WWW.KNIGA.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Книги, пособия, учебники, издания, публикации

 

Pages:   || 2 | 3 | 4 |

«Москва, 2011 УДК 329.8 ББК 66 Ж 72 ЛДПР Ж 72 Несгибаемый Жириновский. — М.: Либерально-демократическая партия России, 2011. — 192 с. ISBN 978-5-4272-0002-8 Эта книга ...»

-- [ Страница 1 ] --

Несгибаемый

Жириновский

Москва, 2011

УДК 329.8

ББК 66

Ж 72

ЛДПР

Ж 72 Несгибаемый Жириновский. — М.: Либерально-демократическая партия России, 2011. — 192 с.

ISBN 978-5-4272-0002-8

Эта книга знакомит читателя с биографией одного из самых

ярких и неординарных политиков современного мира — Владимира Вольфовича Жириновского.

Будучи по натуре целеустремленным человеком, лидером от природы, он сам выбрал и проложил себе путь в большую политику. Ей Владимир Вольфович посвятил всю свою жизнь. Он создал мощную Либерально-демократическую партию, завершив тем самым более чем полувековую эру монополии КПСС, открыв новую, многопартийную страницу политической истории нашей страны.

Уже 22 года Жириновский остается бессменным лидером ЛДПР. Прекрасное разностороннее образование, логический склад ума, неисчерпаемая энергия и глубокая преданность России — не только эти качества определяют личность Владимира Вольфовича. Самое главное в этом невероятном человеке — его непреклонная, железная воля, не сгибающаяся ни под каким давлением, ни при каких обстоятельствах. Именно она делает Жириновского наиболее последовательной, сильной и значимой политической фигурой как в Российской Федерации, так и на мировом уровне.

УДК 329. ББК ISBN 978-5-4272-0002-8 © ЛДПР, Несгибаемый Жириновский Известный экономист и политолог Михаил Делягин назвал Жириновского единственным полномасштабным и полноценным политиком Российской Федерации.

Коллега Владимира Жириновского по Государственной Думе, народный артист СССР Иосиф Кобзон тоже считает, что лидер ЛДПР — «самый яркий, самый умный, самый образованный и самый деловой депутат за все годы существования современной Госдумы».

По итогам выборов в марте 2011 года во время дискуссии в прямом эфире в «Открытой студии» 5-го канала академик РАН, доктор политических наук, профессор, директор института научной информации по общественным наукам РАН Юрий Пивоваров снова употребил превосходную степень в оценке Жириновского. По его мнению, он — самый талантливый российский политик на постсоветском пространстве. «Безусловно, это гениальный человек, который сумел построить партию, за которую голосуют. У него практически нет конкурентов в мировой политической игре», — отметил Пивоваров.

Если осмотреться, то так оно и есть. Все, кто считал себя патриархами отечественной властной элиты, Несгибаемый Жириновский сошли с арены. На смену им пришли новые, разумеется, преемники, но, безусловно, не продолжатели. А лидер ЛДПР был, есть и благодаря избирателям будет на самой вершине политического Олимпа России.



Многие, понимая его успех, пытались калькировать яркий образ. Иные провоцировали его на скандалы, дабы поднять свой дутый рейтинг. Не сработало ни то ни другое. Секрет Жириновского — в ином. В чем, мы попытаемся рассказать на страницах этой книги. Но главный секрет откроем сразу: этот человек — настоящий! Настоящий политик, настоящий лидер, настоящий мужик! Во времена суррогатов, согласитесь, это немало. Его не слепили наверху руками кремлевских кукловодов. Он всего добивался сам, этот Несгибаемый Жириновский… Хотите узнать как? Открывайте книгу и читайте.

Глава 1.

Родился русским на русской земле Мне было не до игр, не до радостей.

Я учился и боролся.

И сейчас я борюсь.

В. Жириновский Когда пытаешься понять и оценить личность, то невольно обращаешься к истокам. Что выковало такой характер? Что там такого спрятано в глубине человеческой судьбы? Да и биографию принято начинать с детства. Так что без рассказа о городе, в котором родился Владимир Вольфович Жириновский, о его семье, родителях, школе, школьных товарищах не обойтись.

Мало кто в нашей стране знает историю своего рода. Мы слишком часто рушили старый мир до основания, не оставляя никаких следов. «Любовь к отеческим гробам» не привита на русской почве, как ни печально это осознавать. Мы историю знаем только из учебников, которые тоже переписываются каждый раз со сменой идеологии. Куда интереснее и живее история в лицах и судьбах.

Несгибаемый Жириновский Может быть, именно осознавая, что история его семьи — это часть истории его Родины, Жириновский так тщательно занимался изучением своей родословной. И благодаря кропотливому труду составил фамильное древо.

«Я всех выписал и всех обозначил, — рассказывает Владимир Жириновский о своих предках. — Никто из них не участвовал в войнах и революциях.

Мирно работали в тех странах, где проживали, и работали честно. Никаких особых богатств не было.

Кроме того, обозначил сведения, которые сегодня получают в лаборатории на основе анализа слюны человека (ДНК). А именно — определяют, кто и где был прапрапрадедом, прапрапрародственниками.

Мои прапрапрародственники проживали в Северной Италии, в греческих Салониках, и в Елабуге, что на севере Татарии. Пусть каждый сумеет составить свою родословную хотя бы за 200 лет. За 200 лет мне известно все обо всех».

Владимир Жириновский никогда не видел отца, тот уехал из Алма-Аты в день его рождения — так сложились обстоятельства. В год своего 60-летия Жириновский впервые побывал на его могиле. Об этом много писала пресса, зачастую передергивая факты. Сам Жириновский посвятил отцу книгу, которая так и называется — «Мой отец».

Несмотря на то что Владимир рос без отца, да и мать видел не часто, поскольку та много работала, он стал лидером. Лидером партии, лидером в политике, лидером по жизни, человеком, принимающим решения и отвечающим за них. Про таких людей говорят: сам себя сделал. Жириновский и не отрицает это: «Сам, только сам. Никогда ни к кому не обращался в молодые годы, не обращаюсь и сейчас. Никаких имиджмейкеров, советников, консультантов — никого. То есть сейчас они у меня по штату имеются, но я их мало слушаю, все сам решаю, только сам».

Жириновский родился 25 апреля 1946 года в Алма-Ате, тогдашней столице Казахской ССР. «Скорую» не дождались, пришлось родному дяде, жившему в соседней комнате трехкомнатной квартиры, перерезать кухонным ножом пуповину. Когда приехали врачи, все, что им оставалось сделать, — забрать новорожденного с мамой и отвезти в родильный дом.

Едва оправившись от родов, мать тут же вынуждена была заняться большой семьей. Это сейчас роженицам за второго ребенка и материнский капитал дают, и декретный отпуск в несколько лет оплачивают. А тогда какие годы? Месяц — и вперед. Надо семью кормить, а в ней шесть ртов.

Впрочем, так и рожали всегда бабы на Руси. Как вы думаете, зачем в костюме русской женщины столько юбок? Для того чтобы внутри всегда была чистая, так называемая нижняя. Вот она жнет в поле, схватки начались, она в траву отползла, родила, серпом пуповину перерезала, в нижнюю юбку новорожденного завернула, в траву положила и опять жать. Скажете, ну это в царское время! При советской власти уже роддома были, декретные отпуска. История семьи Жириновского говорит о том, что от царского времени мало чем отличался 1946 год. Хотя советской власти было уже три десятка лет. Ну разве что серп в этой истории заменен кухонным ножом, а так: родила — и «в поле».

Никаких социальных гарантий. Правда, за шестого Несгибаемый Жириновский ребенка Александра Павловна была награждена медалью Материнства I степени. Жириновский гордится тем, что маму за него наградили.

С годами их большая семья разлетелась по самым разным точкам огромной страны. Члены этой семьи есть сегодня и в Москве, и в Петербурге, и в Пензе, в Сызрани, в Сасово, в Кемерово, в Братске и в Архангельске, в Ульяновске и в Пятигорске, в Гомеле и на Дальнем Востоке, в Краснодарском крае, Армавире и Майкопе, на Сахалине, в Бишкеке и в Душанбе. Так что Жириновский чувствует себя как дома во многих городах.

Но несмотря на трепетное отношение к семье, Владимир Вольфович рассуждает так: «Надо, чтобы у нас была связь с историей страны, а не просто история семьи. Поэтому я дал все исторические оценки тому, что происходило в стране: революции, войны, переселение, беженцы, национальный вопрос, религиозный вопрос, все, вместе взятое». Вот это упорство, желание расставить все точки над i, самому принимать решения у Владимира Жириновского с рождения — в буквальном смысле слова. С самого первого момента появления на свет его характер напоминает твердый камень, а счастливое провидение ведет его по жизни, в чем читатель не раз убедится на страницах этой книги.

Володя Жириновский родился в Казахстане.

Но в его доме жили одни русские. Да и большинство алмаатинцев тоже были русскими, ведь жили они на исконно русской земле, открытой и освоенной русГлава 1. Родился русским на русской земле скими первопроходцами в царское время. Потом уже сталинскими указами будет создана Казахская АССР, затем Казахская ССР, которая после развала СССР отделится и станет независимым государством Казахстан. Так что Жириновский всегда знал и небезосновательно считал, что родился он на русской земле среди русских людей.

Хотя иногда ему напоминали, что казахи, по советским законам, являются основой союзной республики, а они, русские — так, довесок, удобрение к национальной почве. Первой, кто преподал Жириновскому этот урок, была, как ни странно, его мама.

Володя с детства был любознателен, мучил ее разными «почему». И вот однажды спросил: «Почему мы живем в коммуналке? Почему не можем иметь отдельную квартиру?!» Мама, как всякая простая русская женщина, поначалу терпела. Переводила разговор на другую тему. Но Володя не привык отступать, он продолжал допытываться. И Александра Павловна сдалась: «Мы не казахи, — махнула она рукой. — Нам трудно здесь получить квартиру. Так как в первую очередь обеспечивают казахов». Он по малолетству не мог дать этой несправедливости определения, не мог понять причин, по которым один человек лучше другого, но навсегда запомнил мамины слова.

От этого он не перестал дружить с казахами.

Мальчишки не разбираются в нюансах национальной политики. Они дружат просто так. Для них нет неправильного разреза глаз или цвета кожи. Что им пятый пункт в паспорте! Им нечего делить. Однако ощущение несправедливости происходящего в душе зародилось. Ага, я не такой, как казахи, я другой. Какой?

Несгибаемый Жириновский Национальная идентификация, то есть выделение себя как представителя конкретной нации среди других равных наций, именно так и происходит.

Всегда — по отношению к другим. Среди своих это не проявляется. Нужны внешние истоки и основания.

Вон толерантные французы даже и не думали, что так тяжело им будет смириться с тем, что в Париже все больше жителей с другими жизненными устоями и привычками.

Мы же вообще все вышли из СССР, нам с рождения внушали идею пролетарского интернационализма: свое национальное самосознание спрячь поглубже, уважай и цени культуру других народов.

Поэтому русские не так восприимчивы к национальным обидам. Поставляем энергоресурсы нашим друзьям-соседям за бесценок. В ответ получаем оплеухи то из Киева, то из Минска… Первые три года после рождения шестого ребенка Александра Павловна не могла найти постоянную работу, продавала вещи — денег на то, чтобы прокормить семью, едва хватало. Все, что можно, продала. Жили по-прежнему в одной из комнат трехкомнатной коммуналки. В большой проживала ее старшая сестра, Валя. В маленькой — другие жильцы.

Из-за этой тесноты и вечного безденежья пришлось сыновей Юру и Сашу отдать в суворовские училища.

Они так и пошли по военной стезе, стали кадровыми офицерами. А двух младших дочерей Надю и Любу взяла к себе тетка (сестра маминого мужа), проживавшая в г. Ульяновске. С Александрой Павловной осталась 10-летняя дочь Вера, которая помогала ей воспитывать младенца Володю. В 1949-м году Александра Павловна устроилась наконец в столовую.

Вера хоть и помощница уже была, но и учиться ей было нужно, вот и отдали Володю в круглосуточные пятидневные ясли. Мало кто из нынешних молодых людей знает о существовании такого заведения — круглосуточные ясли. Это почти интернат. Пять дней в неделю ребенок находится в казенной обстановке и только выходные проводит дома, со столь необходимой в таком возрасте мамой.

Какие развивающие занятия, йога для младенцев, бассейн, чтение книг на ночь? Режим, распорядок, дисциплина — вот основы советской педагогики.

Какая сейчас проблема у молодых мам? Как научить «памперсного» ребенка ходить на горшок. Глянцевые журналы для родителей пестрят советами. Хотите совет от советских педагогов? (Простите за каламбур.) Пожалуйста: строго по расписанию берете горшок, желательно металлический, ставите его на кафельный пол в ванной или туалете и зычным басом кадрового офицера, ведущего в атаку, по крайней мере, полк солдат, командуете: «На горшок! Я сказала, на горшок! Сидеть!», и пусть сидит, пока все дела не сделает. Через неделю он забудет о том, что такое «делать в штаны».

Вот что вспоминает сам Жириновский об этом времени: «Помню круглосуточные ясли. Мне три года.

Няня ушла — все спят. На улице дождь. Мне страшно.

Первая мысль, почему меня отдали сюда? Пять дней Несгибаемый Жириновский без мамы! Я очень боялся, особенно по ночам. Витаминов не было, всех поили рыбьим жиром. Большая трехлитровая банка, общая столовая ложка, и мы все в очереди стоим. Я тогда думал: «Почему всем? Почему из одной ложки? Кто-то кашляет, кто-то больной, а мы из одной ложки рыбий жир пьем. Вот так все это на меня действовало».

Потом был детский сад, тоже заведение весьма и весьма дисциплинирующее. Но Владимир — бунтарь, воевал против системы с раннего детства.

Сначала протест выражался в том, что он играл исключительно поломанными игрушками. Его сверстники делили впятером одну машинку, а он в углу играл с той, что никому не пригодилась.

Жириновский считает, что это обстоятельство тоже сформировало его характер. Когда за ребенка принимают все решения, предоставляют ему готовые ответы, не дают мальчику самому пережить свои страхи, он становится инфантильным, не видит общества, не замечает происходящих в нем процессов, не может анализировать.

А шестилетнего Володю даже из детского сада исключили. Воспитатели объяснили, что он неуправляемый, все время с ними спорит, и упросили мать забрать его из стен приличного общественного заведения.

И все лето перед школой он провел дома. С соседскими мальчишками лазил по окрестным садам за яблоками, грушами, сливой, вишней. Витамины получал таким образом, шутит.

В этом возрасте он не только шалил, но и много читал. Детских книг в доме не было. И он читал те же, что и мать, — «Американскую трагедию» Теодора Драйзера, «Королеву Марго» Александра Дюма. Он мало что в них понимал, но тяга к живому слову пересиливала.

Вовсе не Том Сойер и не Карлсон с Малышом стали его любимыми литературными героями. Моцарт и Сальери — две вечные человеческие ипостаси.

Пушкин писал, что талант всегда от Бога, всегда велик и чужд зла. Бездарность, напротив, мелка в своих желаниях, способна на подлость и даже на преступление, завистлива. Она ненавидит тех, кто слышит иные звуки, только за то, что ей самой они недоступны. Бог не поцеловал ее в темечко. А значит, остается одно — усомниться в существовании Бога, решить, что все дозволено, пользоваться благами земными на полную катушку, поскольку иные (духовные) недоступны.

Тяга к чтению останется у Жириновского на всю жизнь. Библиотека у Председателя ЛДПР, доктора философских наук, профессора, а ныне еще вицеспикера Государственной Думы насчитывает несколько тысяч томов, разве что приоритеты сместились — книги по истории, философии, политологии преобладают.

Их он открыл для себя в школьной библиотеке, в которой читал запоем. На уроках полемизировал с учителем по разным вопросам истории государства российского. «Но при всей горячности, категоричности, иногда и вспыльчивости, никогда не позволял себе выпады в сторону педагогов. Никаких унижений, оскорбительного тона, грубости ни с друзьями, Несгибаемый Жириновский ни с педагогами не было. Порядочным всегда был. И умным», — вспоминает о своем воспитаннике учитель истории Серафима Филатовна Никонова из Алма-Аты.

В школе Володя был активным, вел общественную работу. Кем только не был! И санитаром, и старостой класса, позже, уже пионером, был звеньевым, председателем Совета отряда. В старших классах — комсоргом, главным редактором школьной газеты.

Собирал металлолом, макулатуру. «Во всей общественной жизни участвовал», — резюмирует Владимир Жириновский. Его даже избрали председателем рационализаторского школьного бюро. И вне школы он не слонялся без дела: разводил голубей, кроликов, самостоятельно учился игре на гитаре, играл на домре в духовом оркестре и оркестре народных инструментов Дома пионеров, мечтал научиться играть на фортепиано.

Школа оставила неизгладимый след в его жизни. В сентябре 1953 года он пошел в г. Алма-Ате в первый класс 25-й средней школы имени Дзержинского. Тогда это была только мужская школа, лучшая в городе. Мать сшила китель и брюки на соседской машинке, где-то достав кусок материи. Эта форма и портфель в руках означали, что он уже не уличный мальчишка, не маменькин сынок, а ученик, школьник.

В первом классе было тридцать мальчиков. Его первый «трудовой коллектив» — так ему тогда казалось. У него появилось постоянное занятие, своего рода работа. Появилось расписание уроков. От этих необычных атрибутов возникало ощущение праздника, новой жизни, большого дела.

В первый школьный день к этой небывалой доселе радости примешалась и печаль. Традиция дарить учителю цветы 1 сентября сохранилась в России до сих пор. И Володя не был исключением, каждый год шел в школу с букетом. А вот когда он поступил в первый класс, наоборот, старшеклассник поднес ему цветы. И Володя радостный возвращался домой. Это был первый букет, который он получил, его он запомнил на всю жизнь.

Но дома радость поутихла. Мама, самый близкий человек, с которым мальчишке так хотелось разделить этот первый светлый праздник, была на работе. Так что вернулся первоклассник домой, где его никто не ждал, никто не поздравил, никто не обнял, никто не приласкал. Горькое ощущение от этого у Владимира Жириновского тоже осталось на всю жизнь.

Со второго класса ввели совместное обучение.

В школе появились девочки. За его парту посадили Олю Звонцову, которую он сразу же поцеловал. Володе она понравилась, и он решил, что если так, то как порядочный мужчина он просто обязан ее поцеловать. Но душевный порыв не оценили, Олю тут же пересадили. Может быть, по этой причине Жириновский до сих пор видит преимущество в раздельном обучении.

У Володи было много друзей, с ним дружили даже мальчишки намного старше. Во втором классе его принимали в футбольную команду четырех-, шести- и, что уж совсем неслыханно, восьмиклассники.

Мало того, они часто выбирали его капитаном, потому что он быстро соображал, быстро реагировал.

Вроде и в футбол играл неважно, а все равно его Несгибаемый Жириновский кандидатуру предпочитали. Видно, ценили умение вовремя принять нужное тактическое решение. Однажды его команда проигрывала, шансы на победу были минимальными, и вдруг именно Володя забивает гол — его поставили в нападение. Ему было лет тринадцать. До 18 лет он во дворе играл в футбол, хотя футболистом так и не стал.

С детства у Жириновского спортивный характер.

Ему мало только участия, всегда хотелось победы. А спорт — вещь состязательная, почти как политика. Вот он и записывался в спортивные секции. Чем только не занимался! Гимнастикой, самбо, стрельбой, велосипедом. Научился плавать, неплохо фехтовал.

Карьеру фехтовальщика перечеркнул вывих пальца. Из-за него не взяли на очередные соревнования. Было до жути обидно. Ему хотелось получить разряд. Но это тоже был урок. Кто-то из великих сказал, что путь победителя — это упорное следование от одной неудачи к другой. Володя не знал этих слов, но считал, что проигрыш — это не конец. В главном обязательно повезет! И он старался изо всех сил добиться успеха на другом поприще.

То ли жизнь научила, то ли от рождения Жириновскому было дано сострадание к людям. Иногда человек вовсе не больной и не слабый, но что-то в его жизни не складывается, почему-то все ему дается с большим усилием, чем остальным. Другой бы прошел мимо, не обратил внимания, а Володя всегда готов был помочь таким людям. Из-за этого еще в юности пострадал.

Дело было так. Как комсорг, он встал на защиту девочки — племянницы уборщицы. Классная руГлава 1. Родился русским на русской земле ководительница ругала ее за плохую успеваемость.

Но Володя видел, что девчонке тяжело. Все после уроков расходились по домам, а она мыла классы.

Пятнадцатилетняя девчонка по 5–6 часов каждый день драила школьные полы и парты. До уроков ли ей было после такой работы? А учитель словно и не замечала ее проблем. И вот тут Володя Жириновский вступился и за это лишился звания комсорга. Отучило ли это его вступаться за тех, кому не повезло в жизни? Весь жизненный путь говорит о том, что нет.

Участвовал Жириновский и в общественных судах. Да, были и такие в советское время. По школьному радио называли фамилии тех, кто плохо учился, опаздывал на занятия, совершал некрасивые поступки. Примерно раз в месяц собиралось заседание с «судьями», «прокурором», «адвокатами». На них ребята обсуждали принципиальные вопросы школьной жизни.

Например, два ученика украли запасные части из авторемонтной мастерской, куда школьники ходили на производственную практику. Их судили прямо в школе, Володя выступал в роли общественного обвинителя. Он продемонстрировал блестящие ораторские способности. После чего ему начали поручать разбираться в спорах, недоразумениях, конфликтах.

Это были его первые уроки нравственной риторики.

При этом Володя никогда не предлагал свою кандидатуру, хотя и не возражал, когда его выдвигали. Его кандидатуру предлагали классный руководитель, учителя, соученики.

Однако не всегда правда и справедливость торжествовали. Он это чувствовал, но за себя заНесгибаемый Жириновский ступаться не считал нужным. Обиды сносил молча, как мужчина. Вот как-то надо было написать сочинение по сказкам. И Володя написал о том, как мужик вез рыбу на телеге, а лиса забралась сзади и всю рыбу втихаря съела да и убежала. Мужик ничего не слышал, а когда опомнился, поздно было. Все вроде бы складно получилось, но чего-то не хватало. И решил Володя свое сочинение украсить. Да вот беда — рисовал он не очень хорошо. Пришлось просить соседа по дому, имевшего навык художника. Тот не отказал и оформил работу, картинка получилась хорошая. Друг впоследствии стал архитектором. Жириновский всегда умел подбирать кадры!

Но учитель «кадровой политики» не оценил и влепил тройку за рисунок. Володю тогда очень задела эта несправедливость.

Еще один случай врезался в память. Как-то на контрольной Владимир решил три примера из четырех и заработал тройку. А сосед ограничился решением одного примера и тоже тройку получил.

Оказывается, его мама приносила преподавателю конфеты. Все ученики это знали.

Вообще, математику ученик Жириновский искренне не любил, может быть когда-то отстал, запустил… Но так или иначе, выход искать надо. А выход в таком случае, как известно, один — списывать. Владимир признается, что шпаргалок не делал, предпочитал заглядывать к соседу в тетрадь, проверяя дружескую взаимовыручку.

Володя очень любил петь, хотя учитель говорил, что у него со слухом неважно, и ставил ему тройки. Удовлетворительно было и по поведению. СлишГлава 1. Родился русским на русской земле ком много разговаривал. Отвечал за других, когда те молча переминались у доски, не выучив урок. Учителей эта активность раздражала. Как это без спроса с места кричать! Вот и снижали оценки по поведению.

В общем, отличником не был и постоянно спорил с учителями, за что его трижды исключали из школы. Владимир Жириновский вспоминает: «Из школы меня исключали пару раз: на два дня и на три дня за поведение. Но не за плохое, я не ломал ничего.

Но когда отвечали у доски и долго не могли ответить, я торопился, я знал ответ и подсказывал. А учителям это не нравилось. И был конфликт с учителями. В 7-м и 8-м классах меня на три дня исключали».

В школе Володя встретил первую любовь.

Влюбился в одноклассницу, дочь полковника госбезопасности. Она отвечала ему взаимностью и даже однажды помогла получить четверку за сочинение по Островскому. А все потому, что в СССР госбезопасность знала все! Заранее! Даже темы школьных сочинений! Их-то заботливый отец и сообщил дочери накануне классной работы. Юная Джульетта позвонила своему Ромео в 7 утра и поведала «государственную тайну». Казус заключался в том, что Володе пришлось для этого незаконно подключиться к соседскому телефону. Как же облегчилась жизнь современных влюбленных! К их услугам вполне законные средства современной связи: блютусы, айфоны и прочие гаджеты.

В школе Володя много путешествовал, побывал с друзьями в Москве, Ленинграде, ездил на Черное море. Денег у мамы не брал — сам зарабатывал.

Дело в том, что советская школа имела одно неоспоНесгибаемый Жириновский римое преимущество — уклон в сторону профессионального обучения. Старшеклассники, параллельно с учебой в школе, могли получить рабочую специальность.

С 8-го класса Володя вместе с одноклассниками два дня из пяти ходил учиться на автослесаря на авторемонтный завод № 2 Алма-Аты. Там ребята находились почти весь рабочий день, с 8 до 16 часов.

Сегодня Президент Медведев много говорит о модернизации, считая эту проблему насущной. А Жириновский понял это еще в школе. Володя занимался обточкой коленчатого вала и предложил схему, при которой все валы выдвигаются, включается двигатель, масло течет по желобу и проходит в каждую щель, таким образом происходит ускорение процесса обработки коленчатых валов. Такой смелости инженерной мысли даже сам мастер цеха подивился, потом подсчитал, сколько на этом можно сэкономить. И решил Володю отметить.

В общем, четыре года они стажировались на заводе. По окончании школы его фамилию занесли в школьную летопись как рационализатора, и вместе с аттестатом Владимир Жириновский получил свидетельство автослесаря второго разряда.

Но не только рабочей профессии их в школе учили, возили и в колхоз. Причем не просто так, познакомиться, как на селе живут. Нужно было каждый день давать норму. Рабочий день начинался в семь утра, а заканчивался в час дня. Правда, был такой стимул: кто первый выполнит норму, может отдыхать. Володя заканчивал в девять утра, свою норму выполнял за два часа. В связи с чем имел заслуженГлава 1. Родился русским на русской земле ные блага: пока все работали, он гулял по лагерю, отдыхал.

Во время учебы в школе Володе нередко приходилось думать и о том, как выжить. Ведь заработок его матери был более чем скромным. Еще совсем мальчишкой Володя искал, как мы сказали бы сейчас, подработку.

Несмотря на то что Жириновские жили в городе, у них был свой клочок земли, за которым Володя должен был ухаживать. Как же ему было обидно, когда кто-то украл из их садика яблоню-трехлетку!

Мама сажала анютины глазки, львиный зев, гладиолусы, астры. Ей нравилась сирень, которая росла под окном. Неслучайно, самые любимые цветы Владимира Жириновского — анютины глазки, гладиолусы, незатейливые полевые цветы. Любит он ландыши, подснежники. В марте, едва начинал сходить снег, он с ребятами лазил в горы и искал нежные белые цветы.

Время было трудное, но всех воспитывали так, что нужно делиться, хотя бы даже и последним. Не все воспринимали эту истину, как единственно верную. Володя же готов был делиться со всеми тем, что у него было. Однажды соседский мальчишка забрался в их сад и принялся рвать ягоды. Володя хотел его побить, но не смог и лишь спросил: «Зачем ты это сделал? Это моя малина». А когда тот ответил, что голодный, Володя не стал его бить. Родные Владимира Жириновского часто вспоминают, что для него характерны такие качества, как доброта, чистота, справедливость. «Эти качества, — говорит Жириновский, — воспитали во мне трудное детство и юность».

Несгибаемый Жириновский Володя рос не в парнике. Дворовая ребятня была его окружением. Среди них были и умные, и не очень, честные и жуликоватые, скромные и хулиганистые. Среда всегда влияет, но не всех подчиняет своим порядкам. Можно жить рядом и общаться со шпаной, но самому не стать подлецом, вором, хулиганом. Внутренний стержень удержал Володю от всякого рода неприятностей. Если ребята затевали драки, ему в них участвовать не хотелось. Приходилось, правда, идти вместе со всеми, иначе запишут в предатели, объявят бойкот.

Раньше было принято драться двор на двор, улица на улицу. Может, «традиция» эта от русских кулачных боев пошла. Может, просто юношеская агрессия выхода искала таким образом. Маленького Володю ребята постарше пытались использовать.

Говорили: «Подойди и ударь такого-то. Начни драться, а мы уже включимся». Но он не поддавался. Не понимал, как это — взять и кого-то ударить.

Особым шиком в Алма-Ате среди подростков была болгарская «Шипка». Так назывался сорт сигарет. Достать ее было трудно. Но все где-то доставали и курили. Володя попробовал — не понравилось. Когда ему было лет 15–16, купили с друзьями бутылку вермута. Тоже дегустация оказалась не из приятных. Так что ни к алкоголю, ни к табаку Владимир Жириновский так за всю жизнь и не пристрастился.

Как и к наркотикам. Хотя в Алма-Ате свободно употребляли анашу, это был как бы местный обычай.

Володя часто видел на рынке, как у мужчин что-то зеленое течет изо рта. Думал, что они больные. Нет, вполне здоровые советские граждане среди бела дня жевали насвай. Жириновский признается, что попробовал — не понравилось. Привез приятелю, дал ему попробовать — того вырвало. С тех давних пор это дьявольское искушение не имеет над ним никакой силы.

В этом возрасте Володя обожал кататься на трамваях. Денег на такое развлечение не было, поэтому билет не брал, катался зайцем. Контролеров было легко разжалобить, те понимали, что у мальчишки нет денег. Так он узнавал свой город, маршрут каждого трамвая выучил назубок. Или бродил по улицам, смотрел, изучал.

Как-то без денег на перекладных отправился в гости к брату на другой конец города. Тот отдал ему старое пальто. Володя нашел подарку очень полезное применение: взял на каток, сдал в залог вместо денег, получил коньки и так и оставил их у себя, не забрав старое пальто.

Но и за книгами времени он по-прежнему проводил много. По радио и телевидению с утра до вечера была только пропаганда, газеты пестрели однообразными статьями о достижениях советской экономики. Оставались книги. Он читал все: труды по основам политических знаний, основам экономики, философии. В то время выходило много популярных книг по общественным наукам. И как у каждого мыслящего человека, в его юной голове сначала происходил синтез чужих знаний, а потом на его основе возникал анализ собственных мыслей. К 18 годам у Владимира Жириновского уже был собственный взгляд на многие проблемы.

Несгибаемый Жириновский Дети артистов становятся артистами, иногда вопреки мере своего таланта, дети врачей почти всегда выбирают эту нелегкую профессию, дети моряков… и далее по списку. Это закономерно — дети выбирают то, что видят вокруг, к чему привыкли в семье. Ну и конечно, Володя Жириновский не был исключением, тоже мечтал стать кадровым офицером, таким, как в фильмах про войну, их очень много тогда выходило на экраны. Ведь семья Жириновских жила на Артиллерийской улице, школа носила имя Дзержинского. Рядом находились здания КГБ, МВД республики. Оба брата Владимира стали военными: один окончил танковое училище, другой — училище связи. Володина мама увлекалась стрельбой, даже имела разряд. По соседству в маленьких домах жили офицеры. Все было связано с армией.

Володя родился сразу после Победы, эхо войны отзывалось в сердцах его сверстников. Когда два его брата-курсанта приезжали домой на побывку, он любил примерять их военную форму, сохранилась даже его фотография в лейтенантском обмундировании.

«Я, — вспоминал Владимир Жириновский, — хотел поступить в военное училище, пришел в военкомат, говорю, хочу быть офицером внутренних войск. Тогда модно было. А мне сказали: нет такого училища. Я был молодой. Нет, так нет, хотя такие училища были — два, три. Просто наплевательское отношение проявил военком».

Но вот школьные годы остались позади. Владимир Жириновский получил аттестат зрелости — так тогда называли в народе аттестат о среднем образовании. В этом аттестате троек не было, но и пятерок было всего шесть. Конечно, их могло бы быть и больше, если бы не упрямый нрав.

Когда Володя получал аттестат, то директор, вспоминая его активность в общественной работе, особо отметил, что аттестат вручается «прокурору школы». Именно этот упорный характер позволил Жириновскому и выбор сделать соответствующий.

Он решил поступать, ни много, ни мало, в МГИМО.

Написал брату, который проходил службу в одном из подмосковных гарнизонов, попросил выяснить условия приема. Брат ответил, что МГИМО общежитием не располагает. Так ему объяснили по телефону, а он честно написал об этом Володе. Тем не менее общежитие у МГИМО было. Но таким вот странным образом отрезался путь в престижный вуз иногороднему мальчишке. Общежитие предназначалось только для тех, кто поступал по разнарядке.

Национальные кадры принимались без экзаменов и сразу же получали заветное место в общежитии.

Денег, необходимых для того, чтобы снимать хотя бы комнату, у Жириновского не было, брата стеснять не хотелось, в разнарядку он тоже не попал.

А самостоятельно через жерло конкурсного отбора он вряд ли бы прошел, ведь нужно было набрать немыслимое количество баллов. Надо было сдать все на «отлично». Мальчики из московских спецшкол, пожившие с родителями за границей, и то не все справлялись с этой задачей. А ему, закончившему обычную провинциальную школу, уж тем более этот «гранит» вряд ли бы оказался по зубам. Вот так ВлаНесгибаемый Жириновский димир Жириновский и не попал в престижную кузницу дипломатических кадров.

Он решил поступать в МГУ. Тоже очень амбициозная мечта для провинциала. Без всякой протекции и «специальной подготовки» попасть в один из ведущих вузов страны… Мало кто из его сверстников решился бы на такой шаг… 3 июня 1964 года в московском аэропорту Внуково Владимир сошел с трапа самолета Ил-18 — гордости отечественной авиации. Вот как описывает нашего героя Владимир Карцев, автор книги «Жириновский!», вышедшей в 1995 году в Нью-Йорке: «У этого юного Растиньяка поношенный «балетный» чемоданчик со стираными трусиками, штопаными носками, купленной с рук ношеной одеждой и книжками для подготовки к экзаменам (документы и деньги булавкой приколоты к внутреннему «секретному» карману брюк)».

Правда, в плетеной корзинке лежали алма-атинские клубника и помидоры. Володя не знал, что для столицы это роскошь. Заботливая Александра Павловна учила сына, что, мол, в случае чего, угостишь кого надо в приемной комиссии. Он оставил мамин гостинец в камере хранения в аэропорту. Неудобно как-то было с этой незамысловатой «взяткой» являться в институт.

Жириновский бы все равно не смог ее дать, не приучен Несгибаемый Жириновский был. Так и скисли дары щедрой южной природы в железном ящике.

Не отягощенный ничем, кроме знаний и юношеских амбиций, Владимир с большим интересом рассматривал пейзаж за окном автобуса. Все вокруг было так не похоже на алма-атинские степи. Впервые он увидел тогда русские избы. Как в другую страну приехал, думал Владимир Жириновский. Автобус обгоняли редкие в то время «Волги», в основном это были таксомоторы, и «Москвичи».

Володя хотел покорить этот неизвестный мир, стать политиком, а может быть, великим писателем, как Лев Толстой. Перед ним открывались все дороги, а с его целеустремленным характером и непомерной активностью все казалось возможным. Но тоска по родному городу щемила сердце, он думал о маме, которая с такой болью расставалась с ним, провожая в Москву. Прошло несколько часов, как он улетел из Алма-Аты, но мысли о ней не покидали.

Столица вынырнула из-за крон деревьев неожиданно, вскоре возникло знакомое только по фотографиям величественное здание МГУ. Оно показалось провинциалу громадным, а затем одна за другой замелькали московские улицы. Они пестрели спешащими по своим делам людьми. А вот и Москва-река, Большой Каменный мост и вид на Кремль. Этот символ сердца Родины уже давно сопровождал его по жизни, как и других советских мальчишек и девчонок. Но увидев его воочию, Владимир почему-то вспомнил… бабушку Фиону. Та предрекала ему, что если он не станет хулиганом, то обязательно будет работать в Кремле.

На площади Революции была конечная остановка автобуса. Владимир сделал по центру Москвы несколько шагов и увидел величественный дом, попросил случайноГлава 2. Москва сдается, хоть и с боем го прохожего его сфотографировать. Эта фотография на фоне здания тогдашнего Совета министров СССР, позже Госплана, навсегда запечатлела первый день пребывания Жириновского в столице.

Сегодня Председатель ЛДПР Владимир Жириновский бывает в этом здании каждый день. Здесь расположена Государственная Дума, в которой он является одним из самых главных лиц — вице-спикером. Бабушка Фиона оказалась и не так далека от истины… Институт восточных языков, находился неподалеку, за гостиницей «Националь». Расспросив, как найти приемную комиссию, Владимир с замиранием сердца поднялся по лестнице с витыми перилами. Открыл дверь, положил на стол документы. И тут же столкнулся с партийным произволом. Для поступления нужна была рекомендация райкома комсомола. Зачем? Что за бред?

Почему «верный сын» коммунистической партии должен был рекомендовать вузу, брать ему этого студента или не брать? Да чтобы сразу поставить клеймо — «благонадежный». Тем более что вуз готовил дипломатов, переводчиков — тех, кто потом будет представлять родное государство на внешнеполитической арене. Здесь «бдить» надо было особенно тщательно.

Ничего не оставалось Владимиру, как повернуться и отправиться добывать заветную бумажку — райкомовский пропуск в новый мир. Жилья в Москве не было, знакомствами в столице он не обзавелся, пришлось поехать к брату в Подмосковье. Оттуда Владимир и телеграфировал матери, что нужна характеристика. Летом, в сезон отпусков, Александра Павловна сделала почти невозможНесгибаемый Жириновский ное: она обежала все мыслимые и немыслимые кабинеты, но добилась-таки для сына нужной бумажки. Документы были сданы, койка в общежитии получена, оставалось готовиться к экзаменам.

Абитуриентам нужно было написать сочинение, сдать русский и историю устно, английский — устно и письменно. Знаний по английскому языку явно не хватало. Поэтому Владимиру пришлось брать частные платные уроки. Денег у него не было, и он вновь обратился за помощью к маме. Та, несмотря на материальные трудности, сумела прислать требуемую сумму — сто рублей за десять занятий, что было очень много по тем временам.

Репетитора найти оказалось непросто. Владимир же никого не знал в этом огромном городе. Но он не растерялся. Столкнулся в институтском коридоре с какой-то женщиной, попросил ее помочь. Дама оказалась секретарем кафедры иностранных языков и рекомендовала нужного педагога. Ведь любой не подошел бы. Нужен был именно такой, что знал требования по английскому языку и приблизительные темы письменных работ. И целый месяц Владимир ездил на Речной вокзал писать сочинения, изложения. Такие дальние поездки стали для него первым знакомством с городом.

Устный экзамен по английскому языку сдал на тройку. Еще одна ошибка, и не видать ему студенческого билета. За устный экзамен, правда, получил четверку. Может быть, сыграло роль его человеческое обаяние. Что показательно, историю Володя сдал на пять. Это был его конек.

Он позже даже жалел, что поступил на отделение «Турция.

Турецкий язык и литература», надо было на историю Турции. Филологические науки студент Жириновский недолюбливал, а вот история ему всегда нравилась.

1964 год был последним годом правления Хрущева.

Генсек на закате своей карьеры порекомендовал вузам принимать хоть какое-то число детей из бедных семей, из провинции. Среди поступавших в престижный вуз с такими «параметрами» в этот год Владимир оказался один. И его приняли, мало того — по его оценкам определили проходной балл. Если бы не было такого указания Хрущева, то, считает Жириновский, его бы завалили на экзамене.

Но как бы то ни было, он поступает с первой попытки! Владимир становится студентом Института восточных языков (ИВЯ, позже Институт стран Азии и Африки) при МГУ. В группе по специальности «Турция. Турецкий язык и литература» было шесть человек, в том числе сын генерала, сын заместителя министра иностранных дел, сын ответственного работника ЦК КПСС, сын начальника главка госкомитета по внешнеэкономическим связям. У юноши, приехавшего из далекой Алма-Аты, за спиной ни денег, ни родителей с положением и связями. У него ничего общего с детьми советской элиты. Поэтому дружбы поначалу не получилось, зато ничто не отвлекало его от учебы и общественной работы.

Восточные языки тогда были в моде. Престижными считались японский и арабский. Но японский казался юноше сложным: иероглифы, непонятный строй языка. В итоге ему достался турецкий. Турецкий язык изучать хотелось меньше всего. Потому что жил в Казахстане, а казахский язык относится к тюркской группе языков — к той же, что и турецкий.

Восток хоть и был моден, но не очень манил. Жириновский сам только что приехал оттуда. Ему больше нраНесгибаемый Жириновский вился Запад — Париж, Берлин, Лондон. ИВЯ в 1964 году был вузом престижным, идеологическим, готовил государственных мужей самого высокого полета, способных защитить советские идеалы на самых дальних рубежах идеологического фронта. Но при этом преподаватели не скрывали своих либеральных взглядов, среди них было много сторонников свободы, гуманизма. Вот от них-то Жириновский и получил первые уроки демократии, а также глубокие знания по всеобщей истории, научился разбираться и в том, что происходит в мире.

При Хрущеве много интеллигентов вернулось из сталинских лагерей, Жириновскому особенно запомнился некий Андреев с философского факультета. В своих лекциях он громил культ личности. В Москве в то время шел процесс по делу диссидентов Синявского и Даниэля.

И хотя Владимир еще не мог в полной мере воспринять весь этот поток незнакомых мыслей, но все они, в той или иной степени, влияли на формирование сознания, обтачивали его.

Тяга к чтению в институте пришлась как нельзя кстати. Необходимо было очень много читать. В учебном плане был полный курс советской литературы. Владимир прочел «Жизнь Клима Самгина» Максима Горького.

Это мало кому удавалось — осилить все четыре тома.

Жириновского этот текст увлек. Сам Горький считал это произведение своей главной книгой, своим литературным завещанием и писал, что ему «хотелось изобразить в лице Самгина такого интеллигента средней стоимости, который проходит сквозь целый ряд настроений, ища для себя наиболее независимого места в жизни, где бы ему было удобно и материально и внутренне». Так что, несмотря на затянутый сюжет, Жириновский с удовольГлава 2. Москва сдается, хоть и с боем ствием наблюдал разные характеры, попавшие в обстоятельства переходной эпохи.

А вот «Один день Ивана Денисовича» читать не хотелось. И вдруг в коридоре услышал случайный разговор:

«Очень страшная повесть». Решил узнать, что же там такого страшного в этом дне Ивана Денисовича. И хотя нашел в книге много интересных мыслей, увидел страшные события, о которых раньше не знал, а мог только догадываться, все же Солженицына как писателя и как мыслителя не полюбил.

В ИВЯ был целый курс восточной литературы — китайской, индийской, персидской, турецкой. Особенно обширным был курс турецкой литературы — от древних времен до современности.

Турцию Жириновский сравнивает с первой девушкой. Турция, турецкий язык, турецкая культура — его первая профессия. Тема дипломной работы — творчество Саида Фаика, писателя отнюдь не пролетарского. Этот легкомысленный выбор темы чуть не стоил Владимиру диплома.

Жириновский основательно познакомился с творчеством Фаика и думал, что написал неплохую работу. Но преподаватели усомнились. Сказали, что в подходе к теме не чувствуется марксистско-ленинский литературоведческий метод. Турецкий писатель должен звать к топору, к революции. А Саид Фаик не оправдал ожиданий. Дипломная комиссия все допытывалась, почему Жириновский не выбрал Назыма Хикмета. Владимир все же получил законную пятерку.

Как и в любом другом вузе, в ИВЯ много внимания уделялось изучению марксистской теории — диамату, истмату, научному атеизму. Поэтому волей-неволей приНесгибаемый Жириновский шлось вникать в основы мировых религий, в частности ислама и буддизма.

Общественной работой в вузе Жириновский занимался так же активно, как и в школе. Уже на втором курсе за хорошую учебу он стал получать повышенную стипендию — сорок семь рублей пятьдесят копеек. Товарищи избрали его старостой группы, потом, на 4–5-м курсах, — комсоргом.

Вроде бы жизнь налаживалась, но в быту попрежнему было нелегко. В общежитии в одной комнате жили четыре человека. Картина типичная: общие туалеты, общепитовская столовка. Так что Володин рацион не очень обогатился, да и гардероб был скудным. Ведь даже дополнительных тридцати рублей, что выкраивала мать для него ежемесячно, было маловато. Нужно за общежитие платить, за проезд, покупать книги. Ежедневно уходило два рубля на питание. На жизнь хватало, но не более. А вот на то, чтобы девушку пригласить в кино или на танцы, — увы. Иногда он, правда, угощал всех в общаге ароматными, сочными алма-атинскими яблоками, что присылала мама время от времени. Таких в Москве было не достать.

Из-за вечного безденежья рождалось чувство унижения, он словно был человеком второго сорта. В стране, где для всех провозглашались равные возможности, слова расходились с делом. Жириновский это чувствовал на себе. У него не было денег на хороший костюм, на новую рубашку, ботинки. Были дешевые майки, трико за три рубля.

Как-то в одной из этих маек Владимир пришел на семинар. Преподаватель возмутился: «А что вы ходите в майке?» Пришлось купить рубашку. В другой раз декан факультета попенял студенту на старые, стоптанные кеды, вызвал его в кабинет и сказал: «Молодой человек, в такой обуви хорошо только на тренировке. У нас не принято вообще-то появляться на занятиях в таком виде». Уважаемый педагог не мог даже представить, что у Владимира не было тогда второй пары обуви.

Конечно, он не один жил в общежитии. Среди его соседей были студенты из других союзных республик, но им родители присылали большие деньги. Они вовсю гуляли, шиковали, пили вино, приглашали девчонок. На учебу времени совсем не оставалось, но тройки свои они каким-то странным образом получали. После окончания института их удачно распределяли, направляли на загранработу, а таких, как Владимир, которые учились на «отлично», оставляли в Союзе или отправляли в армию.

Много позже, недолгое время работая в Турции, Жириновский столкнулся с результатами такой национальной политики. Турки его спрашивали, почему к ним часто присылали на работу людей с плохим знанием турецкого языка. Не мог же он иностранных коллег посвятить в свои выводы о порочности национальной и социальной политики в СССР. Его всегда глубоко возмущала советская политическая риторика. Россия — это, мол, империя, русские в ней столетиями живут за счет других народов. А он видел, что на самом деле все обстояло совсем по-другому: русские были самой угнетаемой нацией в Советском Союзе.

Владимир все больше сомневается в том, что правда жизни и та картинка, которую рисуют советские идеологи, — одно и то же. На одном из семинаров стуНесгибаемый Жириновский денты рассуждали о смене общественно-экономических формаций. Дошли до капитализма и до революционного гегемона — пролетариата. Довольно молодой, но добросовестный профессор объяснил, что Маркс считал рабочий класс самым сознательным, революционным и организованным классом.

И тут вдруг неожиданный вопрос из аудитории:

— Скажите, кто образованнее: капиталист, окончивший университет, или пролетарий с церковно-приходской школой?

Профессор, хотя и смутился, но отвечал без запинки:

— Конечно, выпускник университета.

Студент Жириновский продолжал:

— Но тогда почему самым сознательным оказывается не капиталист с университетским дипломом, а рабочий с четырьмя классами школьного образования?

Ведь рабочий не может знать и сотой части того, что знает капиталист?

Такого на его занятиях еще не было. Никто не мог поставить под сомнение марксизм-ленинизм как вечно живое учение.

— Дело не в отдельных личностях, — заметил профессор. — Мы рассматриваем явление в совокупности, как класс, занимающий определенную общественную нишу, исходя, прежде всего, из системы производства и производственных отношений.

Жириновский и не собирался отрицать классовый подход. Он признавал справедливость классовой борьбы, считал рабочий класс самым передовым классом современной эпохи. Хотя бы потому, что знал немало думающих и толковых рабочих, у которых многому научился в жизни. Но всегда ли и везде классовый подход оказывается работоспособным? На этот вопрос профессор ответить не сумел, хотя после занятий и похвалил студента за любознательность. При этом добавил, что идеологию вносит в сознание рабочего класса интеллигенция, которая формируется как из среды рабочих, так и из среды капиталистов. Интеллигенция — не класс, а прослойка.

Она обслуживает разные классы и своего классового сознания не имеет.

Жириновский свое сознание имел. В стране, где идеология и политика имели один-единственный — коммунистический вектор, он интересовался и другими направлениями политической и экономической мысли. С этой целью в 1965-м Владимир поступил и в 1967 году окончил отделение международных отношений в вечернем Университете марксизма-ленинизма при парткоме МГУ.

Вроде бы солидное заведение, при парткоме.

Должно было бы сформировать у Жириновского правильные взгляды. Но эффект оказался скорее обратным.

Проглядел райком комсомола, не тому дал когда-то характеристику. Чем больше Жириновский изучал, тем больше у него росло осознание несовершенства, несправедливости советского общественного строя. Стали проявляться активный протест и стремление исправить его пороки.

Взгляды Жириновского пока кардинально не расходились с линией партии, поэтому 20 марта 1967 года он написал письмо в ЦК КПСС. Ему 21 год, но в этом послании он обращался к руководству страны с конкретными Несгибаемый Жириновский предложениями о проведении реформ в области образования, сельского хозяйства и промышленности.

До перестройки еще почти два десятка лет, а он, студент, уже понимал, что страна и общество нуждаются в реформировании. Он чувствовал это в частной жизни, а полученные знания по политэкономии, философии, истории КПСС только подводили базу под несогласие с существующим порядком вещей.

Он писал, что сельскому хозяйству нужны специалисты, а значит, нужно набирать в вузы сельских жителей. И давать им бронь от призыва в армию. Через 40 лет в Думе Жириновский попытается провести закон, запрещающий призывать в армию юношей из сельской местности, но и тогда власть окажется не готова поддержать его гражданскую позицию.

Владимир предлагал убрать кондукторов, отменить проездные билеты и оплачивать проезд по другой схеме.

Ставил вопрос о развитии автомобильной промышленности, еще не зная, что в Тольятти уже заложили автомобильный завод. В ответ на его письмо в отделе вузов МГК КПСС ему «разъяснили», что его предложения «нереальны по финансовым и некоторым политическим соображениям».

В то время, когда будущие рупоры перестройки и им подобные пели дифирамбы советской действительности, Жириновский уже находился в оппозиции режиму партноменклатуры, у него стал все заметнее проявляться социальный протест против тоталитарных порядков, существовавших в СССР.

Постепенно демократия и либерализм становятся основой его мировоззрения, на этих принципах он потом построит идеологию ЛДПР. В декабре 1967 года на физфаке МГУ Владимир принял участие в диспуте «Демократия у них и у нас».

«Я, — вспоминает Жириновский, — выступил с критикой нашей демократии. У нас была странная кадровая политика: если директором, то обязательно назначают участника войны. А если он дурак? Мне отвечают: как это участник войны может быть дураком?

Вообще я тогда говорил безобидные вещи. Но из моего выступления они поняли, что мне нравится больше там (на Западе), а не у нас».

После этой острой дискуссии руководство института сделало вывод, что этот активный студент не так уж и благонадежен, и взяло его на карандаш.

С горечью вспоминает об этом Жириновский: «Я честно высказал, что думал, чем вызвал неудовольствие партийных деятелей. Они где-то против моей фамилии поставили «галочку», и это должно было когда-то сказаться. Они мне все вспомнили, когда пришло время ехать на языковую практику со спортивной делегацией в Турцию, и мне нужна была характеристика. Ее не утвердили на основании того, что я якобы был политически неблагонадежным. Это было неприятно и несправедливо... Тогда уже появились настоящие диссиденты: Даниэль, Синявский, Солженицын... Кого-то запрещали, кого-то высылали. Но я был далек от этого, я лишь высказывал то, что было всем ясно и так. Только не все осмеливались произнести вслух.

Но и этого было достаточно, чтобы меня счесть неблагонадежным».

Так райкомовская характеристика, добытая в свое время Александрой Павловной, потеряла силу. Гриф неблагонадежности стоит на фамилии «Жириновский» до Несгибаемый Жириновский сих пор — за то, что имеет позицию, за то, что, в отличие от других, умеет и не боится ее высказывать. За то, что радеет за страну и народ.

Но вот ведь в чем парадокс. 21-летний Жириновский диссидентом действительно не был. Что подтверждает его решение на 5-м курсе вступить в ряды КПСС. Рекомендации дали преподаватели: куратор Ш.С. Айляров, член КПСС с 1924 года, и заведующий кафедрой тюркской филологии С.А. Соколов, член партии с 1946 года. Оба опытные, значительно старше Владимира по возрасту, оба знали его как отличного студента, активного комсомольца, выражали уверенность, что он будет честным коммунистом. Так Соколов отмечал: «В. Жириновский — энергичный, инициативный студент. Принимает самое активное участие в общественной жизни института. Пользуется уважением товарищей, и сам хорошо относится к своим товарищам, всегда готов помочь им… Я выражаю уверенность, что он будет достойно носить это высокое звание».

Комитет ВЛКСМ МГУ также рекомендовал Владимира к вступлению в КПСС. В его рекомендации было записано: «Принимает активное участие в общественной жизни института. На первом курсе руководил клубом интересных встреч, в течение трех лет являлся старостой группы, работал агитатором на III курсе. В настоящее время является секретарем комсомольского бюро V курса».

Казалось бы, маховик запущен. Но кто проходил эту процедуру, знает, что не все в ней так просто. Прием в партию был покруче, чем вступление в тайное общество.

Предстояло пройти такие инстанции, как партбюро факультета, партбюро института, партком МГУ. Последний имел права райкома партии и если утверждал все постановления нижестоящих инстанций, тогда, считай, вопрос решен. Но партийные боссы понимали, что один раз они уже проморгали, допустили нечестивца в ряды благонадежных. Видимо, опасаясь новых неприятностей, заявление затормозили. Уж очень много беспокойства было связано с этим «инициативным» студентом. Его выступления и письма доходили до высоких партийных инстанций, такую крамолу невозможно было допустить в стройных рядах строителей коммунизма.

И Жириновскому было отказано во вступлении в КПСС. Владимир тяжело пережил этот очередной удар судьбы. Он видел, кого принимают в партию, — сереньких, никчемных людей, которые способны лишь поддакивать и поднимать руку с постоянным «одобрям-с». С тех пор у него стало зарождаться и усиливаться негативное отношение к КПСС и особенно к ее большим и маленьким руководителям.

Шестидесятые годы ХХ века тем и примечательны в истории России, что породили целое поколение людей, не признающих рамок системы. После сталинских репрессий, лагерей, «красных флажков», расставленных повсюду, в воздухе вдруг повеяло весной.

Свежий ветер перемен занес в головы юных непреодолимый дух свободы. Они не были диссидентами, революционерами, они были советскими людьми, но свободно мыслящими советскими людьми. К сожалению, Октябрьская революция, обещавшая снять со всех оковы капиталистического рабства, не до конца смогла воплотить эту заветную идею — свобода, равенство, братство так и остались во многом лишь лозунгами с плакатов.

Несгибаемый Жириновский В советской Конституции гражданам были даны все свободы, а на деле рабочие и крестьяне, учителя и врачи, ученые и художники жили в режимной стране, в которой царили не закон и порядок, а произвол партийных органов.

Каждый ощущал это на себе, но некоторые, те, в ком чувство справедливости было особо развито, не могли молчать. Они не призывали к свержению власти, но они писали такие стихи и песни, которые абсолютно не вязались со светлым образом борца за коммунистическое завтра.

Владимиру особенно нравилось творчество Высоцкого. У Жириновского до сих пор хранится рукописный листок с песней немецких солдат Высоцкого из пьесы «Павшие и живые». «О Владимире Высоцком мне приятнее всего говорить, — вспоминает Жириновский. — Мы, тогда студенты, пели его песни. У нас было много симпатии к нему. В каждом доме была бобина с его песнями. Все слушали его песни — бедные и богатые. Это, наверное, то же самое, что в Великобритании песни «Битлз» для молодежи. Но у нас Высоцкий был не только для молодежи, для всех. Мы все его слушали. Он прекрасно пел. И его песни предвещали приближавшуюся трагедию нашей страны.

И он умер внезапно, нелепой смертью, в самом расцвете сил, в 42 года. Не было дорожного происшествия или выстрела, от чего сегодня гибнет много молодых. Он был как набат, который начал будоражить наши умы. Все его песни о судьбе России, о судьбе Советского Союза. Я вспоминаю его песни о революции, о героизме наших солдат, о пагубности Запада»...

Западные ценности Володя увидел впервые в 1966 году. Летом, когда закончились экзамены и студент Жириновский уже перешел на третий курс, он пришел в комитет комсомола и изъявил желание поехать за границу. Тогда существовала такая система: сначала тебя выпускали только в страны соцлагеря, потом, если ты оправдывал доверие, можно было рассчитывать на настоящую заграницу. Поэтому третьекурснику предложили поехать в составе стройотряда в Венгрию на полтора месяца.

Владимир согласился. Выучил несколько венгерских слов. Внес полагаемые 80 рублей, которые потом там же и заработал. Так что поездка оказалась для него бесплатной.

Строили какой-то объект, общежитие или вуз, а все свободное время гуляли по Будапешту. Европейский город (хоть и являвшийся частью соцлагеря) поразил своим архитектурным великолепием. Владимир впервые в своей жизни попробовал пепси-колу, увидел переливающиеся неоном вывески ночных клубов. Все эти прелести западной цивилизации придут в Россию десятилетиями позже.

На улицах Будапешта Владимир случайно познакомился с девочкой по имени Анико из Дебрецена, второго по величине города Венгрии, влюбился в нее. Она тоже была студенткой. Он назначил ей свидание. Она согласилась. Весь день прогуляли по Будапешту, держась за руки.

О чем и как разговаривали? Ведь он знал по-венгерски немного, и ей на русском объясняться было сложно. Хотя в странах Восточной Европы изучение русского языка в рамках школьной программы было обязательным. Но у любви свой язык. Жириновский до сих пор вспоминает, что Первый концерт Чайковского слушал именно с ней, она поставила пластинку.

Всем студенческим отрядом ездили на озеро Балатон, купались, отдыхали и 15 августа вернулись в Москву.

Несгибаемый Жириновский В Москве он получил от заграничной подруги несколько писем, с трудом нашел знатока венгерского, тот перевел. Владимир поначалу отвечал, но перевод оказался слишком хлопотным занятием, студенческая жизнь закрутила, и переписка вскоре оборвалась. Но Жириновский до сих пор вспоминает это лирическое знакомство.

В студенческие годы Владимир не изменял своим школьным увлечениям и по-прежнему много времени уделял спорту. Даже ректор оценил его успехи и выделил 60 рублей: на лыжи — 30, на ботинки — 30. На палки не хватило, пришлось покупать самостоятельно.

Была мечта прыгнуть с парашютом, он даже однажды поехал на аэродром, но погода оказалась нелетной, так и осталась эта мечта неосуществленной.

Очередная травма случилась, когда играли в ручной мяч, — он вывихнул плечо. Отправили в больницу.

Врач в приемном отделении осмотрел поврежденный сустав и велел вколоть обезболивающее. Когда обезболивающее подействовало, ловко вправил плечо. Это было первое и единственное знакомство с медицинским наркотиком.

Каждый год Владимир Жириновский ездил в спортивные лагеря МГУ — в Пицунду, Джемете, Гурзуф. Компания в лагере подбиралась веселая — четыреста молодых ребят в возрасте двадцати лет (1, 2-й курсы). Играли в волейбол, ходили на танцы, купались, загорали. С тех пор полюбил Черное море. Пицунда вообще стала местом, определившим его судьбу. Именно здесь, в студенческом лагере он познакомился с девушкой, которая позже стала его женой.

К пятому курсу Жириновский представлял собой личность неоднозначную, с точки зрения руководства ИВЯ: он был уже достаточно хорошим лингвистом-туркологом, востребованным специалистом, но при этом не внушал уверенности в своей политической благонадежности. Поэтому было решено отправить его на стажировку не за границу, а в советское госучреждение — Радиокомитет, в турецкую редакцию. Там Владимиру пришлось проработать восемь месяцев.

Любой другой советский студент смирился бы с обстоятельствами, но только не Жириновский. Будучи уверенным в своих силах и в качестве полученных знаний, Владимир всей душой стремился поехать в ту страну, язык и культуру которой он так усердно изучал несколько лет.

В те времена капиталистический мир был для наших сограждан далек и неведом, информация о нем доходила противоречивая, запутанная, пугающая, но, как все запретное, манящая. Желание побывать в Турции было настолько велико, что Жириновский сумел-таки извернуться и пробить себе зарубежную поездку.

Дело было так: Владимир выяснил, что в переводчиках с турецкого очень нуждается Госкомитет по внешнеэкономическим связям. Это был период укрепления дружеских и экономических связей СССР и Турции. На основе советско-турецкого соглашения от 25 марта 1967 года в Турции при экономическом и техническом содействии СССР началось создание крупных промышленных объектов, таких как нефтеперерабатывающий завод в Измире, алюминиевый в Сейдишехире, металлургический в Искендеруне и других. Советский Несгибаемый Жириновский Союз принимал участие и в сооружении завода по производству серной кислоты в городе Бандырме.

Специалистов по турецкому языку в нашей стране было очень мало, некому было сопровождать инженеров, отправляющихся на строительство заводов. Жириновский рассказывает: «Руководство комитета, сильно нуждаясь во мне (турецкие переводчики были на вес золота), могло преодолеть противодействие КГБ. Я перевелся в ГКЭС, поработал там, зарекомендовал себя хорошо, и, когда формировали группу инженеров на строительство в Турцию, они меня взяли». Энергия, упорство, смекалка и удача и здесь помогли Владимиру добиться своего.

Он едет в Турцию в 1969 году. Тогда нельзя было вывозить советские деньги. А у Володи оставалось три рубля. Деть их было некуда. Его никто не провожал, мать жила в другом городе. Он пошел в киоск и купил значки, 10 штук по 30 копеек. На них были изображены Пушкин, Театр на Таганке, Кремль… Откуда молодому лингвисту было знать, какую злую шутку сыграют с ним эти невинные сувениры? От сумы да от тюрьмы не зарекайся — так наш народ говорит, и не зря… Но обо всем по порядку.

Первое впечатление от капстраны было потрясающим: интересным и необычным оказалось все! К тому же чувствовал себя Владимир достаточно свободно: он знал язык, мог спокойно объясниться с местным населением, обладал (в кои-то веки!) денежными средствами — командировочными, поэтому мог себе позволить прогулки не только по улицам городов, но и по магазинам и кафе.

«Турки — другой народ, — рассказывал он позже. — Это не Европа. Все произвело впечатление. Такси другие, автобусы, люди, газеты, напитки — все новое. Восточный базар, турецкие бани, танец живота — все это увидел впервые. Там я решил попробовать национальное блюдо.

Оказалось, бараньи яйца. Впервые в жизни попробовал бараньи яйца. Национальный напиток принесли — оказался ежевичный сок, это и у нас есть. У них только турецкая баня и турецкий кофе, остальное как во всем мире. В Турции было мало приезжих. Это сейчас пол-Турции русские, а тогда не было никого, только турки».

Владимир погулял по Стамбулу, Анкаре, потом приехал в Бандырму — к месту работы. Трудиться ему предстояло в качестве переводчика на предприятии по производству борной кислоты. В рамках технического содействия туда прибыла группа наших инженеров, и весь рабочий день Жириновский должен был проводить с ними — делать устные и письменные переводы.

Занятие непростое, учитывая гуманитарную направленность образования молодого турковеда. Пришлось много корпеть над технической лексикой. Для этого Владимир завел толстую тетрадь, куда кропотливо записывал все термины, их значение и перевод. Но это была единственная сложность в работе. В остальном все складывалось просто замечательно: оставалось много свободного времени, была возможность сэкономить деньги на обедах (рабочим полагался бесплатный комплексный обед, и Владимир им никогда не пренебрегал), на одежде (много ли ее нужно в жаркой стране?), рядом было теплое Мраморное море — можно накупаться вволю!

И конечно, общительного и любознательного студента-стажера тянуло поговорить с местными жителями.

Особенно часто он беседовал с молодежью: прислушивался к оборотам разговорной речи, оттачивал произношение, интересовался обычаями. Новым знакомым он дарил те самые значки, которые купил в московском аэропорте.

Несгибаемый Жириновский Естественное желание поделиться малым кусочком своей культуры обернулось для Владимира крупными неприятностями.

То время было сложным в сфере международных отношений. Хоть и наступил период так называемой «разрядки международной напряженности», но холодная война на этом не закончилась, коммунистическая угроза все еще казалась зарубежному миру серьезной опасностью.

Поэтому за всеми иностранцами, а особенно за прибывшими из СССР, турецкие органы безопасности следили очень внимательно. Общительный молодой человек и его загадочные дары показались весьма подозрительными.

Когда же на подаренных значках спецслужбы разглядели советскую символику (пятиконечные звезды Кремля, какие-то профили… Маркс? Ленин?), а также узнали, что Жириновский слушает трехдиапазонную «Спидолу» и прогуливается в районе американской военной базы, последние сомнения развеялись. Как минимум для коммунистической пропаганды приехал сюда этот ушлый коммунист.

Им и невдомек было, что Жириновского в партию не приняли. Владимира задержали и доставили в полицию. Дело принимало серьезный оборот — за пропаганду коммунизма ему грозило 20 лет тюремного заключения.

Вот что вспоминает о тех событиях он сам: «Потом начальник полиции мне рассказывал: 30 лет работал, ни одного шпиона, ни одного происшествия по политическим мотивам. Ему на пенсию увольняться, а у него ничего нет.

Хоть благодарность заработать. И вот он видит двоих русских, один по-турецки говорит. Подозрение: зачем он турецкий изучает? Он не понимал, что я переводчик. Он думал, что я подготовленный лейтенант КГБ. Для него было дикостью, что человек хорошо знает турецкий язык, он не понимал, что я учился в университете. У них никто русский в университете не учит. С какой стати? А у нас-то все языки изучают. И вот он наблюдал за мной. И решил, что раз я подарил значок, то веду коммунистическую пропаганду».

Семнадцать дней тюрьмы и судебное разбирательство — вот во что вылились Жириновскому его радушие и любознательность.

Нет, заключение не было кошмаром. Условия в тюрьме оказались вполне сносными и даже демократичными.

Камера была полупустой: на восьми койках всего четыре человека. Владимиру удалось договориться, чтобы ему приносили завтрак, обед и ужин из ресторана гостиницы.

Слушал музыку, мог пользоваться фотоаппаратом, занял самое удобное место — на нижнем ярусе. Деньги с него вычитались только за хлеб. В общем, отчасти это тоже был отдых. Но соседство с уголовниками производило неприятное впечатление. И конечно, было очень тягостным оказаться в тюрьме в чужой стране. Мучили неизвестность и ощущение несправедливости происходящего.

Дело закончилось судом и — какое облегчение! — оправдательным приговором, принятым единогласно:

«Подсудимый ввиду недостаточности улик освобождается от вменяемой ему вины (оправдание)».

Таким образом, Жириновскому ничего не инкриминировалось, и все же в посольстве было решено отправить его назад, в Советский Союз. Это для него была большая личная неприятность — он мог стать невыездным.

Владимир Жириновский вспоминает: «…У них (в Турции. — Прим. Ред.) УК сделали в 60-х годах ХХ века:

переписали итальянский, который еще при Муссолини был. Своих юристов было мало, они взяли фашистский итальянский кодекс, переписали на турецкий язык и приНесгибаемый Жириновский вели в действие. И там была статья «Ведение коммунистической пропаганды». Маразм! Это был первый удар за рубежом по мне. Мне было 23 года. Так что хватало переживаний».

Но преимущество молодости состоит в том, что неприятности быстро забываются, а бурная жизнь стремительно увлекает в свой водоворот. Вернувшись в Москву и посчитав заработанные за границей чеки Внешпосылторга, Жириновский с удовольствием осознал, что их хватит на покупку автомобиля. И хотя это был всего лишь «Запорожец», но по тем временам он считался вполне себе машиной. Так вот юный выпускник в свои 24 года стал счастливым обладателем новенькой машины, заграничных впечатлений и бесценного жизненного опыта.

Студентом Владимир побывал на сеансах знаменитого гипнотизера Вольфа Мессинга. Они проходили в Доме ученых. Решение о месте проведения концерта было вполне в духе того времени. Это сейчас все верят в экстрасенсов, гипнотизеров, магов и чародеев, воспринимают их сеансы как шоу. А тогда верили в силу научных знаний. ХХ век воистину стал прорывом в этой области человеческой деятельности. Физики спорили с лириками, кто больше приблизился к познанию законов мироздания.

Научная мысль проникала в глубины человеческого сознания, и даже подсознания. Вот отсюда и Дом ученых.

Владимир тоже интересовался Мессингом вовсе не как шоуменом, а как феноменом человеческих возможностей. Он хотел разобраться, правда ли этот чародей обладал сверхспособностями или он просто-напросто водил публику за нос. О Мессинге тогда много говорили. В журГлава 2. Москва сдается, хоть и с боем нале «Наука и религия» были опубликованы мемуары гипнотизера, фрагменты которых также печатались в «Смене», «Советской России» и ряде других изданий. В них автор утверждал, что предсказал гибель Гитлера, если тот повернет на Восток, что лично встречался со Сталиным...

Когда маэстро прошел по ряду, где сидел Владимир, то юноша даже оробел, увидев сверкнувшие огненные глазищи Мессинга. Но гипнотические способности оказались бессильны над сознанием Жириновского.

Разум отказался выключаться под воздействием энергии Вольфа Мессинга.

Понять, насколько всесилен Мессинг, Жириновский не смог, но ясно осознал, что зомбировать его сознание не под силу даже такому мощному человеку. Только анализ собственных знаний и личный опыт ложились в основу его позиции. Ни партийный прессинг, ни гипноз, никакая другая идеология не могли отучить его свободно мыслить.

Несмотря на препоны, в 1970 году Жириновскому удалось с отличием окончить Институт восточных языков МГУ и получить красный диплом. В нем записано, что Жириновский В.В. окончил МГУ (ИВЯ) по специальности «турецкий язык и литература» и ему присвоена квалификация «востоковед-филолог, референт-переводчик».

В первый день пребывания в Москве высотка МГУ показалась ему недосягаемой, прошло совсем немного времени, и в актовом зале МГУ на Ленинских горах он получил красный диплом. Но снова некая горечь примешалась к ощущению праздника. Жириновский позже писал:

«Никого не было со мной, некому было порадоваться за меня и вместе со мной. Я отнес этот красный диплом в Несгибаемый Жириновский общежитие, в комнату, и даже не с кем было выпить фужер шампанского. Я был совсем один».

В выданной ему характеристике было записано:

«Жириновский В. изучал в институте турецкий и французский языки. Отличается большими способностями, трудолюбием и любознательностью. Учебные задания выполнял тщательно, обстоятельно и вовремя. Очень развит и эрудирован. Специализировался по турецкой литературе, защитил дипломную работу на тему «Саид Фаик — писатель и человек» с оценкой «отлично».

Во время учебы в институте принимал участие в общественной жизни, был агитатором, старостой группы, на IV курсе — секретарем бюро ВЛКСМ курса, членом профкома ИВЯ. К выполнению заданий относится серьезно и ответственно. Выдержан, дисциплинирован, политически развит. Отношения с товарищами ровные и хорошие.

Работал переводчиком в Турции, куда был командирован по линии ГКЭС».

Характеристика подписана куратором, доцентом Ш.С. Айляровым и зав. кафедрой тюркской филологии С.А. Соколовым. Два институтских преподавателя подтверждали, что их выпускник готов ко взрослой профессиональной жизни. Не один раз Жириновский докажет потом истинность этих утверждений.

Армию надо знать изнутри Грузия в силу своего географического положения представляет собой интерес как минимум для трех сил:

Выпускник Института восточных языков МГУ 1970 года, молодой лингвист-турковед, обладатель красного диплома, Владимир Жириновский сел жарким летним днем за руль своего новенького автомобиля и отправился в Грузию, чтобы открыть новую страничку своей биографии — службу в армии.

В те годы служба в армии еще не представлялась юношеству угрозой, которую надо всеми силами избегать, но и престижной уже не была. Окончив вуз, молодые люди все чаще устраивались таким образом, чтобы не проходить армейскую службу: зачем терять два года своей молодости? Продуктивнее сразу приступить к профессиональной карьере или создать семью. Как и на все в жизни, на такую проблему у Владимира был свой взгляд:

для начинающего политика (а именно эту сферу деятельности он выбрал для себя уже окончательно) чрезвычайно необходимо изучить этот важнейший институт общеНесгибаемый Жириновский ственной жизни страны, познакомиться с ним изнутри, получить собственный, бесценный опыт.

Владимиру повезло еще в том, что из института он вышел в звании лейтенанта, а значит, был и вполне близок к простым солдатам и жизнь офицерства узнал не понаслышке. В армию он попал по распределению. Местом назначения стало Политическое управление штаба Закавказского военного округа — большая организация со всеми необходимыми отделами и службами, воинский состав которой включал все возможные иерархические ступени — от рядового до генерала.

От Советской армии у Жириновского остались отличные впечатления. Дисциплина была на очень высоком уровне, ни о какой дедовщине, жестокостях, насилии даже подумать не могли, не было воровства и беспорядка. Солдат и офицеров хорошо кормили и одевали, вовремя выдавали зарплату. У Жириновского оказался весьма внушительный доход, так что он смог отложить с него приличную сумму. Была налажена культурная работа: в Доме офицеров по выходным организовывались танцы, проводились разнообразные мероприятия, праздники, поездки. В отпуск офицеры отправлялись в самые разные уголки нашей тогда еще огромной страны. Владимир съездил и к маме в Казахстан. Военных тогда везде уважали, так что служба была скорее приятной, чем тягостной. Тем более что Жириновский сам всегда стремился к дисциплине, еще в студенческие годы отличался высокой работоспособностью, так что четкий армейский график и насыщенная жизнь пришлись ему по душе.

Были, конечно, и недостатки. Случалось, что для достижения лучшего результата офицеров заранее предупреждали о предстоящей учебной тревоге. НепродуманГлава 3. Армию надо знать изнутри ной оказалась и летняя военная форма — для жаркого южного климата она была слишком душной и тяжелой.

Такие нюансы расстраивали, возмущали, но и заставляли о многом задуматься.

Штабная работа дала Жириновскому огромный опыт в сфере управления, агитации и пропаганды: ему постоянно приходилось читать лекции перед аудиторией, писать листовки, готовить различные агитматериалы. Появилось умение импровизировать, ушло ненужное волнение перед публикой. Наоборот, Владимир почувствовал в себе склонность и желание работать с людьми. Рядовые тянулись к нему, да и он старался проводить с ними как можно больше времени. Лидерские качества Жириновского пришлись как нельзя кстати.

Тогда же состоялись и первые встречи со значительными политическими фигурами: в 1972 году в Тбилиси было совещание министров внутренних дел Азербайджана, Армении, Грузии, на нем присутствовал и лейтенант Жириновский. Сохранилась фотография, где Владимир стоит вместе с Шеварднадзе и Гейдаровым. Однажды он видел Брежнева, но мельком, из окна: в 1971 году Леонид Ильич побывал в Закавказском штабе советских войск.

Было полезно близко узнать еще одну часть СССР — Закавказье, Грузию. Здесь, правда, Владимира ждали очень неприятные открытия.

Начало семидесятых стало не самым благоприятным периодом для Грузинской Советской Социалистической Республики (именно такой статус значился в то время у Грузии). Это было время «царствования» Мжаванадзе, который вступил в должность первого секретаря Несгибаемый Жириновский ЦК Компартии Грузии еще в 1953 году и только в 1972-м был снят с должности по обвинению в коррупции. Пик этой коррупции и застал молодой московский специалист, начинающий политик Жириновский.

Владимир очень быстро пришел к выводу, что ни о какой советской власти в Грузии речи не может быть вообще! То есть у власти стояла коммунистическая партия, все руководящие должности занимали коммунисты, но фактически это были «царьки» на местах, разворовывающие государственные средства, беззастенчиво берущие взятки и продвигающие на все ключевые посты своих людей. Грузия стала одной из первых республик СССР, из которой пошло все разложение огромной страны — это с горечью констатировал Владимир Вольфович:

«…никакой дружбы народов не было. Была тотальная коррупция. В партию — за деньги. Секретарем райкома партии — за деньги. Бюро собирается, и кто больше даст денег, того избирают первым секретарем районного бюро КПСС по Грузии. Теневая экономика, подпольные фабрики. Коррупция началась оттуда при советской власти. Распространилась на Армению, Азербайджан.

Перекинулась на Среднюю Азию. Пришла в Москву. Все ставки были известны».

К таким выводам политик пришел спустя годы. А тогда молодой Жириновский с удивлением наблюдал толпы абсолютно праздных мужчин самого работоспособного возраста, которые вели разгульную жизнь, соря деньгами и ни в чем себе не отказывая. Именно мужчин — женщины, как и в феодальные времена, чаще всего отсиживались дома и занимались хозяйством. Девушек — неземных грузинских красавиц — мужчины тоже держали взаперти. Зато приезжим лицам женского пола они буквально не давали прохода, преследуя их на улицах и навязчиво предлагая ухаживания.

Поначалу Владимир удивлялся, откуда же они берут деньги, если сидят в ресторанах, гуляют по улицам, едят хинкали, пьют вино, воду «лагидзе», слушают музыку в разгар рабочего времени. Потом уже стал узнавать, что большая часть городского населения лишь формально числилась на работе, а то и на нескольких работах сразу, регулярно получала зарплаты — этим трудовая деятельность и ограничивалась.

Куплены были не только «теплые» рабочие места, но и дипломы, ученые степени, звания! И это не были единичные случаи — торговля местами в университетах и вузах была поставлена на поток, цены известны всем. И как результат, вклад Грузии тех времен в науку оказался весьма скромен. По этой же причине за медицинскими услугами грузины никогда не обращались к своим — знали, что у грузинских врачей дипломы куплены, и за качественной медицинской помощью лучше отправиться в Москву. Уровень медицинской необразованности был такой высокий, что даже холерным летом 1970 года никто не побеспокоился объявить в республике карантин, ввести дополнительные меры по санитарии хотя бы в Тбилиси.

Да что там дополнительные — элементарные не соблюдались. Жириновский вспоминает, как зашел в магазин «Воды Лагидзе», в котором можно было купить прохладительные напитки на грузинских травах, хотел выпить стакан «Тархуна». И с изумлением увидел, как продавец-грузин прямо грязной рукой полез в большую бадью с сиропом. Вот тебе и санитария во время пандемии холеры!

Несгибаемый Жириновский Много негативных, горьких, пугающих сторон действительности, повседневности Грузинской Республики открыл для себя Жириновский: «Мне не нравились порядки в Грузии. Там было страшно, там не было социализма, там уже тогда был капитализм. Разврат, коррупция, все вверх тормашками!»

Но, к счастью, эта древнейшая нация имеет очень длинную и богатую историю, наследие которой не могли разрушить толпы прожигателей жизни. И эту сторону национальной культуры, национального быта Владимир изучал с жадностью первооткрывателя. Он всегда отдавал должное местной гостеприимности. Дружил с грузинскими семьями, ходил к ним в гости. Некоторые из этих дружб прошли испытание годами и сохранились до сих пор.

По долгу службы Жириновский объехал всю Грузию, Абхазию, смог составить представление и о других республиках Закавказья, познакомиться с их бытом, культурой, религией. А вот языки он изучать не захотел — возник какой-то внутренний протест, видимо отголосок межнациональных несправедливостей, с которыми он столкнулся в детстве в Казахстане.

В тот период Владимир продолжал с большим интересом изучать проблемы соседних стран: Турции, Ирана, Ближнего Востока, арабского мира. Знание внутренних процессов в СССР дополнялось изучением международных, внешнеполитических проблем. В результате к началу полноценной трудовой деятельности Жириновский стал глубоким специалистом по Ближнему Востоку, и не только изучив его по книгам — он имел большую практику в этих регионах. Знакомство с другой культурой не сделало его ни шовинистом, ни националистом. Наоборот, с молодых лет у него закладывалось сознание того, что все люди — граждане одной планеты.

Во время службы в армии Жириновский в очередной раз задумался (с подачи старших товарищей) о необходимости вступления в партию: 28-летие было не за горами, а значит, ряды ВЛКСМ Владимиру придется покинуть «по возрасту». Не забывайте, что это были 70-е годы, и беспартийным хоть и не были совсем закрыты все дороги, но пробиться в жизни было во много раз труднее. Такой циничный подход к получению партийного билета был в те времена уже у большинства вступающих в КПСС. Жириновский все же видел себя политиком и рассчитывал на энергичную деятельность под эгидой коммунистической партии. Он был советским человеком, хотя от многих сослуживцев отличался более глубокими знаниями, нестандартным подходом к оценке современных явлений общественной жизни. Владимир был участником Всесоюзного ленинского зачета «Решения XXIV съезда КПСС — в жизнь», выполнял свой личный план «Учиться коммунизму», регулярно выступал перед комсомольцами с интересными беседами и докладами, успешно изучал программу марксистско-ленинской подготовки, совершенствовал свои военные и специальные знания, участвовал в пропаганде марксизма-ленинизма. Такая кандидатура составила бы честь для любой уважающей себя партии, но только коммунисты не спешили принимать Владимира в свои ряды.

Хоть и были собраны все рекомендации, и на комсомольском собрании 13 января 1972 года было принято положительное решение по заявлению Жириновского о вступлении в кандидаты в члены КПСС, вторая попытка стать коммунистом тоже оказалась для него неудачной.

Несгибаемый Жириновский «Они не хотели принимать меня, — вспоминает Владимир Вольфович, — потому что я всегда был честным, за что меня и ненавидят все. Честный человек всех раздражает. Я критиковал порядки в Грузии. Я говорил: везде произвол, советской власти нет, кругом коррупция, жулики одни, предатели… Нет, — отвечали мне, — такие нам не нужны. А ведь я в Политуправлении работал. Политуправление принимало всех. Это был горком или обком, это отдел ЦК в военном округе. Сами принимали всех в партию, меня — нет. Почему? Потому что критиковал режим. И не нравился начальству».

Спустя годы Жириновский пришел к выводу, что тот отказ несомненно был к лучшему: «Я должен молиться, что они меня не приняли. Иначе сегодня мне был бы конец. Я бы сдох с ними. Это страшно было. Вот единственная благодарность коммунистам, что они такие были тупые, что умных людей в партию не принимали. Я рад, что они все-таки меня не приняли. Я был слишком резкий для них. Слишком был жесткий. И меня они не взяли. Я благодарен им». Действительно, если бы Жириновского приняли в коммунистическую партию, как знать, возможно, не было бы сейчас ЛДПР во главе с ее неистовым лидером… Так или иначе, но срок службы подошел к концу, и в середине июня 1972 года Владимир вернулся в Москву, чтобы приступить к гражданской работе и воссоединиться с молодой женой.

Женщина и мужчина – две стороны одной медали.

Не так часто удается людям найти свою половинку еще в юности и прожить с ней долгую и счастливую жизнь.

Некоторые годами ищут того самого человека, что предназначен судьбой. Многим не удается его найти никогда.

Владимиру Вольфовичу в этом плане повезло — его браку с Галиной Александровной Лебедевой уже 40 лет!

Все бывало за эти годы, не всегда все шло гладко, не все дни были безоблачными. Ведь нет таких учебных заведений, где нас бы учили строить безупречный брак. Но все пережитое вместе со спутником жизни, наверное, и есть простое семейное счастье.

Они встретились в далеком 1967-м в молодежноспортивном лагере в Пицунде, где отдыхали студенты МГУ.

Галина училась тогда на престижном биофаке, институт Владимира тоже был частью Московского университета.

Черноморское побережье, палатки, танцы — романтика.

Чернобровая красавица-студентка сразу понравилась Несгибаемый Жириновский Жириновскому, а вот познакомиться он решился не сразу — не мог преодолеть робость. Девушка тоже обратила внимание на странного парня, который все время оказывался рядом, но почему-то молчал. Через несколько дней они все-таки познакомились и сразу очень сблизились.

Высокие нравственные принципы не позволили молодым людям превратить эти хрупкие отношения в курортный роман. Но южное знакомство позже, в Москве, переросло в нежную дружбу.

Владимир Вольфович вспоминает: «Мне все нравилось в этой девочке: и внешность, и фигура, и рост, и длинные красивые волосы. Манеры ее очень нравились. Ничто не раздражало. Она была очень скромна, а главное — мне нравилась ее внутренняя чистота. Никогда не курила, не была ни в каких компаниях». Часто видеться, однако, им не удавалась — оба были с головой погружены в учебу (серьезный вуз обязывал, да и в своем рвении к науке они оказались похожими друг на друга). Но отношения крепли, становились глубже, и привели к важному решению — соединить судьбы после окончания учебы в университете.

Поездки Жириновского в Турцию, а затем в Грузию, конечно, осложняли общение, но планов молодых не изменили. И вот было решено сыграть свадьбу в самом начале 1971 года. По этому случаю Владимир получил двухмесячный отпуск (он тогда еще служил в армии) и прилетел в Москву. Все вышло не совсем так, как мечталось жениху и невесте: венчание, например, пришлось отложить — в пост, Рождество и Святки обряд не проводился. Не удалось также снять номер в гостинице, где новобрачные хотели провести первый день совместной жизни. Дело в том, что Галина жила с родителями, у Владимира вообще не было жилья в Москве, а им очень хотелось уединиться и посвяГлава 4. Серьезный шаг тить время друг другу. Но правила тех лет запрещали сдавать москвичам гостиничные номера в Москве. Сейчас это кажется смешным и странным, а тогда было реальностью.



Pages:   || 2 | 3 | 4 |
 
Похожие работы:

«Вестник Томского государственного университета. Филология. 2013. №5 (25) УДК 82.091.03 А.С. Янушкевич ПРОЧТЕНИЕ И ИЗОБРАЖЕНИЕ МИРООБРАЗА РИМА В РУССКОЙ ПОЭЗИИ 1800–1840-х гг. В центре статьи история вхождения в русскую поэтическую культуру Золотого века мирообраза Рима. Идеи всемирной отзывчивости русской литературы нашли свое отражение в освоении ментальных текстов других культур. В этом контексте мирообраз Рима приобрел репрезентативный смысл. Каждая эпоха русской общественной жизни...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования Казанский (Приволжский) федеральный университет В. Ф. Марчуков, И. Ю. Зобова Социально-политические системы стран Среднего Востока (Турция, Иран, Афганистан) (с углубленным изучением истории и культуры ислама) Курс лекций Допущено Научно-методическим советом по изучению истории и культуры ислама для студентов высших учебных заведений,...»

«В. Ф. Марчуков, И. Ю. Зобова Социально-политические системы стран Среднего Востока (Турция, Иран, Афганистан) (с углубленным изучением истории и культуры ислама) Курс лекций Допущено Научно-методическим советом по изучению истории и культуры ислама при ТГГПУ для студентов высших учебных заведений, обучающихся по направлению подготовки (специальности) регионоведение, с углубленным изучением истории и культуры ислама КАЗАНЬ 2007 Содержание дисциплины Введение 4 I Теоретические основы власти и...»

«Константин Златев УЧЕНИЕТО НА БЯЛОТО БРАТСТВО (Лекционен курс, изграден въз основа на духовно-културното наследство на българския духовен Учител Петър Дънов /Беинса Дуно/) Част IІ Издателство “Бяло Братство” София 2005 Българска Първо издание Константин Златев УЧЕНИЕТО НА БЯЛОТО БРАТСТВО (Част IІ) Всички права запазени ISBN 954-744-???-? София, 2005 Издателство “Бяло Братство” I. УЧЕНИЕТО НА ПЕТЪР ДЪНОВ ЗА ХРИСТОС “Идването на Христа на Земята е най-важното събитие в историята на човечеството.”...»

«“der5” — 2008/6/18 — 15:06 — page 1 — #1 Р О С С И Й С К А Я А К А Д Е М И Я Н АУ К ИНСТИТУТ ЛИНГВИСТИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ СЕМАНТИЧЕСКИЕ КАТЕГОРИИ В ДЕТСКОЙ РЕЧИ САНКТ-ПЕТЕРБУРГ НЕСТОР-ИСТОРИЯ 2007 “der5” — 2008/6/18 — 15:06 — page 2 — #2 УДК 409.325 ББК 81–2:60.542.14 Семантические категории в детской речи. Отв. ред. С.Н.Цейтлин. СПб.: Нестор-История, 2007. — 436 с. Авторы: Я.Э.Ахапкина, Е.Л.Бровко, М.Д.Воейкова, Н.В.Гагарина, Т.О.Гаврилова, Е.Дизер, Г.Р.Доброва, М.А.Еливанова, В.В.Казаковская,...»

«Жизнь замечательных Северян Серия биографий Серия основана в 2013 году В.Н. БУЛАТОВ Издатель благодарит архиепископ В.Я. Крупчака и Афанасий ОАО Архангельский целлюлозно-бумажный комбинат Холмогорский за помощь в издании книги Муж слова и разума 2-е издание, исправленное, дополненное Архангельск 2014 УДК 947(470.11)16/17: ББК 63.3(2Р31)462- Уважаемые А земляки! Булатов, В.Н. Архиепископ Афанасий (ЛюбиА875 Архиепископ Афанасий Холмогорский: Муж слова и мов) был первым архиереем созданразума /...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ УКРАИ Н Ы УЧЕБНО -М ЕТО Д И Ч ЕС КИЙ КАБИНЕТ ВЫСШЕГО ОБРАЗОВАНИЯ СПЕЦИАЛЬНЫЕ ИСТОРИЧЕСКИЕ ДИСЦИПЛИНЫ Киев 1992 МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ УКРАИНЫ УЧЕБНО-МЕТиДИЧЕСШ КАБИНЕТ ВЫ ЕГО ОБРАЗОЪАіШ СШ СПЕЦИАЛЬНЕЕ ИСТОРИЧЕСКИЕ ДИСЦИПЛИНЫ Утверждено Советом Учебно-методического кабинета высшего образования в качестве учебного пособия для студентов специальности 07.00.09 Историография и источниковедение” Киев 1992 Спеціальні історичні дисципліни: Навч.посібник / В.0*3амлинський,...»

«ПАЛЕОНТОЛОГИЯ И СТРАТИГРАФИЧЕСКИЕ ГРАНИЦЫ LVIII СЕССИЯ ПАЛЕОНТОЛОГИЧЕСКОГО ОБЩЕСТВА Санкт-Петербург 2012 РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК ПАЛЕОНТОЛОГИЧЕСКОЕ ОБЩЕСТВО ВСЕРОССИЙСКИЙ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ ГЕОЛОГИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ им. А.П. КАРПИНСКОГО (ВСЕГЕИ) ПАЛЕОНТОЛОГИЯ И СТРАТИГРАФИЧЕСКИЕ ГРАНИЦЫ МАТЕРИАЛЫ LVIII СЕССИИ ПАЛЕОНТОЛОГИЧЕСКОГО ОБЩЕСТВА 2 – 6 апреля 2012 г. Санкт-Петербург УДК 56+551....»

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК МУЗЕЙ АНТРОПОЛОГИИ И ЭТНОГРАФИИ им. ПЕТРА ВЕЛИКОГО (КУНСТКАМЕРА) РАН РАДЛОВСКИЙ СБОРНИК Научные исследования и музейные проекты МАЭ РАН в 2012 г. Санкт-Петербург 2013 Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/08/08_02/978-5-88431-238-8/ © МАЭ РАН УДК 39 ББК 63.5 Р15 Утверждено к печати Ученым советом МАЭ РАН Радловский сборник: Научные исследования и музейные проекты МАЭ РАН в...»

«УЧЕБНИК ДЛЯ ВУЗОВ А.Н. Джуринский ИСТОРИЯ ПЕДАГОГИКИ И ОБРАЗОВАНИЯ Допущено Министерством образования и науки Российской Федерации в качестве учебника для студентов высших учебных заведений, обучающихся по специальностям: Педагогика и психология, Социальная педагогика, Педагогика Москва ГУМАНИТАРНЫЙ ИЗДАТЕЛЬСКИЙ ЦЕНТР ВЛАДОС 20• 0 • УДК 37.0:930(075.8) ББК 74.03я73 Д42 Джуринский А.Н. Д42 История педагогики и образования : учеб. для студентов вузов, обучающихся по специальностям: Педагогика и...»

«Голубцов А.П. Из чтений по Церковной Археологии и Литургике Глава: Введение. Положение археологии в русском обществе, школе и среди сродных ей специальностей. Возражения против научной состоятельности археологии и их разбор. Понятие об археологическом памятнике. Определение предмета церковной археологии. Связь с последней литургики; замечания об отношении древнехристианского быта к церковно-обрядовым формам. Как понимают науку церковных древностей на Западе? Вспомогательные научные отрасли...»

«АКАДЕМИЯ НАУК СССР ОРДЕНА ТРУДОВОГО КРАСНОГО ЗНАМЕНИ ИНСТИТУТА ВОСТОКОВЕДЕНИЯ И. Д. Амусин КУМРАНСКАЯ ОБЩИНА ББК63.3 А62 Ответственный редактор И. М. Дьяконов Амусин А. Д. A65 Куранская обшина. М., Главная редакция восточной литературы изд-ва Наука, 1983. 328 с. с илл. Социально-утопический характер кумранской общины (II в. до н. э.—I в. н. э.) и близость к ней раннего христианства придают этой общине важное значение для исследования социально-политической, религиозной и культурной истории...»

«СОЦИОЛОГИЯ ПРОФЕССИЙ Магидович М.Л. Профессиональная идентичность художника М.Л. Магидович ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ ХУДОЖНИКА В современных условиях особое значение имеет идентичность работника искусства как социального агента, профессиональная деятельность которого может играть существенную роль в формировании национального сознания. В статье показано, что проблема идентификации работника искусства осложняется отсутствием надежного критерия для определения художника-профессионала....»

«Александр Асов Атлантида и Древняя Русь Асов А. Атлантида и Древняя Русь: АиФ-Принт; 2001 ISBN 5-93229-088-9 Аннотация Древняя история и предыстория Руси, Атлантида и античная история Европы, ведическая религия славян и Гиперборея. А. Асов, морской эколог и геохронолог, исследователь, переводчик и интерпретатор знаменитых Книги Белеса, Звездной книги Коляды и других уникальных литературных памятников Древней Руси, освещает в своей монографии взаимосвязь этих и других великих тайн человечества,...»

«СЫКТЫВКАРСКИЙ ЛЕСНОЙ ИНСТИТУТ КАФЕДРА ФИЛОСОФИИ И СОЦИОЛОГИИ Н. А. Юшкова КУЛЬТУРОЛОГИЯ Учебно-методический комплекс по дисциплине Культурология для студентов всех специальностей и форм обучения СЫКТЫВКАР 2006 ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ СЫКТЫВКАРСКИЙ ЛЕСНОЙ ИНСТИТУТ (филиал) САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОЙ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ЛЕСОТЕХНИЧЕСКОЙ АКАДЕМИИ им. С. М. КИРОВА КАФЕДРА ФИЛОСОФИИ И СОЦИОЛОГИИ Н. А. Юшкова КУЛЬТУРОЛОГИЯ Учебно-методический комплекс по дисциплине Культурология для студентов всех...»

«САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ НАУЧНО-ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ ИНСТИТУТ КОМПЛЕКСНЫХ СОЦИАЛЬНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ ЛАБОРАТОРИЯ АРХЕОЛОГИИ, ИСТОРИЧЕСКОЙ СОЦИОЛОГИИ И КУЛЬТУРНОГО НАСЛЕДИЯ А. В. СБОРНИК НАУЧНЫХ ТРУДОВ В ЧЕСТЬ 60-ЛЕТИЯ А. В. ВИНОГРАДОВА Санкт-Петербург Культ-Информ-Пресс 2007 УДК 930.26 ББК (Т)63.4 А11 Научный редактор С. В. Хаврин Портрет А. В. Виноградова работы фотографа С. Б. Шапиро А. В.: Сборник научных трудов в честь 60-летия А. В. Виноградова. СПб.: Культ-Информ-Пресс,...»

«РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК МУЗЕЙ АНТРОПОЛОГИИ И ЭТНОГРАФИИ ИМ. ПЕТРА ВЕЛИКОГО (КУНСТКАМЕРА) РАДЛОВСКИЙ СБОРНИК Научные исследования и музейные проекты МАЭ РАН в 2010 г. Санкт-Петербург 2011 Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/08/08_02/978-5-88431-211-1/ © МАЭ РАН ББК 63.5 Р15 Утверждено к печати Ученым советом МАЭ РАН Радловский сборник: Научные исследования и музейные проекты Р15...»

«Энергетика Алтая: реальные альтернативы Барнаул 2006 ББК 20.1+31.1 Э 65 Издание посвящено проблемам энергообеспечения юга Западной Сибири (на примере Республики Алтай) и возможным путям их решения. Основное внимание уделено вопросам солнечного теплоснабжения — теории и практике изготовления солнечных коллекторов. Издание осуществлено благодаря Межрегиональному Общественному Фонду Сибирский центр поддержки общественных инициатив Проблемы энергообеспечения и возможности региона Содержание Часть I...»

«УДК 929 [Лаппо Данилевский] + 930.1 (47+57) ББК 63.1(2)53 Р 785 The publication of this monograph was made possible through the generous support of Dr. Robert J. Hamburg. Е.А. Ростовцев Р 785 А.С.Лаппо Данилевский и петербургская историческая школа. – Ря зань, 2004. – 352 с. – (Сер. Новейшая российская история: исследования и документы. Т. 7) A.S. LAPPO-DANILEVSKII AND THE WRITING OF HISTORY ISBN 5 94473 007 2 IN LATE IMPERIAL RUSSIA В монографии рассматривается творчество выдающегося деятеля...»

«КИЖСКИЙ ВЕСТНИК. Выпуск 13 13 Федеральное государственное учреждение культуры Государственный историко-архитектурный и этнографический музей-заповедник „Кижи“ КИЖСКИЙ ВЕСТНИК Выпуск 13 Петрозаводск 2011 УДК 502.8(470.22) ББК 63.5(2) К38 Печатается по решению научно-методического совета Государственного историко-архитектурного и этнографического музея-заповедника Кижи Научные редакторы: кандидат исторических наук И. В. Мельников, кандидат филологических наук В. П. Кузнецова Рецензенты: кандидат...»






 
© 2014 www.kniga.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Книги, пособия, учебники, издания, публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.