WWW.KNIGA.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Книги, пособия, учебники, издания, публикации

 

СОВЕТ ФЕДЕРАЦИИ

ФЕДЕРАЛЬНОГО СОБРАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

АНАЛИТИЧЕСКОЕ УПРАВЛЕНИЕ АППАРАТА СОВЕТА ФЕДЕРАЦИИ

АНАЛИТИЧЕСКИЙ ВЕСТНИК

№ 6 (524)

О роли Российской Федерации

в евразийском интеграционном процессе:

перспективы развития и углубления

экономической интеграции

(к «правительственному часу» в рамках 350-го заседания Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации, 26 марта 2014 года) Москва 2014 Аналитический вестник № 6 (524) Данный аналитический вестник подготовлен к «правительственному часу» в рамках 350-го заседания Совета Федерации на тему «О роли Российской Федерации в евразийском интеграционном процессе: перспективы развития и углубления экономической интеграции».

Россия является одним из активных сторонников интенсификации евразийских интеграционных процессов, которые призваны увеличить экономический потенциал всех государствучастников, создать условия для решения общих социальных проблем.

Совет Федерации уделяет вопросам евразийской интеграции первостепенное внимание. С 2012 года активно работает Интеграционный клуб при Председателе Совета Федерации. Среди его участников видные ученые, известные политики, – представители общественности. Подготовлен и представлен Совету Федерации, презентован экспертному сообществу и СМИ Ежегодный доклад Интеграционного клуба за 2013 год.

Также в вестник включены материалы об участии Российской Федерации в интеграционных процессах за пределами СНГ. В частности, анализируются перспективы взаимодействия России с государствами группы БРИКС, с иными странами мира.

Материалы вестника могут быть использованы в работе членов Совета Федерации, депутатов Государственной Думы, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, ученых и экспертов, специализирующихся в этой сфере.

Аналитический вестник № 6 (524)

СОДЕРЖАНИЕ

М.В. Маргелов, председатель Комитета Совета Федерации по международным делам Вступительное слово……………………………...……………………. А.В. Торкунов, ректор Московского государственного института международных отношений (Университета) Министерства иностранных дел Российской Федерации «Здравый смысл интеграции»





Р.С. Гринберг, директор Института экономики РАН «Формирование Евразийского союза: шансы и риски»................. К.И. Косачев, руководитель Федерального агентства по делам Содружества Независимых Государств, соотечественников, проживающих за рубежом, и по международному гуманитарному сотрудничеству «О роли и возможностях Российской Федерации в евразийском интеграционном процессе (точка зрения Россотрудничества)»

А.М. Васильев, директор Института Африки РАН, Е.Н. Корендясов, заведующий Центром российскоафриканских отношений и внешней политики Института Африки РАН Россия-Африка: прагматический «Партнерство подход»

В.М. Давыдов, директор Института Латинской Америки РАН «Роль БРИКС в позиционировании России на международной арене»

Тема интеграции евразийского пространства приобретает все большее значение. Хотя бы потому, что интеграционные объединения разного формата работают на всех континентах, а интеграционных моделей насчитывается более двухсот.

Уровень интеграции рынков капитала, трудовых ресурсов, товаров и услуг в этих объединениях различается. Но каждое экономическое объединение группы стран стремится в пределе обеспечить свободное передвижение факторов производства, единую валютно-финансовую и правовую систему, общую экономическую политику. В Евразии объединительному экономическому процессу положили начало ЕврАзЭС и Таможенный союз, а с 1 января года этот союз будет заменен Евразийским экономическим союзом. В него пока входят Россия, Белоруссия и Казахстан, предполагалось, что Украина станет в нем наблюдателем.

Евросоюз прошел все ступени объединения, иногда его считают образцом, но следует присмотреться к выявленным сегодня упущениям и противоречиям европейской интеграции. Присмотреться к принципам эшелонирования, когда бытуют термины «старая и новая Европа» или «ядро» Евросоюза, к концепциям «Широкая Европа – новое соседство» и «новой восточной политики», так называемой «политики соседства плюс». Речь идет о создании между Россией и Евросоюзом полосы лимитотрофных государств с ориентацией на Брюссель. Эта политика – в действии, и, я уверен, что нынешний украинский кризис – одно из драматических ее последствий.

расширение рынков. Поэтому ассоциированные с ним государства и новые члены, по сути, лишаются собственных экономик. Но надо помнить и то, что Евросоюз – это еще и западное политическое объединение, тесно связанный с НАТО союзник США. Впрочем, это отдельная тема.

Объединительные экономические процессы на постсоветском пространстве шли не гладко, хотя субъекты этого пространства оказались в окружении интеграционных структур. История СНГ, я бы сказал, это история проб и ошибок, она со времени его основания до Таможенный союз и следующий за ним Евразийский экономический союз эти проблемы решают. Однако организационные детали Евразийского союза до конца пока что не определены.

Белорусская сторона, например, считает, что этот союз должен правосубъектностью. При этом соглашения в рамках союза должны влиять на отношения членов объединения с третьими странами.





экономическим, без «политизации». А договор не должен влиять на отношения с другими государствами. Следует, однако заметить, что никакой политизации союз не предусматривает, в ближайшее время у него не будет даже парламента. Институциональная часть договора уже согласована, одобрен порядок присоединения к Таможенному союзу Армении, «дорожная карта» для Киргизии готовится. Будет готова и важнейшая составляющая проекта – отраслевая часть.

Именно в ней содержатся обязательства сторон по свободному движению факторов производства внутри объединения.

В заключение замечу следующее. При любых перспективах развития Евразийского союза его парламентское измерение необходимо. Парламентарии могут оказать благотворное влияние на межпарламентских комиссий, рабочих групп.

Эксперты указывают, что благоприятным фактором интеграции гуманитарное, инфраструктурное пространство. Но прошло немало времени, и обновление всего этого потребует активной дипломатии – официальной, народной и, конечно же, парламентской.

Евразийская экономическая интеграция – как идея, как проект – является предметом интенсивной международной и внутрироссийской дискуссии. Не каждый подобный формат из тех, которыми приходится заинтересованность и имеет такое число как активных сторонников, так и убежденных скептиков в экспертных и деловых кругах. Даже появился термин – евразоскептицизм. Думаю, это свидетельствует о здоровом, консервативном отношении нашего экспертного сообщества к данному проекту, но также о том, что двадцать лет назад, выступая в Московском университете с предложением о формировании Евразийского союза государств, Нурсултан Абишевич Назарбаев, что называется, попал в десятку. Раз есть евроскептики, почему бы не быть и евразоскептикам?

Впрочем, и сам интеграционный проект отличается, прежде всего, здравым смыслом. У наших коллег в Европейском союзе достигнута очень высокая степень интеграции, очень многое зарегулировано на уровень коммунитарных институтов. Из каждой вновь вступившей страны раздаются буквально стоны по поводу невозможности воспользоваться всеми имеющимися благами интеграции, потому что они сродни тайному знанию и обладают им лишь немногие посвященные. Правящие элиты государств-неофитов, походив в сдавших экзамен отличниках, вдруг сознают, что они уже совсем не хозяева в своем национальном доме. Конечно, некоторым удобнее переводить ответственность на Брюссель. Но на выборы-то все равно приходится идти.

Пройдет двадцать лет, и следующее поколение политиков овладеет премудростями брюссельских коридоров и необъятного права ЕС. Но жизнь-то идет сейчас. И тот, кто не хочет об этом интеграционного проекта, возникающего на стыке Европы и Азии. Все его участники принимают равное участие в решениях. Правила игры сегодня вырабатываются теми, кто в нее вовлечен. Они определят эти правила игры и позже будут определять вместе, несмотря на то, что Россия, конечно, огромная страна, и остальные участники по всем показателям ей уступают. Напротив, в ЕС давно уже нет консенсуса.

Помню, в 90-е годы в экспертной среде обсуждались варианты присоединения России к Евросоюзу. И в качестве одного из главных контраргументов выдвигался такой: нам придется жить по законам, к выработке которых мы не имели отношения.

Брюссель хочет говорить от имени всей Европы. Мы имеем дело с негласной конкуренцией за европейскую идею – за ее более расширительное или ограниченное понимание. Когда евросоюзовцы говорят, что они – Европа, это мне понятно. Но что творится у нас, в русском дискурсе? Сплошь и рядом мы слышим выражение «Россия и Европа». Мы забыли, что можно говорить «зарубежная Европа». Мы сами как на себя смотрим? Каковы наши представления о себе? Для меня, например, Россия – это Россия прежде всего, но это также и Европа. Мы в этом убеждали весь мир и самих себя 300 последних лет. А говоря «Россия и Европа», мы тем самым работаем на брюссельских пропагандистов: дескать, Европа – это только та Европа, у которой столица в Брюсселе. Но ведь это никакого отношения не имеет к реальности.

В последнее время приходится встречать и, мягко говоря, странные заявления вполне официальных лиц относительно того, что европейские ценности есть продукт чьей-то пропаганды. Далеко не все, что происходит в современной Европе, является продуктом европейских ценностей. К сожалению, некоторым политическим силам в зарубежной Европе свойственно ставить крест на том, что бережно хранили и что защищали их предки.

экономической системы включают их как неотъемлемый элемент.

Таможенного союза/Единого экономического пространства (ТС/ЕЭП), прежде всего, во внешнеполитическом и международном сегментах, которые наиболее активно обсуждаются в экспертном сообществе.

учитывает мировой опыт интеграционного строительства, но это не Европейского союза, АСЕАН или объединений на американском континенте. Это относится, в том числе, к срокам и скорости «первопроходцам»

десятилетия, мы можем ограничиться кратно меньшими сроками – именно потому, что мы уже вооружены опытом, в том числе опытом ошибок этих «первопроходцев».

История показывает, что практически каждое последующее объединение, ставшее на путь интеграции, проходило его быстрее обстоятельство, что он строится на основе общепринятой и понятной внешним партнерам ТС/ЕЭП основе – правилах ВТО, а также той практике, которую наши страны наработали в отношениях с ЕС путем участия в многосторонних институтах секторального экономического сотрудничества. Все это, помимо весомого аргумента в споре с нашими критиками, создает эффект принципиальной открытости Таможенного союза для новых участников. Этому способствует и разноуровневый механизм вовлеченности стран – от полноценного участия до статуса наблюдателя или пребывания на переходной «орбите» старого ЕврАзЭС.

сочетаемость евразийского проекта с ЕС-центричными инициативами на пространстве «общего соседства». В частности, при формировании Евразийского экономического союза сама Россия намерена законодательством Европейского союза – конечно, в той мере, в какой это будет содействовать национальным интересам участников.

Сегодня, когда эмоции в российско-западных отношения, что называется, перехлестывают через край, я остаюсь убежденным сторонником совместного продвижения к общему экономическому гармонизацию законодательства обоих интеграционных объединений, и постепенное преодоление препятствий на пути движения товаров, услуг, капиталов, контактов между гражданами и их свободных поездок.

Опыт показывает, что к числу таковых препятствий относится и так называемый человеческий фактор, а именно – свойственное людям, даже облеченным большими полномочиями, нетерпение в достижении своих целей. С горечью констатирую, что этиология опасного для украинской государственности развития событий в соседней братской стране включает и очень человеческое по своей сути желание понудить Украину сделать свой «исторический выбор»

чуть ли не к определенной дате. Это нетерпение вызывает у меня ассоциации с образами из одноименного романа советского писателя Юрия Трифонова о «пламенных» революционерах XIX века.

Убежден, если дипломаты и эксперты поработали бы годполтора, подготовили реалистичные «дорожные карты», в том числе и касающиеся уточнения параметров, из-за которых Украине приходится делать этот самый «выбор», – то есть если политическая воля возобладала бы над человеческой, Украина получила бы возможность осуществлять европейскую и евразийскую интеграцию на почти параллельных треках. Почти – потому что эти треки сходятся. Конечно, если на то будет политическая воля главных участников движения.

Теперь о ближней перспективе. При всей разности видения стратегическая задача – сближение в национальных юрисдикциях норм и правил, относящихся к сфере ТС. Никакие надстроечные, институциональные изменения, количественное приращение числа участников интеграции не смогут компенсировать недостатки внутренней консолидации. Без сближения, а, в конечном счете, направлениям деятельности Евразийской экономической комиссии, мы просто не перейдем на уровень Единого экономического пространства, Евразийского экономического союза и остановимся на достигнутом уровне с достаточно серьезными изъятиями. Полагаю, что только из объективного экономического сближения вырастает, в конечном счете, потребность дальнейшей политической координации и консолидации. Это является гарантией от критики и саботажа международных оппонентов. Однако «позитивная политизация» темы ТС/ЕЭП возможна и необходима – через национальные политические процедуры, через появление этой тематики в предвыборных и парламентских дискуссиях, в программных документах политических партий.

сообществ и общества в целом. Евразийский экономический союз должен быть «освоен» политическим сообществом наших стран изнутри, и таким образом мы сможем системно «выводить» его на экономической интеграции, но и международно-политического притяжения, который будет способен сотрудничать и конкурировать с остальными полюсами современного полицентричного мира. Поиск моделей будущего мирового развития осуществляется на многих площадках – G20, БРИКС, Давосском, Петербургском, Астанинском и других экономических форумах. Обретя понимание стратегических задач, «образа желаемого завтра» нашего совместного развития в рамках Евразийского экономического союза после 2015 года, мы могли бы стать участниками глобального диалога. Нам необходимо быстро и вместе войти в этот международный институциональный пул и начать активно формировать благоприятную для нас экономическую и международно-политическую среду.

В связи с этим внешнеполитическая координация деятельности в рамках ТС/ЕЭП категорически необходима. Речь идет не просто о координации деятельности МИДов в построении ЕЭП (после начала функционирования Евразийской экономической комиссии роль внешнеполитических ведомств ушла на второй план), но о более «тонких» материях. Так, внешнеполитические ведомства странчленов, работая по всему спектру международных задач, должны исходить из того, что они представляют не просто национальные государства, но формирующееся интеграционное объединение, в рамках которого уже сложился некоторый «наднациональный суверенитет».

Наращивание плотности и объема контактов, прежде всего экономических, с третьим партнером, будь то государство или международная многосторонняя структура, должно происходить с учетом принятых в рамках Таможенного союза и ЕЭП обязательств.

Механизм постоянной внешнеполитической координации не может быть простым и, полагаю, должен опираться на разные формы и методы – от «брифингования» дипломатов руководителями ЕЭК до «кустовых»

наших стран. В любом случае это должна быть регулярная и зачастую непривычная по своим формам работа. Здесь, кстати, нам пригодится дипломатический опыт стран ЕС.

С долей критического подхода стоит обратить внимание на опыт восточноевропейских стран ЕС, которые для успешного процесса внутристрановой координации усилий по вступлению в Евросоюз создавали межведомственные комитеты европейской интеграции, с небольшим постоянным аппаратом сотрудников. Комитеты находились в подчинении непосредственно президентов/премьеров этих стран. Сейчас эти комитеты расформированы, а их аппарат влился в профильные ведомства. Думаю, что наиболее интересным здесь является опыт поляков – они сумели войти в ЕС на своих условиях, а процесс координировало действительно полномочное Управление комитета европейской интеграции.

Вместе с тем, в деле евразийской интеграции нам вряд ли стоит идти по пути бесконечного увеличения координирующих органов, создания филиалов единой штаб-квартиры во всех столицах или использования устаревшей практики. К последней, полагаю, можно отнести механизм регулярного органа на уровне постпредов. В 1960годы в ЕЭС серьезную роль играли еженедельные 1970-е консультации постоянных представителей стран-членов Сообществ (COREPER, от франц. – Comit des Reprsentants Permanents).

Однако современные средства связи и накопленный опыт их использования обессмысливают подобные формы интеграционной координации.

Одним из серьезнейших достижений на пути к ЕЭП стало быстрое по меркам постсоветской практики создание Евразийской экономической комиссии, и, полагаю, нам следует и дальше «инвестировать» именно в этот механизм, в его целостный и полномочный характер. Разумеется, ЕЭК тоже показана профилактика разнообразного «нетерпения». Имевшие место нарекания на стиль и методы работы ЕЭК должны быть учтены. Аппаратная логика ни в коем случае не должны заслонять собой логику политическую.

В повестке дня ЕЭК остается создание сквозных регуляций в той или иной сфере деятельности. Аd hoc решения по некоторым обособленным сюжетам, наверное, пока неизбежны. Но они должны рассматриваться как «уходящая натура». Ключевая же задача – настойчивая, упорная законотворческая работа по формированию общего нормативного поля по все более широкому кругу вопросов.

С созданием единого нормативного поля ТС/ЕЭП возрастает роль квазисудебной арбитражной процедуры по разрешению споров в связи с правилами и практикой ТС/ЕЭП. Пока этот вопрос остается на периферии дискуссии и, возможно, стоит просить национальные проблематике – разрешению споров в ВТО и в связи с ВТО. Коллеги могли бы подключиться и к становлению ТС/ЕЭП.

Сближение национальных юрисдикций по проблематике ТС/ЕЭП возможно только через постепенно переводимый в автоматический режим процесс имплементации договоренностей, достигаемых на регулятивную практику. Это, в свою очередь, повышает значение парламентской дипломатии, координации законотворческого процесса. Специального внимания требует практика регулирования лоббистской деятельности в ТС/ЕЭП. Очевидно, что своекорыстие национальных производителей, различных профессиональных объединений должно быть поставлено на службу евразийскому интеграционному проекту. Так сложилось, что в наших странах нет эффективного и специального законодательства, регулирующего лоббистскую деятельность. Поэтому нам стоит обратить внимание на правила осуществления этой активности в ЕС, где зачастую бизнеслоббизм является одним из каналов привлечения делового сообщества к общегосударственным и наднациональным задачам.

Вся эта проза интеграционного строительства не должна непосредственной близости или даже в прямой конкуренции с нашим Полишинеля является то обстоятельство, что его реализация контекстуально связана с перспективами развития ситуации в Афганистане. Соединенные Штаты с каждым годом снижают свою ответственность за глобальную и региональную безопасность, мотивы их усилий на данном поприще становятся все менее убедительными.

Предстоящий уход сил международной коалиции из Афганистана заставляет размышлять о том вакууме ответственности, который американцы оставят после себя.

В связи с этим особую важность имеет адекватная оценка намерений китайского руководства в отношении Центральной Азии. В сентябре 2013 года Председатель КНР Си Цзиньпин объявил о готовности его страны реализовать проект «Экономический пояс Великого шелкового пути». Вслед за этим в китайских СМИ появились скептические комментарии относительно масштабов российского проекта Евразийского экономического союза. В конце октября высокопоставленный китайский эксперт в публичной лекции в Бишкеке прямо не рекомендовал Киргизии вступать в Таможенный союз, что повлекло за собой быструю реакцию местных властей, заявивших, что Бишкек не будет спешить с решением о вхождении в ТС.

25 октября 2013 года на проходившей в Пекине конференции по вопросам дипломатии Си Цзиньпин заявил, что «базовой установкой дипломатии в отношении сопредельных стран является отношение к ним как к друзьям и партнерам, чтобы дать им ощущение безопасности и помочь их развитию» 1. Сквозящая в этом обещании неотвратимость должна вызывать у лидеров государств Центральной Азии смешанные чувства. За исключением, возможно, Хамида Карзая, для которого китайские планы экономической экспансии могут оказаться спасительными.

Си Цзиньпин: Китай будет продвигать дружеские отношения с сопредельными странами // Синьхуа. 2013. 26 октября.

В тот же день агентство Синьхуа опубликовало комментарий, в котором, в частности, характеризуется евроазиатская интеграция покитайски: «С начала этого года внешняя политика китайских лидеров ускоренно формирует динамичную сопредельную экономическую зону от замыслов «экономического пояса Великого шелкового пути», проходящего через внутренние районы Евразии с населением свыше 3 млрд. человек, до инициатив по совместному с АСЕАН созданию «морского шелкового пути» XXI века; от продвижения строительства экономического коридора Бангладеш-Китай-Индия-Мьянма, образованного скоростной железной дорогой Китай-АСЕАН «золотого коридора», который сможет соединить Юго-Западный Китай с ЮгоВосточной Азией». Заключается комментарий обещанием: «Большая дипломатия Китая в отношении сопредельных государств будет непрерывно осваивать новые сферы и приобретать все более важное глобальное значение».

Означает ли все это, что новое руководство Китая полагает устаревшей знаменитую формулу Дэн Сяопина: «Хладнокровно наблюдайте; оберегайте свое положение; …не показывайте своих возможностей и выжидайте; умело играйте скромную роль и никогда не претендуйте на лидерство»2? И какие усилия будут предприняты Китаем, чтобы провести новый Шелковый путь через регионы, чаще именуемые «дугой нестабильности»?

Эти вопросы заставляют логично увязывать российскую позицию в отношении китайского проекта «Экономического пояса Великого шелкового пути» с необходимостью для Пекина гарантировать «Observe calmly; secure our position; …hide our capacities and bide our time; be good at maintaining a low profile; and never claim leadership».

обеспечило бы совместимость китайского проекта интеграции с проектом Евразийского экономической союза.

Поэтапное преодоление противоречий роста в становлении профилактирование внешних по отношению к нему обстоятельств, содержащих, пусть латентно, негативный потенциал, являются сегодня важнейшими практическими задачами.

Формирование Евразийского союза: шансы и риски В последнее время наблюдается существенное продвижение в реализации интеграционных планов на постсоветском пространстве.

Фактически была выработана обновленная концепция евразийской геоэкономическим условиям и начата ее поэтапная реализация с наиболее подготовленными партнерами из числа стран СНГ. 2010годы можно с полным основанием назвать периодом интеграционного рывка. В очень сжатые сроки был создан и заработал Таможенный союз (ТС) России, Беларуси и Казахстана (2010 г.), а с 1 января 2012 года началось формирование Единого экономического пространства (ЕЭП). Впервые за весь постсоветский период реально заработали институты международной интеграции, интеграционного процесса. Появилась конкретная перспектива – создание к 2015 году Евразийского экономического союза.

Согласно общепризнанной теории, эффективность региональной международной интеграции в решающей мере зависит от степени самостоятельных процессов. В первом случае речь идет о так называемой «негативной» интеграции, а во втором – о «позитивной».

Здесь замечу, что оба определения употребляются исключительно в нейтральной коннотации, то есть не носят ценностного характера.

Просто под негативной интеграцией понимается процесс сокращения По мотивам выступления на заседании Президиума РАН 23 апреля 2013 года.

отношениях стран, вступивших в тот или иной региональный союз.

Это значит, что вступив туда, все они обязуются постепенно или одномоментно уничтожить все барьеры на пути взаимного движения в его границах товаров, услуг, капиталов и людей. Что же касается государственных действий стран-членов регионального союза в его общих интересах. И если один процесс «пошел», а второй начался «бумажную»

Содружеством Независимых Государств.

В СНГ с самого его рождения присутствовала негативная интеграция как естественное следствие «шокового» распада СССР. А вот позитивная осталась, в сущности, только на бумаге, если не считать регулярные ритуальные заклинания по поводу «нерушимости нашего единства».

Тем не менее, неудача с реализацией проекта СНГ вовсе не ставит под сомнение необходимость создания на постсоветском пространстве интеграционной группировки, в которой Россия могла бы играть роль локомотива. Но для этого она сама должна измениться, стать привлекательной для стран-членов, превратиться в важнейший фактор их внутреннего развития. Исторически решение задачи по налаживанию интеграции на постсоветском пространстве крайне осложнено, что превращает интеграцию для России в затратный и длительный процесс. Но другого выбора нет. Если исходить из того, что чисто экономические аспекты интеграции при определенных российской щедрости. Москва не должна быть скрягой и бороться за каждый рубль или доллар в своих действиях, газовых или негазовых войнах. Если Россия действительно хочет консолидировать постсоветское пространство, то у нее нет никакого выбора, кроме как платить за интеграцию. В краткосрочном плане – это потери, в долгосрочном – однозначный выигрыш для всех, в том числе и для России.

Замечу, что в научной среде давно идет дискуссия о влиянии интеграции на экономический рост. Априорно считается, что чем экономического роста. При этом, как правило, ссылаются на самый успешный интеграционный проект в мире – Европейский союз.

Впрочем, оппоненты обращают внимание на другие факты. Например, в Швейцарии или Норвегии, в странах, не являющихся членами ЕС, показатели экономического роста и уровня жизни выше, чем в большинстве государств Евросоюза.

Как бы то ни было, для успеха интеграционного процесса необходима некая минимальная численность социума, живущего и действующего в рамках единого экономического пространства.

Скажем, Китай при численности около 1,3 млрд. человек не нуждается ни в каких интеграционных блоках. Индия тоже не нуждается.

Люксембург же, по определению, нуждается. То есть, речь идет о том, что эффективная интеграция может быть организована только на соответствующей территории единого экономического пространства, где не существует никаких перегородок, а население составляет 200млн. человек.

В России в этом отношении ситуация не очень благоприятная, поскольку 140 млн. человек – это ни то, ни се. Это не Люксембург, который, по определению, должен быть включен в интеграционный проект, и не Китай, который не нуждается в экономии на масштабах, так как его собственные масштабы уже создают основы для эффективного крупносерийного производства.

Далее, объединяющиеся страны не прочь порассуждать о теоретической и практической «ловушке»: кто кого кормит? Сегодня на эту тему ведутся страстные дискуссии в Европейском союзе. Я же вспоминаю конец 80-ых годов, когда многие рассуждали по поводу того, что у России не очень благоприятное положение в Советском Союзе из-за заниженных цен на сырье, и чем быстрее мы разойдемся, тем лучше. Конечно, это было фатальной ошибкой.

Такой же ошибкой стало «ложное ожидание» российской политэлиты в отношении бывших советских республик. В конце 80-х – начале 90-х годов доминировала идея, что без «стран-сателлитов»

легче интегрироваться в мировую экономику в качестве субъекта. Я назвал ее «теорией экономической обузы». Принято было считать, что Россия как более развитое государство быстрее устроится на «солнечной стороне улицы» без бывших братьев и сестер. А если не получится, должна сработать «теория приползания». Иначе говоря, в команде Ельцина была иллюзия, что свежеиспеченные независимые государства не состоятся, и, стало быть, рано или поздно вернутся под крыло России.

Вскоре отчетливо обнаружилось, что обе установки оказались ложными. Несмотря на огромную социальную цену рыночных преобразований и мучительное становление собственной государственности в новых государствах, ни одно из них не утратило своей независимости и суверенности. При этом надо иметь в виду, что изначально каждая республика стремилась перейти из «второго мира» в первый, но это намерение нигде не увенчалось успехом.

Вместо того, чтобы перейти в первый мир, многие из них оказались под угрозой скатывания в третий, а некоторые уже оказались там в результате демодернизации общества и примитивизации экономики.

Надо сказать, что формирование более или менее адекватной литературы по этому вопросу. Слишком велико здесь влияние чисто идеологических мотивов в интерпретации прошедших перемен. Не вдаваясь в подробности данной проблематики, заслуживающей специального обсуждения, замечу только, что я, как и многие другие эксперты по постсоветской тематике, предпочитаю оценивать сконструированному в ООН индексу человеческого развития (ИЧР), продолжительность жизни и валовой внутренний продукт на душу населения.

государствах за период с 1991 года по 2012 год наводит на грустные размышления. Ведь только Эстонии удалось переместиться с места в мире на 33. А все остальные постсоветские страны явно проиграли. У России было 37-е место, сейчас 55-е. На Украине этот индекс вообще катастрофически снизился: с 45-го до 78-го места. Что уж говорить о странах Центральной Азии?

Тем не менее, даже при самой глубокой экономической рецессии и деградации социальной сферы новые политические элиты сумели сохранить контроль над обедневшим населением, правда, ценой отказа от только что родившихся демократических институтов, инициированных горбачевской перестройкой. И дело здесь не только в восстановлении авторитарных порядков в интересах сохранения новой власти. Крах установки на «приползание» коренится также в том, что в отличие от России, испытавшей двойной удар от радикальной системной трансформации – обвальное снижение уровня жизни плюс моральный дискомфорт от распада СССР, – в остальных новых государствах весьма ощутимые материальные потери от реформ если не в полной, то в значительной мере компенсируются очевидным приобретением в сфере национального самосознания, то есть законным чувством гордости по поводу приобретения независимости и участия в становлении нового государства.

Теперь о некоторых перспективах и задачах интеграционного проекта. Дальнейшее развитие евразийской интеграции предполагает как углубление уровня взаимодействия участников группировки, так и возможное расширение ее состава в соответствии с принципом открытости. Успешное решение этих задач требует исправления выявившихся перекосов и дисбалансов.

В документах и в прессе уже появились разночтения по поводу конечной цели евразийского интеграционного проекта. Речь идет, то соответственно происходит частая подмена аббревиатуры ЕАЭС на ЕАС. Так что же намечается создать к 2015 году? Евразийский экономический союз (ЕАЭС) – это экономическая группировка ряда стран или прообраз нового государства? В информационных материалах, освещающих последние решения в рамках ТС и ЕЭП, можно даже встретить такую дефиницию: «Евразийский союз – проект конфедеративного союза суверенных государств с единым экономическим, политическим, гуманитарным, военным и таможенным многочисленные поводы для противников проекта говорить об имперских амбициях России, о «советизации» региона СНГ, о начале восстановления подобия бывшего СССР.

В связи с этим важно иметь в виду три существенных обстоятельства. Первое – участие в ЕАЭС не несет в себе угрозу потери постсоветскими государствами обретенного суверенитета.

правосубъектность и экономическую безопасность, усиливает переговорные позиции с более сильными мировыми игроками именно в составе интеграционной группировки.

Второе – в условиях глобализирующегося мира малые и средние по масштабам страны СНГ могут быть конкурентоспособными только в рамках интеграционного союза, так как вновь наступило время «больших игроков и больших пространств». Об этом, в частности, свидетельствует активное продвижение собственных проектов организации постсоветского пространства самыми мощными субъектами современной мировой политики (Программа «Восточного партнерства» ЕС, Проект «Нового шелкового пути» США, китайская «политика добрососедства»).

Наконец, третье, ЕАЭС – вовсе не способ отгородиться от конкурентоспособности каждой из стран на основе коллективного взаимодействия в мировой экономике и политике. Как известно, зарубежные противники евразийской интеграции обычно утверждают, что Россия ведет партнеров к новой изоляции и создает на авторитарных режимов». В ответ на это следует разъяснять, что истинное намерение ЕАЭС – создание в перспективе единого экономического пространства с Евросоюзом и странами АТР.

Функционирование ТС на первом этапе положительно сказалось на внешней и взаимной торговле России, Беларуси и Казахстана (на объемах и товарной структуре), что в целом свидетельствует об эффективности созданной интеграционной группировки. Однако произошедшие сдвиги представляли собой так называемые временные эффекты интеграции, которые наступают сразу после формирования интеграционного объединения. Первоначально наблюдается всплеск активности в хозяйственном взаимодействии ее стран-членов, а затем заметное снижение темпов роста.

Так, в 2011 году общий объем экспорта России в страны ТС возрос на 32,9%, Беларуси – на 45,7%, Казахстана – на 18,4%. В целом для ТС он увеличился на 33,9%, а в 2012 году – всего на 8,7%.

При этом экспорт России в страны ТС возрос на 9,4%, Беларуси – на 12,6%, тогда как Казахстана – сократился на 3,7%.

Наибольшее воздействие формирование ТС и ЕЭП оказало на внешнеторговый оборот Беларуси в результате договоренности об отмене Россией экспортных пошлин на нефть и перечисления экспортных пошлин на экспортируемые ею за пределы единой таможенной территории нефтепродукты в российский бюджет.

Следствием этого стал резкий рост белорусского производства и экспорта нефтепродуктов и продукции нефтехимии, начиная с года.

Для Казахстана эффекты создания Таможенного союза во внешней и взаимной торговле оказались неоднозначными. В 2010годах наблюдался определенный рост импорта Казахстана из России и Беларуси, а в 2012 году начал сокращаться его экспорт в эти страны, что стало отрицательно сказываться на внешнеторговом балансе. Пока явным эффектом интеграции для Казахстана оказался рост доходов от транзита вследствие того, что теперь товарные потоки из Китая на единую таможенную территорию идут через казахстанские, а не российские таможенные посты.

определяется тем, что она реализует на общем рынке ТС более трети всей экспортной машиностроительной продукции. Темпы прироста взаимного товарооборота со странами ТС в 2011 году по сравнению с предыдущим годом превышали аналогичный показатель для третьих стран в 2,6 раза, темпы прироста экспорта – в 2,1 раза, а импорта – в 3,8 раз. Очевидным преимуществом интеграции для Российской Федерации стало изменение структуры взаимных поставок. В частности, увеличилась доля продукции с высокой добавленной стоимостью и сократилась доля топлива и сырья. В 2011-2012 годах в российском экспорте в страны ТС/ЕЭП удельный вес минеральных продуктов снизился с 52,3% до 49,7%, а машин, оборудования и транспортных средств возрос с 14,2% до 16,2%.

Увеличение экспорта продукции с более высокой добавленной стоимостью в пределах региона может стать первым шагом к расширению ее продаж в глобальных масштабах. Экспортный потенциал, накопленный в рамках ТС-ЕЭП при низких тарифных и нетарифных барьерах, повышает шансы для последующей экспансии производственной кооперации.

Словом, первые результаты функционирования ТС показали, что масштаб и характер эффектов интеграции для каждой страныучастницы могут существенно различаться. Здесь, по-видимому, выравнивания между странами временных выгод и потерь.

Устойчивое развитие евразийской интеграции невозможно без совместных действий по модернизации экономик ее участников.

Общей острой проблемой постсоветских государств после двадцати лет суверенного существования стала нарастающая примитивизация структуры их народных хозяйств. Всем им приходится иметь дело с устаревшей технико-технологической базой экономики, значительно ослабленным за годы реформ ее научным и кадровым потенциалом.

модернизационные скачки с помощью третьих стран, как правило, не оправдываются. Автономные попытки экономической модернизации слабо связаны с активизацией евразийских интеграционных основном к технологическим заимствованиям из третьих стран, нацелена главным образом на импортозамещение и, как правило, не идет дальше «отверточного» производства. Обнаружилось, что приток зарубежных технологий в постсоветские государства, хотя и может способствовать модернизации отдельных отраслей, но, как правило, не ведет к технологическому обновлению экономик в целом, поскольку центры технологических и продуктовых нововведений находятся за их пределами.

В результате во многих из постсоветских государств зреет деиндустриализации национальных экономик можно лишь общими совершенно очевидно, что только Россия может стать инициатором ее инновационной экономике как цели развития общего интеграционного инновационной сферой и учитывая в полной мере возможности и интересы партнеров по постсоветским объединениям, именно она должна сыграть решающую роль в проведении согласованной модернизации.

Здесь, по-видимому, потребуется коллективная разработка концепции такого пространства, в которой были бы четко обозначены желаемая структура экономики в Евразийском Союзе, инструменты ее формирования, а также этапы и сроки реализации.

Так или иначе, странам-участницам интеграционных проектов предстоит уделить особое внимание согласованию национальных приоритетов в научно-технической сфере, а также формированию общими усилиями «технологических коридоров», в рамках которых глобальная конкурентоспособность отдельных выбранных секторов экономики будет достигаться преимущественно за счет технологий, разработанных внутри интеграционного пространства.

Для решения этих задач представляется целесообразным:

инновационного развития и определить порядок их финансирования;

реализации научных исследований и инновационных проектов;

позволяющие реализовывать принцип добавленных инноваций, когда инновации, созданные в какой-либо стране интеграционного объединения, дополняются и совершенствуются в других странах данного объединения;

- улучшить условия для инновационного бизнеса, обеспечить предприятий, ускорить принятие согласованных, а затем и единых технических стандартов;

распределение доходов и межгосударственной собственности в виде материальных и нематериальных активов, полученных в ходе реализации совместных инновационных проектов.

В заключение еще раз вернусь к российской политике в интеграционного блока предстоит запустить процессы расширенного воспроизводства в основном на базе собственных ресурсов и расширении хозяйственного взаимодействия с остальным миром.

противопоставление политики модернизации России ее курсу на консолидацию постсоветского пространства. На самом деле обе установки не антагонистичны. С позиций истинных интересов страны безальтернативен подход, в соответствии с которым национальные и интеграционные действия в области экономической модернизации должны взаимно дополнять, а не исключать друг друга. Только евразийского региона и предотвратить его сползание в зону «технологического захолустья».

О роли и возможностях Российской Федерации в евразийском интеграционном процессе Евразийские интеграционные процессы сегодня, как никогда, обусловлено как качественным содержанием этих процессов, приобретающих все более устойчивый и перспективный характер, так и, не в последнюю очередь, драматическими событиями на Украине.

Чем бы ни разрешился украинский кризис, скорее всего, в Евразии возникает новая ситуация, и это будет сказываться на условиях деятельности Таможенного союза и формирования Евразийского союза. Безусловно, оба интеграционных проекта, как и сами российские усилия по их продвижению, окажутся под мощным давлением извне. Уже практически не скрывается, что организованное альтернативой евразийской интеграции, но и ее, так сказать, «спойлером», блокиратором и разрушителем. Евро-атлантические институты и до украинского конфликта демонстративно игнорировали все интеграционные структуры к востоку от Польши, а теперь надежд на изменение такого отношения, конечно же, только убавилось.

Но прогнозируемое усиление давления и последовательных попыток дискредитации самой идеи ни в коей мере не отменяет актуальность евразийской интеграции и для России, и для ее партнеров. Изменяется среда, но не меняются цели и задачи. Не меняются те преимущества, которые дает людям перспектива сближения в самых важных для них вопросах. Не меняется наше отношение к интеграции, как к долгосрочному и фундаментальному проекту, открытому для всех и дающему возможности и преимущества каждому. Напомню, что в своей предвыборной статье в газете «Известия» «Новый интеграционный проект для Евразии – будущее, которое рождается сегодня» В.В. Путин писал: «Евразийский союз – это открытый проект. Мы приветствуем присоединение к нему других партнеров, и прежде всего стран Содружества. При этом не собираемся кого-либо торопить или подталкивать. Это должно быть суверенное решение государства, продиктованное собственными долгосрочными национальными интересами».

Однако, как представляется, нам необходимо сделать сегодня важные выводы из украинских событий, в ходе которых, как известно, евразийская интеграция и членство в Таможенном союзе активно противопоставлялись ассоциации с Евросоюзом. Мы реально видели, что о структурах с российским участием представление у украинцев было либо очень поверхностным, либо формировалось под активным разумеется, негативным пропагандистским давлением сторонников евроинтеграции. За ассоциацию с ЕС, за «европейскую мечту» (как прямо противоположную сближению с Россией и евразийской интеграции) на протяжении многих лет агитировали сотни европейских и американских НПО и фондов, политиков и СМИ, вкладывались огромные ресурсы – и это, несомненно, сыграло свою роль.

Важным показателем эффективности применения «мягкой силы»

одним государством в отношении другого являются не затраченные средства и не количество проведенных мероприятий, а число людей и организаций в целевом государстве, начинающих на определенном этапе по своей инициативе агитировать в поддержку другой страны и ее интересов, воспринимая их при этом как свои собственные. Именно поэтому непосредственным поводом для многих украинцев для предложенных условиях. В итоге люди вышли на баррикады, требуя немедленного подписания неравноправного соглашения, даже не зная в деталях его содержания.

Для Украины, которая, на самом деле, не имеет реального опыта ни европейской, ни евразийской интеграции – хотя привыкла к существенной материальной поддержке с обеих сторон, но более всего с российской – на самом деле, ни один из путей не закрыт. Киев мог бы и далее с выгодой для себя неспешно размышлять о преимуществах каждого из них, если бы именно Запад не поставил вопрос «ребром»: «или – или».

Для России и Таможенного союза, в котором кооперация между интеграционными партнерами становится все более тесной и комплексной, вариант с украинской таможенной и экономической «дырой» для товаров Евросоюза категорически неприемлем, о чем изначально говорилось и руководству Украины, и европейским партнерам. Это не санкция и не наказание в отношении Украины, а собственным интеграционным усилиям. Ничто так не ослабляет ситуативная определенность на украинском направлении (отнюдь не окончательная), на самом деле, может вполне благотворно сказаться партнерами идей по продвижению интеграции. Однако два важных практических вывода приходится в этом контексте сделать.

Во-первых, необходимо существенно умножить общие усилия стран-участниц проекта по разъяснению обычным людям всех его преимуществ. Как минимум, это должно быть сделано в масштабах не меньших, чем агитация против него. А она, как известно, весьма значительна, причем сразу во многих странах, как участвующих в евразийской интеграции, так и раздумывающих по поводу своего участия в ней. Но и в третьих странах, от позиции которых, однако, зачастую зависит принятие решений об участии или неучастии.

Причем важнее всего, чтобы это была не просто пропаганда через СМИ, а именно активная поддержка гражданских обществ соответствующих стран. А для этого, во-вторых, необходимо самое серьезное и деятельное внимание гуманитарному измерению евразийской интеграции. Она должна восприниматься не как «проект верхов», но именно как народный проект. Без этого в ХХI веке никакие интеграционные усилия не могут увенчаться успехом. Сближение должно опираться на широкую общественную поддержку, а в чем-то и корректироваться или даже, если понадобиться, «подталкиваться»

обществами, бизнесом, НПО, СМИ и даже сетевыми сообществами стран-участниц. Мы не можем более полагаться на очень важные, но все же статичные факторы, вроде исторических корней, сохранения русского языка или русских диаспор: сами по себе они еще ничего не гарантируют. Как не дает эффекта попытка механистически наращивать наше гуманитарное присутствие в важных для нас странах. Не каждое присутствие дает влияние.

Именно на это необходимо направлять наши усилия уже сегодня. Напомню, что ровно год назад, 20 марта 2013 года Правительство Российской Федерации утвердило Государственную Россотрудничеством разработана Подпрограмма «Осуществление сотрудничества и содействия международному развитию», где поставлены конкретные задачи развития внешней гуманитарной активности – с акцентом на страны СНГ и выделены конкретные параметры ее осуществления.

Новое видение роли и миссии Агентства на этом направлении нашло свое сконцентрированное выражение в Указе Президента Российской Федерации № 476 «Вопросы Федерального агентства по делам Содружества Независимых Государств, соотечественников, проживающих за рубежом, и по международному гуманитарному сотрудничеству», который вышел 8 мая 2013 года. Указ внес необходимые изменения в правовую базу функционирования Агентства для максимально эффективного выполнения им тех задач, которые ставит перед ним сегодня руководство государства.

Как известно, Россотрудничество имеет существенный ресурс в виде центров науки и культуры (РЦНК), оказывающих гуманитарное влияние в 60 странах по всему миру. В приложении к Указу был принят Перечень государств и городов в них, на территориях которых планируется учреждение в 2013-2015 годах представительств Россотрудничества (по согласованию с властями страны пребывания).

В частности, это Белоруссия (Брест), Казахстан (Уральск) и Турция (Анкара), в 2014 году – Азербайджан (Гянджа), Армения (Гюмри) и Украина (Харьков), в 2015 году – Киргизия (Ош), еще раз Белоруссия (Гомель), Молдова (Тирасполь, Приднестровье), Таджикистан (Худжанд) и Румыния (Бухарест). Как видим, весьма характерен акцент на расширение сети центров именно в странах СНГ. Они могут стать сегодня активными центрами поддержки евразийской агитации и площадками для соответствующего диалога с местными гражданскими обществами, для выступления российских политиков и экспертов, для презентации наших планов и достижений.

Недостаточно, как представляется, задействован ресурс огромного Русского мира, объединений русскоязычных соотечественников в мире. Мы как-то уже привыкли говорить о них, как, скорее, о нуждающихся в опеке и поддержке с «Большой земли».

Но ведь речь идет о десятках миллионов человек. Мы порой говорим о Русском мире, подразумевая лишь планетарное географическое рассеяние нации. Но пора уже ставить задачу собирания Русского мира и усиления роли русскоязычных организаций в гражданских обществах и в политической жизни государств проживания. Именно русские в странах СНГ более всех заинтересованы в успехе евразийской интеграции, а потому их голос должен стать более громким, чтобы быть услышанным.

Особая задача – сохранение роли русского языка как языка евразийской интеграции. У него отнюдь не имперская, а сугубо коммуникационная миссия. Даже наши оппоненты в своих структурах на постсоветском пространстве, вроде ГУАМ, часто разговаривают между собой на русском. Ну а нам, как говорится, сам Бог велел. Но для этого, для закрепления и расширения позиций русского языка, необходимо приложить максимум усилий, в том числе – на уровне и силами государства. Нужны учебники, методические пособия, учителя и курсы обучения учителей на местах, и многое другое. С 2011 года Россотрудничество совместно с Минобрнауки России является государственным заказчиком федеральной целевой программы «Русский язык» на 2011-2015 годы. Нашими усилиями доработаны проекты Государственной концепции поддержки Российской Федерацией русского языка за рубежом и Концепции «Русская школа за рубежом». Россотрудничество является единственным российским государственным учреждением, которое на регулярной основе осуществляет курсовое обучение русскому языку за рубежом (курсы действуют в 54 странах на базе 60 РЦНК, из них при 33 РЦНК соотечественников и от смешанных браков). Но этого на сегодня явно недостаточно, чтобы удовлетворить растущий спрос.

Велика роль русского языка как языка социальных сетей, науки и, в особенности, образования. Само по себе высшее образование является сегодня важнейшим ресурсом евразийской интеграции. В условиях украинского кризиса Россия быстро отреагировала, предложив места в наших вузах крымским абитуриентам. Но, конечно же, необходима постоянная, масштабная и планомерная работа на этом направлении и без кризисов. США, в частности, предполагают в ближайшие два года удвоить число студентов с Украины. Мы, как минимум, не должны отставать от США, уже в силу отсутствия проблем с языком и расстоянием. Но наше предложение должно быть конкурентоспособным и по качеству образования, и по социальным условиям (транспортировка, проживание, медстраховка, возможности подработки и т.п.). Россия пригласила в этом году по бюджетной линии всего 550 студентов из Украины. Но что это в масштабах страны с населением в 45 миллионов? Всего по так называемой государственной квоте приглашены в российские вузы абитуриентов из всех стран мира. Очевидно, что молодежи из стран ареала евразийской интеграции в этой квоте должно быть намного больше.

Есть и другие аспекты. Выясняется, что студенты с Украины (повидимому, и не только оттуда) на 75% остаются после учебы в России, то есть, для самой Украины они практически потеряны. Как и с точки зрения позитивного влияния на наши двусторонние отношения.

осуществляться в отрыве от всей остальной гуманитарной работы с соседями, от миграционной политики.

Важнейшей новацией в деятельности Россотрудничества стало дополнение его полномочий миссией по содействию международному государственной помощи развивающимся странам. Это направление может стать новым перспективным проектом для всей системы российской внешнеполитической службы, поскольку сфера СМР является не только частью государственной экономической политики, но у многих мировых держав служит и дополнительным инструментом «мягкой силы». Конечно же, ресурсы СМР должны быть в полной мере задействованы в отношении важнейших для России партнеров по евразийской интеграции – нынешних и потенциальных. При помощи средств СМР может быть оказана существенная поддержка инфраструктурным проектам в этих странах, реализация которых обеспечивала бы им лучшие позиции в тех же совместных интеграционных проектах.

Россотрудничество является заказчиком-координатором государств-участников на пространстве СНГ до 2020 года, в рамках сотрудничестве государств Казахстана, Российской Федерации, сертификация многоцелевой аэрокосмической системы прогнозного мониторинга (МАКСМ), а так же создание на ее основе сервисов чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера в совокупности с семантическими и геопространственными данными;

международными транспортными коридорами, проходящими по территориям государств-участников СНГ, на основе современных информационных и телекоммуникационных технологий.

Также при поддержке Россотрудничества в сфере сельского хозяйства планируется, например, создание «Евразийской Аграрной ассоциации», целью которой является укрепление роли и значения России на евразийском пространстве, развитие политикоэкономических связей между странами, усиление координации действий, прежде всего в сфере агропромышленного производства.

Среди направлений деятельности Ассоциации можно выделить такие позиции, как: укрепление взаимодействия с целевыми группами и сельскими жителями, развитие публичного диалога на аграрную тематику и согласование частных, общественных и государственных интересов. Ввиду высокого спроса на продовольственную продукцию перспективным для инвестирования средств.

Однако ключевое при анализе гуманитарной составляющей евразийской интеграции – это новое осознание роли гражданского общества и его институтов. Интеграция – это важнейший процесс для стран и каждого вовлеченного в нее человека и гражданина в отдельности. Значит, этим не могут и не должны заниматься только государства.

Скажем, в Армении – кандидате на вхождение в Таможенный союз – число сторонников интеграции с ЕС составляет не более 5населения, однако в стране работает примерно 350 НПО, как армянских, так и зарубежных, агитирующих за евроинтеграцию.

Организаций же, работающих в поддержку идеи Евразийства, всего десять. Пока именно так выглядит соотношение ресурсов и усилий, затрачиваемых нами и нашими конкурентами в ключевых странах, и это соотношение необходимо менять.

Работа с различными общественными средами за рубежом – с нашими соотечественниками, с выпускниками различных вузов, с обществами дружбы, неправительственными организациями, с редакциями русскоязычных СМИ, с группами по связям в парламентах и ТПП, на муниципальном уровне – требует систематизации и поддержки государством.

формировалась та самая система, которая давно и успешно выстроена нашими конкурентами. Другие державы почти не работают посреднические структуры, которые скрывают участие государства и властей и делают соответствующие проекты привлекательными для тех, кто является их конечными участниками.

Главное – не российское государство должно выстраивать собственные позиции в зарубежных гражданских обществах и быть единственным источником агитации в поддержку евразийской идеи.

Наше гражданское общество, сами россияне должны обрастать плотной тканью связей с другими обществами, чтобы там было активное большинство, выступающее в поддержку дружбы с Россией и евразийской интеграции именно в интересах своей собственной страны.

Партнерство Россия-Африка: прагматический подход Перспективы развития и углубления экономической интеграции в евразийском интеграционном процессе неразрывно связано с широким экономическим взаимодействием в рамках мировой экономики. При этом само экономическое развитие РФ и ее евразийских партнеров требует обеспечения его ресурсной базы и укрепления позиций на рынках за пределами СНГ.

Поэтому растет внимание к Африканскому континенту с его колоссальными и еще недоиспользованными природными ресурсами и быстро растущим населением. Новые формы сотрудничества с Африкой и его расширение должны служить долгосрочным интересам России.

Популярный в 90-х годах диагноз «Африка нам не нужна» ныне отвергнут, хотя и не всеми забыт.

Достигнутые и сохраняющиеся вот уже два десятилетия высокие темпы экономического роста – 5-5,5% в год – опровергли сентенции о том, что «Африка – забытый и покинутый континент», надолго застрявший в «мертвой зоне» большой мировой политики.

демонстрируют растущее влияние континента в мировой политике и мировой экономике. В составе растущего конгломерата восходящих стран (emerging countries), пришедшего на смену «третьего мира», Африка активно участвует в формировании полицентричного миропорядка, в реформировании структур институтов глобального управления, международной финансово-экономической системы на основе обеспечения интересов устойчивого развития всех стран и континентов. Африка – непременный участник предпринимаемых усилий, направленных на предотвращение глобальных вызовов и угроз XXI века.

Позиция России на судьбоносных для африканских народов исторических развилках создала фундаментальные предпосылки формирования отношений взаимного доверия и солидарности. Россия не участвовала в работорговле, она ни в коей мере не замешана в колониальных разделах и переделах Африканского континента.

Напротив, Россия решительно поддержала африканцев в борьбе за обретение независимости, ликвидацию колониализма, национального объединяет общность интересов в построении нового мирового порядка на основе принципов многополярности, равноправия и устранения всех препятствий на пути гармоничного развития всех стран и континентов, независимо от их цивилизационной или конфессиональной принадлежности.

90-е годы – так уже случилось – для российско-африканских отношений стали провальными. Связи сократились по всем линиям, выполнение соглашений об экономическом содействии прервано.

Сократилось число российских посольств, сведены до минимума торговые, культурные представительства. Сказались издержки перехода к рыночной экономике, огульное осуждение советского наследия, односторонняя внешнеполитическая ориентация. Лишь в начале 2000-х годов дальнейшее усугубление положения было обозначившаяся тенденция роста роли Африки в международной жизни предопределили усиление африканского вектора российской приоритетных направлений внешнеполитической стратегии. Новый курс аналитики и журналисты окрестили курсом «на возвращение России в Африку».

Торгово-экономическое сотрудничество:

немалый потенциал расширения российского присутствия на мировых рынках и географической диверсификации внешнеэкономических и инвестиционных связей.

К сожалению, этот потенциал недооценивается государством, без энергичной и всесторонней поддержки которого расширение позиций российского бизнеса чрезвычайно затрудняется. И это обстоятельство является одной из главных причин более чем скромных достигнутых масштабов торговых, инвестиционных и других деловых связей между Россией и африканскими партнерами.

В 2012 году внешнеторговый оборот между Россией и странами (см. Таблицу № 1). По сравнению с 2000 годом он увеличился в 7, раз, но его объем в 2 раза меньше, чем у Бразилии, в 4 раза – чем у Индии и в 16 раз – чем у Китая4.

БРИКС – Африка: партнерство и взаимодействие. М. 2013. С. 97-98.

Источник: Таможенная статистика внешней торговли Российской Федерации, 2011-2012 гг.; Устинов И.Н. Внешнеэкономические связи России (статистический справочник). М., 2011-2012 гг.

результате того, что до 80% их объема приходится на пять стран Северной Африки, а 65% товарной номенклатуры приходится на продовольствие, напитки, табак, нефтепродукты и минеральное сырье5. Машинотехническая продукция представлена, главным образом, вооружениями и военной техникой (ВВТ). Объем поставок ВВТ составляет примерно 1 млрд. долл. в год. В 2012 г. руководители «Рособоронэкспорта»

«вернуться в Тропическую Африку надолго и всерьез»6. Объем военных поставок в этот субрегион за период 2005-2012 годов составил 777 млн. долл.

сотрудничества с Африкой в горнодобывающей области.

Крупнейшие российские корпорации вовлечены в этот бизнес в африканских странах. Они инвестировали в реализацию проектов около 9-10 млрд. долл. и заявили о намерениях дополнительно инвестировать до 2020 года еще порядка 17 млрд. долл. (см. Таблицу № 2).

http://paixetdeveloppment.net Прямые инвестиции крупных российских компаний Источники: Годовые отчеты компаний. Публичные заявления руководителей и представителей компаний. The African Development Bank Group. Chief Economist Complex. African economic Brief: Russia’s Economic Engagement with Africa. Vol. 2. Issue 7, 11 may 2011.

Такая ориентированность большого российского бизнеса в Африке диктуется тремя главными факторами:

мировом бизнес-пространстве;

- заинтересованностью государства и бизнеса консолидировать лидирующие позиции России на мировых сырьевых рынках, развивая партнерство со странами-производителями энергетических ресурсов и других видов минерального сырья;

горнодобывающем комплексе.

Действительно, Россия, обладающая богатыми ресурсами, не имеет критической зависимости от зарубежных источников сырья, за некоторыми исключениями. Однако она столкнулась с проблемой истощения рентабельных месторождений. Такая угроза нависла по 13-ти видам минерального сырья, включая хром, марганец, уран, медь, нефть, никель 7. Освоение новых месторождений, которые, как правило, находятся за Уралом, на Севере связано с большими трудностями. Требуются качественно новые технологии, создание уязвимость экологии в северных регионах, и работы по освоению невосполнимого ущерба окружающей среде. Все это требует крупных капиталовложений и в течение довольно длительного срока. Между тем, добыча энергоресурсов, минерального сырья играют решающую роль в формировании ВВП, не говоря уже о наполнении бюджета и финансировании основных проектов по модернизации национальной экономики.

В торгово-экономических отношениях с Россией страны СНГ руководствуются, прежде всего, собственными интересами.

Россия вынуждена искать решения некоторых из перечисленных партнером. На ее долю приходится свыше 80% мировой добычи платины, 42% – кобальта, 35-37% – марганца и хрома, 36% – ванадия, USGS. Geological Survey. Russian Federation. 2010-2012.

10-12% – бокситов, 40% – тантала, 35% – циркония, 10-12% – нефти и т.д. Африканские месторождения отличаются удобством залегания, высоким содержанием полезных фракций. Себестоимость добычи сырья в Африке на порядки ниже, чем в России.

И очень важно подчеркнуть взаимодополняемость России и Африки по многим видам минерального сырья (см. Таблицу № 3).

Взаимодополняемость сырьевой базы России и Африки концентраты) (0,3%)** (концентрата) (0,7%)** концентрата) (2,9%)** Корендясов Е.Н. Новые рубежи Африки на рынках минерального сырья. Металлы Евразии. М. 2012. № 5.

(руды концен- (2,4%)** трата) ные – в таблице показаны только подтвержденные запасы по категориям АВС;

** – в процентах от мировых.

1) Государственный доклад «О состоянии и использовании минеральносырьевых ресурсов Российской Федерации 2008-2010 гг. МПР. Москва, 2009, 2011 г.

Информационный аналитический центр «Минерал». М., 2009 г.

3) USGS. Minerals Yearbook 2009, 2010.

Между тем, природные ресурсы Африки стали объектом жесткой конкурентной борьбы, перерастающей в настоящие битвы за нефть, уран, бокситы, алмазы, хром, марганец, медь, железо и т.д., оказывающие растущее воздействие на международную обстановку.

Углубляющаяся вовлеченность крупных российских бизнес-структур в освоении ресурсного потенциала африканских стран оказывает стимулирующее влияние на развитие российско-африканских отношений в направлении их активизации вообще и в плане лоббирования интересов российского бизнеса, в частности.

Вместе с тем, будущее торгово-экономического сотрудничества с Африкой следует связывать с расширением партнерства в сфере трансфера технологий и производств, с развитием кооперации в области создания современной инфраструктуры, телекоммуникаций, интернет-услуг, банковского дела, насыщения каналов торгового обмена товарами, отвечающими современным технологическим и реализации проектов создания телекоммуникаций с использованием космоса. В частности, в Анголе консорциум российских банков предоставил кредиты для создания, при участии российских компаний, спутниковой системы «Ангостар». Российская компания «Прогноз» участвует в разработке программных комплексов для статистической службы Африканского банка развития, Мозамбика, региональное отделение в Замбии.

представительств «Внешторгбанка» и «Внешэкономбанка» в Анголе и ЮАР. «Тройка Диалог» налаживает сотрудничество с «Стандарт Банк» из ЮАР. Но это только первые ростки.

Участие в международных программах содействия развитию Россия считает своим долгом участие в этих международных соответствует принципам международной гуманитарной солидарности осуществила наиболее масштабное списание задолженности африканских стран. Общая сумма списанных, в основном по военным кредитам, долгов по состоянию на 2012 год составляет 20 млрд. долл.

государственной помощи. Списание коснулось Эфиопии на сумму 4, млрд. долл., Ливии – на 4,5 млрд. долл., Алжира – на 4,3 млрд. долл., Анголы на 3,5 млрд. долл. В рамках инициированного «Группой восьми» Глобального Фонда борьбы с ВИЧ/СПИДом, малярией и туберкулезом Россия внесла 235 млн. долл. при квоте 257 млн. долл. В связи с угрозой голода вследствие засухи Россия в 2011- продовольствия и других товаров на сумму свыше 8 млн. долл. В африканский вклад составил 244 млн. долл. 11 Были осуществлены и другие операции по оказанию гуманитарной помощи.

партнерства на путях достижения их оптимальной соразмерности с имеющимися возможностями и выстроенной иерархией национальных приоритетов в своей внутренней и внешней политике. Одним из важных условий продвижения к этой цели является осознание сотрудничества и наличие соответствующей воли.

www. Pravda.ru/world/Africa/18-10-2012/1131759-africa_delf-o/ Выступление директора департамента международных финансовых отношений Минфина РФ А.А. Бокарева www.minfin.ru/ru Роль БРИКС в позиционировании России тенденцию. Через многие факты недавнего и отдаленного времени устойчиво просматривается стремление «коллективного Запада»

отодвинуть Россию на Восток, де факто отталкивая ее от сообщества ЕС.

До сих пор в оценках состояния внешней безопасности страны мы концентрировали внимание на нашем «южном подбрюшье».

Теперь видим, что западное направление не просто уязвимо. Там – сполохи большого пожара. В этих условиях очевидна жизненная необходимость мобилизации всех доступных резервов (традиционных и альтернативных) нашей безопасности в широком смысловом диапазоне. Невольно возникает вопрос о построении союзнических взаимосвязей и стратегическом партнерстве на международной арене. При этом, перефразируя известную максиму, нельзя уповать лишь на армию и флот.

В таком идейном контексте невольно обращает на себя внимание одна из крупных новаций нашей внешней политики последнего десятилетия, представленная мегапроектом БРИКС.

Характеризуя этот мегапроект, существенно повысивший авторитет России на международной арене, следует исходить из особенностей данной темы, в равной мере имеющей большое научно-теоретическое и практическое значение. Далее, необходимо оценить слагаемые совокупного потенциала в динамике, его проекцию на долгосрочную перспективы определить прочность этой конструкции.

Говорят, что БРИКС – пример самосбывшегося пророчества, главным образом потому, что сама аббревиатура и идея группировки возникли в изысканиях аналитиков, а не в головах вершительной реальной политики. Как известно, речь идет о группе экспертов инвестбанка «Голдмен энд Сакс» под руководство О’Нила. Однако умелый пиар явно преувеличил заслуги группы О’Нила. Она не может претендовать ни на первооткрывательство, ни на монополию интерпретации темы новых центров мировой экономики и политики.

Необходимо напомнить о публикациях и выступлениях на эту тему В.П. Лукина и американца Пола Кеннеди (80-е годы), Е.М. Примакова и бразильца Элио Жагуарибе (90-е годы).

Идею стратегического треугольника РИК (РФ-КНР-Индия), выдвинутую Е.М. Примаковым, активно начали разрабатывать в Институте Востоковедения и в Институте Дальнего Востока РАН. В Институте Латинской Америки РАН за разработку темы восходящих стран-гигантов взялись в 2004 году, через 3 года после первой публикации группы О'Нила. Но тема решалась в ином ракурсе. Смысл работы О’Нила определялся пробуждением интереса в кругах нарождающимся – как их окрестили – рынкам. В интерпретации инвестиционной и торговой экспансии из зоны «коллективного Запада».

В нашей интерпретации – речь о новых влиятельных субъектах мировой экономики и политики, способных хотя бы частично нейтрализовать крен мирового баланса в сторону «коллективного Запада». И нас, конечно же, интересовали шансы России обрести более прочную опору и в геополитическом, и в геоэкономическом смысле.

В настоящее время, занимая 29% земной суши (без учета Антарктиды), «пятерка» имеет почти 43% мирового населения. По доле в суммарном ВВП мира (по ППС в ценах 2005 г.) ее удельный вес составляет 27%, а по вкладу в прирост мирового продукта в году доля «пятерки» достигла 47%. С 2000 до 2012 год статистика констатирует постоянное наращивание совокупного веса пяти стран в потреблению электроэнергии произошло увеличение более чем в 1, раза, по инвестициям в основной капитал в 2,5 раза, по нетто-притоку иностранных инвестиций рост в 4,5 раза, по объему экспорта товаров и услуг в 2,3 раза, по объему золото-валютных резервов в 3 раза1.

Конечно, большая часть этих показателей приходится на КНР – в пределах 40-60% от их совокупной величины. И с этим трудно не считаться.

прогностическими организациями в основном совпадают в том, что до середины ХХI века произойдут кардинальные замещения в составе Произойдет вытеснение представителей «большой семерки». Хотя по параметрам благосостояния сохранится уменьшившийся, но все еще значительный разрыв между двумя группами государств.

За время, прошедшее с первого саммита БРИКС (2009 г.), содержательное наполнение форумов «пятерки» расширяются с каждым годом, вовлекая новые сферы, новые отрасли. Вместе с тем это происходит преимущественно экстенсивно. Критически оценивая достигнутые результаты, следует подчеркнуть, что на новом этапе Подсчитано по: World Bank. World Development Indicators, 2013; EIA. International Energy Statistics (www.eia.gov/cfapps /ipdbproject).

необходим переход на более целенаправленную работу, необходима концентрация коллективных усилий на приоритетных проектах. Среди них: создание банка развития БРИКС, общего страхового валютного фонда, биржевого альянса «пятерки». Особое значение приобретает взаимодействие в обеспечении кибербезопасности стран-членов, их надежное соединение оптоволоконной связью и регулярным прямым воздушным сообщением.

Асимметрия, существующая в формате БРИКС, касается не только особого веса Китая, но и существенных различий в весовых ресурсоизбыточными и ресурсодефицитными экономиками. Есть немалые различия в политическом строе. Внутри «пятерки»

представлен тройственный альянс Индии, ЮАР и Бразилии, чей строй более близок институциональным стандартам Запада (ИБСА, осн. в 2003 г.). Все три участницы этого альянса претендуют на вхождение в состав постоянных членов Совбеза ООН в случае его реорганизации.

У двух других участников БРИКС политическая воля еще не созрела для однозначной поддержки указанных кандидатур. В свою очередь, параллельно действует треугольник политических консультаций «РИК» (Россия, Индия, Китай).

В двусторонних отношениях стран-членов «пятерки» особых сложностей не наблюдается, за исключением застарелых и еще не преодоленных индийско-китайских споров по территориальному вопросу, а также сохраняющихся взаимных предубеждений на уровне социальной психологии в России и Китае. Нельзя не видеть того, что под воздействием торговой экспансии Китая возникает недовольство в Индии, Бразилии и ЮАР. Позиция Российской Федерации по климатическому вопросу существенно отличается от подходов других членов «пятерки».

В то же время налицо ряд внушительных объединительных международных финансовых институтах. Страны БРИКС солидарно поддерживают центральную роль ООН и прерогативы ее Совбеза, уважают международное право и требуют его уважения от других. Они решительно противодействуют попыткам «гуманитарных интервенций» в обход СБ ООН. Детальный анализ различий и области согласия, а, впрочем, и сам факт объединения «пятерки»

свидетельствуют о том, что поле разногласий в формате БРИКС существенно уже поля взаимопонимания.

Полемика вокруг БРИКС не ослабевает с момента официального рождения этого объединения в четырехстороннем формате. Скептики то одну, то другую страну БРИКС объявляют «несостоятельным»

участником объединения восходящих держав. Многих внешних критиков из лагеря «коллективного Запада» легко понять. Они не желают допускать геополитическую и геоэкономическую конкуренцию.

Принципиальные заявления лидеров БРИКС о ненаправленности против третьих стран, об отказе «пятерки» от конфронтационной практики в мировых делах они игнорируют, либо замалчивают. Нет сомнений, что попытки дискриминации объединения и внесения раздоров в его ряды будут продолжаться.

полицентричному) миропорядку, не раскрывая конкретику этого процесса. А он предусматривает изменение механизма глобального регулирования. Это может происходить по двум направлениям: путем корректировки существующих институтов (прежде всего входящих в систему ООН) либо путем формирования новых структур. Процесс уже пошел. Среди новообразований: G-7/8, «большая двадцатка» и, институционализированные), но уже играющие существенную (иногда определяющую) роль в выработке и реализации решений на глобальном уровне. Влияние БРИКС обусловлено совокупным потенциалом «пятерки», ее высокой репрезентативностью (ведущие представители четырех континентов, пяти цивилизационных ареалов).

значение, имея в виду императив предотвращения столкновений на цивилизационной почве.

Оценивая тенденции, имеющие долгосрочную проекцию, и стратегические ориентиры основных протагонистов международной сцены, мы приходим к выводу о том, что по ключевым параметрам определять мегаблоки, образования трансконтинентального характера. Даже супердержавы, не говоря уж о «рядовых» мировых державах, теперь не в состоянии отстаивать свои позиции на индивидуальной основе. Они делают ставку на расширение сферы действия существующих структур и формирование новых альянсов.

Североатлантического блока на отдаленные регионы – Центральную Азию и Южную Атлантику, напомним еще раз о транстихоокеанском и трансатлантическом направлениях долгосрочной стратегии США, о поощрении ими вертикали Тихоокеанского альянса в Латинской Америке. Очевидно, что тем самым Вашингтон выстраивает новую глобальную схему подкрепления своей пошатнувшейся гегемонии.

В заключение следует подчеркнуть следующее. В формате БРИКС Россия обретает возможность включать свои стратегические ориентиры в согласованную политику «пятерки». При этом нужно иметь в виду, во-первых, что, не будучи основной «весовой составляющей» БРИКС в экономической сфере, РФ сохраняет первенство по ракетно-ядерному и энергетическому потенциалу, по опыту давнего присутствия в «клубе» глобального регулирования. Она представлена в его ключевых структурах – Совбез ООН, G-7/8, «большая двадцатка» – и, соответственно, способна выполнять конструктивные посреднические функции. Во-вторых, каждая из странучастниц БРИКС естественно располагает своим ареалом влияния через региональные интеграционные структуры (КНР – Восточноазиатское сотрудничество (ВАС), Индия – Ассоциация регионального сотрудничества Южной Азии (СААРК), РФ – ЕврАзЭС и тройственный Таможенный союз, Бразилия – Унасур, ЮАР – Южноафриканское сообщество развития). Это существенно подкрепляет суммарный потенциал «пятерки».

взаимозависимости ориентиров основных протагонистов международной сцены: чем прочнее будут позиции России в формате БРИКС, чем продуктивнее и влиятельнее будет деятельность этого объединения, тем мягче по отношению к России будут «коллективный Запад» и его лидеры. Конечно, перспектива взаимопонимания и взаимодействия отнюдь не беспроблемна. Различия и нюансы в подходах отдельных участников объединения будут, несомненно, сказываться. Но для их преодоления существует профессиональная и терпеливая дипломатическая работа.

Для заметок Для заметок Совет Федерации Федерального Собрания Российской Федерации Аналитическое управление Аппарата Совета Федерации О роли Российской Федерации в евразийском интеграционном процессе:

перспективы развития и углубления экономической интеграции (к «правительственному часу» в рамках 350-го заседания Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации Редакторская группа: И.В. Барбашин, Т.Е. Семенов, Р.Л. Кохнович, В.А. Анисимов, Компьютерная верстка и техническая редакция:

Материалы представлены Аналитическим управлением Отпечатано в отделе подготовки и тиражирования документов Управления информационных технологий и документооборота

 
Похожие работы:

«Министерство образования и науки Российской Федерации Федеральное агентство по образованию ГОУ ВПО Российская экономическая академия имени Г.В. Плеханова НАЦИОНАЛЬНАЯ ЭКОНОМИКА Учебник под общей редакцией заслуженного работника Высшей школы РФ д.э.н., проф. Р. М. Нуреева Москва 2008 Издание подготовлено в рамках инновационной образовательной программы ГОУ ВПО РЭА им. Г.В. Плеханова Развитие инновационных клиентоориентированных образовательных программ на основе когнитивных технологий и...»

«Реформирование первичной медицинской помощи: препятствия и перспективы Институт экономики переходного периода 103918, Россия, Москва, Газетный переулок д. 5 Тел./ факс 229 6596, www.iet.ru Реформирование первичной медицинской помощи: препятствия и перспективы Авторы: С.В.Шишкин (руководитель проекта) В.И. Шевский Москва 2006 г. Институт экономики переходного периода Реформирование первичной медицинской помощи: препятствия и перспективы Оглавление 1. ВВЕДЕНИЕ 2. ПРОБЛЕМЫ ОРГАНИЗАЦИИ ПЕРВИЧНОЙ...»

«Козловский Е.А., Комаров М.А., Макрушин Р.Н. БРАЗИЛИЯ, РОССИЯ, ИНДИЯ, КИТАЙ, ЮАР: стратегия недропользования Москва, 2013 1 УДК 553 ББК 26.34:65.28 К 592 Козловский Е.А., Комаров Е.А., Макрушин Р.Н. Бразилия, Россия, Индия, Китай, ЮАР: стратегия недропользования - 2013, – 430 с. ISBN На основе анализа, систематизации и обобщения публикаций зарубежных и отечественных авторов по актуальным проблемам международной политики и экономики объединения БРИКС, а также его минерально-сырьевого комплекса,...»

«ОТДЕЛЕНИЕ ОБЩЕСТВЕННЫХ НАУК РАН ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ НАУКИ ЦЕНТРАЛЬНЫЙ ЭКОНОМИКО-МАТЕМАТИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ РАН ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ ВОРОНЕЖСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ Системное моделирование социально-экономических процессов Международная научная школа-семинар имени академика С.С.Шаталина (Основана в 1978 г. С.С.Шаталиным и Н.Я.Краснером) XXXVI заседание АННОТАЦИИ К ДОКЛАДАМ При...»

«МИНИСТЕРСТВО ЭКОНОМИКИ РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН МИНИСТЕРСТВО СТРОИТЕЛЬСТВА, АРХИТЕКТУРЫ И ЖИЛИЩНО-КОММУНАЛЬНОГО ХОЗЯЙСТВА РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН ГОСУДАРСТВЕННОЕ УНИТАРНОЕ ПРЕДПРИЯТИЕ РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН ГОЛОВНАЯ ТЕРРИТОРИАЛЬНАЯ ПРОЕКТНО-ИЗЫСКАТЕЛЬСКАЯ, НАУЧНО-ПРОИЗВОДСТВЕННАЯ ФИРМА “ТАТИНВЕСТГРАЖДАНПРОЕКТ” 420043 Казань, ул.Чехова, 28 тел.: (843) 236-08-12, факс: (843) 236-06-61 www.tigp.ru E-mail: tigp@mi.ru КАЗАНЬ Мензелинский район Заказ № заказа Исполнительный комитет Мензелинского...»

«VII. ГЛОБАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ И ПРОГНОЗЫ 30 О формах и методах глобального прогнозирования А. А. Акаев, В. А. Садовничий Моделирование мировой динамики ведет свое начало от докладов видного американского ученого Дж. Форрестера знаменитому Римскому клубу в конце 1960-х – начале 1970-х гг. относительно применения разработанных им моделей системной динамики для целей долгосрочного эколого-экономического прогнозирования (Форрестер 1978). Главный вопрос, который интересовал тогда Римский клуб, состоял в...»

«Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации В. В. Иванов, В. М. Комаров, П. Н. Павлов, Н. А. Румянцев Вопросы модернизации Роль социального капитала Под редакцией В.М. Комарова, П.Н. Павлова Издательский дом Дело Москва · УДК 330.34 ББК 65.011 И20 Иванов, В. В., Комаров, В. М., Павлов, П.Н., Румянцев, Н.А. И Вопросы модернизации: роль социального капитала / В.В.  Иванов, В.М.  Комаров, П.Н.  Павлов, Н.А.  Румянцев; под  ред. В.М. ...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего образования Нижегородский государственный университет им. Н.И. Лобачевского НАЦИОНАЛЬНЫЙ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ Учебно-методический комплекс МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВО В ИННОВАЦИОННОЙ СФЕРЕ Уровень образования: Магистратура по направлениям подготовки Экономика и Менеджмент Нижний Новгород 2014 Разработчики УМК: д.э.н., профессор кафедры мировой экономики...»

«УТВЕРЖДЕН годовым общим собранием акционеров ОАО НИИТЭХИМ Протокол от 27.06.2011 г. Годовой отчет ОАО НИИТЭХИМ за 2010 год. Годовой отчет подготовлен с учетом рекомендаций Постановления Правительства РФ от 31 декабря 2010 г. N 1214 О совершенствовании порядка управления открытыми акционерными обществами, акции которых находятся в федеральной собственности, и федеральными государственными унитарными предприятиями Приказа Федеральной службы по финансовым рынкам от 10 октября 2006 г. N 06-117/...»

«Пролетарии всех стран, соединяйтесь! ЛЕНИН ПОЛНОЕ СОБРАНИЕ СОЧИНЕНИЙ 3 ПЕЧАТАЕТСЯ ПО ПОСТАНОВЛЕНИЮ ЦЕНТРАЛЬНОГО КОМИТЕТА КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ СОВЕТСКОГО СОЮЗА ИНСТИТУТ МАРКСИЗМА-ЛЕНИНИЗМА ПРИ ЦК КПСС В. И. ЛЕНИН ПОЛНОЕ СОБРАНИЕ СОЧИНЕНИЙ ИЗДАНИЕ ПЯТОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ МОСКВА • ИНСТИТУТ МАРКСИЗМА-ЛЕНИНИЗМА ПРИ ЦК КПСС...»

«Оглавление Приложение 1 Прием обучаемых 3 Приложение 2 Контингент по формам обучения за последние три года 5 Приложение 3 Выпуск специалистов 9 Приложение 4 Соответствие учебного плана и профессиональной 10 образовательной программы требованиям государственного образовательного стандарта Приложение 5 Соответствие содержания подготовки требованиям 39 государственных образовательных стандартов Приложение 6 Перечень монографий, учебников и учебных пособий, 42 выпущенных преподавателями за...»

«Официальное периодическое печатное издание администрации муниципального образования Каневской район Октябрь, 2013, № 17 (39) www.kanevskadm.ru 1. Решение от 16.10.2013 года № 293 О внесении изменений в решение Совета муниципального образования Каневской район от 27 декабря 2012 года № 240 О бюджете муниципального образования Каневской район на 2013 год и на плановый период 2014 и 2015 годов - стр. 2 2. Решение от 16.10.2013 года № 294 О создании муниципального дорожного фонда муниципального...»

«У Н И В Е Р С И Т Е Т С К А Я Б И Б Л И О Т Е К А А Л Е К С А Н Д Р А П О Г О Р Е Л Ь С К О Г О С Е Р И Я И С Т О Р И Я К У Л Ь Т У Р О Л О Г И Я ЭКОНОМИСТ ИЗБРАННОЕ И З Д А Т Е Л Ь С К И Й Д О М Т Е Р Р И Т О Р И Я Б У Д У Щ Е Г О МОСКВА ББК 63. М СоСтавители Серии: В. В. Анашвили, А. Л. Погорельский НаучНый Совет: В. Л. Глазычев, Г. М. Дерлугьян, Л. Г. Ионин, А. Ф. Филиппов, Р. З. Хестанов текСт ПечатаетСя По издаНию: William H. McNeill. The Pursuit of Power. Technology, Armed Force and...»

«Тренировочная работа №1 Обществознание. Вариант № 1 2 Инструкция по выполнению работы по ОБЩЕСТВОЗНАНИЮ Ноябрь, 2009 На выполнение экзаменационной работы по обществознанию даётся 1 час 20 минут. Работа состоит из 2 частей, включающих 30 заданий. Часть 1 включает 24 задания с выбором ответа. К каждому заданию даётся 4 ответа, из которых только один правильный. Вариант №1 Часть 2 состоит из 6 заданий, на которые надо дать краткий ответ в виде числа, слова, словосочетания или последовательности...»

«Итоги социально-экономического развития Котельниковского муниципального района Волгоградской области за 2012 год г. Котельниково 2013 год 1 Содержание 1.1. Демографическая ситуация.. 3 1.2.Рынок труда.. 4 1.3. Уровень доходов населения.. 7 2. Экономическое развитие муниципального района. 10 2.1. Общая характеристика..10 2.2. Промышленность.. 12 2.3.Транспорт.. 14 2.4. Агропромышленный комплекс..14 2.5. Потребительский рынок.. 2.6. Поддержка малого и среднего предпринимательства. 2.7....»

«Оглавление Введение Глава 1. Теоретические основы исследования дискриминации при найме работников на глобальном рынке труда 1.1. Сущность и теоретические модели дискриминации при найме работников 1.2. Потенциальные возможности дискриминации при найме сотрудников в условиях глобализации 1.3. Дискриминация и современные методы отбора персонала. 43 Глава 2. Практические аспекты исследования дискриминации в глобальном мире: положение работников с семейными обязанностями 2.1. Современные мировые...»

«RU 2 402 197 C1 (19) (11) (13) РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ (51) МПК A01G 25/00 (2006.01) ФЕДЕРАЛЬНАЯ СЛУЖБА ПО ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТИ, ПАТЕНТАМ И ТОВАРНЫМ ЗНАКАМ (12) ОПИСАНИЕ ИЗОБРЕТЕНИЯ К ПАТЕНТУ (21), (22) Заявка: 2009110079/21, 19.03.2009 (72) Автор(ы): Ким Игорь Алексеевич (RU), (24) Дата начала отсчета срока действия патента: Ким Инна Игоревна (RU), 19.03.2009 Ким Артем Игоревич (RU) (45) Опубликовано: 27.10.2010 Бюл. № 30 (73) Патентообладатель(и): RU Государственное образовательное...»

«Самарская Лука: проблемы региональной и глобальной экологии. 2012. – Т. 21, № 3. – С. 188-199. УДК 01+09.2 НОВОЕ О ДЕЯТЕЛЬНОСТИ НИКОЛАЯ СЕРГЕЕВИЧА ЩЕРБИНОВСКОГО В САМАРСКОМ КРАЕ И ЗА ЕГО ПРЕДЕЛАМИ © 2012 А.А. Головлёв Самарский государственный экономический университет, г. Самара (Россия) Поступила 12 октября 2011 Приводятся новые биографические сведения о Н.С. Щербиновском Ключевые слова: Н.С. Щербиновский, биография, Самара. Golovlyov A.A. A NEW ON THE ACTIVITIES OF N.S. STSCHERBINOVSKY IN...»

«1 Название доклада (Колонтитул правый) Культурно-просветительское сообщество Переправа Русское экономическое общество им. С. Ф. Шарапова Информационно-аналитический центр РОССИЯ и ВТО: тайны, мифы и аксиомы Информационно-аналитический бюллетень №1 Москва 2012 2 И. О. Фамилия (Колонтитул левый) УДК 339.52(470) ББК 65.428(2Рос) Р 76 Издано при содействии Межрегионального общественного движения Народный Собор Россия и ВТО: тайны, мифы и аксиомы : Информ.-аналит. бюл. / Р 76 отв. ред. В. Ю....»

«Штокман Е.А. Вентиляция, кондиционирование и очистка воздуха на предприятиях пищевой промышленности. М. АСВ, 2001 СОДЕРЖАНИЕ 1. ТРЕБОВАНИЯ К ВОЗДУШНОЙ СРЕДЕ ПРЕДПРИЯТИЙ ПИЩЕВОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ 1.1. Общая характеристика предприятий пищевой промышленности 1.2. Вредные выделения на пищевых производствах, их воздействие на организм человека и окружающую среду 1.3. Метеорологические условия и чистота воздуха в производственных помещениях 1.4. Пожаро- и взрывоопасность пищевых производств. Требования...»






 
© 2014 www.kniga.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Книги, пособия, учебники, издания, публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.