экономика Пруссии находилась в удовлетворительном состоянии. Во внешнеполитической области, четко видя проблемные моменты, Бисмарк достиг практически всех поставленных целей:

добился благожелательного отношения России (в лице императора Александра II, допустившего ошибку), что было нелегко сделать в силу отрицательного отношения к планам Бисмарка полностью их разгадавшего министра иностранных дел России кн. Александра Михайловича Горчакова; в результате встречи с Наполеоном III в Биаррице (сентябрь 1865 г.) обеспечил нейтралитет Франции, в ходе второго свидания с французским императором повел себя столь ловко, что тот в результате совершил вторую грубую ошибку за полгода и согласился не препятствовать союзному договору Пруссии с Италией, который и был подписан 8 апреля 1866 г. (за месяц и 7 дней до начала войны, развязанной Бисмарком) следовательно, Австрии пришлось вести войну на два фронта; союз германских княжеств, в т.ч. таких крупных, как Саксония и Бавария, с Австрией оказался для Пруссии неопасным. Только в самой Пруссии парламентарии подпортили Бисмарку эту радужную картину, шумя в парламенте и громко обвиняя его в провоцировании братоубийственной войны [5, с. 501]. Лишь в одном Бисмарку изменило зрение:

многочисленная и неплохо вооруженная итальянская армия оказалась небоеспособной и через неделю после начала войны была разгромлена австрийцами (при Кустоцце, 24 июня).

Результаты зоркости и верного анализа Бисмарка известны: достижение всех поставленных целей в полном объеме, несмотря на неудачное начало войны (разгром итальянцев и опасная разобщенность прусских армий к 18 июня), серьезные волнения и риск Бисмарк впоследствии говорил, что никогда ему не приходилось до такой степени ставить все на карту, как в июнеиюле 1866 г., и если бы в решительной битве под Садовой 3 июля прусская армия потерпела поражение, то он постарался бы погибнуть в сражении в случае такой неудачи ему бы пришлось нести всю ответственность за вызванную им непопулярную войну [5, с. 501502]. Но Мольтке в этом сражении одержал блестящую победу, при примерном количественном и качественном паритете в артиллерии (798 орудий пруссаков против 794 австрийских) и незначительном перевесе в численности (278 тыс. пруссаков против 261 тыс. австрийцев). И казалось, остается только принимать лавры, изолировать отделавшуюся легким испугом и поэтому счастливую Австрию, уже не представлявшую никакой опасности для дальнейшего объединения Германии под Пруссией, ан, нет... Бисмарку пришлось еще выдержать битву с королем Вильгельмом I и окружавшими его генералами, которые так ничего и не поняли в хитрой стратегии своего премьер-министра (здесь уместно воскликнуть: «если свои не поняли, то куда уж Францу Иосифу и Наполеону III !») и требовали разгрома Австрии. После нескольких бурных сцен Бисмарк пригрозил немедленной отставкой и сказал, что предоставляет королю искать другого министра, который бы разделил с ним (королем) всю ответственность за тот пагубный путь, на который его увлекают генералы. И король смирился, заявив, что отправляет в государственный архив собственноручно написанное письмо, где говорилось, что он вынужден отказаться от продолжения войны, «так как мой министр оставляет меня в трудном положении перед лицом неприятеля», оставив тем самым в архиве истории не только водевильный документ, но и пример поразительной государственной слепоты.

Однако для полноты картины и завершения рассматриваемого исторического примера мы должны продолжить изложение разыгрывавшейся драмы. «Как первая война (1864 г. против Дании) с логической неизбежностью вызвала вторую войну (1866 г. против Австрии), так и эта вторая война естественно повлекла за собой третью войну (1870 71 гг.) против Франции»

пишет Тарле [5, с. 503]. Медленная трансформация Германского (Северо-германского) союза в Германскую империю по многим причинам не устраивала Бисмарка [5, с. 504], и он (опять же верно оценив ситуацию) решил закончить дело победоносной войной со своим единственным противником на континенте Францией.

На первый взгляд начало прусским успехам положило прямо-таки всеобщее умопомрачение, охватившее всех политиков, вершивших тогда судьбами Европы. Во-первых, Англия: ни правительство вигов (премьер лорд Джон Россель, министр иностранных дел лорд Джордж Кларендон), ни правительство тори (премьер граф Эдуард Дерби, министр иностранных дел лорд Стэнли) не усматривали никакой опасности в возвышении Пруссии, напротив, ее усиление представлялось им весьма полезным противовесом значительно больше беспокоившему их влиянию Франции. Во-вторых, Россия не сделала ничего решительного, чтобы предотвратить как войну, так и победу Пруссии, несмотря на то, что усиление Берлина уже беспокоило не только кн. Горчакова, но и самого Александра II (при всех теплых родственных чувствах, которые он питал к Вильгельму I, своему родному дяде); основных причин тому было две: недовольство политикой Наполеона III и боязнь усиления АвстроВенгрии в случае поражения Пруссии. За эти ошибки России пришлось заплатить сотнями тысяч жизней в I Мировой войне, но тогда этого еще никто не знал, даже Бисмарк. Что касается Франции, то все действия Наполеона III будут рассмотрены отдельно. Единственно что, отказ АвстроВенгрии от попытки реванша носил объективный характер и был обусловлен внутриполитическими причинами. На самом же деле не было никакого помрачения умов, а были искусные действия Бисмарка и грубые ошибки Наполеона III, в совокупности повлекшие неправильные оценки и ошибки великих держав. Начнем с Наполеона III, ибо, как то ни странно, именно он был активной стороной, а Бисмарк только подыгрывал, используя его промахи (такая партия в шахматах называется кооперативным матом).

После Парижского конгресса (25 февраля 30 марта 1856 г.), завершившего несчастливую для России Крымскую войну, Наполеон III оказался наиболее влиятельным правителем континентальной Европы, взяв, можно сказать, реванш за поражение своего великого дяди и восстановив престиж французского оружия. Но начиная с этого момента, он стал демонстрировать странную недальновидность и непоследовательность. Если сумбурная итальянская политика привела к удачной войне с Австрией и присоединению Савойи и Ниццы, то буквально все его иные действия свидетельствовали о скверном видении и понимании стоявших перед Францией и лично им проблем. Следствием поражения в этой войне стало дальнейшее ослабление Австрии (а следовательно, усиление Пруссии в Германском союзе). Демонстративное сближение с Россией не имело ни четких целей, ни продолжения и привело только к резкому ухудшению отношений с Англией, а последующее неуклюжее вмешательство в польские дела закончилось не только дипломатическим поражением, но и личной обидой Александра II и повлекло в дальнейшем печальные для Франции последствия; самым скверным было то, то Бисмарк, напротив, вовремя сорентировался и поддержал Россию в польском вопросе, значительно усилив и «прусскую партию» при русском дворе, и личные симпатии императора к Пруссии, и без того большие. Затем, словно не замечая начавшейся с 1857 г. реорганизации прусской армии, Наполеон III вместо того, чтобы заниматься европейскими делами, затевает ряд колониальных войн. Если война в Индокитае и китайский поход закончились успешно, то сирийская экспедиция была безрезультатна и привела только к дальнейшему обострению отношений с Англией.

А самое серьезное предприятие попытка завоевания Мексики, предпринятая под прямым нажимом французских олигархов и поглотившая массу людских и финансовых ресурсов, закончилась полным провалом. В результате Франция оказалась ослабленной, и внутриполитическое положение Наполеона III, ранее казавшееся незыблемым, резко пошатнулось, причем те самые силы, которые спровоцировали мексиканскую экспедицию, после ее провала всю вину возложили на императора и этому не приходится удивляться: советчиков много, а отвечает всегда «распорядитель кредитов». «Чем больше росло недовольство в широких общественных кругах, пишет Тарле [5, с. 511], тем более нервной становилась французская дипломатия».

Теперь французская дипломатия обратилась к европейским делам, но лучше бы она этого не делала! Попытки добиться согласия Пруссии на присоединение Люксембурга, а в дальнейшем и всей Бельгии к французской империи в качестве компенсации за нейтралитет в австропрусской войне были, конечно, доведены Бисмарком до сведения всех великих держав и вызвали их решительное противодействие. В результате Франция потерпела очередное дипломатическое поражение. Но самое печальное заключалось в том, что Англия решила твердо поддержать Пруссию в деле объединения Германии, рассматривая его как полезный противовес агрессии Франции, а прорытие Суэцкого канала в 1869 г. рассматривалось Англией уже как прямая угроза Индии со стороны Франции. «Уже больше не осталось ошибок, которые вы могли бы сделать, писал Тьер по адресу французским дипломатии, потому что все возможные ошибки уже сделаны вами». Но он ошибался.

Итак, гегемония Пруссии в Северо-германском союзе, дипломатические поражения, внешнеполитическая изоляция, внутриполитический кризис вот итоги последних восьми лет правления Наполеона III «опасность предстала перед Французской империей в таких размерах, которых до сих пор нельзя было и представить» [5, с. 509].

В результате тревожных раздумий французский император и его окружение решают, что выход может быть найден только в победоносной войне. И после колебаний Наполеон III решился; и, встав на этот пагубный путь, он уверенно пошел навстречу гибели.

Дальнейшее общеизвестно: избрание принца Леопольда Гогенцоллерна на испанский престол и его отказ грубые по форме и грубо ошибочные по содержанию шаги французской дипломатии, знаменитая «эмсская депеша» Бисмарка неизбежная война один на один с Пруссией, которая и была объявлена 19 июля 1870 г.

Теперь о наиболее важной стороне вопроса военной. 12 июля на совещании у Наполеона III военный министр Лебеф заявил, что французская армия полностью готова и одержит победу;

13 июля военный министр Пруссии фон Роон и начальник генерального штаба фон Мольтке также объявили Бисмарку, что ручаются за победу. Впрочем, и сам Бисмарк придерживался того же мнения: полугода пребывания прусским послом (1862 г.) в Париже при его наблюдательности (о чем ярко свидетельствуют мемуары [6]) было достаточно, чтобы изучить сильные и слабые стороны французского руководства и реально оценивать шансы сторон.

Что же было в реальности? Пруссия обладала 1 млн. чел. обученного резерва против 130 тыс.

у Франции, превосходила противника в организации войск и полевого управления, в подготовке и боевом опыте ведения современной войны, скорости мобилизации армии и маневренности; правда, французское стрелковое оружие (ружье Шасспо) превосходило прусское, но соотношение сил в артиллерии было просто гибельным для французов: дальность стрельбы стальных прусских орудий составляла 3 3.5 тыс. м., в то время как у бронзовых французских не превосходила 2.8 тыс. м. [7], таким образом, пруссаки могли просто расстреливать французскую пехоту, не приходя с ней в соприкосновение. Решающее превосходство Пруссия имела и в качестве высшего командного состава, вдобавок прусскую армию возглавлял Мольтке, а французскую не имевший ни военного таланта, ни глубокого военного образования Наполеон III как раз по такому случаю Наполеон I писал: «Наибольшая из всех безнравственностей (la plus grande des immoralits) это браться за дело, которое не умеешь делать», а если за дело военного командования берется неспособный генерал, то эта «безнравственность» превращается уже в прямое тягчайшее преступление [1, с. 196]. Но из всего этого перечня одного соотношения в артиллерии было достаточно для победы прусских войск, поэтому заявление французского военного министра и окончательное решение Наполеона III начать войну свидетельствует о полной слепоте и безрассудстве. В доказательство этой оценки стратегический план французского командования заключался в том, чтобы раньше противника открыть военные действия, и нанося удар в северо-восточном направлении, отрезать Пруссию от южно-германских государств с целью удержать их от союза с Пруссией и к тому же подтолкнуть Австрию к войне на стороне Франции с целью реванша. Конечно же, этот план оказался нереальным. К 1 августа французы развернули армию в 250 тыс. чел. на линии Страсбург, Тионвиль, Мец, Мюлуза, Шалон-сюр-Марн, при этом мобилизация во Франции еще не была закончена. Пруссаки же развернули армию в 390 тыс. чел. и благополучно начали осуществлять план Мольтке: сосредоточить силы в районе Страсбург, Мец и, разгромив французскую армию в одном генеральном сражении, начать затем форсированное наступление на Париж. 4 августа прусские армии начали наступление, в ходе которого часть войск под командованием маршала Базена была отрезана и блокирована в крепости Мец, а шалонская группировка под командованием маршала МакМагона, оттесненная к Седану, была там окружена и капитулировала вместе с Наполеоном III сентября. Война была фактически закончена за полтора месяца.

А 18 января 1871 г. драма, срежиссированная Бисмарком, завершилась: прусский король Вильгельм I был провозглашен императором Германии.

Краткий анализ второго принципиального примера действий главного актера Крымской драмы, Николая I, мы начнем с 1849 52 гг., времени почти полного российского господства в Средней Европе. Говоря впоследствии об этих годах в одном своем парламентском выступлении лорд Кларендон заявил, что, по общему мнению, в те времена Россия обладала не только «подавляющей военной силой», но и дипломатией, отличавшейся «несравненной ловкостью»

[5, с. 429]. Отсюда не следует, что в эти годы Николай не делал дипломатических ошибок делал. Но ситуация была настолько благоприятной, что его мелкие ошибки были почти безболезненными, а крупные не имели немедленных последствий. Необходимо отметить две крупные ошибки, сыгравшие в дальнейшем роковую роль. Первая ошибка стратегическая и принципиальная, заключалась в спасении и усилении Австрии в 1849 г. Вторая, субъективная и тактическая, в публичном оскорблении влиятельного английского дипломата Чарлза Стрэтфорда-Каннинга [5, с. 418 19], и более подробно [8, I, с. 8183], впоследствии получившего титул лорда Редклифа, двоюродного брата знаменитого премьера Джорджа Каннинга, с которым очень плодотворно «дружили» и Александр I в 1823 25 г., и сам Николай в 1826 27 [5, с.

397 405]. Этот эпизод, в результате которого русский царь превратил умного, энергичного и ловкого противника в злейшего врага (вместо того, чтобы попытаться нейтрализовать его), весьма характерен для самоуверенного и потерявшего к концу своего царствования все дипломатические ориентиры Николая.

Как же Россия «вползла» в губительную Крымскую войну, инициативная роль Николая в которой несомненна? Кроме личных качеств русского царя, причиной тому явилось совершенно искаженное видение им реальности. Надежды на благожелательное отношение и участие Англии в разгроме и разделе Турецкой империи оказались ошибочными; расчет на слабость Франции и нейтралитет в грядущей войне Франции и Австрии также; большая часть политических и общественных кругов Пруссии после «ольмюцского унижения» были враждебны к России.

Плюс к этому нелепая и грубая дипломатическая ошибка Николая в 1853 г. с титулованием Наполеона III, сделавшая последнего личным врагом русского царя. Путь российского самодержца во многом напоминает путь Наполеона III: неверные посылки неверные оценки неверные заключения ошибочный план серия поражений несбыточные иллюзии запоздалые раскаяния.

Провоцирование войны началось с провала миссии в Турцию военно-морского министра кн.

А.С. Меншикова (которую Тарле считал заранее обреченной на неудачу [8, гл. 2] вследствие личных особенностей характера князя, многолетнего фаворита царя). Заметим, ни Николай I, ни, тем более, сам Меншиков не поняли, что объективно миссия закончилась поражением и нанесла ущерб российским интересам. К несчастью для России послом Англии в Турецком государстве с 5 апреля 1853 г. стал Стрэтфорд-Каннинг, который тонко использовал все просчеты русской дипломатии, напрочь запутал и обхитрил Меншикова и достиг всех целей, которые диктовали ему британские интересы; 21 мая Меншиков объявил, что порывает сношения с Портой, и покинул Константинополь. Какими же убогими выглядят усилия дипломатии Николая Нессельроде Меншикова в сравнении с концептуальными действиями Рэдклифа! Далее (21 июня) последовало вторжение русских войск под командованием генерал-фельдмаршала И.Ф. Паскевича (кстати, очень сомневавшегося в правильности этого шага и очень встревоженного общим положением дел, но решительно ничего не сделавшего, чтобы открыть глаза царю) в Дунайские княжества. Но война все еще не была объявлена. Наконец, 18 (30) ноября 1953 г. произошел блистательный Синопский бой, после которого ликование и ослепление достигли предела: «Вы не можете себе представить счастья, которое все испытывали в Петербурге по получении известия о блестящем синопском деле», писал военный министр Василий Долгоруков кн. Меншикову. После этого успеха России война стала неизбежной. То есть, не совсем так была еще возможность остановиться и отыграть назад, когда стало ясно, что воевать придется не против Турции, а против Англии и Франции; и наиболее дальновидные из числа влиятельных сановников при русском дворе М.С. Воронцов, И.Ф. Паскевич, А.Ф. Орлов, П.Д. Киселев очень опасались неуспеха царского предприятия, но все молчали, публично молчали «с женой в постели» они делились мрачными предчувствиями, но никак не с царем.

И лишь один герой Синопа, в тот момент контр-адмирал, Павел Степанович Нахимов ходил мрачный и озабоченный, ясно представляя последствия этой победы, и говорил, что это еще «всем нам» аукнется. «Павел Степанович не любил рассказывать о синопском сражении, писал впоследствии А.А. Ухтомский. Во-первых, по врожденной скромности и, во-вторых, потому, что он полагал, что эта морская победа заставит англичан употребить все усилия, чтобы уничтожить боевой Черноморский флот, что он невольно сделался причиной, которая ускорила нападение союзников на Севастополь».

Но здесь следует сказать, что кроме взгляда царя (с «ближними боярами») и орлиного взгляда прославленного адмирала, была еще одна возможная оценка, которую приводит Тарле в следующем блестящем описании:

Тут Меншиков действовал так, как и всегда он действовал, приходилось ли ему выступать на поприще дипломата или в качестве полководца. Полнейшее, доходившее до странности, чувство безответственности было одной из самых характерных его черт. Не имея ни тени дипломатических дарований, он берется за самые трудные и опасные поручения, едет в 1853 г. в Константинополь и навязывает там России бедственную войну.

Он прикидывается, будто его послали в Константинополь против его желания, и пишет это как раз перед тем, как тоже без колебаний, с еще более преступным легкомыслием и по исключительно личным честолюбивым мотивам, он принял пост главнокомандующего русской армией и флотом. Все несчастья, которые Меншиков навлек на Россию, ни в малейшей степени его не смущают. Небрежное высокомерие, презрительная насмешливость, всегдашнее стремление замечать в людях лишь самое худшее, совершенно неосновательное, преувеличенное представление о глубине и остроте собственной государственной мысли, все эти свойства были воспитаны в нем пожизненным пребыванием среди придворных ничтожеств, над которыми он очень зло и часто остроумно изощрялся... При этом была у него еще одна убийственно вредная черта: его бесспорный и острый ум был каким-то вялым, недейственным, ни малейшей энергии мысли, не говоря уже об энергии волевой, у него не было. Все будет хорошо, а если выйдет нехорошо, тоже беда небольшая, все на белом свете поправимо, особенно, если у кого есть майораты, пенсии и столько орденов, что уж не хватает места на груди, куда их вешать.

Пошел искать Нахимов турок на море? Верно, не найдет. Если найдет, тем хуже для него. Корнилов просит послать скорее Нахимову подмогу? Ладно, можно и послать. Не поспеет, что же, как-нибудь Нахимов из беды вывернется. А не вывернется и потонет, проживем и без Нахимова. Вот какого рода мысли всегда, без единого исключения, были присущи Меншикову [5, с. 378 379].

Подобный взгляд на события, который мы все можем по собственному опыту наблюдать в последние годы новейшей российской истории, я оставляю без комментариев.

Но самым печальным обстоятельством были не дипломатические промахи, а качественное отставание России в военной области во многих компонентах, включая кадровый, все это обстоятельно описано в [8]. Заблуждения царя относительно боеготовности русской армии оказались решающими. Ход Крымской войны известен. Всего за три (!) года, с 1853 по 1856, Николай I превратился из властелина центральной Европы в мучимого раскаяниями виновника унижения России.

Причины, приведшие русского царя к цепи ошибок и печальному финалу, изложены в [8, с. 79 и проч.). Мы же отметим только две. Первая «глубокая, поистине непроходимая, всесторонняя, если можно так выразиться, невежественность» [8, с. 62], чего стоит одно только предложение изумленному турецкому принцу Халилу на приеме 1830 г. передать от его, царя, имени дружеский совет султану оставить мусульманские заблуждения и восприять свет истинной православной веры. «Ламздорф наставник младших сыновей Павла I, Николая и Михаила...

не умел ни руководить нашими уроками, ни внушить нам любовь к литературе и наукам...

признавался впоследствии Николай. Бог ему судья за бедное образование, нами полученное».

Вторая столь же непроходимая самоуверенность царя, кстати, несовместимая с настоящим, глубоким образованием. Так и хочется воскликнуть: «займемся же настоящим глубоким образованием и системным обучением наших детей!»

Последний «кирпич» исторической компоненты фундамента этого раздела сравнительный анализ представлений и действий будущих участников битвы при Аустерлице.

Ввиду угрозы вступления в войну Пруссии на стороне Австрии и России Наполеону I нужно было как можно быстрее навязать союзной армии генеральное сражение и завершить великолепно начатую (капитуляция генерала Мака) военную кампанию. Французская армия (ок. тыс. чел.) была прекрасно вооружена и подготовлена, имела великолепный высший командный состав; боевой дух был очень высок.

Французам противостояла соединенная русско-австрийская армия численностью около тыс. чел. Из них 42 45 тыс. свежих войск (включая гвардию) подошедших из России, тыс. чел., сохраненных М.И. Кутузовым после тяжелейших оборонительных боев при отступления от Кремса на восток, и 15 18 тыс. австрийцев. Молодой русский император, только что прибывший из Берлина, где он и прусская королевская чета клялись друг другу в вечной дружбе у гроба когда-то смертельного врага России Фридриха II (вот ведь анекдот!) и воодушевленный перспективой близкого выступления прусской армии, а также воинственными настроениями гвардии и своего окружения, рвался в бой. Австрийский император Франц I, почти половина австрийских земель которого была оккупирована французами, также побуждал Александра дать решительное сражение. Однако Кутузов, только что едва спасший армию, не уверенный в подготовке подошедших резервов и вообще трезво смотревший на вещи, в высшей степени опасался за исход возможного сражения и был убежден в необходимости маневрировать и уклоняться от решительной схватки с Наполеоном. При этом он логично указывал царю, что необходимо дождаться вступления Пруссии в войну, коли уж заключен союз, соединиться с прусской армией и максимально усилиться, а потом уже думать о генеральном сражении.

И тут Наполеон проявил во всем блеске свой дипломатический и актерский талант. Он неожиданно приказал авангарду начать отступление и послал к русскому императору генераладъютанта графа Рене де Савари с предложением перемирия. А потом в личной встрече с петушившимся русским генерал-адъютантом кн. Петром Долгоруковым (Александр гордо отказал Наполеону в личном свидании) разыграл целый спектакль, после которого Долгоруков уехал от французского императора в полной уверенности, что тот растерян и слаб и его нужно быстрее добивать. Ликование и ослепление в русском штабе было полным! Кутузов уже не мог далее противиться «роковому легкомыслию, обуявшему царя», как пишет Тарле [1, с. 148], но почему-то не отказался от верховного командования. Роковой путь начался. Диспозиция сражения, составленная при деятельном участии австрийцев, исходила из неверных посылок и была ошибочна, как в принципе, так и в деталях. Сражение сложилось крайне неудачно для союзной армии, действия многих генералов были ужасны, полк российских кавалергардов полег почти целиком, Кутузов был серьезно ранен, потери огромны. Короче, детали разгрома общеизвестны (см. напр. [1, с. 149 151]).

Таким образом, принципиальный ход всех трех рассмотренных драм удивительно схож. Его закономерности уже отмечались нами, теперь рассмотрим их связь с математическим опытом.

Математический опыт развития представления о числах и фигурах является прекрасным образцом все более точного и полного видения, казалось бы, самых простых объектов, окружающих нас. В нем отразились и ошибки, и противоречия, и пути их преодоления, приведшие к стройной и законченной концепции. При этом нас интересуют не навыки решения задач или полнота математических обоснований, а изучение исторического пути развития понятия числа как общезначимый пример естественнейшим образом появляющихся проблем самого различного свойства, не только математических. Развитие представления о числе, начиная от натурального, через рациональное к действительному и далее до комплексного любопытнейшим образом связано с экономическими, техническими, философскими, музыкальными, живописно-архитектурными и политическими проблемами. Весьма любопытен факт неприятия отрицательных чисел вплоть до Ньютоновских времен приведем лишь взгляд английского математика и специалиста по теории страхования, члена Лондонского Королевского общества Френсиса Мазера (1731 1824):

...Насколько я могу судить, они [отрицательные числа] служат лишь для того, чтобы внести замешательство во всю теорию уравнений и сделать смутным и загадочным то, что по самой своей природе особенно ясно и просто...

Чрезвычайно желательно поэтому не допускать отрицательные корни в алгебру, а если таковые и возникнут, неукоснительно изгонять их...

Очень полезно задуматься о причинах этого странного для современного человека явления. Не менее интересны «кризис иррациональности», приведший к системному кризису древнегреческой математики и философии, и шаги по его преодолению, вопросы единственности и их применение, историческая практика подтверждения «прав законности» комплексных чисел и решение вопроса, до каких же пределов можно дойти в процессе развития понятия числа.

Столь же интересен и важен исторический путь геометрии вплоть до обсуждения важнейшей для политика или юриста проблемы существования альтернативных геометрий и альтернативных взглядов на мир.

Рассматривая все эти вопросы, политик или историк сталкивается на поле математики с проблемой формализации и убеждается, что часто именно формализация проблемы может служить ключом к полному и точному видению предмета (а иногда и единственной возможностью). Также необходимо обратить внимание на принципиальную разницу в, так сказать, технических средствах видения проблем математики и, например, политики и дипломатии. Одним из важных средств видения в политике является разведка, которую можно назвать рационалистическим окуляром политики и дипломатии. Следует развеять заблуждение, что разведка это исключительно средство «подглядывания» и выпытывания того, чего знать не следует. Важная сторона разведывательной деятельности получение объективной и полной информации для принятия правильных решений; полезно и важно обсудить примеры, когда именно данные разведки предотвратили конфликт, и, наоборот, ошибки разведывательных данных способствовали развязыванию конфликтов, в т.ч. военных. Интересен при этом «модельный» пример [9]: в военно-политической компьютерной игре именно неверное представление о целях и намерениях «другой страны» и преувеличенные опасения привели к реализации военного сценария.

В связи со сделанными замечаниями о роли разведки примечателен пример действий Елизаветы I Английской. Решая в совокупности военные, политические и экономические задачи, великая королева понимала место и роль разведки и секретных служб; во главе разведывательных служб стояли высшие сановники (и очень талантливые люди): Уильям Сесил, лорд Берли, государственный канцлер, и сэр Френсис Уолсингем, государственный секретарь. При этом весьма экономная королева не жалела денег на разведывательные и контрразведывательные операции. Решающий перевес в этой области сыграл важную роль в военных, дипломатических и экономических победах Английского королевства, превративших впоследствии его в великую европейскую державу.

3. Количественный и качественный анализ тактика и стратегия Решающую роль в представлениях специалистов гуманитарных профессий о математике, ее месте системе гуманитарных знаний, а следовательно, возможной пользе (или бесполезности) для гуманитарных исследований играет университетское образование (под этим термином подразумевается образование высшей школы). Ясно, что его определяют принципы, на которых строятся математические курсы в гуманитарном образовательном процессе. Если математику неслучайных объектов понимать, как методы вычисления производных и интегралов или решения дифференциальных уравнений, а теорию вероятностей и статистику как комбинаторику, вычисление дисперсий и выборочных характеристик, то математика предстает как количественный анализ, никак не связанный с гуманитарным знанием. Поэтому не приходится удивляться, что будущие корифеи гуманитарных профессий не могут даже вообразить, что математика и ее методы могут быть им полезными и тем более не подозревают о том, что в принципиальном ключе как подходы к решению и математических, и гуманитарных проблем, так и схемы их решения удивительно схожи. По этой же причине в последние годы математика планомерно изгоняется из учебных программ.

Как известно, точность измерительных средств является характеристикой уровня исследований в естественных науках, многие современные результаты получены именно вследствие усовершенствования средств измерения. Понятно, что значит совершенствование технических средств в физике или технике. А в математике? компьютерная техника? Не только и не столько... Прежде всего новые идеи и методы, открывающиеся разуму, которые приводят к появлению даже новых математических дисциплин. Но здесь мы, конечно, не будем на этом останавливаться, а обратимся к дипломатии, а именно к союзной конференция в Спарте (432 до Р.Х.).

Годы (455 31) беспрецедентного роста афинского могущества совпадают (и не случайно) с временем доминирования в политической жизни Афин Перикла Алкмеонида (по матери Агаристе, племяннице Клисфена и сестре Мегакла), сына Ксантиппа, ставшего с 461 г. вождем демократической партии в Афинах. Мудрость, сдержанность и осторожность, по мнению Плутарха, стали причиной его возвышения и удивительной устойчивого положения в государстве.

Экономическое усиление Афин и рост ее флота Перикл решил закрепить политической победой, ловко вмешавшись в спартанские неурядицы в 457 г. В начавшейся войне со Спартой он не снискал военной славы (а весьма возможно, к ней и не стремился). Морской союз (Делосская симмахия), существовавший с 478 г., в котором Афины играли ведущую политическую и военную роль, стал объектом его интересов: под предлогом безопасности из-за идущих военных действий и столкновений с персами в 455 54 г. в Египте и Малой Азии общая казна симмахии (460 600 талантов (12 15.6 т.) серебра) была перенесена из Делоса в Афины. Это явилось первым шагом в превращении союза в Афинскую державу (архэ). Во-первых, Афины стали единолично распоряжаться этими средствами, и теперь они уже тратились не на союзную, а на афинскую армию и флот, а также и на другие афинские нужды, например, строительство (а следовательно, создание новых рабочих мест). Проявляя большую мудрость, Перикл не пытался добиться военной победы над Спартой и возглавлявшимся ею Пелопонесским союзом (Лакедемонской симмахией) в попытках закрепить положение Афин как политического, экономического и культурного центра он пошел иным путем: в 448 г. попытался созвать панэллинский конгресс, но этот ход не удался. Тогда он инициировал мирные переговоры со Спартой, закончившиеся в 445 г. заключением Тридцатилетнего мира, закрепившего систему военнополитического дуализма в Элладе, и затем занялся последовательным укреплением экономического и военно-политического положения родного города. В 444 г. (в возрасте 48 или по другой датировке 51 года) он был избран первым стратегом Афин и затем подряд переизбирался на эту должность до 430 г. неслыханный случай!

В границах Афинского союза Перикл создал нечто подобное современному европейскому общему рынку. Была произведена унификация мер, весов, монетных систем, в основу всех расчетов были положены афинские стандарты и деньги. Был обеспечен полный контроль Афин в симмахии над морскими торговыми и экономическими путями; афинский порт Пирей стал средоточием и перевалочным пунктом товарных потоков, через него товары распределялись по всем союзным городам. В рамках общей стратегии усиления и овладения новыми ресурсами началась внешнеполитическая экспансия. В 443 г. афиняне организуют общегреческую колонию в Южной Италии на месте разрушенного города Сибарис; в 437 г. морская экспедиция в Понт во главе с самим Периклом закрепляет контроль над обширными территориями и торговыми путями Причерноморья Синопа, Амис, Аполлония, Истрия, Ольвия становятся главными опорными пунктами афинской державы. Принимается программа борьбы с бедностью и на плодородные земли союзников выводятся ок. 10 тыс. афинских клерухов. Даже судебные разбирательства были перенесены в Афины это позволяло не только контролировать экономическую и политическую жизнь в союзных городах, но и обеспечивать дополнительный приток средств в столицу (пошлины, судебные издержки, оплата гостиниц и т.п.). Все государственные должности стали оплачиваемыми. Для сокращения государственных расходов и субъектов поддержки государством Перикл в 451 г. добивается принятия закона о гражданстве (от которого впоследствии сам же и пострадал), по которому гражданином считался только тот, у которого оба родителя были афиняне; количество полноправных афинян было таким образом ограничено и попасть в их число, чтобы воспользоваться привилегиями, стало невозможным.

Таким образом, при реализации как стратегических, так и тактических планов, Перикл разрешал и количественные, и качественные проблемы. Но очевидно, все эти действия проводились в интересах одного участника симмахии его гегемона. Проводимая политика кроме того ограничивала самостоятельность союзных полисов «по всем азимутам» (пользуясь термином де Голля) и фактически изменяла государственный строй в подвластной Афинам части Эллады, причем революционным путем.

Это была опасная политика. Не удивительно, что она встретила сопротивление союзников.

Но попытки как противодействовать ей в рамках симмахии, так и выйти из нее, подавлялись жестокими и совсем не демократическими методами, приходилось неоднократно использовать военную силу. Заметим, что в противоположность этому Пелопонесский союз был весьма мягким, противоречия разрешались дипломатическим путем и недемократическая Спарта не навязывала своей воли союзникам силой. Перикла громко упрекали, что он жертвует афинскими и общеэллинскими жизнями не для борьбы с внешними врагами, а для расправ над соотечественниками. Но до поры это сходило с рук, пока не началась афинская экспансия на запад, в Великую Грецию.

Поход на Самос (440 г. до Р.Х.) лакедемоняне, скрепя сердце, «проглотили»; противники (Афины Спарта) расширяли число союзников и готовились к возможному конфликту. Но вмешательство афинян (435 33) в конфликт Коринфа (союзника Спарты) и его колонии Керкиры, второй и третьей морских держав Эллады, а также фактическое участие во внутриполитических сражениях в Эпидамне резко обострило ситуацию и вызвало обращение Коринфа к Спарте за помощью (пока политической). Но затем в 432 г. афиняне открыто вторглись в колонию Коринфа Потидею и разгромили коринфско-потидейское войско в кровопролитном сражении. И в том же году приняли вызывающее постановление (мегарскую псефизму), фактически разорявшую Мегару. После этого никто не мог чувствовать себя в безопасности. Итак, Афины продолжали усиливаться, ни на кого не обращая внимания и ведя внутри Афинского союза самовластную политику, не просто как гегемон, а как повелитель, самодержец (деспотос). Все эти действия были расценены как прямое нарушение мирного договора 445 г.

По требованию коринфян, потидеян и македонского царя Пердикки, бывшего союзника, а ныне врага Афин, в 432 г. в Спарте было созвано совещание всего Пелопонесского союза, превратившееся в настоящую дипломатическую конференцию [5, с. 43]. Понятно, что коринфяне требовали немедленно открыть военные действия, «пока афиняне не поработили всех эллинов». А как другие члены Пелопонесского союза и остальные греческие полисы? «Общественное мнение в подавляющем большинстве городов склонялось на сторону лакедемонян (между прочим, потому, что они объявили себя освободителями Эллады). Все будь то отдельные люди или города по возможности словом или делом старались им помочь. И каждый при этом полагал, что его отсутствие может повредить делу. Таким образом, большинство эллинов были настроены против афинян: одни желали избавиться от их господства, другие же страшились его» пишет Фукидид, сын Олора [10,II.8]. Хотя Фукидид был связан родственными узами с Филаидами, традиционными политическими противниками Алкмеонидов, нет никаких оснований подозревать его в предвзятости: его «История» тонкий и объективный труд, отзыв в нем о личных качествах Перикла и его правлении очень высок [10,II.65], к тому же Фукидид афинянин. Наконец, выступили афиняне; в [5, с. 43] излагается содержание их ответа и приводится общепринятая его оценка как искусного и аргументированного. Позволю себе не согласиться с этой точкой зрения. Афинский ответ высокомерен и полон угроз; афинские послы заявили, что они еще очень умеренно используют силу «и проявляют больше справедливости, чем это вообще свойственно человеческой природе», а под конец, угрожая своей мощью, советовали никому не воевать против столь сильного врага. Это послание войны, а не мира, прямое свидетельство правоты оценки коринфян: «афиняне всегда на словах выступают против войны, на самом же деле они усиленно к ней готовятся». Такой была позиция Афин, а какова же позиция самого Перикла: «Перикл был в то время самым влиятельным человеком и, пока стоял во главе государства, всегда был врагом лакедемонян. Он не только не допускал уступчивости, но, напротив, побуждал афинян к войне» [10,I.127]. При этом спартанский царь Архидам выступал за мирное решение конфликта, и хотя конгресс все-таки склонился к объявлению войны, неофициальные переговоры продолжались и в следующем году, даже несмотря на объявление Афинами войны Мегаре после неясной смерти афинского посла. Спартанцы даже сняли требование об отстранении Перикла от власти, на которое обычно ссылаются историки; последнее до начала военных действий посольство Спарты объявило, что Спарта миролюбивое государство и не начнет войны, если афиняне обязуются уважать свободу всех государств Эллады.

Была еще возможность остановиться in articulo mortis! Но в ответной программной речи в народном собрании Перикл сопоставил возможности противников и однозначно указал на неизбежность войны; в итоге в послании Спарте афиняне выдвинули заведомо неприемлемые требования, и война стала неизбежной.

Итак, полагаю, что именно Перикла следует назвать главным поборником и виновником войны, принесшей неисчислимые бедствия и всей Элладе, и Афинам, и семье Перикла. Вот к чему привел его анализ политической ситуации, его тактика и стратегия. Надо сказать, что и рассудительность, и осторожность здесь ему изменили, его решение было глубоко, принципиально ошибочным. Не вдаваясь в количественный анализ соотношения сил противников, отметим, что ни одна из сторон не имела существенного превосходства. В этих условиях начинать войну можно было только при наличии полководца уровня Цезаря или Наполеона а такого не было. И расплата последовала незамедлительно. Причем сначала с той стороны, откуда ее никто не ждал чума (или сыпной тиф), следствие скопления в Афинах огромного числа беженцев. Она же унесла и Перикла, вновь избранного в 429 г. стратегом после годичного перерыва.

Нам уже нет необходимости излагать дальнейший ход военных действий, приведших к жесточайшему ослаблению обоих противников (на радость Персии) и конечному поражению Афин, хотя анализ причин, почему прекрасно подготовленная и казалось бы стратегически обоснованная Сицилийская экспедиция афинян в 415 г. привела к катастрофе, интересен и поучителен.

Внимательный взгляд мог уже заметить, что во всех изложенных примерах разд. 2 и 3 анализ политических проблем следует единой методологии, и она удивительно сходна с решением проблем математических. Политик (или дипломат) сначала исследует принципиальную возможность решения проблемы, затем детали, потом ищет практические возможности решения, затем выявляет точность оценок и полученных результатов. Этот ход в точности соответствует динамике математических исследований: теоремы существования конструктивные методы нахождения исследуемого объекта, алгоритмические или вычислительные, поиск оптимальной аналитической, компьютерной или вычислительной процедуры оценка точности (не только измерительной, но и аналитической), если используются бесконечные, предельные процедуры. В соответствии с вышесказанным, продуманный и хорошо построенный курс математики для дипломатов будет не только «гимнастикой ума» на математическом поле математический опыт дает возможность по-новому и более глубоко взглянуть на политикоэкономические проблемы и получить новые результаты.

Кстати, возникает также вопрос, почему единообразно во всех рассмотренных примерах и Перикл, и Николай, и Наполеон III принимали столь губительные решения; размышляя над ответом, можно заметить, что везде силовые решения принимались гегемоном («сверхдержавой»

на современном языке), находящимся в зените могущества, этот эффект можно назвать «искушением силы». Есть еще более яркие примеры: император Карл Габсбург и Наполеон. Во всех пяти примерах (к ним можно присовокупить и Вильгельма II) наблюдается еще одна закономерность: длительное самовластное правление. Однако эта черта не является обязательной:

«тонкая политика» лорда Грея [11, гл.12], фактически способствовавшая развязыванию войны в 1914 г., проводилась в стране парламентской демократии. Стратегическая победа над Германией оказалась тактической, поскольку обернулась резким ослаблением экономической мощи Великобритании и развалом Британской империи. Интересно также обстоятельно проанализировать, действительно ли военное решение было «искушением силы», или оно было неизбежным следствием грубой ошибки Британии, допустившей образование Германской империи (1871 г.). А если так, то какими могут быть последствия возрождения в конце прошлого века Великой Германии? Ведь нет никаких оснований считать, что наличествующие в мире противоречия будут ослабевать, а не усиливаться. И чего ждать миру от единственной ныне сверхдержавы, и предстоит ли ей испить «периклову чашу»? Возможно, нам еще при жизни суждено получить реальные, а не теоретические ответы на эти вопросы.

Помимо этого интересен системный количественный и качественный анализ соотношения сил противников и закономерностей в битвах при Заме, Каннах, Куликовом поле, Пуатье, Азенкуре, Бородино и Аустерлице и количественные и качественные характеристики вооружения английских и татарских лучников, а также ход франко-прусской артиллерийской дуэли (1870 71), которая немного освещалась в разд.2. Формат настоящей статьи не позволяет провести его должным образом.

Новелла, о том, как Наполеон не выиграл Бородинского сражения, оттого, что подхватил насморк, общеизвестна с легкой руки Льва Николаевича Толстого и не заслуживает внимания.

Однако почти выигранное сражение при Ватерлоо Наполеон проиграл действительно из-за фатальных случайностей: ошибки маршала Груши, рокового рва и позднего начала сражения. Какова же роль случайности в дипломатии, истории и мире в целом; как соотносятся случайность и закономерность, и вообще, что такое случайность? Каков математический опыт в исследовании случайных явлений, и сколь полезен он в политике и дипломатии?

Реальные процессы можно разделить на три класса. Процессы, развитие которых во времени полностью и однозначно определяется начальными условиями и теми внешними обстоятельствами, в которых они развиваются, называются детерминистическими. Труды естествоиспытателей семнадцатого века, и в первую очередь Галилея, открытые ими законы естествознания (прежде всего, механики) привели европейских ученых и философов к мысли о том, что все, происходящее в мире, строго причинно обусловлено и однозначно, т.е. все процессы в природе являются детерминистическими. Приведем слова французский физика, математика и астронома Пьера Симона Лапласа из его труда «Опыт философии теории вероятностей» (1814), которые выражают эту точку зрения:

Все явления, даже те, которые по своей незначительности как будто не зависят от великих законов природы, являются следствиями, столь же неизбежными этих законов, как обращение солнца...

Таким образом, мы должны рассматривать настоящее состояние Вселенной, как следствие ее предыдущего состояния и как причину последующего.

Ум, которому были бы известны для какого-либо определенного момента все силы, одушевляющие природу, и относительное положение всех ее составных частей, если бы вдобавок он оказался достаточно обширным, чтобы подчинить эти данные анализу, обнял бы в одной формуле движения величайших тел Вселенной наравне с движениями легчайших атомов: не осталось бы ничего, что было бы для него недостоверно, и будущее, так же как и прошлое, предстало бы перед его взором.

Подобную точку зрения мы можем наблюдать в исторических рассуждениях Льва Николаевича в «Войне и мире». Наиболее известная концепция, в которой детерминистический взгляд на мир был сформулирован как цельная и законченная научная и философская теория, принадлежит Декарту. Его последователи (картезианцы), как известно, неоднократно обсуждали и развивали эти идеи.

Однако, существуют и иные явления, которые, не являясь детерминистическими (одинаковые обстоятельства могут приводить к разным исходам), характеризуются статистической устойчивостью возможных исходов. Так, например, полет на самолете или плавание на корабле (особенно в средние века), заболевание, азартные игры, спортивные соревнования – все они характеризуются неоднозначностью исхода. Причем во всех случаях неоднозначность исхода кроется не в недостаточности наших знаний об исследуемом явлении, а в самом явлении и в возможном влиянии на его ход случайных факторов. Самый яркий пример связан с квантовой механикой: согласно принципу неопределенности в квантовой механике траектория частицы не может быть точно определена, как в классической механике, так же, как и импульс частицы не имеет строго определенного значения – динамика частиц определяется распределением вероятностей переходов, зависящих как от свойств самой квантовой системы, так и от внешнего воздействия. Вообще, явления именно физики микромира носят статистический, характер в полном противоречии с изложенной Лапласом детерминистической точкой зрения. Как раз вопреки детерминистической точке зрения, правильнее было бы сказать, что в природе и технологической деятельности человека достаточно сложно указать строго детерминистические процессы, которые развивались бы без вмешательства случайных факторов. Даже движение крупных небесных тел, происходящее, казалось бы, по «вечным и неизменным» законам, подвержено непредвиденному вмешательству сторонних сил, приводящему к случайным динамическим колебаниям, а то и вовсе к катастрофам, полностью изменяющим и сами тела, и характер их движения.

В экономике не только разорение предприятий, но также такие макроэкономические показатели, как курсы валют, котировки акций, уровень инфляции (роста цен) подвержены случайным колебаниям, связанным с неопределенностью поведения людей как субъектов рынка. В политике и дипломатии случайные феномены хорошо известны; о влиянии случая (титулование) на личные взаимоотношения Николая I и Наполеона III и динамику франко-российских отношений в целом, о конфликте со Стрэтфордом, об «эмсской депеше» мы уже говорили. Но необходимо сказать, что эпитет «случайный» в математике и естественной речи совсем не тождественны. В математике случайность содержит известную долю закономерности, как в знаменитой пословице; этой закономерностью является статистическая устойчивость, которая уже упоминалась. Что такое случай, понятно – что же такое статистическая устойчивость?

Этим термином определяется следующее свойство. Если мы имеем возможность неограниченного повторения исследуемого феномена или процесса, или ситуации, то частота (или количество) появлений любого исхода в большой по числу серии повторений (экспериментов) будет примерно одинаковой – устойчивой. Наиболее просто его иллюстрирует пример с бросанием на пол или поверхность стола правильной (т.е. не фальшивой) монеты с равномерно распределенной массой: хотя невозможно предсказать исход отдельного подбрасывания может выпасть как герб, так и решка (заметим, если бы мы бросали монету в мокрый песок, то был бы возможен еще и третий исход падение монеты на ребро), но в серии испытаний (подбрасываний) всегда наблюдается вполне определенная статистическая закономерность (регулярность) – частота выпадения как герба, так и решки, будет близка к 1/2. Точно так же анализ статистики аварий, неисправностей или благополучных полетов лайнеров данной марки выявит вполне определенную и устойчивую частоту каждого из указанных событий в большом числе полетов (а сравнение частоты аварий в равных условиях для разных моделей самолетов определит наиболее надежную модель).

Свойство статистической устойчивости определяет возможность анализа явления вероятностными методами, отсутствие таковой определяет третий класс феноменов хаотический.

Вероятностные методы позволяют анализировать шансы и возможности в неопределенных ситуациях, проверять и уточнять гипотезы и альтернативы, делать выбор и принимать решения в неопределенных ситуациях. Но поскольку в дипломатии, политике или истории (кстати, в экономике тоже) точное повторение невозможно, то применимость вероятностных методов предмет отдельного анализа.

Примеры военно-политических успехов и неудач, как рассмотренные, так и лишь упомянутые, свидетельствуют: верный план и точная его реализация со всеми необходимыми по ситуации изменениями единственный путь к успеху. Математический опыт бесценная практика изучения формализованных концепций и моделей, как в аналогии, так и в противоположности, т.е. и в части, общей для математических и военно-политических моделей, и в различающейся.

Построение концепции начинается с фундамента видения предмета или проблемы. Здесь различий больше, чем сходства. Строго формализованным, часто не имеющим предметного (реального) прототипа исходным понятиям математических теорий, нет аналога на поле дипломатии. «Общество не геометрическая фигура, а доказательства в истории это не доказательства теорем», пишет М. Блок [12, с. 371, 469]; цит. по [4, с. 196 197]; построения политика или дипломата должны основываться на объективной информации, на фактах. Но где гарантия объективности той информации, которую он держит в руках? Даже «непосредственное наблюдение почти всегда иллюзия, и как только кругозор наблюдателя расширяется, он это понимает. Все увиденное состоит на добрую половину из увиденного другими... Если я исследую животрепещущее настоящее, я принимаюсь зондировать общественное мнение по главным проблемам дня: я ставлю вопросы, записываю, сопоставляю и классифицирую ответы. Что же составят они, как не более или менее неуклюже исполненную картину того, что мои собеседники, как им кажется, самостоятельно думают, или же ту картину мыслей, какую они хотят мне представить. Они суть объекты моего опыта... Исследователю настоящего досталась в этом смысле не намного лучшая доля, чем историку прошлого» [4, с. 31]. К тому же информация разнородна по уровню, полноте, точности и т.п. Таким образом, принимающему решения уже на первом этапе предстоит аналитическая работа, в частности, по выявлению и устранению возможных противоречий вот здесь уже не обойтись без математического опыта. Собор это не просто собрание камней, его еще нужно построить; у творца политики анализ всегда будет стоять над информацией, над фактом.

Еще одна серьезная проблема терминология, определения, где точность очень важна. Часто разные политики одним термином называют совсем разные объекты, что приводит к взаимному непониманию, с другой стороны, могут по принципиальным причинам не прийти к соглашению по определениям: термин «терроризм» различные современные политические силы относят к прямо противоположным объектам о какой совместной борьбе с терроризмом может идти речь? В связи с этими проблемами аксиоматика может рассматриваться как образец стройного и прочного фундамента, как идентификатор объекта, словесный портрет «преступника».

Когда фундамент заложен, начинается самый трудный этап построение концепции, которая ляжет в основу дальнейших действий. Сделать точное наблюдение и даже высказать острую мысль не так трудно, как сложить все воедино. Затем следует не менее важный этап реализации. Рассмотренный пример объединения Германии и роль в ней Бисмарка пример успеха на всех этапах. Необходимо также отметить еще один интересный эффект. Когда «машина запущена» принятый план начинает реализовываться, события могут развиваться отлично от плана, а то и в прямом противоречии с ним это всегда сопутствует плохому плану; Аустерлиц классический пример такого хода событий на коротком отрезке времени, Крымская война на длительном. На примере Крымской войны интересно проследить все фазы конфликта, включая и события, предшествующие военным действиям, и последовавшие после заключения мирного соглашения, тем более при наличии глубокого труда Е.В. Тарле [8]. Этот капитальный двухтомный труд общим объемом 1217 страниц демонстрирует, скольких трудов требует создание (соответственно, обоснование и анализ) полной концепции, что придется сделать любому человеку, принимающему решения, во избежание неудачи. При получении математического опыта или построении образовательного курса этому соответствует глубина изложения или объем курса; краткое содержание 24-часового курса, предложенного для Дипломатической академии МИД РФ, содержится в приложении. В основе этого курса лежит учебник по математике для студентов гуманитарных специальностей [13]; в нем приведены примеры различных по объему курсов математики, там же содержится образец содержательного концептуального процесса создание модели натуральных чисел, доступной для студента любой гуманитарной специальности. Практика на математическом поле позволяет получить опыт во всех компонентах построения концепции, указанных в разд. 1. Изучение математики по изложенной (в этом разделе) схеме и ее применение к проблемам дипломатии и названо автором концептуальным анализом (что вынесено в заглавие настоящей работы).

Последовательность и целенаправленность в действиях политика на протяжении длительного, времени, которые в совокупности можно назвать концептуальностью политика также весьма интересный предмет изучения. Показательно и знаменательно здесь сравнительное жизнеописание Цезаря, Помпея и Цицерона. Концептуальность Цезаря как политика привела к тому, что многие знаменитые историки в чисто телеологическом ключе высказали убеждение, что Цезарь чуть ли не с пеленок стремился к царской власти классический образец такой трактовки дает Т. Моммзен [14]; такой подход придает «Божественному Юлию» [Светоний, 15] воистину божественные черты. Другая трактовка изложена в [16]. Интересно сравнение этих двух точек зрения на основе концептуального анализа, при этом любопытно наблюдать обратное влияние как тонкий учет Цезарем меняющейся обстановки изменяет его первоначальные планы, и это не искажает, а, напротив, делает еще более целенаправленной Цезареву политику и только усиливает его позиции. В процессе анализа выявляется удивительный факт: все историки в один голос говорят об удивительной непоследовательности Помпея в борьбе с Цезарем.

Что это? Внезапная потеря разума на старости лет? или, может быть, в духе Гомера римские боги лишили его разума? Отнюдь, за действиями Помпея «выглядывают совсем другие уши»; в свете этого Помпеево поведение приобретает осмысленность и даже определенную логику, но это предмет отдельного исследования.

Еще один важный аспект концептуального анализа исследование принципиальной достижимости поставленной цели (примеры русская кампания Наполеона, политика Филиппа II Испанского, Александр Македонский). В математике вопросам выводимости утверждений посвящен специальный раздел математической логики. В математике существуют недоказуемые, неопровержимые и неразрешимые утверждения; более того, в современной математике истина неединственна для многих гуманитариев этот факт неизвестен, и при знакомстве с ним вызывает крайнее удивление. Поэтому, вне всякого сомнения, более или менее глубокое знакомство с этой проблематикой для политика и дипломата высокого ранга необходимо.

Как свидетельствуют рассматриваемые примеры, концептуальный анализ позволяет поновому и, возможно, более глубоко взглянуть на военно-политические проблемы и даже вывести новые заключения. Предполагается, что, прослушав курс, учащиеся Дипломатической академии выберут тему реферата и проанализируют ее уже на более высоком уровне надеюсь, это принесет им реальную пользу.

Как уже говорилось, доказательства в истории и дипломатии это не доказательства теорем.

Как соотносятся правила логического вывода в математике и в реальности? В математике правила логического вывода устанавливаются либо априори, либо в результате «критики чистого разума», начиная от Аристотеля («Органон»: Категории. Об истолковании. Аналитика первая.

Аналитика вторая. Топика. О софистических доказательствах.) и заканчивая Полем Коэном [17], Абрахамом Робинсоном [18] и др. [19].

Правила реального поведения исходят из практики; их можно разделить на индивидуальные и социальные. Индивидуальные определяются целями и средствами их достижения, принятыми данным субъектом, и выходят за пределы наших интересов. В социуме они складываются из законов различного вида, правил этикета (в т.ч. дипломатических) и прецедентов.

Бесконфликтное согласование интересов проводится в рамках указанных правил, часто даже молчаливо, без переговоров. Конфликты разрешаются, в принципе, двумя путями: в результате переговоров или применения силы (конечная стадия война).

Рассмотрим первый путь переговорный. Практика быстро показала, что одна сторона конфликта легко может оказаться в положении противной стало ясно, что необходимо вырабатывать правила взаимоотношений государств и их представителей, правила переговоров и даже правила самй войны (прежде всего, просто из соображений элементарного самосохранения и целесообразности). Все эти правила образуют единую категорию «право», к настоящему времени включающее тома законов, кодексов, деклараций и т.п., которые дополняются, совершенствуются, изменяются... короче, развиваются, и процесс этот вечен.

Правила межгосударственных взаимоотношений необходимы уже потому, что вносят в политику известный элемент предсказуемости. Упоминавшееся выше «искушение силы» опасно и тем, что вызывает адекватную ответную реакцию, поскольку рождает впечатление бесперспективности любых переговоров. Классический пример субъекта, стремившегося любую проблему решить применением силы Наполеон; даже переговоры, которые он вел (проявляя при этом незаурядный дипломатический талант), рассматривались им лишь как средство закрепления военной победы. «Les gros batailons ont toujours raison» («Большие батальоны всегда правы»), постоянно говорил он [1, с. 80]. Финал такой политики всем известен. Другим примером может служить рассмотренная выше политика Перикла.

Взаимоотношения между государствами стали регламентироваться с глубокой древности, история сохранила памятники дипломатического права уже со времен Египта, государства хеттов, Вавилона и Ассирии [5, гл.1]. В Элладе и Персии и право, и этикет в дипломатии (и дипломатический аппарат) приняли уже развитую форму. Следующий шаг был сделан римлянами [5, с. 58 62]; интересны и колоритны подробности соглашения по армянскому вопросу между Римом и Парфией (66 г. до Р.Х.), приводимые в [5, с. 77 80]. Но все эти правила не носили характера государственных обязательств и неоднократно нарушались, особенно во время войн;

что говорить о былых временах, если они нарушаются и сейчас, правда значительно реже и в значительно более мягких формах это уже большой прогресс.

В 1625 г. голландским юристом Гуго Гроцием публикуется эпохальное теоретическое сочинение «De jure belli ac pacis» («О праве войны и мира»), котором на основании всего исторического опыта излагаются теоретические основы международного права; этот трактат принято считать исторической вехой в становлении международного права как обязательного, несоблюдение которого сурово карается.

Как известно, отношения между гражданами и гражданином и государством регламентируют гражданский и уголовный кодексы.

Чем во всех этих вопросах полезен математический опыт? Практикой логического анализа поведения и устранения противоречий, что особенно важно для юристов-теоретиков всех направлений, парламентариев и государственных деятелей (чтобы не писали «законы», которые противоречат друг другу при первом же взгляде). При этом любому будет полезно узнать, что и в математике важную роль играют традиции и прецеденты об этом и о роли априорных истин рассказывают история создания альтернативных геометрий и история развития числовой системы.

Как то ни странно может показаться на первый взгляд, на самом деле ответ на вопрос о необходимости изучения математического опыта и методов анализа лежит в ответе на другой, краткий, но принципиальный вопрос. Направляется ли ход истории (в частности, международных отношений) «невидимой рукой», скрытой от непосвященных, или же он есть следствие слепой воли (внутренней) и слепого случая (внешнего), в силу чего история «как ступа с бабою-ягой // идет-бредет сама собой»?

Приведенных примеров, конечно, не достаточно для того, чтобы считать тезис о закономерности исторического развития обоснованным. Простых ссылок на авторитеты без обсуждения доказательной части тем более не достаточно. Но поскольку мы не имеем возможности посвятить доказательной части этого тезиса 1217 страниц, подобно Е.В. Тарле, примем его как декларацию.

В соответствии с этим математика будет рассматриваться нами как оружие для размышления и анализа. Подобно тому, как в свое время Аристотелева логика считалась универсальной схемой рассуждения и доказательств, принципиальные черты математики и математического опыта и соответственно знаний других областей, рассмотренные в разд. 2, позволяют считать общезначимым математический опыт. Кратко резюмируя, следующие универсальные моменты анализа дают возможность говорить о математике как культуре исследований, а математический опыт считать достойным серьезного изучения политиками и дипломатами: полное видение предмета исследований точный выбор исходных понятий допущения (их краткость, полнота и непротиворечивость) правила логического вывода устранение противоречий во всех компонентах построение концепций.

Трансфер (перенесение) методов математики на анализ проблем международных отношений вполне согласуется с эффектом «пограничных наук» междисциплинарными исследованиями, эффективными и популярными в последние несколько десятилетий. Между прочим, можно отметить следующее любопытное сходство с математическим опытом. Неоднократно в математике хорошее решение какой-то частной или прикладной задачи удавалось найти, решив абстрактную проблему в чисто теоретической математической дисциплине и потом применив результаты к данной проблеме, т.е. в результате абстрактного восхождения. Так и в военнополитических вопросах часто решение конкретной проблемы удается найти только в результате исследования всего комплекса коррелятивных проблем в целом. Однако трансфер без анализа его допустимости для конкретной проблемы может привести к ошибке аналогии это нередкое явление; мы чуть коснулись этого вопроса в разд. 4. Приведем также известный пример.

В начале 1990-х «творцы перестройки» постоянно повторяли афоризм Черчилля «в два прыжка пропасти не перепрыгнуть»; что такое пропасть и прыжок в проблемах экономики, политики и государственного строительства неведомо, но провальные результаты этих прыжков общеизвестны, их, скорее, следует уподобить не прыжку Черчилля, а «большому скачку» хунвэйбинов председателя Мао. В общем, вместо виктории, полный конфуз, как бы сказал Петр I.

Математика, как необходимая составляющая общечеловеческой культуры и гуманитарных знаний, представлена в учебнике [13]; ее выразительные средства символы и графические образы, предназначенные для анализа проблем дипломатии и внешней политики как оружие для размышления и анализа, излагаются в предложенном для Дипломатической академии курсе (см. Приложение). И если справедлива известная сентенция, что язык дан дипломату для того, чтобы скрывать свои замыслы и намерения, то голова ему дана для того, чтобы обнаруживать истинные намерения оппонента концептуальный анализ позволит сделать это. Но при этом следует учесть, что не вся польза математического опыта выявится сразу здесь следует руководствоваться мыслью Наполеона: «Когда попадаете в незнакомый город, то вы не скучайте, а изучайте этот город: откуда вы знаете, не придется ли вам его когда-нибудь брать» [1, с. 107].

Прислушаемся к словам французского императора!

ПРИЛОЖЕНИЕ

МАТЕМАТИКА ДЛЯ ДИПЛОМАТОВ

Два подхода к принятию решений. Рационалистический подход и истоПрограммная лекция. Аналитические методы решения рический опыт его реализации: развитие представлений о предмете; колипроблем дипломатии и меж- чественный и качественный анализ стратегия и тактика; закономерность реализация. Ассоциативность, трансфер и значение математического опыдународных отношений.

та. Декларативная и созидательная части знания. Попытки создания моделей современного мира модели: международных отношений, конфликтов, войн, вооружения и разоружения.

Первые модели (числа, фигуры, суждения). От арифметических операЛекция 2. Математический ций к алгебраическим; об априорности алгебраических представлений. О опыт видения и развития представлений о предмете.

первый принципиальный пример неединственности «истинного представления» о предмете.

От финитных моделей к бесконечным. Финитные модели естественнонаЛекция 3. Конечное и бескоучных объектов. Бесконечные процедуры и модели в геометрии, физике, нечное.

эволюции, динамики процессов, анализ нелинейных экономических и социальных моделей с большим числом участников; математический анализ Лекция 4. От хаоса к гармологические модели, их полнота; индукция; достаточность оснований и доснии.

товерность заключений. О логике предикатов и языке математической теории. Математический опыт построения концепций. Единственность истины в финитных моделях.

Концепции и модели. Формальные теории, формальная истина как неЛекция 5. Математический противоречивость. Непротиворечивость сводов законов и законодательных опыт построения концепций.

актов. О неразрешимых проблемах: невыводимые высказывания в формальных теориях; о непротиворечивости содержательных теорий. Неразрешимые проблемы в дипломатии, юриспруденции и математике, их причины. Анализ основ и постановки проблемы как способ ее разрешения.

Лекция 6. Закономерность и случайность.

модели. Анализ шансов и возможностей в неопределенных ситуациях; методы проверки и уточнения гипотез и альтернатив; принятие решений.

Общая постановка задачи о принятии решения; выбор оптимального реЛекция 7. Оптимальные решения. Конфликтные ситуации. Принятие оптимальных решений в услошения и конфликтные ситуавиях конфликта и неопределенных ситуациях.

ции.

Лекция 8. Моделирование ситуаций.

Лекция 9. Математика и механизм реализации законов, распоряжений, дипломатических и иных действительность.

Занятие 10. Окончательное распределение и обсуждение тем реферативных работ.

Занятие 11. Обсуждение подготовленных рефератов.

Занятие 12. Дискуссия.

ЛИТЕРАТУРА

1. Тарле Е.В. Наполеон. Госполитиздат. М., 1941.

2. Коллингвуд Р. Дж. Идея истории. Автобиография. : Наука. М., 1980 (рус. пер. Collingwood R.G. The Idea of History. Oxford, 1961).

3. Тойнби А. Дж. Исследования по истории. Т. 1 12. Лондон, 1934 61.

4. Блок М. Апология истории или ремесло историка. : Наука. М., 1966 (рус. пер. Bloch M.

Apologie pour l’ Histoire ou Mtier d’Historien. Paris, 1961).

5. История дипломатии. Т.1. Гос. соц. экон. изд. М., 1941.

6. Михневич Н.П. Война между Германией и Францией 1870 71 гг. Ч.1. СПб., 1897.

7. Бисмарк О. Мысли и воспоминания. Т.1. М., 1940.

8. Тарле Е.В. Крымская война. Т. I и II. : Изд. АН СССР. Ленинград, 1950.

9. Павловский Ю.Н. Имитационные системы и модели. Гл. I. Имитационная модель взаимоотношения между тремя государствами. Сер. мат. и киберн.6/1990. : Знание. М., 1990.

10. Фукидид. История. Л., 1981.

11. История дипломатии. Т.2. Гос. соц. экон. изд. М., 1945.

12. Bloch M. Apologie pour l’ Histoire ou Mtier d’Historien. Paris, 1961.

13. Жолков С.Ю. Математика и информатика для гуманитариев. : Учебник. М. Гардарики, 2002.

14. Моммзен Т. История Рима. Т.2. М., 1937.

15. Гай Светоний Транквилл. Жизнь двенадцати цезарей. : Наука. М., 1993 (рус. пер. C. Svetoni Tranqvilli. De Vita XII Caesarum, Libri VIII).

16. Утченко С.Л. Цезарь. Цицерон и его время. : Мысль. М., 1998.

17. Коэн П. Дж. Теория множеств и континуум-гипотеза. М., 1966.

18. Робинсон А. Введение в теорию моделей и метаматематику алгебры. М., 1967.

19. Справочная книга по математической логике. Т. 1 4. М., 1982.



 
Похожие работы:

«ИНСТИТУТ ЭКОНОМИКИ, Буднева О.Г., Егорова Т.З. УПРАВЛЕНИЯ И ПРАВА Гражданский и арбитражный процесс Учебно-практическое пособие Рекомендовано экспертным советом по дистанционному образованию Института экономики, управления и права в качестве учебно-практического пособия для систем высшего и дополнительного образования КАЗАНЬ 2010 2 Ответственные составители: Старший преподаватель Буднева Олеся Георгиевна К.ю.н. Егорова Татьяна Зиннуровна Резюме Буднева Олеся Георгиевна - старший преподаватель...»

«Файл взят с сайта \у\у\у.кос!§е8.г11, на котором есть еще много интересной литературы н и ю и е у у А А З II М И Н € ф 0 р ЛЛ1.1 Квлна 07П0Т0 ОЧЕРКИ С О Ц И А Л Ь Н О ЭКОНОМИЧЕСКОЙ И ПОЛИТИЧЕСКОЙ ИСТОРИИ РОССИИ СЕРЕДИНЫ X V I В. ИЗДАТЕЛЬСТВО СОЦИАЛЬНОЭКОНОМИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ МОСКВА•1960 ОГЛАВЛЕНИЕ От автора 1. Историография. Обзор источников. Глава Г л а в а II. Рост феодального землевладения и усиление эксплуатации крестьян... Г л а в а 111. Развитие...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ    Уральский государственный экономический университет  СРЕДСТВА И МЕТОДЫ  УПРАВЛЕНИЯ КАЧЕСТВОМ  Учебнометодический комплекс  для студентов специальности  22.05.01 Управление качеством  Екатеринбург  2010  ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ    Уральский государственный экономический университет  СРЕДСТВА И МЕТОДЫ  УПРАВЛЕНИЯ КАЧЕСТВОМ  Учебнометодический комплекс  для студентов специальности  22.05.01 Управление качеством  УТВЕРЖДАЮ: ...»

«IV ВЫСТАВКА ЯРМАРКА ИННОВАЦИЙ Алтайский край 2012 Каталог инновационных проектов IV ВЫСТАВКА ЯРМАРКА ИННОВАЦИЙ Алтайский край 2012 Каталог инновационных проектов IV выставка Ярмарка инноваций. Алтайский край 2012 Барнаул: 2012. —102 стр. © Главное управление экономики и инвестиций Алтайского края,2012. Уважаемые дамы и господа! Переход Алтайского края к инновационной модели развития выступает ключевым приоритетом экономической политики региона. В крае имеются большие возможности для создания...»

«СТРАНОВОЙ ОТЧЕТ Кыргызстан ИСЦАУЗР Мульстрановой проект по повышению потенциала Национальный координатор группы экспертов: к.б.н. Жолдубаева Л. l.joldubaeva@caiag.kg Национальный эксперт по ресурсной экономике: Шаршекеев Н. nurbek_sh@yahoo.com Национальный эксперт по повышению потенциала: Даиров И. ismaild@mail.ru Национальный эксперт по законодательству: Турсуналиев У. utursunaliev@yahoo.com 1 Содержание Содержание page Введение Глава 1. Экологические проблемы, угрозы и барьеры, которые...»

«Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации Принят Государственной Думой 1 ноября 2011 года Одобрен Советом Федерации 9 ноября 2011 года О перечне нормативных правовых актов, направленных на реализацию настоящего Федерального закона, см. приказ Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 21 ноября 2011 г. N 1377 Глава 1 настоящего Федерального закона вступает в силу с 1 января 2012 г. Глава 1. Общие положения Статья 1....»

«Основы законодательства Российской Федерации Об охране здоровья граждан (по состоянию на февраль 2011 г.) 22 июля 1993 года N 5487-1 ОСНОВЫ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОБ ОХРАНЕ ЗДОРОВЬЯ ГРАЖДАН (в ред. Федеральных законов от 02.03.1998 N 30-ФЗ, от 20.12.1999 N 214-ФЗ, от 02.12.2000 N 139-ФЗ, от 10.01.2003 N 15-ФЗ, от 27.02.2003 N 29-ФЗ, от 30.06.2003 N 86-ФЗ, от 29.06.2004 N 58-ФЗ, от 22.08.2004 N 122-ФЗ (ред. 29.12.2004), от 01.12.2004 N 151-ФЗ, от 07.03.2005 N 15-ФЗ, от 21.12.2005...»

«Национальный исследовательский Центр Центр анализа университет – Высшая школа экономики развития экономической политики ХРОНИКИ 2 Еженедельный выпуск ПРОЖЕКТОР НОВЫЙ 12 МОДЕРНИЗАЦИИ 16 КОММЕНТАРИИ О КУРС ГОСУДАРСТВЕ И БИЗНЕСЕ 24 АПРЕЛЯ-7 МАЯ 2010 Г. Греция – российский троянский конь? Под редакцией С.В. Алексашенко НОВЫЙ КУРС НОВЫЙ КУРС 16 24 апреля-7 мая 2010 г. Хроники Годовой прирост сводных циклических индексов, % СОИ: ускорения роста в оставшуюся часть 2010 г. не будет % прироста (г/г)...»

«НАЦИОНАЛЬНЫЙ ИНСТИТУТ СТРАТЕГИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ Перспективы взаимоотношений Украины и Таможенного союза Республики Беларусь, Республики Казахстан и Российской Федерации Аналитический доклад Киев – 2011 УДК 327(477)+339.543.62 П 26 При полном или частичном воспроизведении материалов данной публикации ссылка на издание обязательна Авторы: Ермолаев А. В., Клименко И. В., к. э. н., Жалило Я. А., к. э. н., с. н. с., Пелагеша Н. Е., к. полит. н., Сиринский Р. А., к. филос. н., Бугрий М. Г., Ус И....»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ ТАМБОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ имени Г. Р. ДЕРЖАВИНА ИЗБИРАТЕЛЬНАЯ КОМИССИЯ ТАМБОВСКОЙ ОБЛАСТИ ТАМБОВСКОЕ ОТДЕЛЕНИЕ РОССИЙСКОЙ АССОЦИАЦИИ ПОЛИТИЧЕСКОЙ НАУКИ PRO NUNC: СОВРЕМЕННЫЕ ПОЛИТИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ Выпуск 9. РОССИЙСКАЯ ПОЛИТИКА В РЕГИОНАЛЬНОМ ИЗМЕРЕНИИ Тамбов 2009 УДК 32 ББК 66 П78 Р е д к о л л е г и я: доктор политических наук, профессор МГУ им. М. В. Ломоносова,...»

«ОБЩЕСТВЕННЫЕ НАУКИ И СОВРЕМЕННОСТЬ 2002 • № 4 ОБЩЕСТВО И РЕФОРМЫ Чиновник: от служения государству к обслуживанию общества Насущность реформы государственного управления осознается сегодня и обществом, и руководством страны. При этом в отличие от других сфер данная область имеет свою немаловажную специфику: преобразования в ней должны быть проведены как раз теми людьми, деятельность которых и нуждается в коренном пересмотре. Как провести такую реформу, чтобы в результате в выигрыше оказалось...»

«И.Г. Силина Архивно следственные дела как источник по профессиональному составу населения Алтайской губернии в 1919–1930 гг.* Архивно следственные дела отличаются особой спецификой по своему содержанию, форме и доступу к содержащейся в них информации. С конца 1980 х гг. тема репрессий стала активно подниматься в работах отечественных и зарубежных исследова телей. В значительной степени это было связано с изменениями в общественно политической ситуации в стране. Начались ради кальный пересмотр...»

«СВОДНАЯ ТАБЛИЦА ВОПРОСОВ, ЗАМЕЧАНИЙ И КОММЕНТАРИЕВ по результатам общественных слушаний от 25.02.2014 г. по проекту Технико-экономическое обоснование перевода земель особо охраняемых природных территорий Иле-Алатауского государственного национального природного парка в земли запаса для горнолыжного курорта Кокжайлау Статус замечания или Ответы на вопросы и замечания 1) если принято полностью или частично, указано, каким образом и где это № Вопросы, замечания или комментария будет отражено...»

«ГОСУДАРСТВО ИЗРАИЛЬ Министерство Промышленности, Торговли и Труда Центр поддержки инвестиций страна удивительных возможностей ИЗРАИЛЬ Всемирный центр инновационных достИженИй www.investinisrael.gov.il Bright Source Дорогой читатель, обороны Израиля постоянно применяют и адаптируют Израиль – признанный лидер в сфере передовые оборонные технологии для гражданских высоких технологий, обладающий нужд. развитой инфраструктурой, а также высококвалифицированными и уникальными Способность Израиля...»

«Окольская Л.А. Трудовые ценности и нормы в содержании учебников для начальной школы: сегодня и 20 лет назад // Вопросы образования. 2007. № 2. С. 68–85. ТРУДОВЫЕ ЦЕННОСТИ И НОРМЫ В СОДЕРЖАНИИ УЧЕБНИКОВ ДЛЯ НАЧАЛЬНОЙ ШКОЛЫ: СЕГОДНЯ И 20 ЛЕТ НАЗАД Окольская Лидия Александровна Канд. социол. н., м.н.с. Институт социологии РАН Сектор исследований личности Аннотация В статье изложены результаты анализа трудовых ценностей и норм в содержании учебников для начальной школы, выступающих в качестве...»

« Национальный рейтинг университетов 2009 Национальный рейтинг университетов Классические университеты Юридические вузы Профили вузов НЕЗАВИСИМАЯ ОЦЕНКА ВУЗОВ Содержание Национальный рейтинг университетов 2 Классические университеты 18 Юридические вузы Профили вузов Аннотация Проект создан: В наши дни развитие общества и экономики знаний динамично меняет рынок интеллектуального труда. От вузов требуется постоянно совершенствовать обраМеждународной зовательные программы, повышать квалификацию...»

«Ершов Эмиль Борисович СИТУАЦИОННАЯ ТЕОРИЯ ИНДЕКСОВ ЦЕН И КОЛИЧЕСТВ Специальность 08.0013 – Математические и инструментальные методы экономики (экономические наук и) Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора экономических наук (представляемой в виде монографии) Москва – 2011 Работа выполнена в Национальном исследовательском университете Высшая школа экономики (НИУ ВШЭ) Официальные оппоненты : Варшавский Александр Евгеньевич доктор экономических наук,...»

«ФГБОУ ВПО ПЕНЗЕНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ СЮЗЕВ КОНСТАНТИН СЕРГЕЕВИЧ УПРАВЛЕНИЕ КОНКУРЕНТОСПОСОБНОСТЬЮ ТЕРРИТОРИАЛЬНЫХ ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫХ СИСТЕМ ВЫСШЕЙ ШКОЛЫ НА ОСНОВЕ ИНТЕГРАЛЬНОГО ПОДХОДА Специальность 08.00.05 – Экономика и управление народным хозяйством: (менеджмент) ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата экономических наук Научный руководитель: доктор экономических наук, профессор С.А. БАРОНИН Пенза 2013 СОДЕРЖАНИЕ Введение ГЛАВА 1. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ И НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ...»

«2 1. Цели освоения дисциплины Целью освоения дисциплины Управление затратами является формирование комплекса теоретических знаний и практических навыков в области управления затратами и результатами деятельности предприятия, изучение процессов формирования затрат на производство и реализацию продукции, их взаимосвязи с полученными результатам, анализа и регулирования этой зависимости с целью повышения эффективности деятельности предприятия. 2. Место дисциплины в структуре ООП ВПО В соответствии...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования Государственный университет управления Основная образовательная программа высшего профессионального образования Направление подготовки 080100 Экономика Квалификация (степень) выпускника - Магистр Очная форма обучения ПРОГРАММА КОММЕРЧЕСКИЙ ДИРЕКТОР Нормативный срок освоения программы: 2 года Разработана в соответствии с требованиями Федерального государственного...»





Загрузка...



 
© 2014 www.kniga.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Книги, пособия, учебники, издания, публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.