WWW.KNIGA.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Книги, пособия, учебники, издания, публикации

 

Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 9 |

«В. П. СЕМЕНОВ ИНФЛЯЦИЯ: МЕТРИКА ПРИЧИН И СЛЕДСТВИЙ Москва 2005 УДК 336.748 ББК 65.9(2Рос)262.6 С 30 Рецензенты: докт. эконом. наук В. А. Колоколов (Российская ...»

-- [ Страница 1 ] --

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Российская экономическая академия им. Г. В. Плеханова

Московский государственный институт электроники и математики

(Технический университет)

В. П. СЕМЕНОВ

ИНФЛЯЦИЯ:

МЕТРИКА ПРИЧИН И СЛЕДСТВИЙ

Москва 2005

УДК 336.748 ББК 65.9(2Рос)262.6 С 30 Рецензенты: докт. эконом. наук В. А. Колоколов (Российская экономическая академия им. Г. В. Плеханова);

докт. техн. наук Г. А. Мещеряков (Российская экономическая академия им. Г. В. Плеханова);

докт. техн. наук В. Г. Семин (Московский государственный институт электроники и математики) С Семенов В. П. Инфляция: метрика причин и следствий. Монография. — Российская экономическая академия им. Г. В. Плеханова. Московский государственный институт электроники и математики. М., 2005. — 383 с.

ISBN 5—94506—120— В монографии рассматривается феномен инфляции в экономике. Дается изложение общих принципов, а также их многочисленных приложений. В связи с этим затрагиваются различные аспекты количественного финансового анализа — самого динамичного направления экономической науки, сформировавшегося на стыке теории финансов и математики. В то же время подход автора к рассмотрению инфляционных процессов во многом отличается от традиционного. По мнению автора, в природе все взаимосвязано и нельзя говорить об инфляции в экономике вне связи с другими инфляционными природными процессами.

Книга рассчитана в первую очередь на студентов и аспирантов-экономистов. Она будет полезна также научным работникам и специалистам, прежде всего тем, чья работа связана с рынком ценных бумаг, так как большинство обсуждаемых в ней вопросов имеет непосредственное практическое применение. Книга может представлять интерес для физиков и философов, ибо затрагивает некоторые общие проблемы естествознания.

УДК 336. ББК 65.9(2Рос) 262. © Семенов В. П.

ISBN 5—7307—0468— © Российская экономическая академия им. Г. В.

Плеханова © Московский государственный институт электроники и математики Памяти моего отца

СЕМЕНОВА

Петра Васильевича, талантливого инженера и великого труженика,

ПОСВЯЩАЮ

СОДЕРЖАНИЕ

ПРЕДИСЛОВИЕ

ВВЕДЕНИЕ

Глава I ТРАДИЦИОННЫЕ АСПЕКТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

ИНФЛЯЦИОННЫХ ПРОЦЕССОВ

§ 1.1 Инфляция. Общий подход

§ 1.2 Анализ инфляции на базе классических модельных представлений

§ 1.3 Открытая экономика

Глава II ИНФЛЯЦИЯ, КАК ПРИРОДНОЕ ЯВЛЕНИЕ

§ 2.1 Феномен инфляции в природе

§ 2.2 Модель инфляции в экономике

§ 2.3 Экспоненциальный закон и его роль в эволюции

Глава III ИНФЛЯЦИЯ И ВАЛЮТНЫЙ КУРС

§ 3.1 Инфляция. Метод количественного описания

§ 3.2 Количественные методы оценки валютных курсов

§ 3.3 Попытка стабилизации национальной валюты в России (19921998 гг.)

§ 3.4 Валютный курс — как маятник инфляции

Глава IV ИНФЛЯЦИЯ И РЕАЛЬНАЯ ЗАРАБОТНАЯ ПЛАТА

§ 4.1 Проблема характеристики уровня жизни. Некоторые замечания о качестве жизни граждан постсоветской России.......... § 4.2 Реальная заработная плата и проблема несвоевременных денежных выплат. Количественный аспект

Глава V ДОХОДНОСТЬ ДЕНЕЖНЫХ СБЕРЕЖЕНИЙ В

ИНФЛЯЦИОННОЙ ЭКОНОМИКЕ

§ 5.1 Инфляция и доходность валютной конверсии (краткосрочные инвестиции в иностранную валюту)

§ 5.2 Инфляция и доходность валютной конверсии (Долгосрочные инвестиции)

§ 5.3 Модель оптимального инвестиционного валютного курса..............

ГЛАВА VI КОЛИЧЕСТВЕННЫЙ АНАЛИЗ ПАРАМЕТРОВ

ДЕНЕЖНЫХ ПОТОКОВ С УЧЕТОМ ИНФЛЯЦИИ

§ 6.1 Доллар, как разновидность российской ценной бумаги

§ 6.2 Россия. Последнее десятилетие 20-го века. Являлся ли доллар США панацеей от российской инфляции?

§ 6.3 Неустойчивость финансовых рынков

§ 6.4 Влияние инфляции на параметры аннуитетов.

Количественный аспект

§ 6.5 Инфляция и налоги

Глава VII О СОСТАВЕ ВАЛЮТНОГО ПОРТФЕЛЯ, ОБЛАДАЮЩЕГО

НАИМЕНЬШИМ РИСКОМ

§ 7.1 Риски, связанные с инвестированием в финансовые активы........... § 7.2 Диверсификация портфеля

§ 7.3 Применение инвестиционной стратегии Г. Марковица к определению пропорций валютного портфеля, обладающего наименьшим риском

§ 7.4 Некоторые комментарии

Глава VIII ИНФЛЯЦИЯ, КАК СЛЕДСТВИЕ ВОЗРАСТАНИЯ

ИНФОРМАЦИОННОЙ СТОИМОСТИ ПРОДУКТОВ

РАЗВИВАЮЩЕЙСЯ ЦИВИЛИЗАЦИИ

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

ПРЕДИСЛОВИЕ

Всякая наука в своем развитии вступает в обязательную стадию превращения своих базовых предметных понятий и категорий сначала в формализованные теории о них, а потом и в формальные теории, где эти понятия и категории задействованы. Решение таких проблем, как представление основных категорий экономики в качестве отдельных формально-количественных теорий — всегда актуальная тема для научных исследований, и они, такие проблемы, удел и обязанность специалистов, осознавших себя в качестве первопроходцев. Рецензируемая монография и ее автор, на наш взгляд, как раз и представляют подобный случай.

Автором сделано несколько существенных шагов для превращения совокупности методов описания, оценки и использования важнейшего предмета в экономике — инфляции в количественно-формальную теорию инфляции, как категории экономической теории. На наш взгляд, автор впервые на конструктивном уровне разделяет исследование инфляции на две стадии:

инфляции в качестве закономерности развития Природы и инфляции, возникающей из-за или нечаянной, или намеренной нерациональной экономической деятельности участников. В каждой из них автор получил интересные и новые собственные результаты.

Теория и практика экономико-математического моделирования в основном развивается в направлении расширения математических средств для описания и анализа экономики и существенного повышения их эффективности. Превращение описательных методов экономических категорий в формально-количественные экономические подтеории требует введения в экономическую теорию собственных понятий, реализующихся в ней только в математической форме. Это обязательно приводит к необходимости привлечения в экономику неиспользуемого до определенных пор математического аппарата или существенной модернизации аппарата, который в какой-то мере уже применялся.

Оригинальным примером реализации автором подобного подхода является предлагаемая им модель инфляции в экономике и вытекающий из нее метод количественного описания инфляции. Этот важный теоретический результат позволил автору предложить оригинальные расчетные интерпретации: валютной конверсии; валютных курсов; доходности сбережений; паритета покупательной способности; паритета процентных ставок; параметров денежных потоков; определению оптимальных пропорций валютного портфеля. Результаты расчетов привели к интересным аналитическим выводам о развитии российской экономики за последние пятнадцать лет и к концептуально обоснованным прогнозам ее состояния на ближайшее будущее.

Многочисленные оригинальные результаты исследовательской деятельности автора реализованы в совокупности авторитетных журнальных статей и подытожены в неожиданной для нашего российского издательского статус-кво авторской монографии «Инфляция: метрика причин и следствий», книге очень серьезной и содержательной, используя которую состоявшиеся и способные начинающие исследователи в области экономики могут существенно повысить уровень своих будущих результатов.

(Российская экономическая академия им. Г. В. Плеханова) Предлагаемая вниманию читателя монография В. П. Семенова сочетает анализ фундаментальных результатов в сфере исследований инфляционных процессов, принадлежащих ведущим экономическим направлениям, с представлением обширного комплекса авторских результатов, сопровождаемых расчетами на базе оригинальных модельных представлений. Объектом исследования является открытая рыночная экономика, в которой задействованы всевозможные рыночные регуляторы. Используемый подход позволил автору выявить структуру факторов, необходимых для создания модели инфляционного процесса в экономиках «открытого» и «закрытого» типов.

Несмотря на то, что эти аспекты в той или иной форме рассматривались в работах многих исследователей, предложенная модель является ключом к пониманию поставленных целей и задач, обусловливая новизну результатов и оригинальность используемых методов. Модель формирует вектор направления исследования феномена инфляции, выявляя как причины, так и следствия инфляционного процесса в условиях свободного движения товаров, интеллектуальных ресурсов и капиталов.

Термин «метрика», удачно употребленный автором как синоним слова «измерение» (в данном случае измерение причин и следствий инфляции), на наш взгляд, может быть использован более широко, как измерение «расстояния» между «точками» — состояниями экономики (в пространстве выбираемых параметров) — в различные моменты времени в условиях воздействия на нее различных групп факторов.

Следует отметить, что моделирование такого сложноформируемого и слабоструктуированного процесса, как инфляция в экономике является практически трудно разрешимой задачей и возможно только при достаточном «огрублении» начальных условий. Тем не менее, современна динамика структурно-объемно-временных характеристик потоков ресурсов в направлении центров притяжения и в обратном направлении (уровень современной глобализации) требует создания новых методов контроля и мониторинга, требует построения новых адекватных моделей. Развиваемая в работе методология — это одна из таких попыток, на наш взгляд, достаточно удачна.

Отдельно хотелось бы отметить предлагаемую оригинальную возможность описания процесса инфляции в рамках термодинамического подхода к исследованию неравновесной, развивающейся системы, каковой и является «Человеческая цивилизация».

При внимательном и заинтересованном ознакомлении с результатами монографии подготовленный читатель найдет целый спектр актуальных задач, затрагивающих различные стороны теории инфляционных процессов, что может стимулировать его к дальнейшему движению в направлении создания конструктивных формализованных методов описания инфляции, опирающихся на возможности современной математики и информационных технологий.

(Московский государственный институт электроники и

ВВЕДЕНИЕ

На протяжении XX в. инфляция стала нормой, обязательным атрибутом функционирования любой рыночной экономики. В отдельные периоды в разных странах наблюдались существенные различия в скорости роста цен.

Но само наличие роста превратилось во всеобщий, повсеместный и постоянный фактор.

Инфляцию следует считать серьезнейшей социальной проблемой.

В 70-е гг. президент Дж. Форд объявил инфляцию «врагом общества номер один», а в 80-е гг. президент Р. Рейган назвал ее «самым суровым налогом». Инфляция создает значительные трудности для населения различных государств. В 70-е гг., когда в США наблюдались сравнительно высокие темпы инфляции, результаты опросов общественного мнения регулярно ставили ее в число самых острых национальных проблем. Став постоянным фактором экономической жизни, инфляция значительно усложнила и общую систему экономических отношений. Она требует постоянного внимания к себе и специальных мер по удержанию на нормальном, безопасном уровне.

Степень ее воздействия на экономику, да и на общество в целом, зависит именно от ее уровня. Эмпирически установлено, что чем инфляция выше, тем хуже для общества. Практика (в основном второй половины XX в.) выделила три стадии ее развития: ползучая (нормальная — 36 % в год); галопирующая — 20100 % и гиперинфляция — сотни, тысячи и десятки тысяч процентов в год. Это как раз то, что имело место в России в 19921995 гг.

С начала января 1992 г. по конец декабря 1997 г. цена потребительской корзины на основании данных Госкомстата увеличилась в России в 2910, раз. В «параде популярности» экономических терминов, употреблявшихся в СМИ и в российских газетах 90-х гг. «инфляция» безусловно занимает первое место, оставив позади «безработицу» и «уровень ВВП». Инфляция привлекает к себе тревожное внимание, порождает многочисленные слухи и дискуссии.

Инфляция — есть повышение уровня цен, а цена — это соотношение в соответствии с которым деньги обмениваются на товары или услуги. Таким образом инфляция представляет собой явление, которое прежде всего относится к ценности используемого в экономике средства обращения. То есть повышение уровня цен означает снижение стоимости денег. В условиях роста цен количество товаров, которое можно приобрести на конкретную денежную сумму, постоянно уменьшается.

Инфляция — равносильна введению нового «инфляционного» налога.

Он не начисляется непосредственно на чьи-либо конкретные доходы. Его действие проявляется в скрытой форме. Им облагается каждый, кто имеет деньги. Инфляция представляет собой налог на владельцев денег, уводящий средства у «домашних» хозяйств. Как и всякий налог, он создает стимулы для изменения поведения граждан, которые хотели бы уклониться от его уплаты. Подобно другим налогам он также сопровождается безвозвратными моральными потерями, так как население растрачивает свои ограниченные ресурсы, стремясь избежать его.

Анализ данного явления следует начинать с главного вопроса: что лежит в основе инфляционного процесса?

Является ли инфляция результатом действий властей и правительств, направленных на пополнение бюджета или она обусловлена глубинными причинами, связанными с функционированием самой экономической системы, а может и с эволюцией всей человеческой цивилизации. В теснейшей связи с тем или иным ответом здесь является ответ и на другой вопрос: какие фундаментальные принципы должны быть положены в основу экономической политики? Основные идеи, естественно, предлагали Великие.

А. Смит: Отдельные участники экономики «играют» независимо друг от друга. Однако «невидимая рука рынка» координирует их действия; роль государства минимальна.

Дж. М. Кейнс: Денежное обращение не есть лишь отражение соответствующего обращения товаров и услуг, оно имеет огромное самостоятельное значение; необходимо соединить факторы реальной экономики с денежным миром. Доход определяется уровнем текущих инвестиций, а они зависят от нормы процента. Процент — результат взаимодействия денежного спроса и предложения денег: в определенные моменты роль государства может становиться определяющей, а не второстепенно-регулирующей.

Последователей Смита часто называют классиками, Кейнса — кейнсианцами.

При анализе инфляции дискуссия между представителями этих двух групп велась о степени взаимосвязи величины денежной массы и уровня цен в экономике. Первые утверждали, что рост цен всегда является результатом увеличения денежного запаса, умеренные представители противоположного крыла, не отрицая корреляции между этими параметрами, указывали, что у инфляции могут быть и иные причины. Выразители крайних взглядов во второй группе полагают, что изменение цен не связано с количеством денег.

Воздействие денежной массы на цены отмечали экономисты — представители знаменитой философской школы Университета Саламанка в Испании:

Ж. Бодэн, Я. Вандерлинт, Д. Юм [1, 2].

Они предположили, что все экономические характеристики можно разделить на две группы: номинальные переменные, т.е. величины, измеряемые в денежных единицах и реальные, измеряемые в физических единицах. Согласно данной концепции, изменения предложения денег влияют только на номинальные, но никак не на реальные переменные. В то же время реальные величины, такие как уровень производства, занятость, реальные зарплата и ставка процента, остаются без изменений. В своем трактате «О деньгах» (1752 г. ) Д. Юм фактически сформулировал одну из основных денежных доктрин — количественную теорию.

Весьма обстоятельное исследование о деньгах опубликовал Я. Вандерлинт (1734 г.). Причину роста цен он видел в увеличении золота и серебра в обращении. Редкость драгметаллов была, по его мнению, основным ценообразующим фактором. Он вполне понимал связь количества денег с уровнем цен.

Интересные исследования, касающиеся роли денег и выполняемых ими функций были опубликованы Ф. Галиани (1757 г.) и Дж. Стюартом (1767 г.) [3, 4].

В своем основном труде «Исследование о природе и причинах богатства народов» А. Смит [5] обобщил ранее высказанные идеи. В теории денег А. Смита банкноты являются заменителями полноценных денег. Причем общая величина бумажных денег в обращении конкретной страны не может превышать величину полноценных металлических денег, которые они замещают. Избыточный выпуск бумажных денег неизбежно должен привести к падению ценности их ниже ценности золота и серебра.

Наиболее взвешенный взгляд на проблему высказал Г. Торнтон [6]. Его работа «Исследование природы и последствий бумажного кредита в Великобритании» (1802 г.) затрагивала почти все актуальные для того времени проблемы денежного обращения. Автор сформулировал мягкий вариант количественной теории денег. Он утверждал, что цены зависят не только от соотношения спроса и предложения конкретного товара, но и от общего соотношения между предложением средств обращения и спросом на них. Поэтому тенденция роста цен сдерживается, если Банк Англии ограничивает выпуск банкнот. Но нельзя говорить о соразмерном, пропорциональном изменении количества денег и уровня цен. Этому противодействует множество факторов реальной экономики. Влияние денег на цены происходит с определенным лагом. Кроме того, кратковременные колебания суммы эмитированных банкнот не оказывают влияния на цены.

Г. Торнтон считал желательным размен банкнот на металл, но предостерегал о двух опасностях: излишнего сжатия банкнотного обращения, которое неизбежно приведет к трудностям для производства и торговли и избыточной эмиссии. По его мнению, избыточный выпуск неразменных банкнот проявляется в удорожании золота в слитках. Однако он отмечал, что сам по себе рост товарных цен может иметь место не только вследствие увеличения выпуска банкнот, но и вследствие военных закупок, неурожаев, введения новых налогов, удорожания импортируемого сырья.

При обращении золота и разменных на него банкнот удешевление последних из-за чрезмерного выпуска приводит, по мнению Торнтона к удешевлению и золотых монет, т.е. изменяется ценность, представляемая свей денежной массой. «Если бумажные деньги становятся дешевле и если эти, ставшие дешевле, бумажные деньги продолжают обмениваться на золото, например, в монете, тогда золото в монете разделит удешевление бумажных денег». К. Маркс в последствии приписал это открытие Д. Рикардо, а о самом Торнтоне в «Капитале» даже не упоминается.

Еще один известный английский экономист того времени лорд Кинг [7] утверждал, что в качестве критерия определения допустимого количества бумажных денег в обращении нельзя использовать масштабы необходимого коммерческого кредитования или платежеспособность банков. Объем бумажно-денежной массы не должен превышать количество полноценных золотых денег, которое он замещает.

Доводы указанных выше авторов были обобщены в 1810 г. Дж. Рикардо в работе «Высокая цена золота, доказательство обесценения банкнот».

Однако, как отметил Я. Холландер [7]: «Мало, что в содержании трактата «Высокая цена золота …» не было высказано ранее и причем высказано лучше». Для него было удивительным, что пересмотр денежной теории в начале XIX в. Почему-то оказался связанным с именем Дж. Рикардо.

Вторая половина XIX в. была периодом торжества металлизма. Самыми известными сторонниками данного направления являлись У. Джевонс, Дж. Милль, К. Маркс, А. Вагнер, А. Маршалл. По замечанию Й. Шумпетера [8] большинство известных экономистов конца XIX и начала XX вв. — «теоретические металлисты».

Несмотря на ряд недостатков золотого стандарта, эта система денежного обращения была принята во всех экономически развитых странах. Последовательным сторонником ее был Дж. Милль. Стоимость денег по Миллю: «… это то, на что будут обмениваться деньги, покупательная сила денег». «Подобно тому, как все имеющиеся на рынке товары составляют спрос на деньги, деньги составляют спрос на все товары». Понятия спроса и предложения стали после опубликования его работ общепринятыми в экономической литературе. Полемизируя с Торнтоном, Милль считал, что стоимость денег и уровень цен связаны пропорциональной зависимостью. По существу, одним из первых, он сформулировал «принцип нейтральности денег» [9].

Концепция денег К. Маркса [10] в своей основе имела его трудовую теорию стоимости. Деньги по Марксу появляются в результате развития форм обмена. Из двух обмениваемых товаров один всегда играет активную роль и представляет собой относительную форму стоимости (ценности), второй же товар противостоит первому в качестве эквивалента и представляет эквивалентную форму стоимости. Развитие обмена приводит к тому, что эквивалентная форма стоимости монопольно закрепляется за каким-либо одним товаром — золотом или серебром. Появляется денежная форма стоимости, т.е. собственно деньги. Снижение стоимости денег приводит к росту цен товаров, а увеличение — к противоположному результату.

Однако трактовку Марксом взаимосвязи денег и цен нельзя признать удовлетворительной. По Марксу рост цен в Европе после открытия Америки был связан с более производительным трудом на новых месторождениях золота, а не с простым увеличением благородных металлов в обращении. Или более близкий для нас пример. Происходящее сейчас укрепление рубля по отношению к доллару на основе трудовой теории стоимости следует объяснить тем, что производительность труда в России более высока, чем в США, а не притоком в страну нефтедолларов, обусловленным высокими мировыми ценами на энергоносители. Но К. Маркс был первым, кто в качестве закона сформулировал зависимость денежной массы от товарных цен и скорости обращения, т.е. предложил формулу денежного обращения.

А. Вагнер больше других европейских металлистов уделял внимание собственно проблеме бумажных денег. Он отмечал отсутствие однозначных и точных методов определения количества бумажных денег, необходимых для обращения. Основной недостаток этого вида денег — неустойчивость их курса к валютам, основанным на золоте [11].

Сторонниками золотого стандарта в России были А. Антонович, В.

Безобразов, Н. Бунге, И. Горелов, П. Мигулин, Л. Федорович.

В частности, П. П. Мигулин в работе «Реформа денежного обращения в России и последний промышленный кризис (18931902 гг.)» [12] отстаивал теоретические основы металлизма, но подверг критике реформу С. Ю. Витте.

Он отмечал высокие издержки этой реформы. Ему казался более привлекательным австрийский вариант денежной системы с неразменной валютой, но с активной политикой поддержки ее курса в отношении валют других стран.

Как ни парадоксально, но именно во второй половине XIX в. в период «триумфального шествия золотого стандарта в денежной теории активно развивалось и антиметаллическое направление. В России его представляли А. Красильников, С. Шаранов, Н. Шавров, А. Шипов, Н. Данилевский; в Германии — Г. Кнаап, Ф. Бендиксен, О. Гейн; в Швеции — К. Виксель.

При всем различии их взглядов их объединяло одно: они допускали возможность существования устойчивой системы неразменных на золото денежных знаков. Еще раньше об этом писал Н. Карамзин.

Спор между металлистами и антиметаллистами сосредоточивался не только на денежных вопросах, он охватывал весь комплекс экономических проблем.

Главные тезисы металлистов гласили: бумажная валюта неустойчива — курс, к примеру, рубля и масса рублей в обращении постоянно колеблется; в условиях бумажной валюты не может быть обеспечен доступ к зарубежным займам и притоку иностранного капитала; единственный способ регулирования количества денег в обращении — разменность бумажной валюты на золото.

Основные тезисы сторонников бумажных денег: ценность благородных металлов, в том числе и золота, колеблется, следовательно, золотые деньги не обеспечивают устойчивое обращение; из-за недостатка золота, скажем, в России размен рубля на металл возможен лишь при получении дорогих иностранных займов; государственное регулирование может обеспечить устойчивость бумажной валюты.

И те, и другие опирались на анализ хозяйственной практики, но выводы из этого делали противоположные. Первые традиционно уверяли, что масса кредитных рублей превышает потребности оборота и вызывает инфляцию. Но умеренный и объективный металлист П. Мигулин писал: «Россия постоянно занимала едва ли не последнее место в Европе среди даже самых бедных государств относительно количества денежных знаков на душу населения… Следовательно, невозможно говорить о чрезмерности выпусков наших кредитных билетов».

Попытка введения золотого монометаллизма в России была предпринята И. Вышнеградским в 1888 г. Но проект был отклонен. Та же судьба постигла в 1895 г. Проект С. Витте. И тогда в 18971898 гг. он провел несколько, казалось бы, чисто технических решений, которые в итоге привели к фактическому введению золотой валюты.

Золотой монометаллизм существовал в России с 1897 по 1914 гг. Однако уже в этот период отчетливо проявилась мировая тенденция к свертыванию металлического обращения. В частности в США для обеспечения выпуска банкнот использовались правительственные ценные бумаги, а в Германии эмитировались мелкие банкноты для замены в обращении золотых монет.

Отказ от золотого обращения в период Первой мировой войны стимулировал теоретиков к осмыслению роли неразменных на металл бумажных денег. Особенно актуальными эти исследования оказались в 30-е гг. ХХ в.

после окончательного краха золотого стандарта. Среди крупных проблем макроэкономики особое место заняла задача определения количества денег, необходимых для обращения. Это количество в отличие от времен золотого обращения должно определяться денежными властями. То есть регулирование денежной массы — вопрос государственной политики.

Просмотр классической трактовки роли денег в экономике содержался и в знаменитой «Общей теории занятости, процента и денег» Дж. Кейнса в 1936 г. [13].

В ответ на кейнсианскую доктрину Дж. Энджелл и К. Варбюртон [14, 15] сформулировали в конце 30-хначале 40-х гг. основные постулаты монетаризма.

Период глобального пересмотра классического учения о деньгах и активной критики металлизма начался с книги М. Туган-Барановского «Бумажные деньги и металл», опубликованной в 1919 г. [16]. С обоснованием отказа от золотой валюты выступил в 1921 г. Г. Кассель [17]. Он высказал мнение, что потребность в золоте при металлическом обращении потребует увеличения его добычи в размере 3 % в год. Увеличение добычи золота такими темпами, по мнению Касселя, маловероятно. А меньшие темпы роста неизбежно бы вызвали процесс дефляции, что противопоказано экономике.

Цикл оригинальных работ по денежной теории и политике опубликовал в 20-е гг. в России А. Соколов. Им, в частности, была выдвинута концепция скорости денежного обращения. Под инфляцией Соколов понимал такое изменение пропорций между денежной и товарной массой, которое приводит к повышению общего уровня цен. В его работах много внимания уделено основам денежной политики. При ее проведении необходимо руководствоваться не только динамикой валютного курса и индекса товарных цен, но и принимать во внимание динамику выпуска продукции, товарных запасов и банковских депозитов [18, 19].

Важные результаты в теории денег получены в 20-х гг. ХХ в. руководителем статистического бюро Госплана С. Струмилиным. Используя статистические методы при анализе денежного обращения, он, в частности, впервые установил относительную стабильность скорости денежного обращения, а также исследовал закономерности скорости обращения и спроса на деньги в условиях инфляции [20, 21]. Выводы Струмилина были подтверждены в работах Дж. Энджела (1929 г.).

Следует отметить, что и Соколов и Струмилин уже пользовались понятиями реального и номинального количества денег, ставшими впоследствии популярными в монетаристской литературе.

Опубликованные в 1923 г. «Трактат о денежной реформе» и в 1930 г.

«Трактат о деньгах» Дж. Кейнса [22, 23] называют работами, в которых подведен итог развития денежной теории, по крайней мере, за столетие.

В [22] он выдвигает следующие тезисы: «… золотой стандарт является только варварским пережитком прошлого»; «Свободное от металла, регулируемое мерило ценности незаметно прокралось к нам. Оно существует»;

«… мы должны освободиться от недоверия к регулированию мерила ценности путем сознательных мероприятий»; «При золотом обращении золотой запас лежит без пользы и не может применяться для выравнивания платежного баланса».

После Первой мировой войны европейские страны перешли от золотого обращения к бумажно-денежному. В этих условиях некий общественный институт должен был взять на себя определение количества денег в экономике. Сделать это могло только государство. Государство превращалось в обязательного участника экономических процессов.

Считается, что история либерализма началась со слов «Laissez faire»

(«Дайте делать дело!»). Этот девиз в книге маркиза Д’Аржерона [24] формулировался как политическая доктрина. Кейнс высказал свое мнение об ее истоках. Он видел в ней синтез идей индивидуализма (Дж. Локк, Д. Юм) и всеобщего равенства (Ж.-Ж. Руссо). Эти идеи отождествлялись им с социалистическими. По мнению Кейнса принцип «Laissez faire» гармонизировал индивидуализм и социализм. Он не относил к сторонникам либерализма А.

Смита и считал, что знаменитая «невидимая рука» связана с воззрениями А.

Смита на «общий порядок в мире» и исходит из его «Теории моральных чувств», а не доктрины «Laissez faire».

По мнению Кейнса, государство не должно выполнять в экономике функции, взятые на себя частным бизнесом. Но ему следует брать на себя те функции, выполнять которые больше некому. В частности, это касалось регулирования денежного обращения. Главная цель, которую ставил Кейнс — «… улучшение капитализма путем совместных действий».

Покупательная сила денег, по Кейнсу зависит от их количества. Но, развивая этот старый тезис, он уточнил, что стабильность покупательной способности определяется соотношением «инвестиции — сбережения». Соотношения «инвестиции — сбережения» и «деньги цены» определяют условия сбалансированности экономической системы. Однако сбережения могут не привести к соответствующему уровню инвестиций. И это — основная проблема практической экономики.

Но уже в «Трактате о деньгах» и впоследствии в знаменитой «Общей теории…» Кейнс отмечает, что, изменяя уровень процента, банковская система может изменять условия сбалансированности в экономике или, точнее говоря, определять совокупные расходы на производство. Кейнс рассматривал в качестве одного из условий сбалансированности соответствие темпа роста денежной массы темпу увеличения объема производства. По распространенному заблуждению это соответствие под более поздним названием «денежное правило» считается открытием монетаризма. Развитие декретных денег создало, по Кейнсу, представление о возможности использования кредита для обеспечения максимальной вовлеченности факторов производства в производственный процесс. А именно: в условиях бумажного обращения банки могут создавать денежную массу, способную обеспечить наибольшие масштабы развития производства и одновременно не допустить инфляции.

Кейнс считал подобные взгляды иллюзией по следующей причине: если инвестиции превысят сбережения, это отразится на уровне цен.

Взгляды Кейнса на роль государства в экономике вызвали активное неприятие у известного чикагского экономиста Г. Саймонса [25]. Он писал:

«Реальные враги свободы в стране, — наивные защитники регулируемой экономики или национального планирования; но мы должны согласиться с ними в одном жизненно важном моменте: в необходимости твердой положительной программы экономического законодательства».

Крупным этапом в развитии денежной теории стала работа Дж. Хикса «Предложение по упрощению денежной теории» [26]. Хикс посчитал тупиковым развитие теории на основе концепций, лежащих в «уравнении обмена» И. Фишера [27], поскольку уравнение содержит тавтологию. По его мнению, правильным направлением учения о деньгах должно стать соединение доктрины предельной полезности с предложенным А. Пигу и А. Маршаллом пониманием роли «реальных кассовых остатков», т.е. денег, которые хозяйствующие субъекты временно изымают из обращения. То есть, речь шла о разработке представлений о спросе на деньги на основе теории потребительского выбора.

Однако, поставив во главу угла решения индивидов о кассовых остатках, Хикс впадает в противоречие: получается, что даже при росте общественного богатства, неизбежно связанного с увеличением сделок в экономике, спрос на деньги из-за решений индивидов может снижаться.

1936 г. оказался необыкновенно продуктивным для экономической науки. Именно тогда были опубликованы две работы, определившие развитие исследований на много десятилетий вперед. Одна из них — «Общая теория…» Дж. Кейнса. Автор второй работы — «Поведение денег» — Дж.

Энджелл сформулировал основные положения денежной теории, которую впоследствии стали называть «монетаризм» [14, 28].

По мнению Энджелла выводы денежной теории должны строиться на анализе статистических данных. Главные его выводы состояли в следующем.

Скорость обращения денег, вычисленная на основе агрегата «наличность плюс депозиты до востребования», является в среднесрочном плане стабильной величиной, а в долгосрочном плане определяется специализацией производства, т.е. зависит от появления новых «производственных звеньев».

Колебания национального дохода положительно коррелируют с колебаниями денежной массы. Следовательно, стабилизация национального и личного доходов должна обеспечиваться стабилизацией денежного предложения.

При всей значимости процентной ставки она не играет в экономике решающей роли и не может сравниться по значению с такими показателями, как национальный доход, уровень сбережений и инвестиций, денежное предложение, скорость обращения денег.

Манипуляции объемом денежного предложения не способны повлиять на показатели экономической активности. Произвольный рост денежной массы приводит лишь к увеличению «неработающих» денежных остатков и инфляции. То есть, возможности экспансионистской политики ограничены.

Однако в отличие от превозобладавшей позже доктрины взгляды Энджелла следует назвать «взвешенным монетаризмом» [29]. В частности, констатируя, что изменения денежной массы не вызывают соответствующих положительных изменений в показателях деловой активности, он оговаривается, что из его анализа не следует и противоположный вывод: поддержание стабильной денежной массы непременно позитивно отразится на общеэкономических показателях. Из анализа Энджелла следовало, что показатели денежного обращения изменяются «вместе или после», но никогда не «до»

изменений общеэкономических показателей деловой активности. Однако он же отмечал: «Из этого, тем не менее, не следует вывод, что количество денег является всецело пассивным фактором деловой активности».

Изменения процентных ставок по Энджеллу не влияют на уровень частных инвестиций. И процентные ставки, и инвестиции находятся под воздействием ожиданий. Энджелл высоко оценивал концепцию Кейнса. Тем не менее, он считал, что она справедлива лишь в одном случае — если рациональные ожидания хозяйствующих субъектов постоянны.

Объем инвестиций по Энджеллу определяется не только объемом сбережений, но и величиной детезаврации, т.е. направлением на капиталовложения денежных средств, ранее накапливаемых в качестве тезаврированных остатков. Поэтому объем инвестиций не равен объему сбережений. В этом кардинальное различие концепций Энджелла и Кейнса.

Монетаристская критика кейнсианства получила дальнейшее развитие в работах К. Варбюртона [15]. Он первым определил основное направление критики кейнсианской доктрины: количество денег оказывает первичное и непосредственное влияние на цены, а не на ставку процента. Это положение в монетаризме стало основополагающим.

Работы Варбюртона не получили достойной их известности в момент опубликования. Это объяснимо, ибо мировую экономику не захлестнула еще волна инфляции. Интерес к поднятым в них проблемам возник позже, и сформулированные положения обсуждаются в экономической науке до сих пор.

Активное возрождение количественной теории денег началось в начале 50-х гг. ХХ в. с появления работы Д. Патинкина «Кейнсианская экономика и количественная теория» [30]. Именно эта работа содержала положения и аргументы, взятые на вооружение монетаризмом — современной разновидностью количественной теории. Выводы Д. Патинкина сводились к тому, что в условиях полной занятости рост денег в обращении приведет к пропорциональному росту цен, и, в конечном итоге не вызовет изменений в ставке процента.

Самое важное в его работах — это анализ тех условий, для которых верны сделанные им выводы. Помимо полной занятости, этими условиями являются: стабильность функции совокупных расходов; отсутствие «денежной иллюзии»; отсутствие перераспределительных процессов при эмиссии, т.е. независимость совокупных расходов от распределения вновь эмитируемых денег среди хозяйствующих субъектов.

Первое, у Патинкина означает следующее: если функция совокупных расходов стабильна, то постоянно отношение потока расходов к денежной массе, т.е. не что иное, как скорость денежного обращения. Это допущение дает возможность утверждать, что и совокупный платежеспособный спрос будет изменяться пропорционально росту денежной массы. Очевидно, что в этом случае цены будут расти пропорционально спросу и, соответственно, масса денег в обращении. Таким образом, основной постулат количественной теории будет доказан.

Однако этот вывод справедлив только при условии отсутствия «денежной иллюзии». Ее наличие обусловило бы вывод об одновременном воздействии увеличения денежной массы, как на цены, так и на процентную ставку. Важно отметить, что кейнсианский спекулятивный спрос на деньги обязательно предполагает «денежную иллюзию», поскольку его изменения зависят от ставки процента, а не от цен. Поэтому приверженцы количественной теории стараются не выделять спекулятивный спрос на деньги. По этой причине монетаристы традиционно высказывают мнение о независимости спроса на деньги от динамики процентных ставок. Таким образом, допущение или недопущение «денежной иллюзии» определяет отрицание или принятие количественной теории денег.

Третье допущение — отсутствие перераспределительных эффектов при эмиссии — до сих пор остается главной проблемой количественной теории.

Предположение о существовании подобных эффектов означает, что в каких-то отраслях могут концентрироваться дополнительные денежные ресурсы. Естественно в этом случае развитие отраслей ускорится, т.е. возрастет выпуск их продукции. Рост денежного предложения выразится не только в повышении цен, но в увеличении реального производства.

Изначально монетаризм ЭнджеллаВарбюртона развивался в направлении критики кейнсианства, но со временем перерос в самостоятельную концепцию. А именно: отстаивание особой роли денег в экономической системе и акцентирование внимания на важности денежной политики.

Критика кейнсианства велась с позиций недостатков этой теории в сфере денежных отношений. В отличие от подобного подхода последующий монетаризм критиковал кейнсианство уже как мировоззрение, рассматривающее экономику как систему, не имеющую достаточных ресурсов для саморегуляции и посему нуждающуюся в целенаправленной коррекции со стороны государства.

Действительно, понимание экономики, как системы с недостаточной способностью к саморегулированию было высказано Кейнсом [22] и основывалось на анализе особенностей бумажно-денежного обращения, в частности, необходимости определения валютными властями количества денег в обращении.

Отстаивание «Laissez faire» как мировоззренческого принципа стало отличительной чертой второй половины ХХ в., что, в частности, прослеживается в работах М. Фридмена. В них утверждается принцип свободы деятельности любого индивида, а роль государства сводится к защите частной собственности. Экономика постулируется как саморегулирующаяся система, где конкретный субъект действует самостоятельно на свой страх и риск. Мир сводится к совокупности индивидов, объединенных товарно-денежными отношениями.

В этой концепции мир представляется объектом индивидуального присвоения и потребления. Исчезает понятие окружающей среды как общего достояния, а общественный контроль за природными ресурсами заменяется их частным присвоением. Но какой общественный институт способен обеспечить интересы последующих поколений? Иного института, чем государства, просто не существует. Государства, как механизма защиты Стратегических интересов граждан. Государственный интерес — это интерес живущих и последующих поколений.

Именно доктрина «большого мира поколений» противостоит доктрине «Neo laissez faire».

Главный парадокс монетаризма — в том, что эта доктрина жестко отстаивает принципы «Laissez faire», но одновременно рассматривает денежную массу в качестве экзогенной величины, определяемой государством.

Проведение любой политики, тем более в сфере денежного обращения, всегда связано с системой мер и ограничений. Налицо — противоречие между исходными постулатами монетаризма.

В работе 1952 г. [31] Фридмен предложил новую трактовку количественной теории денег. В основу концепции он положил методологию Дж.

Хикса, т.е. анализ спроса на кассовые остатки конкретного индивида. Деньги представлены как один из активов (элементов богатства), наряду с акциями, облигациями, физическими благами (товарами), человеческим капиталом. В функцию спроса на деньги включаются реальные ставки доходностей по этим активам, ожидаемый темп роста цен, реальный доход. В функцию вводился параметр, отражающий вкусы и предпочтения индивидов. При таком обилии переменных при изменении валютными властями денежного предложения, конечно можно говорить о влиянии денег на цены. А это — подтверждение количественной теории денег.

По Фридмену [32], спрос на деньги чрезвычайно стабилен. Но под стабильностью здесь понимается «сохранение вида функции, связывающей потребное количество денег с переменными, его определяющими, а резкий рост скорости обращения при гиперинфляции как раз и свидетельствует о стабильности этого функционального соотношения».

Фридмен [33] проводит тезис о равномерном воздействии денег на цены и доходы. В реальной действительности инфляция неоднозначно сказывается на ценах конкретных товаров и на доходах конкретных социальных групп [34]. На этой основе возникают сильные перераспределительные процессы. В России 90-х гг. в результате инфляционного процесса потребление мяса на душу населения упало почти на половину. Однако резко возросли покупки дорогих квартир, автомобилей, мебели. В таких условиях спрос на реальные кассовые остатки не остается стабильным, а меняется вместе с динамикой потребления.

Важно еще отметить, снижение темпов инфляции при сжатии денежной массы не носит линейный характер. При уменьшении количества денег в обращении экономика ищет новую точку равновесия и отвечает на недостаточность средств платежа бартером и падением производства, как это и произошло в России в 90-х гг. прошлого столетия. Экономический рост, о котором говорит Фридмен [35], в этих условиях невозможен.

В работе «Монетарная теория номинального дохода» [33] Фридмен предпринял попытку определить пропорцию, в которой изменение денег вызывает изменение цен и выпуска. Предложенная модель соединяла, как он считал, подходы И. Фишера и Дж. Кейнса. По свидетельству самого Фридмена в рамках его модели определяется номинальный доход, но остается невыясненным разделение влияния на номинальный доход цен и реального увеличения выпуска. Данная проблема более не поднималась в работах сторонников монетаризма.

Пик популярности монетаризма пришелся на начало 70-х гг. ХХ в.

Проводившаяся во многих странах в предшествующий период антикризисная политика подвергалась активной критике. По мнению многих аналитиков, попытки правительств выравнивать колебания конъюнктуры путем увеличения или снижения дефицита бюджета лишь увеличивали амплитуду циклических колебаний.

Поэтому центральные банки ряда стран проявили интерес к предложениям монетаристов о проведении политики таргетирования роста денежных показателей, т.е. поддержания установленных темпов увеличения денежного предложения, соответствующих среднециклическим темпам роста ВВП.

В 1979 г. к проведению политики таргетирования перешли США. В ходе ее реализации возросла изменчивость процентных ставок, исчезла стабильность скорости денежного обращения, возросла инфляция и, самое главное, проявилось снижение уровня производства. Не удалось также обеспечить стабильность темпов роста денежной массы. Подобная политика была отвергнута денежными властями США в 1982 г.

Приверженцы неокейнсианства расценили эти события как крах монетаристской доктрины. В рядах самих монетаристов проведенный эксперимент вызвал неоднозначные оценки.

Видный сторонник монетаризма К. Брунер отмечал, что различия между монетаристской концепцией и кейнсианством касаются фундаментальных особенностей протекания экономических процессов. Согласно Кейнсу, эти процессы подвержены шокам, а экономическая система характеризуется нестабильностью. Противостоять этим явлениям должна активная экономическая политика и, в частности, поддержание уровня занятости. Монетаризм же исходит из того, что экономические процессы способны абсорбировать шоки, а хозяйство в целом стабильно [36]. Абсорбция шоков, по Брунеру, проявляется в непосредственном влиянии роста денежной массы на цены.

При этом подчеркивается, что изменение количества денег в обращении не воздействует на реальные экономические показатели.

Но в отличии от многих других монетаристов, Брунер уделял большое значение политике процентных ставок и допускал эндогенность денежного запаса. Он писал: «Политика процентных ставок превращает денежную базу и, соответственно, денежный запас в эндогенную величину, чутко реагирующую на наступающие шоки, воздействующие на рыночную норму процента. Эти шоки через таргетирование нормы процента трансформируются в ускорение или замедление роста денежной массы».

Подобный подход означал радикальный сдвиг в сторону кейнсианской концепции.

Еще один известный монетарист А. Мелтзер существенно скорректировал взгляды после неудачи с денежным таргетированием. Он признал, что плата за преодоление инфляции оказалась намного выше, чем можно было ожидать [37]. Он высказался за пересмотр одного из основополагающих положений монетаризма — тезиса об отсутствии влияния монетарной политики на реальный выпуск.

Однако новые подходы, наметившиеся в монетаризме, не были поддержаны Фридменом. Он объяснил существенные колебания темпов роста денежной массы в 19791982 гг. исключительно неудачной политикой ФРС, оказавшейся не в состоянии обеспечить стабильность денежных агрегатов [38].

Монетаризм, как версия количественной теории денег исходит из непосредственной связи между ценами и деньгами. Следовательно, эта концепция принимает тезис о нейтральности денег. Однако известно и высказывание М. Фридмена, ставшее своеобразным девизом этого направления:

«Деньги имеют значение». Но в монетаризме они имеют значение в двух случаях. В долгосрочной перспективе рост денежной массы неизбежно ведет к инфляции. В краткосрочном плане увеличение денежного предложения способно повлиять на реальные денежные показатели.

Эти положения были подвергнуты проверке в работах экономистов «новой классической школы» — Р. Лукаса, Т. Сарджента, Ф. Кидланда, Э. Прескота. Выводы существенно противоречили тезисам традиционного монетаризма.

В частности, как показал Лукас, в течение нескольких лет после Второй мировой войны колебания объема производства США были небольшими и вполне могли быть объяснены реальными факторами, а не колебаниями денежного предложения. Острым для монетаризма был поставленный Лукасом вопрос: «Если кто-либо поддерживает идею о нейтральности денег в качестве основополагающей, как может он одновременно поддерживать мнение, согласно которому нестабильность количества денег является основным источником нестабильности реальных показателей?» [39, 40].

Развитие кенсианской доктрины во второй половине ХХ в. охватило такие сферы денежной теории, как концепция спроса на деньги и их предложение, роль денег в макроэкономической сбалансированности инфляции, формирование процентных ставок. Эти направления связаны с именами Дж.

Тобина, Н. Калдора, П. Девидсона, Дж. Хикса [4145].

Развитием традиций неоклассического и кейнсианского подходов явилась сформировавшаяся в 50-е гг. ХХ в. теория спроса на деньги, получившая название кейнсианско-неоклассического синтеза. Его основой стала «портфельная теория». Сущностью «портфельного» подхода является предположение, что индивид, стремясь достичь максимума благосостояния, размещает свое богатство в виде портфеля активов, руководствуясь при этом собственными предпочтениями. При этом деньги — лишь один из активов, обладающий, правда, уникальным свойством — абсолютной ликвидностью [47, 48].

Одной из заслуг школы кейнсианско-неоклассического синтеза стала достаточно успешная попытка разрешения спора о нейтральности денег.

Эмпирические данные и появившиеся теоретические модели подтверждают, что деньги не нейтральны в относительно краткосрочной перспективе (количество денег влияет на реальные переменные, в том числе, и на процентную ставку). В долгосрочном же периоде деньги близки к нейтральности.

Но, конечно же, разногласия между школами остаются во взглядах на роль государства в экономической политике.

Концентрированным выражением кейнсианских взглядов на краткосрочные макроэкономические колебания является предложенная Дж. Хиксом в статье «Кейнс и «классики»: возможная интерпретация» модель ISLM1 [45, 49]. Макроэкономические процессы здесь представлены через призму взаимодействия двух основных секторов экономики — реального (рынка товаров и услуг) и финансового (рынка денег и финансовых активов).

Анализируя различия между теоретическими подходами неоклассиков (А. Маршалл, А. Пигу) и взглядами Дж. Кейнса, Хикс пришел к выводу, что главные макроэкономические взаимосвязи могут быть выражены через соотношения нормы процента и дохода. Современный вид модель ISLM приняла в работе А. Хансена «Монетарная теория и фискальная политика»

[46].

Существует два объяснения краткосрочных колебаний в экономике.

Первое основано на идеях, высказанных Кейнсом и развитых его последователями. Кейнс призывал отказаться от классического предположения, что цены и заработная плата всегда изменяются, уравновешивая рынки. Он подчеркивал, что совокупный спрос является главным фактором, определяющим текущий уровень национального дохода.

Некоторые представители неоклассического направления не согласны и с этим. По их мнению, предпосылка о полной свободе движения рыночных цен, даже в краткосрочном периоде — правомерна. Ведущая роль среди новых классических концепций экономических колебаний принадлежит теории «реального экономического цикла» (Дж. Мэнкью, Б. Мак-Каллум, К. Плоссер) [5052]. Она использует в краткосрочном анализе исходные предпосылки исследования явлений долгосрочного периода. Самой значительной из них является классическая дихотомия: изменения реальных показателей не зависят от изменения номинальных (предложения денег, уровня цен). Изменение реальных показателей объясняется реальными сдвигами в экономике, такими как смена бюджетно-налоговой политики или технологические сдвиги. Поэтому слово «реальный» в названии теории предполагает исключение номинальных величин при объяснении причин колебаний экономической активности.

В своей математической части теория представляет собой расширение модели ISLM путем введения еще одной эндогенной переменной. Здесь следует отметить, что, предложив свою модель, Хикс создал универсальный «экономический язык», которым до сих пор пользуются представители всех теоретических доктрин. В вопросе, насколько верно теория реального экономического цикла отражает экономические процессы, мнения экономистов расходятся.

Модель ISLM характеризует закрытую экономику. Ее обобщением является модель Манделла-Флеминга, описывающая основные макроэкономические взаимосвязи открытой экономики [53, 54]. Теория Манделла-Флеминга исходит из кейнсианских предпосылок, но включает международные факторы. Один из ее выводов состоит в том, что характер функционирования Инвестиции, сбережения — ликвидность, деньги.

открытой экономики зависит от заложенной в ней системы установления обменного курса валюты.

Модель ISLM с учетом ее улучшений, модификаций и обобщений, начиная с 50-х гг. и до последнего времени [55] определяет макроэкономическое моделирование развитых капиталистических стран. Ее достоинством является способность описывать большое число факторов на основе ясных, достаточно убедительных представлений. Вместе с тем теория остается очень специфичной и имеет ограниченную возможность применения. Сам автор понимал это и в более поздних работах подверг ее критике [56]. Это модель с элегантным описанием экономики, в которой уже созданы и действуют все обычные макрорынки и где созданы макроэкономические основы рыночной экономики. Но категорически неверным является приложение этой теоретической модели к любым экономическим ситуациям и «перенесение» на них описания экономической политики, соответствующей данной модели. К сожалению, этот путь, — ошибка, широко распространенная как среди западных, так и российских экономистов. Механическое использование «западных» моделей в странах, структура экономик которых коренным образом отличается от экономик Запада, может привести к тяжелым последствиям. В этом случае требование аналитической реконструкции носит безусловный характер. Так же, как в последние годы достаточно быстро создается теоретическая макроэкономика развивающихся стран (с учетом макроэкономической формализации соответствующих структур, подходящих для описания реалий этих стран), так и современный период в России требовал и до сих пор требует разработки макроэкономики перехода к рынку. Соответствующая модель пока не создана. Без сомнения ее конструкция должна отличаться от модели ISLM.

Воссозданная выше палитра мнений на взаимосвязь денег и цен просуществовала и до нашего времени. На определенных исторических отрезках, в силу разного рода причин, в том числе и политических та или иная концепция поочередно выдвигалась на первый план, приводя зачастую к серьезным изменениям в экономической политике государств.

Характерной чертой экономической науки первой половины ХХ в. было проявление большого интереса к циклическим колебаниям развития экономических систем. И, если в XIX в. было установлено существование 1012-летних так называемых промышленных циклов, что связывалось с десятилетними сроками обновления основного капитала, то в ХХ в. объектом изучения становятся «большие» волны в экономике.

Выдающиеся заслуги в разрешении этой проблемы принадлежат Н. Д.

Кондратьеву, проделавшему громадную работу по анализу и математической обработке рядов, описывающих экономическую динамику отдельных государств и мирового хозяйства в целом.

Вообще следует отметить, что тщательный, многосторонний анализ статистических данных и построение на этой базе моделей функционирования экономики были характерной чертой российской экономической школы, сформировавшейся в первой четверти ХХ в. Туган-Барановский, Слуцкий, Дмитриев, Чупров, Юровский, Чаянов, Струмилин, Соколов, Леонтьев, Прокопович, Четвериков, Вайнштейн, Конюс, Немчинов, Новожилов — список можно продолжить, — создали на российской почве блестящую экономическую школу, по праву занимавшую одно из ведущих мест в мировой науке. Она давала и могла дать практические рецепты роста благосостояния народа и расцвета свободного предпринимательства [34]. К сожалению, в начале 30-х гг. в угоду философским иллюзиям и политическим амбициям эта школа была практически уничтожена. Может быть это и было одной из причин трагедии, настигшей нашу страну в 90-х гг. минувшего века.

Общество ценой проб и собственных, зачастую тяжелых ошибок училось отыскивать оптимальное соотношение между вложениями в экономический рост и в социальную стабильность. Перегиб в ту или иную сторону с неизбежностью приводил или к социальным взрывам, или к стагнации и загниванию. Во второй половине ХХ в. цивилизованные страны, наконец-то нащупали этот «золотой» оптимум. Большие волны сгладились, социальные конфликты приняли более гладкий, в основном локальный характер. К сожалению, Россия не вошла в число способных учеников, усваивающих уроки истории.

Довольно распространенным является выделение нескольких аспектов инфляционного процесса: инфляция, вызванная спросом; инфляция, связанная с ростом издержек; инфляция, носящая структурный характер и обусловленная перестройкой стоимостных пропорций в экономике, в частности под влиянием научно-технического прогресса (НТП).

В отечественной экономической литературе важные теоретические результаты в исследовании инфляции в 20-е гг. прошедшего века были представлены в работах А. Соколова, С. Струмилина [1821, 57, 58]. Практически сразу же они были существенно использованы С. Струмилиным, В. Немчиновым, В. Новожиловым и др. [59] при попытке моделировать народное хозяйство на основе балансового метода. В дальнейшем модель была доведена до совершенства в работах В. Леонтьева [60].

В экономической литературе более позднего советского периода инфляционные процессы, характерные для рыночных экономик зарубежных стран, были проанализированы в работах С. Никитина, Л. Красавиной, Г.

Солюса, В. Усоскина [29, 61]. Солюс отметил факт, что в 6070 гг. в развитых странах темпы роста ВВП опережали скорость увеличения денежной массы. На этом основании им был сделан вывод о немонетарном характере инфляции. Свои исследования Красавина резюмировала определением:

«Инфляция — многофакторный процесс».

В СССР в условиях плановой экономики и фиксированных цен инфляция носила скрытый характер и выражалась в перманентном дефиците услуг и товаров. Однако само явление анализировалось как «материально-вещественная и денежная диспропорция».

В 1968 г. М. Фридмен провозгласил: «Инфляция всегда и везде представляет собой денежный феномен» [31]. Однако сами же монетаристы вынуждены были скорректировать эту формулу. Б. Мак-Каллум пояснил, что Фридмен понимает под инфляцией постоянный и устойчивый рост цен. Потому, трактовке инфляции как денежного феномена не противоречит рост цен, вызываемый такими явлениями, как засуха, землятресение или удорожание импорта. Понятны истоки комментария Мак-Каллума. Причина инфляции, охватившей мировую экономику, носила отнюдь не монетарный характер: монопольный сговор нефтепроизводителей привел к четырехразовому росту цен на нефть. В 20012003 гг. ситуация на нефтяном рынке почти повторяется.

И все же Фридмен на удивление последователен в своем неприятии инфляции издержек: «Теория издержек имеет ограниченное применение.

Если рост издержек создает денежную экспансию, которая иначе не возникла бы, то действие последней, самое большое, ограничится повышением общего уровня цен, сопровождаемым безработицей и последующей тенденцией к общему снижению цен» [31]. Сказанное противоречит фактам. В 70-е гг.

прошлого века инфляция в развитых странах в результате удорожания энергоресурсов составляла 1015 % в год.

Инфляция издержек также связана с более емким понятием структурной инфляции: процессом изменения ценовых соотношений в результате структурных сдвигов в экономике. Ликвидация экономических диспропорций, как правило, сопровождается инфляцией.

Интереснейшие результаты на предмет анализа взаимосвязи цен и денежного предложения были получены на основе так называемой модели SMP, описывающей экономику США в целом. Разработанная в 70-е гг. модель включает в себя около 300 уравнений. Увеличение количества денег влияет в ней на уровень цен через изменение совокупного спроса. Под его воздействием возрастает спрос на труд, что сказывается на зарплате и, соответственно, на издержках производства. Рост последних приводит к повышению цен. Расчеты на основании этой модели показали заметную нелинейность между динамикой денежного предложения и ростом цен [62]. Понятно, что прямопропорциональная зависимость между объемом денег и ценами исключает влияние первых на объемы производства. И в современной теории остается эта «вечная» дилемма: нейтральности — ненейтральности денег!

Но следует отметить еще один недостаток концепции «нейтральности».

Она не учитывает роли денег как «концентратора» материальных и интеллектуальных ресурсов на актуальных направлениях НТП. Она исходит из предположения, что в течение периода нарастания денежной массы технологии и структура производства останутся неизменными.

Накопление научно-технической информации и ее использование при производстве продукции на основании новых технологий приводит к сдвигам в системе цен.

Рост цен, который в литературе часто называют фоновым, есть отражение технологических «прорывов» и результат ускорения НТП. Этот рост можно охарактеризовать как «технологическую» или «НТПинфляцию»

[63]. Бороться с такой инфляцией путем сжатия денежной массы — значит сдерживать темпы экономического развития.

Интересные идеи в трактовке инфляционного процесса прорабатываются в теории эволюционной экономики. Исследуется развитие макрогенераций, т.е. производства и потребления качественно новых услуг и товаров, становление которых переводит хозяйство на новый этап развития.

О резком, экспоненциальном увеличении интенсивности развития науки и технологии в наше время говорят факты: 90 % всех предметов, окружающих человека, придуманы и созданы в ХХ в.; потребность в проектной деятельности по созданию новых технических объектов с середины ХХ в.

увеличивается за каждое десятилетие в десять раз; объем информации удваивается каждые 20 месяцев против 50 лет, как это было в середине XIX в.;

период устаревания информации составляет от 0,5 до 4 лет в зависимости от области; значительно сокращено время от момента фундаментального открытия до его реализации на практике [64].

Зарождение макрогенерации, как правило, обеспечивает более высокую рентабельность в данной сфере производства. Это позволяет предлагать более высокие цены за используемые ресурсы, в том числе за труд. Тем самым ресурсы перераспределяются в пользу возникшей макрогенерации.

Другими словами, ее становление сопровождается инфляционным процессом. Как отмечает В. Маевский: «Именно инфляция, действующая в сфере ресурсных товаров, оказывается тем экономическим инструментом, который способствует возникновению новой макрогенерации, обеспечивает необратимость экономической эволюции, а значит — повышение степени сложности хозяйства, проникновение в него достижений научно-технического прогресса» [63].

И, наконец, говоря о механизмах, лежащих в основе генерации инфляционного процесса, нельзя не упомянуть о так называемой инфляции «дорогих денег». Нехватка собственных оборотных средств и дорогой кредит заставляют предприятия повышать цены. Данный феномен известен из опыта нескольких стран, в частности, Франции [65]. Это же произошло и в России в 19921993 гг.

В монографии [29] предлагается следующая классификация типов инфляции, проявляющихся в различных экономических условиях: денежная инфляция; структурная инфляция; инфляция издержек; инфляция «дорогих денег»; «НТПэволюционная» инфляция.

В ХХ в. Россия пережила несколько вспышек инфляции. В марте г. покупательная способность рубля составила 27 довоенных (1913 г.) копеек, а за время пребывания у власти Временного правительства она упала до 67 довоенных копеек. С ноября 1917 г. по июль 1921 г. денежная масса взросла в 119 раз, а цены увеличились в 7912 раз. С июля 1921 г. по декабрь 1922 г. количество денег в обращении возросло в 850 раз, а цены выросли в 263 раза [59].

Восстановление нормального денежного обращения произошло на основе эмиссии в соответствии с декретом Совнаркома от 11 ноября 1922 г.

новой денежной единицы — червонца. Эта валюта должна была обеспечиваться золотом не менее чем на 25 %, т.е. контролировалась достаточно жестко. Однако размен на золото не предусматривался.

Следующий всплеск инфляции совпал с периодом индустриализации.

С 1929 г. по 1932 г. количество денег в обращении выросло в 3,4 раза, а покупательная способность рубля по сравнению с началом 1928 г. снизилась на 60 %. Инфляцию удалось подавить лишь к концу 30-х гг. [66].

Финансирование бюджетных расходов в период Великой Отечественной войны повлекло широкое использование эмиссии. Последствия ее были преодолены в ходе денежной реформы 1947 г. В 50-е гг. в СССР проводилась жесткая финансовая политика. Денежная и товарная массы в целом были сбалансированы, хотя в отдельные годы ощущалась нехватка денег в обращении и между предприятиями возникали неплатежи. С середины 60-х гг.

государственный бюджет стал сводиться с дефицитом. Сказать, что плановые органы не понимали опасности инфляции, было бы неверно. Говоря точнее, — ее недооценивали. К концу 80-х гг. большинство специалистов склонялось к постепенному выходу из инфляционной ситуации путем введения свободных цен на товары не первой необходимости и стимулирования производства дефицитной продукции. Проблема заключалась в недопущении резкого снижения уровня жизни и обесценения накоплений населения. Как следствие, это означало наличие достаточно длительного, но контролируемого инфляционного процесса. Предполагалось, что таким образом объем потребительского рынка будет сбалансирован с денежной массой, а дефицит государственного бюджета сведен к минимуму.

Однако основные экономические параметры дореформенной России в корне отличались от таковых в странах с рыночной экономикой. И главное отличие нашей экономики конца 80-х гг. — это высочайшая степень монополизма и деформированная отраслевая структура. Ключевым вопросом первого этапа реформы должно было стать обеспечение сбалансированности товарной и денежной масс, что с необходимостью ассоциировалось с ростом цен. Это очень тонкий момент, ибо поспешная либерализация цен имела бы, по крайней мере, два следствия: возникновение тенденции к росту цен из-за формируемых инфляционных ожиданий и падение производства, так как оборотные средства предприятий могли обесцениться. И в этой ситуации рыночный механизм достижения равновесия мог и не сработать.

Однако в ходе подготовки реформы 1991 г был выбран жесткий вариант: возобладало мнение о необходимости значительного и резкого увеличения цен.

Программа ЯвлинскогоШаталина, имевшая в своей основе более раннюю программу «500 дней», составленную при участии Дж. Сороса, предусматривала общее увеличение розничных цен в 3,23 раза, а по альтернативной правительственной программе рост розничных цен оценивался на уровне 1,7 раза [67]. Однако, как показывали данные об объемах неудовлетворенного спроса, первоначальная инфляция могла составить 600800 %.

Но самое главное, что поспешная, единовременная либерализация цен имела те следствия, о которых говорилось выше. В конце 80-х гг. перспективы развития экономики России неизбежно были связаны с инфляцией. Задача стояла в недопущении неконтролируемого роста цен и формирования инфляционных ожиданий. Но именно они и были созданы либерализацией цен по Гайдару.

Резкое обесценение денег, начавшееся в России со 2 января 1992 г.

представляло сочетание нескольких типов инфляции. Скачок цен в январефеврале сразу после либерализации — результат денежного навеса, накопленного в предыдущие годы. Рост цен носил, очевидно, монетарный характер. Он был способен уничтожить избыточную денежную массу, но инфляционные ожидания предопределили устойчивую тенденцию в сторону дальнейшего повышения цен. Это увеличило спрос на деньги. Однако проводимая в тот момент денежная политика не учитывала тенденцию. Периоды сжатия денежной массы в 1992 г. чередовались с периодами ее расширения.

Но в целом налицо было значительное отставание роста количества денег в обращении от совокупного объема сделок. В конце 1992 г. в экономике проявились неплатежей и бартер. В 19931994 гг. эти явления стремительно нарастали.

Помимо монетарной инфляции и инфляционных ожиданий уже в начале 1992 г. проявилась структурная инфляция. Главная причина — заниженность в предшествующий период цен на энергоносители. Началась перестройка относительных цен. Повышение цен происходило неравномерно, отражая структурную диспропорцию экономики. В свою очередь, это предопределяло диспропорциональное распределение доходов. В монополизированных областях образовывались «излишки» дохода, в таких отраслях, как сельское хозяйство, легкая промышленность, обрабатывающая промышленность, бюджетная сфера формировалась низкая зарплата и низкая прибыль.

Не происходило и перераспределение доходов из-за низкой нормы прибыли в депрессивных областях экономики.

В этих условиях резко усилилась сырьевая ориентация экономики, значительно уменьшилась доля обрабатывающих отраслей. Стабилизация и даже рост в сырьевых областях происходили за счет внешнего спроса. Это обусловило низкую эластичность цен в сырьевых отраслях в отношении внутреннего спроса. Цены в экспортно ориентированном секторе приобрели динамику, определяемую состоянием мирового рынка. В рублевом эквиваленте они росли даже в условиях сжатия внутреннего потребления. Важнейшим ценовым индикатором становился курс рубля по отношению к доллару США. Он в значительной мере обуславливал в 19931994 гг. общую динамику потребительских цен. В таких условиях ценообразование в сырьевых отраслях превратилось в источник инфляционного давления. В результате быстрого роста цен в 19921993 гг. предприятия лишились собственных оборотных средств. Проявилась инфляция «дорогих денег». Производители потеряли доступ к кредитным ресурсам из-за высоких процентных ставок, но, эксплуатируя инфляционные ожидания, сложившиеся у потребителей их продукции, они стали повышать цены для получения финансовых ресурсов.

Альтернативой этому могло быть только банкротство.

Отношение оборотных средств и материальных запасов к основным фондам в середине 80-х гг. составляло 2528 %, а в 1997 г. — 1,6 %. В начале 80-х гг. объем денежных средств, находившихся непосредственно у предприятий, составлял 12,515 % ВВП, а в 1996 г. — 1,1 % [68].

Одной из главных причин денежно-финансового кризиса начало 90-х гг. был недостаток денежного предложения. Если денег не хватает, предприятия не могут выплачивать налоги в денежной форме. Они или накапливают задолжность перед бюджетами или рассчитываются с ними суррогатами денег. В условиях нехватки ликвидности бесполезно пытаться проводить «жесткую» бюджетную политику. Некоторые эксперты МВФ, анализируя причины неплатежей и бартера, склонны объяснять их появление самыми разными доводами: от наследия экономики СССР до нежелания предприятий платить налоги [69]. Однако, в своем анализе они ни разу не называют истинную причину — недопустимое сжатие денег в обращении. Назвать ее — означает признать неправомерность монетарных подходов, лежащих в основе стабилизационных программ МВФ, предложенных России.

Дискуссии о валютно-кредитной политике, реализуемой в гг., активно велись на страницах экономических изданий. Главным вопросом здесь было — обоснованность сжатия денежной массы. Приверженцы правительственного курса приводили решающий, на их взгляд, аргумент: имеет место инфляция, следовательно, имеет место избыточная денежная масса.

Оппоненты, опровергая этот довод, указывала, что о нехватке ликвидности свидетельствуют: рост бартера и взаимозачетов, распространение денежных суррогатов, динамика задолжности в экономике, ее низкая монетизация (отношение агрегата М2 к ВВП). На этом основании делался вывод о немонетарных факторах инфляции, действующих в российской экономике.

Как можно было разрешить этот спор? Только увеличить денежное предложение. Если инфляция при этом увеличится, значит правы приверженцы жесткой денежной политики. Если же увеличение денег в обращении привело бы к снижению бартера и росту производства, то правыми оказались бы оппоненты. Истина была установлена экспериментально. Завершением этого небывалого эксперимента стал кризис 17 августа 1998 г.

Причины и последствия этого кризиса проанализированы достаточно полно [34, 70]. Подробно мы остановимся на этом и в этой монографии. Но в качестве краткого резюме приведем аргументацию, содержащуюся в [29].

Очевидный тезис: «Если напечатать деньги, то цены возрастут» — следует дополнить нетривиальным: «Если не печатать столько денег, сколько нужно для оборота, то цены также возрастут». В самом деле, для пополнения оборотных средств и продолжения производства при « неподъемном»

кредите у предприятий имеется единственное, но эффективное средство:

повышение цен на продукцию. На вопрос: «Если денежная политика была жесткой, то почему произошла девальвация рубля?» — можно ответить «поэтому и произошла». В условиях беспрецедентного в мирное время падения уровня производства инфляция обесценила рубль, а валютные власти, выполняя стабилизационную программу МВФ, поддерживали его завышенный курс. Нехватка ликвидности предопределила неоправданно высокие процентные ставки. ГКО превратились в объект спекуляций. На финансовый рынок пришли капиталы нерезидентов. Выплаты по ГКО подрывали бюджет. Ситуация усугублялась падением мировых цен на энергоносители, и главное, на нефть, а также докатившимся до России мировым финансовым кризисом, корни которого находились в Юго-Восточной Азии. В этих условиях отток спекулятивных капиталов обвалил курс рубля. На его бесполезную поддержку были израсходованы почти все валютные резервы страны.

Начало выхода экономики России из кризиса 19911998 гг. следует, очевидно, датировать мартом 1999 г., когда статистические данные зафиксировали экономический рост. Было отмечено заметное сокращение бартера и взаимозачетов.

Конечно, девальвация рубля во многом способствовала росту экономики. Но ведь он начался не только в экспортноориентированных отраслях.

Первичным здесь было увеличение денежного предложения.

Во-первых, денежные средства освободились после крушения рынка ГКО. (В начале 1998 г. сумма находившихся в обращении ГКО рублей превышала денежный агрегат М2.) К тому же, в отсутствии ГКО, банки потеряли основной стимул к задержке платежей.

Во-вторых, с сентября по декабрь 1998 г. агрегат М2 возрос на 30,5 %.

(В полтора раза больше чем за весь 1997 г. [71].) Увеличение ЦБ денежного предложения было связано и с поступлением валюты в связи с оживлением экспорта.

Однако степень монетизации экономики остается низкой, что оставляет открытым вопрос, насколько экономический рост является устойчивым.

В 2002 г., как свидетельствует Госкомстат, благосостояние россиян вернулось на докризисный уровень. Реальные располагаемые денежные доходы по состоянию на июль оказались даже выше, чем в августе 1998 г.

Некоторые аналитики говорят о новой главе в экономической истории России. Аналитический директор российского отделения Standa&Poor’s А.

Новиков сказал в интервью «Известиям»: «… Страна протрезвела финансово, а политическая ситуация стала предсказуемой». Это рейтинговое агентство в июле 2002 г. повысило суверенный рейтинг России в В+ до ВВ, до значения, которое страна проходила перед дефолтом. Но сейчас ситуация совершенно иная, считает Новиков: «Состояние экономики заметно улучшилось, экономическая политика приобрела совершенно иное качество».

Однако существуют и другие взгляды на сегодняшнюю экономическую ситуацию.

Вот мнение зампредседателя комитета Госдумы М. Задорнова. «Совершенно очевидно, что страна вступила в стагнационную фазу развития, — говорит он. — При условии, что цена на российскую нефть упадет до уровня 1516 долл. За баррель, я бы оценил запас прочности нашей экономики в полгода» [72].

Итак, с одной стороны статистика экономического роста и увеличение дохода граждан, с другой стороны около 7 миллионов безработных, из которых, по крайней мере, миллион человек — люди с высшим образованием и квалификацией, вполне достаточной, для того, чтобы заняться собственным бизнесом.

Несмотря на принятие соответствующего законодательства о поддержке предпринимательства, становление мелкого и среднего бизнеса в России идет медленно. ЦБ и правительство пока мало используют принятые в мире инструменты кредитования производственной сферы. Это приводит к тому, что получение кредита с целью начала собственного дела для предпринимателя становится практически не реальным.

В отсутствии целенаправленной инвестиционной и структурной политики технологические сдвиги в российской экономике приобрели явно регрессивный характер и выражаются в быстрой деградации ее технологической структуры. При этом наиболее серьезный регресс охватил современные производства и выразился в «откате» страны по уровню их развития на 1520 лет. Доля современного технологического уклада сократилась с 1/3 в 1992 г. до 1/5 в 2002 г. [73]. В последние три года наличие профицита бюджета могло стимулировать экономический рост, инвестиционную и инновационную активность, однако правительство искусственно сжимало конечный спрос, удерживая дополнительные доходы бюджета в Центральном банке и недофинансируя важнейшие статьи бюджетных расходов. Опережающее повышение тарифов на услуги естественных монополий, а также цен на основные сырьевые товары, существенно ухудшило финансовое положение обрабатывающей промышленности. Это, в свою очередь, повлекло за собой замедление прироста заработной платы и инвестиций — главных составляющих конечного спроса, поддерживающих экономический рост в 19902000 гг. Дополнительным фактором снижения темпов роста производства стало падение конкурентоспособности отечественных товаров в 20012003 гг. более чем треть вследствие повышения реального курса рубля и опрометчивого решения правительства о снижении импортных пошлин.

Это привело к росту импорта и вытеснению отечественной продукции не только с внешнего, но и частично, с внутреннего рынка.

Существенным признаком приближающегося экономического благополучия правительство называет бюджетный профицит. Однако, в наше время бюджеты многих экономически развитых государств сознательно верстаются с дефицитом. Без этого сложно «разогреть» экономику. Предполагается, что подобные меры создадут новые рабочие места, увеличат доходы граждан. Все вместе это обеспечит стабильный сбыт производимой продукции. Деньги, «впрыснутые» в экономику не исчезнут, а дадут реальную отдачу в виде появления новых предприятий, технического переоснащения уже действующих, сокращения безработицы и т.д. в условиях, когда доходы граждан превосходят их повседневные расходы, налогоплательщики начинают задумываться не о том, как бы прокормиться, а о других не менее серьезных вещах: о приобретении просторной квартиры, качественном образовании для детей, о здоровье, наконец. С этой целью люди вкладывают деньги под проценты в различные финансовые структуры — банки, паевые инвестиционные фонды, страховые компании. А те, в свою очередь, инвестируют привлеченные средства в экономику. В том числе в государственные казначейские обязательства, продажей которых правительство, как правило, покрывает заранее запланированный дефицит.

И здесь возникает вопрос: почему правительство с такой настойчивостью стремится именно к профициту бюджета?

Логика диктует, казалось бы, очевидный ответ: при росте бюджетного дохода надо либо увеличивать госрасходы либо сокращать налоги. И то и другое, как это следует, в частности, и из модели IS —LM, идет на пользу экономике, т.е. увеличивает совокупный спрос, а, следовательно, и ВВП.

Что же происходит в реальности?

Правительство сообщает об очередном увеличении довольствия бюджетников. Однако прибавки оказываются лицемерными и ни о каком улучшении жизни военных, преподавателей, врачей, ученых говорить не приходится. Принято решение увеличить пенсии. Но цены на бытовой газ, коммунальные платежи и т.д. уже до этого увеличились на столько, что мгновенно «съели» прибавку к пенсиям. Если еще учесть рост стоимости потребительской корзины, то реальная пенсия не увеличилась, а сократилась.

Вряд ли можно считать успешной и проведенную налоговую реформу.

Введение единого подоходного налога на уровне 13 % не есть пример продуманности норм налогового законодательства. Унификацию подоходного налога в условиях сильнейшей дифференциации населения страны по доходам никак нельзя назвать социально справедливой. Пополнение казны, благодаря этой мере, происходит большей частью за счет повышения на 1 % налогов на доходы бедного населения и в меньшей степени за счет снижения почти в 3 раза налога на доходы очень богатых. Также за счет отмены налоговых льгот военнослужащим. Не может быть предметом гордости налоговая реформа, в результате которой были отменены налоговые льготы на расходы из прибыли на науку, на инвестиции в развитие производства, блокированы механизмы формирования отраслевых научно-технических фондов, через которые происходило финансирование малого бизнеса в инновационной сфере, фактически ликвидирована система экологических платежей. Реформа удовлетворила определенные частные и ведомственные интересы, но не решила главной задачи формирования условий для роста производства и инвестиций.

Пожалуй, единственное поддающееся логике объяснение бюджетного профицита состоит в том, что надо платить внешние долги и деньги нужны про запас.

Но эта задача решается традиционно. Создается специальный резервный фонд. Это — отдельная статья бюджетных расходов. В законодательном порядке определяются источники, из которых фонд должен финансироваться. Законом же устанавливаются цели, на которые деньги из данного фонда могут быть потрачены. Деньги находятся под контролем налогоплательщиков.

В нашем же случае целевой фонд отсутствует. Зато создан некий финансовый резерв, деятельность которого законодательно не регулируется.

Объяснение столь необычной ситуации можно усмотреть в отчете ЦБ РФ за 2001 г. Там сказано: «… профицит бюджета выполняет стерилизующую функцию». Другими словами, профицит бюджета возникает как средство борьбы с инфляцией. То есть правительство опасается, что в случае проведения реальных действий — фактического сокращения налогов или существенного увеличения финансирования бюджетной сферы — ситуация в российской экономике выйдет из-под контроля и начнется обвальное обесценивание рубля.

Сейчас экономика страны управляется по принципу: завтра — не хуже, чем сегодня. Нам удается держаться на плаву в основном благодаря добывающим отраслям, продающим за рубеж нефть, газ, цветные металлы, лес… Чтобы вдохнуть жизнь в остальную промышленность нужны инвестиции, большие инвестиции. А их нет.

Значительная часть средств, полученных за российский сырьевой экспорт, оседает за границей. Другая часть экспортной выручки возвращается в Россию и частично скупается Центробанком (Норматив обязательной продажи валютной выручки). Взамен долларов на российский рынок поступают дополнительно напечатанные рубли. Затем, боясь высокой инфляции, правительство изымает эти деньги с рынка. Методы здесь просты: высокие налоги на предприятия и сжатие государственных расходов. В итоге и образуется профицит бюджета. Таким образом, избыток денег в бюджете, скорее всего, служит лишь доказательством того, что в России отсутствует продуманная экономическая политика.

Сегодня перспективы российской экономики — инфляционны. Задача улучшения структуры хозяйства в предыдущие тринадцать лет так и не была решена. Наоборот, эта структура заметно ухудшилась, приняв отчетливо сырьевой характер. Перед страной стоят проблемы новой индустриализации и подъема сельского хозяйства. Неизбежным следствием этого будут изменение структурных пропорций в экономике и рост цен. В этих условиях единственным вариантом экономической политики остается контролируемая инфляция. В противном случае возможность проведения структурной перестройки экономики на базе новейших технологий будет окончательно утрачена и недопустимо низкий уровень жизни населения сохранится надолго.

Назовем еще ряд имен отечественных и зарубежных ученых, чьи работы внесли вклад в исследование инфляционных процессов, происходящих в российской экономике в течение последних пятнадцати лет. По понятным причинам данный список, конечно, будет далеко не полным, ибо мы ссылаемся на авторов, результаты которых непосредственно использовались нами при работе над монографией.

Это — С. И. Лушин [74, 75], Н. Я. Петраков [34], С. Ю. Глазьев [73, 76], В. И. Рябикин [7780], И. Я. Носкова [81], В. К. Бурлачков [29, 82], Ж. Сапир, [83, 84], И. Н. Платонова [85], А. Н. Илларионов [86], В. Назаров [87], Дж. Сорос [67, 88], В. В. Ивантер [89], В. А. Попов [90], Ю. П. Соловьев [91].

О «математической» стороне монографии.

Изложение вопросов современных экономических теорий невозможно без использования соответствующего математического аппарата. Отсюда — обилие формул на страницах книги. Для чтения первых шести глав от читателя требуется владение математикой на уровне требований, определяемых программами экономических или технических вузов. Изучение седьмой и восьмой глав предполагает наличие у читателя несколько более высокой математической подготовки, скажем, на уровне экономико-математического института РЭА им. Г. В. Плеханова.

Эта книга, прежде всего, об экономике и поэтому наличие у читателя базовых знаний по экономической теории представляется весьма желательным. Тем, чьи познания в этой сфере невелики, мы бы рекомендовали предварительно ознакомиться с содержанием какого-либо хорошего пособия, например [212].

В книге содержится значительное количество примеров. В большинстве своем они обладают самостоятельной научной и познавательной ценностью. Разбирая их, читатель вполне овладеет соответствующими навыками.

Уделяется внимание также технической стороне вычислений, выводу формул, доказательству теорем.

Важную роль при написании монографии играли запросы преподавания по дисциплине: «Финансовая математика и количественный финансовый анализ». Автор стремился принять посильное участие в решении общей задачи повышения профессионального уровня студентов. Хочется надеяться, что книга повысит их интерес к выбранной специальности и, может быть, поможет им стать хорошими финансистами.

Пользуюсь возможностью выразить искреннюю благодарность всем, кто стоял рядом с замыслом, созданием и подготовкой этой книги. Прежде всего за помощь и поддержку благодарю профессоров РЭА им. Г. В. Плеханова В. И. Рябикина, Н. П. Тихомирова, В. А. Колоколова.

Отдельную благодарность за плодотворные, стимулирующие дискуссии я выражаю всем участникам семинаров по общим проблемам естествознания под руководством М. Л. Фильченкова и С. В. Копылова (Российский университет дружбы народов), Г. Г. Артемьева (РЭА им. Г. В. Плеханова), Ю. С. Владимирова (МГУ им. М. В. Ломоносова), а также экономического семинара под руководством В. С. Панфилова и О. Дж. Говтваня (Институт народнохозяйственного прогнозирования РАН).

Буду благодарен всем, кто выскажет свои пожелания, замечания или выразит свое несогласие по тем или иным вопросам затронутым в данной работе.

ТРАДИЦИОННЫЕ АСПЕКТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

ИНФЛЯЦИОННЫХ ПРОЦЕССОВ

Как и многое в экономике, стоимость денег определяется спросом и предложением. Предложение денег определяется действиями банков и Центрального банка России (ЦБ). В контексте нашего исслелования, мы можем не учитывать некоторые аспекты деятельности банковской системы и рассматривать количество денег как величину, которая регулируется непосредственно ЦБ.

Как и потребность в других товарах, спрос на наличные деньги определяется многими факторами, к примеру, степенью доверия людей к кредитным карточкам и количеством уличных банкоматов. Но деньги выполняют функцию средства обращения. Сколько денег имеет с собой человек, совершающий ту или иную покупку, зависит от цен на приобретаемые им товары. Чем выше цены, тем больше денег требуется для совершения каждой сделки, и тем больше средств будет держать россиянин в бумажнике (в рублях или долларах) или на текущем рублевом счете. Рост цен (снижение ценности денег) приводит к увеличению спроса на них.

Таким образом, важнейшим фактором формирования спроса на деньги является средний уровень цен в экономике.

Что служит гарантией того, что объем денежных средств, выпускаемых в обращение ЦБ, будет уравновешен спросом на них со стороны населения?



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 9 |
 


Похожие работы:

«Министерство образования и науки Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования Читинский государственный университет (ЧитГУ) Институт экономики и управления Кафедра управление персоналом ПРОЕКТ СОЦИАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ ОРГАНИЗАЦИИ на примере Института экономики и управления Читинского государственного университета по дисциплине: управление социальным развитием организации Выполнил: ст-т гр. УП-06-1 Ивлева А.В. Туякбаева А.Е. Проверил: ст. преподаватель Калашникова...»

«I (Акты, публикация которых является обязательной) РЕГЛАМЕНТ (EC) № 1774/2002 ЕВРОПЕЙСКОГО ПАРЛАМЕНТА И СОВЕТА от 3 октября 2002 года, устанавливающий санитарные правила в отношении побочных продуктов животного происхождения, не предназначенных для потребления человеком ЕВРОПЕЙСКИЙ ПАРЛАМЕНТ И СОВЕТ ЕВРОПЕЙСКОГО СООБЩЕСТВА, Принимая во внимание Договор, учреждающий Европейское Сообщество, в частности его Статью 152(4)(b), Принимая во внимание предложение Комиссии (1), Принимая во внимание...»

«ЧАСТНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ОБРАЗОВАНИЯ МИНСКИЙ ИНСТИТУТ УПРАВЛЕНИЯ ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ХОЗЯЙСТВЕННОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ПРАКТИКУМ Под общей редакцией Л.В. Калиты Минск Издательство МИУ 2005 2 УДК ББК Авторский коллектив: Л.В. Калита – канд. филос. наук, доцент; доцент кафедры экономического права МИУ (темы 6 – 8; 11 –12; 17; 20 (совместно с Литягиной О.Н.); 22 –25). О.Н.Литягина – старший преподаватель кафедры экономического права МИУ (темы 1 –.2;.4;.9 –10; 14 –15; 19; 20 (совместно с Калитой Л.В.) П.И....»

«Организация Объединенных Наций A/HRC/WG.6/10/NRU/1 Генеральная Ассамблея Distr.: General 5 November 2010 Russian Original: English Совет по правам человека Рабочая группа по Универсальному периодическому обзору Десятая сессия Женева, 24 января 4 февраля 2011 года Национальный доклад, представленный в соответствии с пунктом 15 а) приложения к резолюции 5/1 Совета по правам человека Науру* * Настоящий документ воспроизводится в том виде, в каком он был получен. Его содержание не подразумевает...»

«Актуальность работы В настоящее время по всему миру ведутся интенсивные работы по п олучению моторных топлив из синтез-газа. В качестве источников сырья используются вещества, альтернативные нефти: газ, нефтяные остатки, бурый уголь, торф и др. Так, в Южной Африке уже получают 5 млн т/год моторных топлив по процессу, предложенному Mobil Oil, однако при этом образуется реакционная вода, загрязненная метанолом (СН 3 ОН), удаление которого представляет серьёзную проблему. Метиловый спирт...»

«БИБЛИОТЕЧНО-ИНФОРМАЦИОННАЯ ПРОФЕССИЯ ЗА РУБЕЖОМ: современное состояние, проблемы, перспективы (Обзор по материалам отечественной и зарубежной англоязычной литературы 2006-2008 гг.) СОДЕРЖАНИЕ 1. Перемены в профессии в условиях электронной 2 революции 2. Управление знаниями и библиотечно-информационная 6 деятельность 3. Старение библиотечных кадров 7 4. Психологические аспекты управления библиотечными 7 кадрами 5. Имидж библиотекаря 11 6. Лидерство в библиотечном деле 12 7. Подготовка...»

«O’ZBEKISTON RESPULIKASI MINISTRY FOR FOREIGN TASHQI IQTISODIY ALOQALAR, ECONOMIC RELATIONS, INVESTITSIYALAR VA SAVDO INVESTMENTS AND TRADE OF THE VAZIRLIGI REPUBLIC OF UZBEKISTAN UZBEKTENDERCONSULTING AGENCY AGENTLIGI 100077 Tashkent, Mustakillik Ave., 107 tel./fax: (99871)2385342, 2682596, e-mail: info@uztender.uz Информация по тендерным торгам на закупку научного лабораторного оборудования и приборов для оснащения Государственного Предприятия УчебноЭкспериментальный Центр Высоких Технологий в...»

«сделано для KpNemo.Ru ДОМАШНЯЯ КУХНЯ МИНСК СОВРЕМЕННЫЙ ЛИТЕРАТОР 2000 УДК 641.5 ББК 36.996 М59 Серия основана в 1997 году Автор-составитель Е. И. Шиш Охраняется законом об авторском праве. Воспроизведение всей книги или любой ее части без письменного разрешения издателя будет преследоваться в судебном порядке. М 59 Микроволновая кулинария / Авт.-сост. Е. И. Шиш. — Мн.: Современный литератор, 2000. — 352 с. — (Домашняя кухня). ISBN 985-456-617-Х. В книге Микроволновая кулинария подобраны...»

«2013 Географический вестник 4(27) Социальная и экономическая география СОЦИАЛЬНАЯ И ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ УДК 911.3 М.Д. Шарыгин © ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ ФУНДАМЕНТАЛИЗАЦИИ ОБЩЕСТВЕННО-ГЕОГРАФИЧЕСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ Раскрываются теоретический потенциал общественной географии и направления его реализации в учебном процессе высшей школы. К л ю ч е в ы е с л о в а : общественная география; фундаментальные исследования; территориальная организация общества; социально-экономическое районирование;...»

«1 Директива Совета от 3 ноября 1998 г. о качестве воды, предназначенной для употребления людьми (98/83/ЕС) Принимая во внимание Договор Европейского Сообщества и, в частности, статью 130s(1), Принимая во внимание предложение Комиссии1, Принимая во внимание мнение Экономического и Социального Комитета2, Принимая во внимание мнение Комитета Регионов3 Действуя в соответствии с процедурой, заложенной в статье 189с4, (1) Поскольку необходимо привести Директиву Совета 80/778/ЕЕС от 15.07.80 г. по...»

«Казахский университет экономики, финансов и международной торговли Отчет по самооценке Казахский Университет экономики, финансов и международной торговли Утвержден ученым советом КазУЭФиМТ протокол № 7 от 14 февраля 2013г. ОТЧЕТ по самооценке Астана-2013 Казахский университет экономики, финансов и международной торговли Отчет по самооценке СОДЕРЖАНИЕ ОБЩАЯ ИНФОРМАЦИЯ СТАНДАРТ 7 ВИДЕНИЕ, МИССИЯ И СТРАТЕГИЯ СТАНДАРТ 8 РУКОВОДСТВО И МЕНЕДЖМЕНТ СТАНДАРТ 9 ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫЕ ПРОГРАММЫ СТАНДАРТ 10...»

«ТЕОРЕТИЧЕСКАЯ ЧАСТЬ Глава 1 ЗАКОНОДАТЕЛЬНЫЕ АКТЫ, РЕГУЛИРУЮЩИЕ ИНВЕСТИЦИОННУЮ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ В РФ Отличительной особенностью субъектов рыночной экономики явля ется их полная самостоятельность и реализация основных принципов инвестиционной политики на базе регулирующих законодательных актов. Нормативно правовые и законодательные акты — это свод доку ментов, регулирующих ту или иную деятельность. По своей природе нормативно законодательные акты различают: • прямого действия; • промежуточного...»

«ACN Cеть по борьбе с коррупцией в Восточной Европе и Центральной Азии Отдел по борьбе с коррупцией Директорат по Финансам и Предпринимательству Организация Экономического Сотрудничества и Развития (OЭСР) Ул. Андре-Паскаль 2, 75775 Париж Седекс 16,Франция Телефон: +33(0)1 45249964, Fax: +33(0)1 44306307 E-mail: anti-corruption.contact@oecd.org Website: www.oecd.org/corruption/acn Сеть по борьбе с коррупцией для Восточной Европы и Центральной Азии Стамбульский план действий по борьбе с коррупцией...»

«Д.А.Дегтярев соискатель кафедры мировой экономики Системы сопровождения внешнеэкономической деятельности (на примере Западной Африки) [Мировое и национальное хозяйство. – 2007. – № 1(2)] Краткое содержание В данной работе рассматриваются основные особенности систем сопровождения внешнеэкономической деятельности (ВЭД) США и Франции на примере субрегиона Западной Африки. В рамках сравнения зарубежного опыта и российской практики вносятся предложения о повышении эффективности российской системы...»

«Глава 6. Образование, воспитание и развитие детей 6. ОБРАЗОВАНИЕ, ВОСПИТАНИЕ И РАЗВИТИЕ ДЕТЕЙ Система образования в Санкт-Петербурге. Сеть образовательных учреждений (ОУ) города, по данным Комитета по образованию, многовариантна, сбалансированна, постоянно видоизменяется. Основой для изменения сети являются потребности населения города в образовательных услугах, экономические возможности города и отдельных его районов. Таблица.6.1/ Сведения о развитии сети образовательных учреждений,...»

«ЗОНы АКТУАЛьНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ: ТИПОЛОГИя ЛПХ, УЧАСТВУюЩИХ В ПНП РАЗВИТИЕ АПК О.А. Оберемко1 Законодательно ведение личного подсобного хозяйства (ЛПХ) определяется по существу как товарная непредпринимательская деятельность. С формально-социологической точки зрения закон закрепляет сословную привилегию – свободу от налогообложения, с формально-правовой – консервирует сектор неформальной экономики, к которой относится совокупность видов хозяйственной деятельности, не отраженной в...»

«ОРГАНИЗАЦИЯ E ОБЪЕДИНЕННЫХ НАЦИЙ Distr. GENERAL ЭКОНОМИЧЕСКИЙ TRADE/WP.7/GE.1/2002/20 И СОЦИАЛЬНЫЙ СОВЕТ 4 June 2002 RUSSIAN Original: ENGLISH ЕВРОПЕЙСКАЯ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ КОМИССИЯ КОМИТЕТ ПО РАЗВИТИЮ ТОРГОВЛИ, ПРОМЫШЛЕННОСТИ И ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА Рабочая группа по разработке стандартов на скоропортящиеся продукты и повышению качества Специализированная секция по координации разработки стандартов на свежие фрукты и овощи Сорок восьмая сессия, Женева, 23-26 апреля 2002 года ДОКЛАД О РАБОТЕ СОРОК...»

«Внешнеэкономические связи Перспективы восточного вектора ВЭС России Осознание необходимости диверсификации геогра- Ф.А. Тринич фического распределения внешнеэкономических связей, достижения оптимального сочетания их развития на разных направлениях, исходя из экономических интеУДК 339.9 ресов и возможностей евроазиатского расположения го- ББК 67.402.21 сударства, граничащего или соседствующего с различ- Т-676 ными странами на западе, юге и востоке, сложилось еще в СССР. Однако по ряду...»

« Институт диаспоры и интеграции (Институт стран СНГ) Интеграция российской диаспоры в политический процесс стран СНГ Москва 2010  ББК 66 УДК 33.:33.3(=6.)(47+57) Авторский коллектив: Затулин К.Ф. (научный руководитель), Докучаева А.В., Егоров В.Г., Болтовский С.О., Кравчук О.Н., Полникова О.В. Исследование осуществлено при финансовой поддержке Департамента внешнеэкономических и международных связей гор. Москвы Интеграция российской диаспоры в политический процесс стран СНГ. – Институт...»

«Исследования и анализ Studies & Analyses _ Центр социальноэкономических исследований Center for Social and Economic Research 109 Леван Таркхинишвили Грузия: путь к демократии? Перевод с английского Ирины Синициной Варшава, июнь 1997 г. Материалы, публикуемые в настоящей серии, имеют рабочий характер и могут быть включены в будущие издания. Авторы высказывают свои собственные мнения и взгляды, которые не обязательно совпадают с точкой зрения Фонда CASE. Данная работа подготовлена в рамках...»














 
© 2014 www.kniga.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Книги, пособия, учебники, издания, публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.