WWW.KNIGA.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Книги, пособия, учебники, издания, публикации

 

Pages:   || 2 | 3 |

«Красноярск, 2007 СЛЕДЫ НА СНЕГУ ББК 84 (82Рос=Рус) Кого не радовал первый снег! Во дворе ли, в поле, на городской ли 83.3я 5 улице — кто то обязательно первым проложит ...»

-- [ Страница 1 ] --

Альманах прозы, поэзии,

публицистики

Выпуск восьмой

Красноярск, 2007

СЛЕДЫ НА СНЕГУ

ББК 84 (82Рос=Рус) Кого не радовал первый снег! Во дворе ли, в поле, на городской ли

83.3я 5 улице — кто то обязательно первым проложит свежий след на только

Е 63 что выпавшем снегу, а за ним пойдут другие, оставляя свои следы — УДК 82 (059) для себя первые. След от обуви робко ступающего или, наоборот, про 82 (059) шагавшего уверенно человека, колея от колеса автомобиля — каж дый по своему прокладывает свой след, протаптывает свою дорожку.

НОВЫЙ ЕНИСЕЙСКИЙ ЛИТЕРАТОР Как по первому снегу оставляя свой след, делают попытку литератур Литературный альманах ного творчества многие наши авторы. Кто — робко выводя стихот Красноярск, 2007. № 6(8). 288 стр. ворные строчки, кто — уверенно вручая редактору пухлую рукопись.

В этом номере, как и в прошлых, Вас, дорогой читатель, ждёт встреча с новыми и постоянными авторами нашего альманаха. Отрадно, что не иссякает приток новых поэтических сил: только в последних но мерах «Литератор» представил более десятка дебютантов. Школьни ки, студенты, инженеры, известный в городе врач, предприниматель оставили свой след — если не в истории сибирской литературы, то в истории «Нового Енисейского литератора» уж точно. Прошедшей ВРЕМЕННЫЙ АДРЕС РЕДАКЦИИ: осенью актив альманаха провёл творческие встречи в ДК железнодо Красноярск, рожников, в красноярских библиотеках имени А.С. Пушкина и О. Ко ул. Джамбульская, 2Б, оф. 152. шевого, в зеленогорской библиотеке имени В. Маяковского, в Емель Тел.: 65 68 83, 8 913 593 0244 — редактор, яновском районном Доме культуры. В Назарово наши друзья отмети e mail: sergkuz58@mail.ru ли двадцатилетний юбилей народного коллектива литераторов «Эхо Арги», которым бессменно руководит прекрасный человек и поэт Сергей Ставер. Несколько наших поэтов и прозаиков вновь «засве тились» на всероссийском уровне — напечатались в региональных и столичных журналах и альманахах, а рассказы Вадима Алямовского перелетели через моря и океаны и были опубликованы в Канаде. Сво еобразие творчества Вадима давно подмечено профессионалами и внимательным читателем, и некоторые просто жаждут пообщаться с ним и получить его автограф. Но Вадим Алямовский — человек заня той, работает врачом стоматологом, и выкроить время из своего плот ПРИЁМ МАТЕРИАЛОВ ного графика на встречи с читателями может не всегда. Будем наде И РАБОТА С АВТОРАМИ: яться, что на вечере подведения творческих итогов 2007 года мы его пон., вт., четв. с 11 до 17. обязательно увидим.





А подведение не за горами. Этот номер — последний в году Материалы для публикации в альманахе 2007 ом, список кандидатов в дипломанты и лауреаты уже на руках присылать и приносить, предварительно у редактора. Пока он длинный, и даже очень, но к итоговому вече созвонившись с редакцией. ру, разумеется, заметно сократится. В январе феврале «Новый Ени сейский литератор» назовёт лучших и, естественно, оставит шанс каждому из авторов стать дипломантом и лауреатом на следующий год. Возможно, в их числе будут те, кто только собирается проло жить, как по первому снегу, свой след в творчестве. Ступайте сме лее, мы рядом: поддержим, не дадим оступиться.

«Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007) И ещё. Следы на белом снегу бывают не только робкие и лёгкие.

Остаются они и от тяжёлого шага, и от грязной обуви. Вот уже несколько месяцев слава нашего «Литератора» не даёт покоя некоторым бывшим «друзьям» альманаха. Далёким, очень далёким от литературы. Погорев

ТВОРЧЕСКИЙ ПОРТРЕТ

на ниве предпринимательского и издательского дела, они теперь вся чески стараются помешать выходу в свет каждого нового номера. Ищут криминал, шлют пасквили в виде писем в прокуратуру и в комитет по надзору за СМИ, ходят по чиновникам, размахивая нашими альмана хами, и просят у них денег — якобы на издание. Осторожно! В первую очередь хочу сказать это ищущим издателя авторам. В последнее вре мя появились объявления этих лжеиздателей, якобы зазывающих но вых авторов в альманах. Остерегайтесь проходимцев. Основателями и издателями являлись и являются только те люди, имена которых указа ны в этом альманахе. Редактор, члены редсовета, редакция, представи тели редакции по регионам. Это они придумали и создали успешно дей ствующий проект. Все остальные — самозванцы, присваивающие себе чужое и старающиеся жить за счёт чужих идей. Мы не собираемся ни с кем воевать, опускаться до кляуз и жалоб. Мы будем просто издавать свой альманах. Судья заблудшим — Бог, не мы. Они обязательно полу чат своё, найдут что ищут. Время расставит всех по своим местам и со хранит для истории след каждого.

РЕДАКТОР

Литературный институт им. А.М. Горького обращается ко всем сво им выпускникам с просьбой откликнуться!

В 2008 г. Литературный институт отмечает своё 75 летие, и мы пла нируем провести осенью 2008 г. съезд выпускников. А к юбилею – опуб ликовать историю института и воспоминания его выпускников, а так же издать справочник выпускников Литературного института им. А.М.

Горького.

Просим Вас заполнить анкету с обязательным указанием своих ко ординат и сведений о себе, а также Ваших воспоминаний о годах, про ведённых в Литинституте, и отправить её по адресу:

vipusknik@litinstitut.ru. По всем вопросам обращаться в ассоциацию выпускников по тел. 8 985 994 16 58, 694 07 64, 694 12 87 (спросить Га лину Александровну) или 694 09 57, 694 08 12, 694 06 82 (спросить Иго ря Руслановича).





Для просмотра выпускников Литературного института выберите год выпуска (меню справа).

Литературный институт обращается ко всем своим выпускникам с убедительной просьбой сообщать обо всех замеченных ошибках и про пусках по адресу: sysadmin@litinstitut.ru.

Ждём Ваших сообщений!

В Красноярском крае обращаться к редактору «Нового Енисейско Александр ЗАХАРЧЕНКО го литератора» Кузичкину Сергею Николаевичу: тел. 8 913 593 0244, e mail: sergkuz58@mail.ru.

О ВРЕМЕНИ, О ТВОРЧЕСТВЕ, О СЕБЕ

Я, Александр Захарович Захарченко, родился в Омске 6 января 1941 В настоящее время являюсь руководителем общества «Русло», года, там же прошли мои детство и юность. Семья жила на рабочей окра которое издало четыре своих альманаха и готовит к печати пятый.

ине, рядом со станцией Сортировочная. Отец пропал без вести в 1943 Мы расширяем в своём «Русле» берега, постоянно вводим новые руб году на Калининском фронте. Жили бедно, голодали, помогали соседи. рики, привлекаем новых авторов, стремимся раздвинуть образова Сестра Валя — фронтовичка, вернулась в 1946 году. Сестра Галя закон тельные и творческие горизонты наших читателей и авторов.

чила пединститут. Мама умерла в 1959 году. В этом же году я закончил Омский строительный техникум Минтрансстроя СССР, а в 1964 ом — Омский институт физической культуры. Созревал в спорте. Классичес кой борьбой стал заниматься, ещё учась в техникуме. Был призёром все союзных соревнований обществ «Локомотив», «Буревестник», мастер спорта, судья международной категории. В Красноярск приехал по на

ЧЕТВЁРТЫЙ ТОСТ

правлению в Сибирский технологический институт, в котором впослед ствии заведовал кафедрой физвоспитания. Тренировал сборные коман ды крайсовета «Буревестник», края. Подготовил большую группу мас теров спорта — чемпионов и призёров всесоюзных, всероссийских, кра евых соревнований. Около 30 ти лет занимал пост председателя городс кой и зам. председателя краевой федерации греко римской борьбы. Был директором общеобразовательной школы, затем ДЮСШ.

Истоки творчества — в детстве. Школьником много читал клас сической русской, советской, зарубежной литературы. Книгами снабжала сестра. Увлёкся творчеством А. Гайдара. Стал писать рас сказы, потом перешёл к стихам.

Моими ориентирами в литературе всегда были классики: Пушкин, Лермонтов, Тютчев, Некрасов, Блок, Есенин, Маяковский, Цветаева, Ах матова, Пастернак, Мандельштам, Рубцов. Из современников: Евтушен ко, Вознесенский. Из красноярских поэтов: Н. Ерёмин, А. Третьяков.

Главным в поэтическом творчестве считаю способность отразить действительность, опередить время, почувствовать гармонию и ритм звучания великого русского языка. Большое влияние на моё становле ние оказало знакомство с творчеством красноярских писателей и по этов: В. Астафьева, А. Чмыхало, В. Белкина, Н. Ерёмина, А. Третьякова, А. Астраханцева, Э. Русакова. Стал печататься в институтской газете «За кадры», выступал на радио. Познакомился с Николаем Ерёминым, позже — с Эдуардом Русаковым, потом — через общество «Русло» — с Александром Семёновичем Бердниковым и многими литераторами Красноярского края. Не теряю связь с технологическим университе том, где литобъединением руководит Михаил Стрельцов, и сейчас.

Со временем всё больше и больше увлекался стихосложением.

Публиковался в газетах «Красноярский рабочий», «Кировчанка», «Сегодняшней», «Красноярской» и др., альманахах «Московский Парнас» (член всероссийского клуба «Московский Парнас»), «Новый Енисейский литератор», а также антологиях и коллективных сборни Эта осень — может скоро бросить снегом Всё как надо… Хорошо должно сложиться.

Обнимает и ласкает тёплый вечер, Обнимает, окрыляет твоим взглядом.

Одевает осень пышные наряды.

Достаёт из сундуков своих уборы, Наряжает в разноцветье наши горы… Отражается она в речные глади И в глаза твои… Чего бы это ради?

А свиданье… А свиданье состоится… Эта осень и тепло в душе продлится.

Пусть продлится… Накрывает ярким пледом, 8 «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007) «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007) 60 ЛЕТ Родился Казимир Лисовский на Украине, в Винницкой области, но КРАСНОЯРСКОЙ зарисовки о Сибири: от Саян до Ледовитого океана и дальше на восток — за Ангару, Байкал. Герои Казимира Лисовского — мужественные ПИСАТЕЛЬСКОЙ люди, первопроходцы, строители и вечные романтики трудных дорог.

МЕРЗЛОТА

Казимир ЛИСОВСКИЙ Может, и лермонтовская сосна Иной раз и поскандалит Семён из за пустяка с женой Анной, бегались желваки мускулов по его крутой спине. Казалось, не бе покроет её незлобивым, но решительным матом для утверждения жит он, а летит птицей, не трогая чуткими копытами камни горной мужского авторитета, понервничает малость, но только стоит Семё россыпи. На уступе скалы марал замер, словно изваяние, нервно ну присесть на крыльцо избы, осмотреться кругом, прислушаться к нюхал воздух дрожащими ноздрями. Анна тоже заметила марала, шуму Лиственки — успокаивается душа. Речка почти у самого поро прикрыв ладонью глаза, долго смотрела вверх.

га, в низинке за набухшим тальником, хлюпает подо льдом, клёкает — Какой красавец! Картинка, прямо картинка... Мясо гуляет...

по донным камешкам. Весна ещё не началась по настоящему: со сто — Корысть взыграла, — упрекнул жену Семён. — Мало, что ль, роны незамерзающего Енисея, куда впадает речушка, по утрам под мяса бегает по двору?.. Пусть зверь живёт. Без них не тайга, а парк нимаются промозглые туманы, но к полудню они пугливо уходят в культуры и отдыха имени Максима Горького...

окрестные леса, и тёплый ветер с ущелья заполняет долину. Южный — Да я так, без умысла, — ответила смущённо Анна. — Всех скат горы, что круто поднялась напротив кордона, уже полностью жалко...

освободился от снега, и к вечеру от прогретых солнцем зеленоватых Марал постоял ещё несколько минут, успокоился и гордо, не сланцев исходит благодатное тепло... спешно стал подниматься вверх, к вершине горы, срезая по пути ос Воля, простор кругом, воздух сытый и синий, и никого нет в ок трыми зубами пучки прошлогодней травы и молодые осиновые по рестности, кроме Семёна, подворной скотины да излишне шумли беги. Изредка он вытягивал шею, оглядывался назад, смотрел на лес вой, работящей Анны. Ни на какие блага не променяет Семён эту ника Семёна, который выводил из пригона старого и исхудалого за простую и бесхитростную жизнь, когда так всё ясно на сердце и ник зиму жеребца с гордой кличкой Янтарный.

то не обидит тебя неправедным словом. Как два лесных лешака они Семён решил осмотреть обход, проехаться вдоль речки. С осени с Анной. Бывает, в минуты лёгкой грусти зевнёт Семён, скажет со не выезжал лесник в тайгу, да и не было в этом большой нужды. Одна — Кажин день одно и то же... Крутишься как заведённый... недобрые люди не могли пройти мимо незамеченными.

— Давай ляжем калачиками на печку... Зад к заду. Пусть пропа Семён не спеша приладил старенькое седло к ребристой хребти дёт всё пропадом... Всё равно рано или поздно помирать, — отвечает не Янтарного. Конь фыркал, искал мокрыми губами ладонь Семёна.

Но проходит минутная сердечная сумеречь, и опять становится Конь захрупал копытами по ноздреватому и крепкому насту.

Семёну хорошо и просторно. Живёт окрестный мир по своим зако Тропа ещё не оттаяла, но Янтарный хорошо её чувствовал, уверенно нам, меняется ежеминутно, и никто не придумывал и не принимал шёл вперёд, раздвигая головой невысокие кусты талин. От них ис эти законы — сама природа создала их себе в усладу, на радость все ходил прохладный запах водорослей.

му живому, в том числе и ему, леснику Семёну... — Ты не спеши, — говорил коню Семён. — Спешить некуда.

Конь в пригоне ударил копытом в ворота, фыркнул, ещё ударил — Разомни кости после зимнего застоя...

зовёт, видно, хозяина, чтобы выпустил на свежий воздух. Собака Сне Конь молча слушал Семёна, хлюпал копытами по оттаинам, жок повизгивает, преданно тычется холодным носом в ладонь Семёна. вздрагивал всей кожей, словно отгонял надоедливых мух. Еле замет ный след тропы уходил всё дальше и дальше в тайгу, а там, где уще лье сдавило Лиственку испуганно насупившимися утёсами, была Часов в девять, когда Семён управился с делами и сидел на кры тень, и снег ещё не тронули лучи невысокого солнца. Янтарный по лечке, курил, из за увала, со стороны деревни, послышался шум мо терял чувство тропы, провалился по брюхо в снежную целину, ис тора. Из подъехавшего видавшего виды «уазика» выскочил лесни пуганно прижал к голове уши, тревожно заржал... чий Колька Капитонов. Это был разбитной, сам себе на уме мужик Впереди стояла глухая тайга, загадочно и настороженно смот лет сорока, с прокопчённым солнцем и тайгой до меди лицом.

рели на Семёна сосны. Душа звала вперёд, в синь деревьев, но жал — Как дела? — спросил он, не здороваясь.

ко леснику стало коня, и он повернул его назад, к кордону... — Жить можно, — ответил с ленцой в голосе Семён. — Вчерась С оттаявшего крутого склона сорвался шалый камень: он наби пытался на коне по обходу проехать, посмотреть, что и как, да Ян рал скорость, увлекая за собой свободный, не смёрзшийся щебень, тарный затоп в снегу… и лёгкий обвал спешно поглотила и заглушила отступившая от бере — У тебя не обход, а дом отдыха… Мышь не проскочит...

Семён поднял голову, посмотрел вверх, в небо: там, высоко на — Зимой служба нехлопотная. Зато летом, сам знаешь, глаз да вершине, словно навеки высеченный из рыжего гранита, стоял ма глаз нужен. Ягодники, грибники... того и гляди, тайгу подпалят...

рал. Откинув голову назад, к спине, он тянулся губами к солнцу. Марал на горе, по видимому, сделал неосторожный шаг, насту — Живи, красавец! — крикнул ему Семён... пил на щебневую россыпь, и камни с шумом покатились вниз, к Ли Быстро привык марал к людям, весь световой день без боязни зах вспыхнул хищный огонёк...

кормился на склоне горы, иной раз исчезал из поля зрения Семёна, — Ты что молчишь? У тебя такой красавец прописался? Давно залегал на отдых где нибудь за каменистым завалом. Скучнее ста пасётся?

новился склон без марала, не радовал взгляда. Но стоило встать с — С неделю... Как только снег сошёл со склона... Привык к нам, лёжки зверю, легко и радостно становилось на душе Семёна. а мы к нему — Снежок, и тот уже не лает на зверя.

...Как то, словно от резкого толчка, проснулся Семён на рассве Лесничий ничего не ответил, с ленцой, вразвалочку пошёл к ма те — в доме царил зеленоватый полусумрак, под койкой шуршала шине.

коркой мышь, а за бревенчатыми стенами избы глухо шумела Ли — Завтра с утра будь в конторе — приказал он Семёну.

ственка. Лесник долго лежал с открытыми глазами, прислушивался — Что стряслось?

к потаённым звукам раннего утра и вдруг почувствовал, что кто то — Там узнаешь...

смотрит с улицы в избу. Семён тревожно поднял голову, вздрогнул от неожиданности: за окном стоял марал, его большие и влажные глаза были полны доброты и любопытства. Ровно в девять лесник Семён привязал Янтарного к штакетнику Семён осторожно слез с койки, босым пробрался до лавки, с леспромхозовской ограды. В конторе была тишина. Кабинет Капи — Чего тебе? Смотришь, как мы живём поживаем? Хорошо жи Ираида Ивановна недовольно оторвала лицо от бумаг.

вём, в тепле... Доброты бы только побольше в мире. Без дележа жить — Где Николай Парамонович? — спросил Семён.

надо, всем места на земле хватит — и вам, зверям, и нам, людям... — Он мне не докладывает… Марал, не шелохнувшись, слушал речь Семёна. В его глазах — Зачем то вызывал меня в контору...

вспыхивали диковатые и тревожные огоньки. Он оскалил, словно в — Раз вызывал, так жди...

хохоте, зубы и, развернувшись, ушёл неспешно напрямую через ого Но лесничий не появился ни через час, ни через два...

— Ты с кем это там разговариваешь? — спросила Семёна про жик…»

— Стареешь, Сёма. Не замечалось у тебя такого раньше... роге до кордона Семён не подгонял лошадь, пошатываясь под такт шага коня, слушал звуки горного леса, шум реки и думал обо всём на свете: о жене Анне, о детях, которые обосновались в городе и непонятно зачем и люди убивают друг друга. Зачем? Разве мало Известный поэт и прозаик. Лауреат премии Из за красных талин показалась шиферная крыша кордона: из трубы шёл вялый дымок — знать, Анна приготовила обед, ждёт му жичка из поездки. Когда нет Семёна на кордоне, Анна реже выхо дит на подворье — боязно ей в тайге, тревожно на сердце...

— Появился — не запылился, — улыбнулась Анна. — Ты только

СКАЗКА ПРО БУРУНДУЧКОВ

из дома, а Капитонов тут как тут...

Семён вспомнил хищный блеск в глазах лесничего, когда тот Жил был ужасно дикий, но безумно красивый бурундучок. И смотрел на склон, где кормился марал, и всё понял. Он выскочил на была у него бурундучиха с бурундучатами.

улицу, посмотрел в гору — марала не было видно, только раскрас Бурундучок жил в настоящем логове для бурундучков, то есть невшиеся кусты оттаявших талин в ложке текли кровавой струйкой, там он прятался ото всех, кто ему мешал или мог помешать, которые словно кто то выстрелил в гору и она истекает свежей раной... свoим длинным носом суются везде, где их не просят.

Лиственка бешено рвала закрайки ноздреватого льда — вот вот Только настырные, хитрющие, прожорливые бурундучата, ко должен начаться ледоход, вспученный лёд напряжённо потрескивал, торые тоже жили в логове для бурундучков, постоянно выскакива стонал от напора потока. Семён метался по скользкому берегу. На ли откуда нибудь из за угла и всё время проверяли, куда делся бу той стороне был виден свежий след вездехода: он шёл к горе и те рундучок. На самом деле, куда же он опять подевался, пока мы тут с рялся в прибрежном черёмушнике... Точно всё рассчитал Капито вами разговариваем?

нов, не придерёшься — весенние воды смоют следы браконьерства. «Наверное, он куда нибудь ушёл», — подумали бурундучата и ре Как назло, куда то запропастился Снежок. Кричал Семён в синь леса, шили устроить ему настоящую засаду, то есть затаиться, спрятаться и звал собаку, но больше он кричал для другого: если вдруг жив марал, оттуда внимательно подглядывать наружу, пока не появится ни о чём не то встанет с лёжки, даст о себе знать. Но склон горы был пуст и не подозревающий бурундучок, который ничего такого не знает, что надо Семён тяжело сел на оттаявший ствол бросового дерева, шептал страшными огромными голосами на бедного бурундучка: «А а а! Попал — Господи, как жить дальше? Почему люди такие? Рухлядь, а не некуда. Вот как здорово всё будет, если правильно получится.

…Снежок появился на подворье к вечеру. Он сыто облизывался, бурундучка, ждут, а того всё нет и нет, как нарочно, куда то пропал...

вилял хвостом. На белой густой шерсти, на морде застыли сгустки Тут пришла мама бурундучиха и давай выяснять, куда это бурун свежей крови. Знать, пировал Снежок на том месте, где разделывал дучата запропастились. Как нашла кого то непонятного, который в каше лесничий тушу марала. Семён был жалостлив ко всякой скотине, а сидел, почему то сразу совсем не обрадовалась, а заохала, запричита здесь как то само собой получилось — пнул изо всей силы собаку, ла: «Ох, и что же мне с тобой делать, горе ты моё луковое?! Всё папе она отпрянула от лесника, обиженно заскулила... расскажу!» Расстроился маленький бурундучок, которого нашли, за — Ой, лешак, сдурел, что ли? За что ты так? — заругалась Анна. ревел громким зарёванным голосом: «Не на а адо папе рассказывать!..»

Семён ничего не ответил, взял вилы и пошёл, чтобы подбросить А папа бурундучок всё это услышал и сразу пришёл. Оказыва

ПОЛОСАТАЯ СКАЗКА

«Да как же вам, бурундучкам, не стыдно?! Ты посмотри на свои Вдруг пошёл дождь. Капель было много, и падали они на землю полоски! Ну как так можно?! Почему? Ни у кого нет, а у вас, бурун быстрыми косыми полосками. Тут сразу весь воздух вокруг стал по дучков, всегда есть! Ай ай ай! Ну ка, сними их сейчас же и спрячь лосатым от капель, которые в нём пролетали и падали куда то вниз, куда нибудь или мне отдай!» — шамкала старая шершавая жаба. Толь далеко далеко.

ко бурундучку почему то никак не было стыдно, совсем даже даже, «Теперь всё вокруг полосатое! — закричал бурундучок. — Бери, хотя он очень старался, потому что хорошие бурундучки всегда слу жаба! Сколько хочешь бери полосок!» Но жабы уже нигде не было. И шаются старших... А он тут просто мимо пробегал, когда она его заме бурундучок проснулся. Оказывается, это был сон. Но бурундучок всё тила. Конечно, жаба ведь считала, что красивее и умнее её никого на равно удивился: почему жаба не взяла себе сколько хочешь полосок и свете нет, а тут вдруг какой то бурундучок с полосками на спинке мимо вообще ни одной не взяла? И побежал он к жабе про свой сон спросить.

пробегает. И полоски у него такие красивые, такие красивые!.. Лю А её нигде не было в это время. Наверно, она ещё спала в своём старом бой жабе сразу обидно станет. У неё ведь нет таких полосочек. болоте, потому что так рано никто, кроме бурундучков, не просыпается.

Бурундучок ужасно любил гордиться полосками, которые у него Тогда бурундучок пошёл к своей бурундучихе и спросил у неё про были. Особенно гордился утром, а потом ещё днём, и ещё вечером сон: «Почему жаба не взяла ни одной полоски, когда их было так мно перед сном немножечко гордился и гляделся в зеркало на свою по го вокруг?» — «Отстань, — ответила бурундучиха сонным голосом, а лосатую спиночку: то одним бочком к нему повернётся, то другим потом помолчала и добавила: — Когда всего много, тогда этого уже — долго долго, пока не надоест. И все бурундучата так делали. никому не хочется. Не ешь больше столько орешков на ночь, ладно?»

Он бы и сегодня уснул сладко сладко, и опять снилось бы ему, как он весь день гордится своими полосками и никто не мешает ему это делать, потому что это ведь сон!

Но сегодня ничего такого не получилось, потому что перед сном бурундучок так здорово поел кедровых орешков, что даже не заме тил, как объелся. А он, пока грыз орешки, всё про жабу вспоминал, которая днём наквакала ему всякой ерунды про бурундучков. И ему было так жалко себя и всяких других бурундучков, которых она не честно ругала, что целый мешочек орешков вдруг очень быстро за кончился, а орешки все такие жирные и уже невкусные, когда их много, и в животике сразу тяжело, даже больно. О о хо хонюшки!

Сначала он никак не мог уснуть, всё крутился — ворочался под одеялком, потому что с набитым животиком лежать совсем неудоб но. Уже бурундучата все уснули. Уже и мама бурундучиха повошка лась на кухоньке, попыхтела, пошуршала чем то обо что то, а потом — пошла в спальню и тоже спать завалилась.

Так бурундучок и не заметил, как же он заснул. И снилась ему всякая муть баламуть: сначала жучки полосатые, потом полосатые поросята, потом лошадки полосатые, потом большие рыжие кошки, тоже совсем полосатые, а потом откуда то приплыли кораблики, на которых люди матросы в полосатых тельняшках плясали и пели пес ню «Яблочко». Вдруг из воды вынырнула старая жаба и крикнула:

«Безобразие! Как вам всем не стыдно! Это мои полоски! Это моё всё полосатое ! Дайте сюда!»

Бурундучок хотел возмутиться, но жаба вдруг упала прямо на него. «Жаба давит!» — испугался бурундучок, замахал лапками, раз

ПОСКОТИНА ПОДНЕБЕСНОЙ АКСЕЛЕРАЦИЯ

К ВОПРОСУ О ВЫБОРЕ МУЗЫ

Нокаут рифма, жгучая строка…

ЮБИЛЕЙНОЕ

А женщина мечтает стать мишенью — Я свободен и голоден дико.

В скорлупе мой цыплёнок талант… Не совладать, не обладая!..

О ПОЛЬЗЕ ВОЗДЕРЖАНИЯ

В результате рекламной кампании 20 «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007) «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007) Брысь, неприличные сны.

Да просто из небреженья 22 «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007) «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007) Кто на вольных хлебах произрос,

ПЕРЕД УХОДОМ НА ПЕНСИЮ

Люблю тебя, смешная птичка зяблик!

Люблю тебя, лесной красавец ёж!

Вот я плыву, похожа на кораблик,

ТАНЦУЮТ ПИНГВИНЫ

Что по ручьям пускает молодёжь… Тоска печаль рассеется,

ВЫЙДИ, ВЫЙДИ, СОЛНЫШКО

В парной мельканье веника,

СЕМЬ ЧУДЕС

24 «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007) «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007) — Мне скучно, дедушка, у вас:

Нет карусели тут.

Речушка и луга.

В лесу есть белка и лиса, Медведь и кабарга.

А коль косить поможешь луг, Ты семь чудес увидишь, внук.

— Каких чудес?

СКАЖИ МНЕ, МАМА

— Не торопись.

Долбить друг друга стали...

Котёнок перед ними сел, — Мой друг, я на работе.

Лови букашек юрких сам, 26 «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007) «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007) Слепнем мы от «чувствия», Хрюканье свинячее, Вмиг переиначится

ДОРОЖЕ ЖИЗНИ

Вот такая мне судьба Разлинована.

Ну, а белым — только стих, Коль получится.

По кедровой стороне 28 «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007) «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007)

ПОЖИЛАЯ ДУША

Вот другой, обновлённый состав, Даже музыка нынче другая...

Пригибаться душой я устал, От порывов её сберегая.

Самый ценный души инструмент — Голос жизни в словах интереса.

Разогнусь, чтоб под ветром шуметь, Чтоб под солнышком вволю согреться.

Чеканщика стук монотонный Доносится сквозь потолок — Наш дом городской многотонный Своим волшебством истолок...

Мне видится детство, посёлок, Осенние будни текут.

И я выбиваю подсолнух, Устроившись, как на току.

И жёлтой горою «тарелки», И семечек брызги из них, Пока циферблатом без стрелки Подсолнух пустой не возник.

Те стуки умолкли и эти...

30 «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007) «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007) Рвани я в ночь за тобою следом?

Здравствуй, солнечная Герда.

Потому что «глючил» ящик.

Как живёшь ты, поживаешь, Удивительная Герда?

Говорят, что вышла замуж Иногда (почти всё время) Лет под тридцать и назад две жизни. Трудно одной, да притом ещё с мужем в тюряге.

Дней моих, вздыхаю по Отчизне.

32 «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007) «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007) Кажется, ум у военных — на кончике шпаги.

Впрочем, прости, я ведь так, а совсем не по злости.

СВИДАНИЯ НАЕДИНЕ

КЕРОСИНОВАЯ ЛАМПА

Полный цикл «Письма» расположен на сайте «Точка Зрения — Lito.ru» по адресу:

http://lito.ru/avtor/rustamka Нет штуки надёжней, чем преданный друг. Лето закончилось, книга прочитана… Здесь лишними будут казённые штампы, Здесь важно тепло понимающих глаз — Ежедневно умирая в муках, Лето уходит, и прячем грустинку мы… 36 «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007) «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007) И адреналиновым выбросом Свою обновляем мы суть, Надеясь, что, может быть, выпросим У жизни безумства чуть чуть;

Что, может, удастся попробовать Страстей неизведанных вкус, И пусть воспитанья мы строгого — Но манит пьянящий искус.

Мне кажется, это простительно, Ведь жизнь, к сожаленью, одна На этой земле нам дана — Но как же она удивительна!..

38 «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007) «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007) прозаических произведений и мировоззрен ческих очерков. Самостоятельно издал

ПРИЯТНОГО АППЕТИТА!

книги стихов и песен. В настоящее время — предприниматель. Печатался в предыдущем Я порезал травинку, и алая кровь потекла Было б время и были б средства...

Стать ключом, растворённым в бездне, Перепуганный мяса кусок, бороздящий просторы посуды.

Интересно плевать на огонь, Надо выйти на воздух, во тьму И здесь — колыхнулись сверкнули два пьяных стакана, Но чёрные стекла скрывают опасные окна.

«Так. На полспички, пожалуй, хватает, Так я наскрёб по углам горстку денег пыльную дорогу. Огненный шар солнца в лазури небес висит прямо ли быть человек свободным на планете, имя которой — Земля? Я только в утопических романах. Это там всё по справедливости и нет понимаю, что вопрос этот — риторический. На него уже даны сотни никакой зависти и тщеславия. А у нас братья зачастую не могут по различных ответов, и все они и правильные, и по своему, в конеч делить наследство родителей и становятся недоброжелателями друг ном счёте, неверны. Неверны хотя бы потому, что в физическом и другу до конца дней своих. Сестра, жена и любовница никогда не бытовом отношениях человек никогда не бывает свободен и цели станут мне братьями. Никогда я не назову братом тестя, тёщу, буду ком зависит от обстоятельств. С точки зрения морали, на него воз щую невестку или зятя. Преступник никогда не назовёт так свою действуют законы и политика той страны, в которой он живёт. То жертву, а блюститель порядка (по логике вещей) — «вора в законе».

же можно сказать и о творческой стороне жизни. Несвободны в сво Наверное, эти лозунги были приняты и востребованы именно в своё их суждениях очень многие потому, что часто заблуждаются в сво время, теперь уже безвозвратно ушедшее. Жизнь придумала новые их мыслях, и происходит это в основном только из за того, что ник слова и новые песни. «Марсельезу» сменила «Таганка», где «ночи, то не знает всей правды о делах, творящихся в мире, а ещё потому, полные огня», а теперь в России молодёжь поёт о том, что «нас не что многие зависят от суждений других. Философов, писателей, со догонят…»

творённых только в своём сознании кумиров, часто давно от нас ушедших, но сказавших однажды так то и так то. А были ли они, эти Я же пока ни от кого не собираюсь убегать. Лёжа здесь, на ско кумиры, сами свободны, выражая, как казалось им, свои мысли и шенной и сложенной в стожок зелёной траве, я гляжу в лазурь не Как говорит нам история, лозунгом Французской революции принадлежащие, бьются сердечным перестуком в груди и вырыва были слова: «Свобода», «Равенство», «Братство». Слова по сути не ются и рвутся ввысь. Синь неба приближается. Небо входит в моё плохие, но совершенно абстрактные. И не потому, что пишу я сей сознание, поглощает и похищает его. Вспорхнувшая мысль летит в час эти строки так утвердительно, задним числом ведая, что случи зенит, обдуваемая ветерком, отталкивает лёгкие, едва заметные бе лось с организаторами тех переворотов власти, а потому, что дальше лые облачка, тщетно пытающиеся преодолеть земное тяготение, и понятий о провозглашённых словах дело ни тогда, ни после не по улетает в просторы Галактики. Она ищет простора и свободы. Она Абсолютной свободы в мире не существует. Разве только в умах нята ЗДЕСЬ.

рассудок потерявших. Или, как ни парадоксально, у людей, лишён «Там, за облаками, там, за облаками…»

ных физической свободы. Помню, однажды, оказавшись на некото А может быть, не надо взлетать так высоко? А стоит только сде рое время на ограниченном участке территории в весьма стеснён лать один лишь маленький шажок, и ты окажешься в другом — па ных условиях, я вдруг ощутил такой душевный творческий полёт, раллельном, астральном мире, который рядом, но для тебя пока не что за одну свою «болдинскую осень» накатал и опубликовал столько ведом и неосязаем? Как неведом и неосязаем наш мир для ребёнка, стихотворений, сколько не сочинил и не напечатал за последующие живущего в утробе матери — своей Вселенной.

Подобное я могу сказать и о равенстве. Его нет и быть в обще были удалены за какие то провинности, совершённые в ВЕЧНОС стве человеков не может. Как вы себе можете представить равен ТИ, и куда подсознательно стремится вернуться наша душа, мы пой ство полов? Жена, равная мужу? Или муж, стремящийся равняться мём, что наши помыслы были не напрасны.

на супругу? А равенство подчинённого и начальника? Родителей и А пока под коркой головного мозга живут воспоминания о буду «Все люди — братья!» — восторженно кричали когда то госпо бодна, равна всем другим братским, созданным Всевышним, душам, да революционеры, но прошло совсем короткое время после побе и зовут туда, за облака.

ды революции, и вчерашние единомышленники, вместе прошедшие ссылки, тюрьмы, делившиеся последним куском хлеба, не смогли поделить доставшуюся им вдруг власть и фантастические суммы денег, стали устранять друг друга. Братство, видимо, возможно толь ко среди людей обездоленных, бескорыстно помогающих друг дру гу, но не среди богатых и мещан. Идеальное общество существует Бирилюссы Красноярского края. Окончил историко филологический факультет Иркутского госуниверситета и аспирантуру Высшей шко ПИСАТЕЛЬ НОМЕРА лы профдвижения при ВЦСПС в Москве по кафедре «История проф союзов СССР». Работал в колхозе, леспромхозе, на заводе «Сибтяж маш», в районных и многотиражных газетах, в крайкоме профсоюза сельского хозяйства, в журнале «Енисей». Служил в армии. Печатался в краевых и областных газетах, в журналах «Молодая гвардия», «Даль ний Восток», «Сибирские огни», «День и ночь», «Енисей», в коллек тивных сборниках. Автор книг прозы «Памятник для матери», «Бел горюч камень», «От зари до зари», «Горька ягода калинушка», «Куплю дом в деревне», изданных в Красноярске и Москве. Написаны три кни ги романа исследования «Суриков, или Трилогия страданий» о вели ком нашем земляке В.И. Сурикове, которые ждут своего издателя, а также «Енисейская летопись» (Хронологический перечень важнейших дат и событий из истории Приенисейского края. 1207 1917 гг.). Член Союза писателей СССР — России с 1980 года. Живёт в Красноярске.

ПО ВЫСШЕМУ СЧЁТУ

кутском совещании молодых писателей Урала, Сибири и Дальнего Востока в 1974 году. Уже там, где рассматривались со всей присталь ностью и взыскательностью произведения начинающих литерато ров, В. Шанин заметно выделился вниманием к народным характе рам и заботам. Мощное впечатление на руководителей семинара и молодых писателей произвёл его рассказ «Памятник для матери». И сейчас я остаюсь при мысли, что не на всякую писательскую судьбу приходится столь проникновенный, честный, яркий рассказ.

потеряло своих свойств: дотошности при обрисовке характеров; по каза ситуаций — социальных, нравственно этических, психологи ческих; правдивости, живописности, глубины... Более того, В. Ша нин стал смелей, осознавая нашу действительность, её тенденции, её высокие черты, её неустройства, боли, застарелые тяготы...

это их жизненность, доподлинность всего, о чём он пишет. В книж ке нет ни лихо закрученных сюжетов, ни сенсационных историй — всё буднично, как в самой жизни. И как в самой жизни, драматичес Шанин точен в каждой детали, в каждой подробности. Это спо собствует созданию жизненно достоверных характеров рядовых — Галка нудила и нудила над ухом:

я подчёркиваю это слово — сугубо рядовых сельских тружеников. — Сень, а Сень... Хоть бы жеребчика вывел, покатал бы, а?

Герои Шанина не обременены высокими званиями и постами... Каж — Перебьёшься, — бурчал в ответ Сенька и принимался что дый из них — индивидуальность, наделённая своей судьбой, своими нибудь мастерить. Это означало: я человек занятой, мне некогда...

...В. Шанин ведёт повествование обычно спокойно, неспешно, чив и, как выразилась в злости мать, «нелюдимец вырос». Но Сень давая скуповатые, но точные картины происходящего. Всё так, буд ка просто напросто любил лошадей, и вот уже второе лето он коню то ничего особенного и не происходит, вроде бы всё обыденно, всем шит в колхозе, помогая отцу, а в свободное время почитывает учеб знакомо, но прочтёшь, закроешь последнюю страницу — и захоло ники за девятый и десятый классы. Больше всего, конечно, он лю нёт внутри, стиснет сердце тревожно такой тоской и болью. Всё толь бит жеребца Амура, который настолько к Сеньке привык, что узна ко что узнанное непременно в тебе отзовётся, всколыхнёт, заставит ёт по голосу.

задуматься, вспомнить самое дорогое, что было с тобой. С Галкой Сенька не виделся с прошлого года, когда её родители Первым же своим по настоящему значительным произведением, переехали в город, в районный центр — то ли отца перевели, то ли «Памятник для матери», В. Шанин поднял писательскую планку так вы мать, Сенька про то не интересовался.

соко, что, казалось, непросто ему будет снова достичь и поддерживать её И вот она опять в деревне: приехала к тётке готовиться в сельс в будущем. Но ниже этой планки он, пожалуй, уже не опускался. кохозяйственный техникум. В городе, говорила она, никаких усло Александр ЕРОХОВЕЦ. «Самая смертная связь», вий — шум, пыль, танцы отвлекают, а здесь — тихо, к тому же — «Красноярский рабочий», 25 ноября 1997 г. природа, а на природе, в лесу или на речке, хорошо учить. Словом,...Берясь за произведения на историческую тему, очень многие вной и по девчоночьи легкомысленной.

писатели идут наиболее верным путём, когда главный герой — пер Конечно, Сеньке приятно, что не куда нибудь, а в родную де сонаж вымышленный. Его столкновения с людьми историческими ревню она припожаловала — значит, не забыла; и что привязывает и создают общую атмосферу произведения. В то же время и автору ся к нему: прокати да прокати — тоже приятно, только без разреше проще, поскольку героя можно бросать в любые ситуации, сюжет ния ему строго настрого запретили выводить Амура из стойла: же но нанизывать на этот стержень множество событий, дополнитель ребец молодой, горячий, может зашибить.

но имевших место. Шанин принципиально берёт за основу иной Галка прибегала каждый день, находила Сеньку то в конюхов метод. Все персонажи у него — реально существующие. Герои, ко ке, где всегда было накурено, то на складе, в котором кисло пахло торые являются плодом фантазии писателя, ему не нужны. У него кожами новой сбруи, то в амбаре или ещё где, звонко смеялась, ду главный предмет исследования — Суриков, и все, кто так или иначе рачилась, а про своё, однако, не забывала:

Редакция альманаха «Новый Енисейский литератор» и редакцион — Сам знаю, — отвечал Сенька.

ный совет от души поздравляют большого русского писателя Владимира — А ты для меня всё равно лучше всех на свете. Почему так, а, Сень?

Яковлевича ШАНИНА с семидесятилетием и желают ему здоровья, твор Сенька скрёб ногтями неумело побритую щёку, раздумывал. Тут ческого долголетия, успехов в работе над новыми произведениями. кто нибудь его просил заменить хомут или сыпнуть жеребой кобы ле овса, да побольше, и Сенька облегчённо вздыхал — пустых разго — Может, завалялось где, а? — осторожно подбирался Сенька, воров он не терпел. Да и о чём говорить с девчонкой, коли вот он зная, что старик жмотистый, у него всякого хлама — прорва. — По сам, Сенька, вот его работа — всё на виду, смотри и не спрашивай. шарь, Михеич. Ноне ты, однако, тётке Мотре окошки стеклил и тёт — Тюха ты? Телёнок! — на глазах у Галки блеснули сердитые ке Марфе, так осталась, поди, шибочка. Не может быть, чтобы не Выкричавшись, она схватила лежавшую на крылечке шлею, швыр — Мо о жет, всё может! — проскрипел Михеич.

нула её в Сеньку и убежала. Шлея слегка задела увернувшегося Сень — Вот беда то, а!

ку и угодила в окно. Стекло звякнуло, брызнули на землю осколки. Михеич скосил на Сеньку мокрые заинтересованные глаза.

На другой день Галка на конный двор не пришла, и Сенька вдруг — Понимаешь, Михеич, — пустился в объяснения Сенька, — Стояло удивительное вёдро. Тёплый ветер раздувал по улице се стекло вынес. Пока бригадир не знает, вставить бы.

ребряные паутинки. За пряслом, в куче назьма, копались пёстрые — Да а, нехорошо вышло. Непорядок. Заигрался, поди, с этой, курицы, вялые свиньи лезли и валились в цветущую лужу. Сенька как её... с язвой то?

сидел под разбитым окном конюховки, держал на коленях порезан — Да ну тебя. Причём тут Галка?

ную шлею и задумчиво смотрел вдаль, где за речкой, на старом заб — А чё ж тогда?

Зло взяло Сеньку: пугнул бы дробью, да ружьё куда то запропа — Шлея под хвост, — хихикнул Михеич и потянул носом воз ло — то ли стянул кто, то ли сам куда сунул — захочешь, так не най дух. — Ишь ты! А тверёзый вроде. Шлея...

дёшь. Он так и не понял, от чего у него зло, которое копилось в нём и — Да не пью я её, водку твою!

Он встал, прошёл к Амуру в стойло, подбросил сенца в ясли, по кому — мёд. Как вот — попомнишь меня, старика — станет худо то, говорил с жеребцом и, успокоясь, вернулся на прежнее место. ко мне прибежишь. Скажешь: дай первачку — тоску задушить. Не — Вот дурень! Ну и дурень же, — поругивал он себя. — Дались дам, што ли? Дам. Лакай. Михеич, брат ты мой, знает, што она с лю Повертел в руках шлею, ощупал порезы на ремнях, прикинул: С фермы на обед торопились бабы. Тётка Марфа, толстая, как работёнки, пожалуй, на полчаса, не более, а вот с окном дело худо — копна, пыхтела позади всех, тоненько жаловалась:

Сенька повесил шлею на торчащий в стене деревянный штырь, — Пухнешь как на дрожжах, — смеялись бабы. — И куда пух запер дверь конюховки амбарным замком и отправился в деревню. нешь?

Он шёл по улице, поросшей крапивником и лопушником, мимо — А ить и вправду — куда? — подхватил Михеич, а Сеньке ска поваленных кое где заборов и заброшенных изб, стучал сапогом в зал, хитро прищурив глаза: — У хохлуши энтой стекла сколь хошь.

ворота и, для верности заглянув в слепое окно, вышагивал дальше с 3наю, што есть, а даст, не даст — от тебя, однако, зависит. Ндравная На завалинке он увидел белого, как брюква, деда Михеича. Дед — Спасибо, Михеич!

грелся на солнышке, опираясь на суковатую палку, пошевеливал Сенька сорвался с места и побежал догонять тётку Марфу. Дед бородой и смотрел на Сеньку ясными глазами. с любопытством смотрел ему вслед и улыбался.

— Здорово, Михеич! — Сенька присел рядышком, поинтересо — Тётка Марфа, выручай! — подлетел к толстой бабе Сенька, и — А скажи, Михеич, стеклом у тебя разжиться можно? — Тю у, вспомнил! — произнесла тётка Марфа. — Да я ще тую — Какое там — разжиться! — шевельнул головою дед. — Сам осень всё как есть на веранду потратила. Нету стекла, милый, нету!

то, Бог даст, вскорости остекленею. К чему оно мне, скажи на ми Сенька про себя выругался: «А ведь врёшь! По глазам вижу, что ке, ни о порезанной шлее он в то время не думал. Хуже, если наедет И были у деда такие просящие, по детски наивные глаза, что бригадир и увидит разбитое стекло. «Это что за форменное безоб Сенька не мог отказать ему.

разие?!» — насупит мохнатые, как у енота, брови и нажалуется отцу. Он шёл и сам с собою разговаривал:

Сенька пошёл на хитрость: получалось, без стекла он больше не — Ну, выпью рюмочку, уважу старого. Ничего, наверное, с рю при должности, его наверняка выпрут с работы и отправят на лесо мочки и не будет — не закосею. Пускай Михеич думает, что Сенька, — Запамятовала я, чи шо? — собрала на лбу ряд тёмных мор чал: замок на двери конюховки стоял торчмя, а не висел, как ему щин. — Кажись, махонькое стёклышко было. Как сейчас помню. А положено было висеть, и кто то в нём ковырял гвоздём — блестели куды дела — убей громом, не знаю. Пошукать надо. свежие царапины, белел пепел от папирос. На земле валялся раздав Они вместе направились к большому дому под шифером, со стек ленный окурок, и пыльный след от сапог уводил к складу. На зава лянной верандой. Тётка Марфа неуклюже, бочком, протиснулась в линке, где зияло чернотой полое окошко с кинжальными стёклыш узкую щель калитки, за ней юркнул Сенька, и калитка, звякнув ще ками, лежал букетик поздних незабудок.

Дед Михеич всё так же, не меняя позы, глядел на тесовые ворота, ла схорониться?

прозрачную веранду, наличники с замысловатой резьбой и чему то Прятаться дольше девчонке не было никакого смысла — не вы улыбался. Должно быть, думал о пробивном Сеньке и жадной Марфе. несла б этой пытки. Она прыснула, зажав рот ладонью, видя, как Стекло, конечно, у него было, немного, правда, листа два, и он Сенька её высматривает, и вылезла из пустых яслей. Тщательно об половину отдал бы Сеньке, покуражился для видимости и отдал. А щипав приставшие к розовому платью цепкие овсяные мякинины, тут подоспела Марфа — ну как не прощупать, на что годится пар она задорно посмотрела на Сеньку. У неё были тёмные, с изгибом, нишка! Найдёт ли подход к бабе? Нашёл, язви его! брови, каштановые волосы спадали на плечи тяжёлыми струями, и Хорошо стало деду. На душе тепло, весело. Сенька засмотрелся, залюбовался Галкой, про всё вчерашнее забыв.

Через четверть часа довольный Сенька выкатился на улицу, дер Что то царапнуло разволновавшееся Сенькино сердце, похожее, жа под мышкой горящую на солнце стеклину. быть может, на скворца в тесной клетке, трепыхнулось раз и два и — Ма а ахонькое, говорит, — сказал он деду, вовсю улыбаясь от замерло, а птичьи клювики, по одному на сторону, часто и небольно Кусок и в самом деле порядочный, на два таких, как в конюхов — Правда, красивые цветы? И называются романтично: неза ке, окошка хватит. Михеич оживился, остучал Марфин дар толсты будки! — сияла Галка. — Я их за Марфиным двором нашла. Там — — Ишь ты! — с завистью поцокал он языком, и свет потух в его Сенька с деланным равнодушием глянул на её руку, на розовое ясных глазах. — До оброе, однако, стёклышко, доброе. пятно ожога у запястья, на родинку с маковое зёрнышко и грубо — — Не хотела давать, но я взял — и в двери. Всё равно, говорю, уж так вышло — ответил:

тётка Марфа, тебе оно ни к чему, разве только зарезаться, а мне без — Могла бы и не лазить. Эка невидаль — цветочки!

— Ругань подняла. «Паразит, — говорит, — обобрал! Ограбил…» А — За окно?

я ж отдам. Вот слетаю в район — и отдам. Пускай подавится, жадина! — И за окно тоже.

— Не надо, Сеня, — твёрдо сказал Михеич. — Не отдавай. Не — А ты чего расфуфырилась?

— Ты ка вот што. Когда вставишь, так заскочь. Марфин пода Однако быть непойманной не входило в её несложные девчоно рок обмоем… Хар роший ты парнишка, Сенька! Сроду не пивал с чьи планы, и вскоре она очутилась в крепких Сенькиных руках.

От её мягких волос дурманяще пахло духами, вздрагивающее — Да разве так делают! — и Михеич принялся учить Сеньку: — тело отдавало сладковатым теплом, и Сеньке вдруг стало почему то Для начала, скажем, покататься пригласи. Пристройся рядышком, — Нич чего, — выдохнул он и расцепил пальцы. с испугу то, ну, не теряйся тогда, целуй. Я вить свою то старуху, цар Потом они вместе стеклили окно. Оба молчали, не решаясь под ство ей небесное, точно таким вот фертом взял — и ничего. Да ишо Подавая стекло, Галка испуганно вскрикнула — из порезанного — А ну тебя, дед. Сейчас так не делают. Старо, дед.

— Знать, не судьба, — вздохнула она. — Не быть нам вместе, За воротами попрощались за руку.

— Ты, может, нарочно, а? — похолодел Сенька от жалости к но. Тока хрупкая больно.

Сенька неумело перетянул ей палец носовым платком. Две луны прятались за тучу, которая низко плыла над деревней. Сень — А знаешь что? Давай вечером покатаемся на Амуре. Жди у ка шёл по притихшей улице, лёгкий, опустошённый, и телеграфные Галка кивнула, большие тёмные глаза её погрустнели. бок, словно хромали.

— Я уезжаю, Сеня, — тихо сказала она. — 3автра. Ноги сами привели Сеньку на конный двор. Амур встретил его …Вечером слегка хмельной Сенька обнимал деда Михеича за рушка, ничего. Мы с тобой ещё побегаем. Побегаем, да? Конечно, костлявые плечи и жаловался на свою жизнь: побегаем, что нам стоит, — Сенька оглаживал жеребца, хлопал по — Я, наверно, и в самом деле тюха. Скажи, дед, тюха я или нет? гладкому крупу ладонью, разговаривал, а сам думал о Галке: «3ря — Да што ты, Бог с тобой. По обличью, што ли, не видно? Теперь он точно знал, что ему делать. Представилось, как по — А, не поймёшь ты, — махнул рукой Сенька и покачался. — дойдёт к окну и тихонько стукнет в стекло пальцами, как откроют Характер у меня такой, знаешь… В общем, знаешь, да? Вот нравится ся створки и покажется полусонное лицо, а немного погодя на девчонка, а как подойти — смелости нету. крыльцо выскочит Галка, откроет калитку и встанет в проёме во — Дурачок, — ласково произнёс Михеич. — Думаешь, я ничё не ротец, глядя на него широко открытыми, удивлёнными глазами. Так понимаю? По этой, как её... по девке, поди, этой сохнешь? Галька, она будет стоять долго, привалясь к приворотному стояку, в ситце што ли? Так женись! В чём дело то? Женись. Давай ка лучше дёр вом платьишке, в больших тёткиных тапочках, с прижатыми к гру Сенька поднял стакан, «дёрнул» дедовой браги, заел хрустящим отсветах луны, совсем чёрными глазами. От неё войдёт в Сеньку — Ничё, пройдёт, — Михеич слазил в погреб, вернулся с пол скворцы и примутся небольно и радостно долбить виски своими Сенька попил квасу, поднял на деда соловые глаза: Над сенником тревожно и одиноко пискнула ночная пичуга. Уси — А что, если откажет? Возьмёт и откажет, а? ливающийся ветер трепал на деревьях листья, и они беспокойно на — Чё — откажет? Кто откажет? — не понимал или притворял шёптывали: «Тиш ше, тиш ше... Тих хо…» Туча опустилась ниже, вот — Ну, если вот так скажу: «Давай жениться будем». А? Засме стым Аргинским увалом посвечивало. Сенька вывел жеребца, зап колхоза, упал на мягкие подушки сиденья и крикнул, накручивая на кулак вожжи:

— А ну, Амур, трогай! Покатаемся, чёрт возьми!

Какое то время жеребец топтался на месте, нетерпеливо пере бирая тонкими длинными ногами, и грыз удила. И вдруг он со свис том взмахнул хвостом, прыгнул, встал на дыбы, дрожки дёрнулись, застонали рессоры, и загудел в ушах ветер.

— Жми, Амур, жми! — азартно кричал Сенька, захлёбываясь тугим встречным ветром. — Давай, давай! В гости едем! Знаешь, к кому? Не знаешь? И не надо. Давай, Амурушка!..

Промелькнули избы тётки Марфы, Михеича и его самого, Сень ки, в окнах горел электрический свет и мельтешили тени. Чуть по дальше, за сельповским магазином, весь в тени, стоял приземистый домишко Галкиной тётки с одним освещённым окошком, выходив шим во двор. Сенька осадил Амура против этого дома...

Он не успел додумать о том, что скажет Галке, как послышался короткий испуганный вскрик и чья то тень отлетела в сторону. В то же мгновение дикая, необузданная сила вырвала его из дрожек; Амур всхрапнул, ударил задними ногами в передок дрожек и, ломая ог лобли, галопом помчался в открытое поле.

Сенька вскочил, заозирался: с земли, у самых ворот, поднима лась, постанывая, Галка.

— Дурак, — сказала она тихо и несердито.

— Галя… Галь… Тебе больно, да?

Всё ещё не веря в удачный исход, Сенька взял её на руки и по нёс. Куда — он и сам не знал, нёс, и всё, а по щекам катились тёплые слёзы.

— Ты меня прости, Галь... Прости, — повторял он исступлённо:

ему казалось, что Галка вот вот умрёт.

— А я тебя ждала, Сень, — прошептала она, обняв Сеньку за шею, — там, у поскотины. Ты не пришёл… юза российских писателей.

Я МОГ БЫ БЫТЬ СЧАСТЛИВЫМ

КАСАЯСЬ ГЛАДЬЮ

От скуки радости не чаял, Смотрел назад, а не вперёд… Но навестил меня Нечаев — И всё пошло наоборот:

На взлёт, к надежде и победе И я прозрел! Друзья дороже, Чем окаянные рубли!..

Потом взбодрился и причалил К журналу славы «День и ночь», Где старый друг Антон Нечаев Мне обещал в беде помочь, Когда я буду вновь отвергнут 58 «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007) «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007) Лишь высота могла спасти.

60 «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007) «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007) Преподаватель профтехучилища. Участник Я только пыль с них вытираю, фестивалей бардовской песни. Печаталась в Разглядывая трещинку в окне.

коллективных сборниках, альманахе «Но Решенье всех проблем — не для меня,

ЗИМНЕЕ ВОСПОМИНАНИЕ О ЛЕТЕ

Среди толпы — как средь пустыни, Мне очень тесно в пустом пространстве. Только, слегка взгрустнув, плачет свеча — мы вдвоём.

Откроется, чуть скрипнув, дверца. Только, слегка взгрустнув, плачет свеча — мы вдвоём.

Я влюблён в красоты Причулымья, Здесь встречал рассветы у реки,

ХОДИТЬ

Где дремали в утренней прохладе У костров погасших рыбаки.

Разукрашены луга цветами, Разрумянил облака рассвет.

Не «искусственник» я и не калека — Руки, ноги и голова.

Знаю род свой за лет эдак двести, Опыт в жизни был небольшой.

64 «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007) «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007)

ВЗГЛЯД

За собой в даль уведу.

Выпью чашу вина хмельную, 66 «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007) «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007)

ПИСЬМО ИЗ ПРОШЛОГО

СВЕЧА НА ВЕТРУ

Его письмо — его стихи!

Лишь небольшая передышка, Там ждут письмо в селе старинном.

К родимым людям прилетит...

Читая, вздрогнет мать невольно:

68 «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007) «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007)

ДО ОБЛАКОВ

Умыться свежей утренней росой, И птицею взлететь до облаков, И Солнца ощутить прикосновенье.

И нежность Тишины почувствовать потом.

В памяти с нежностью сохранит Кто, как не мама, наполнит теплом 70 «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007) «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007) стница Всероссийского конкурса «Юные дарования», победительница городского межшкольного конкурса «Ожившая стро ка». Студентка филологического факульте та Саратовского госуниверситета.

ЗЕРКАЛО ВРЕМЁН

ПОСЛЕДНИЙ ЦВЕТОК

Когда померкнут фонари И молодым дыханьем греет, Лукавый взгляд и смех крылатый, На перепутье двух миров.

Уходя, ты с прощальным приветом Мне о главном ещё раз шепни.

72 «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007) «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007) А всё таки выиграть И счастье своё рукой потрогать, Себе говоря, что ему не верю, Другим говорю — всё будет иначе...

А счастье уже открывает двери, Выходит...

РАСПЛАТА

Когда рассвет разжимает руки... лым «передничком», вместе с огромным отцом, тоже Тарзаном (на Прервётся печальная нить. электричкой, когда провожала на поезд хозяйку. Вместо неё во дво Я просто не смею быть нежной, ре поселилась маленькая, стройная Рада — смесь дворняги и овчар Едва научившись любить. ки. Давно подрос и заматерел Тарзан младший. Подарком судьбы А ты будешь чёрным и смелым, одном из сражений он потерял глаз, хромал и всё чаще норовил при Бросили умирающего на болоте и побежали за Радой. Окровавлен ный кусок живого мяса и лохматой чёрной шерсти долго лежал не Крупный летний дождь на миг подарил Тарзану сознание. Явь Поэт, бард, музыкант, основатель краевого перемешивалась со сновидениями, навевала воспоминания. Он Чулымского фестиваля.

вспомнил, как вместе с родителями пришёл в гостеприимный дом.

Отец был вожаком собачьей стаи. Ему полагались лакомые куски с господского стола. Ни одна из собак не смела подойти к пище, пока не насытится Тарзан старший. Затем осторожно подходила подруга Тарзана. Младшему доставались объедки. Подросшего Тарзана это унижало, и он всё чаще схватывался с отцом около чашки с едой.

ЖУРАВЛИ

Позже начались бои за подруг. Отец уже не мог соперничать со сво им повзрослевшим сыном. Последнее сражение было недолгим. Из Вот опять журавлей голоса раненный отец уполз в горы, чтобы умереть там в одиночестве... В этой утренней призрачной сини.

«Вот и пришла расплата. Настал и мой черёд умереть от детей Закружила меня золотая листва своих», — подумал Тарзан и забился в предсмертных судорогах. И тоска бесконечной России.

БАЛЛАДА ОБ УСТАВШЕМ ВРЕМЕНИ

ВОЗДУШНЫЕ ЗАМКИ

Кто будет жить в моих воздушных замках?

Кто будет в них поддерживать огонь?

В прозрачных бесконечных синих залах — Отчаянье растаявших снегов.

Я вижу сквозь туманные рассветы Дорог моих нечитанных тома.

Рюкзак за плечи: «Здравствуйте, планета!»

В лицо — ветров весенних бахрома.

Всем, кто шагает: вот ключи — не жалко — От бесконечной радости дорог.

Сорвётся голос в никуда, Звезда — вечернее кино Над дряхлым памяти забором.

Вся жизнь — как горькое вино, А смерть — похмелье, но не скоро.

От перекрёстков избавленье.

Ворвётся голос в никуда, Заплачут призрачные тени.

ПЕСНЯ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ

И отраженьем сна являются ко мне, В прошедшее зовут и в будущем звенят Нестёртые слова на памятнике дня. Я буду много говорить, хмельную нежность листопада Ведь только в городах, в бензиновом шатре, Ведь за окном совсем темно. Осенний ветер правит балом, Так хочется взглянуть на озеро в заре, Уже не весело вино. Тускнеет свет пустых бокалов.

Купаться в голосах летящих журавлей. Давно закончена игра. И только память, только память.

Слова — пустые алтари за медленно закрытой дверью.

Я буду много говорить...

В ГОСТИНОЙ

Осень в золотые листья эполеты

«ЕНИСЕЙСКОГО

Нарядила праздничный парад:

Завтра снега белы. Новогодние балы Только цветные сны будут радужно полны Приглашает к маршу ветер капельмейстер, В музыке оркестра вместо темпа престо Покидают скверы стройные отряды, Мы проводим взглядом золото парада

ТРИДЦАТЫЕ ГОДЫ

Выстроен страха нестройный зигзаг — Нищих, голодных прокормит тюрьма.

80 «Новый Енисейский литератор» № 8 (6/2007) Классик советской российской детской ли — Очень приятно. Жаль, что не удаётся встретиться со всеми, тературы Владислав Петрович Крапивин ро посмотреть в глаза, пожать руки... Столько приходит добрых писем, дился 14 октября 1938 года в Тюмени, в се и не могу на все ответить. Чувствую себя преступником!

мье педагогов. В 1956 году поступил на фа — Но ведь, Владислав Петрович, как гласит поговорка, со все ственного университета им. А.М. Горького. — А хотелось бы! В последнее время некоторые читатели пишут Несколько лет работал литературным со с огорчением, что в моих книгах много грусти. Это действительность трудником и заведующим отделом журнала диктует свои сюжетные повороты. Включаешь телевизор и видишь «Уральский следопыт». В 1965 году ушёл на очередной теракт, обугленных в боях мальчишек... В России нахо В 1961 году Владиславом Крапивиным по собственной инициати беспризорных. Разве после этого может родиться милая безоблач ве был создан детский отряд «Каравелла», профиль которого — жур ная сказка?

налистика, морское дело, фехтование. Владислав Петрович руково — Тем не менее, улыбка у вас весёлая...

дил «Каравеллой», существующей и поныне, более 30 лет. Его книги — Это не моя улыбка, а встреченных людей. Вот вас встретил — были включены в «Золотую библиотеку избранных произведений для улыбнулся, других хороших людей встретил — ещё улыбнулся. Не детей и юношества», «Библиотеку приключений и научной фантас дели две назад выхожу из магазина, а навстречу идёт симпатичная тики», «Библиотеку мировой литературы для детей», в японскую 26 молодая женщина с пацанёнком лет семи. Они уступают мне доро томную серию «Избранные сочинения для подростков». гу, а я пропускаю их вперёд. Женщина улыбается: «Проходите, мы Книги Владислава Крапивина неоднократно переиздавались в вас любим». Было так приятно, что я весь день ходил с улыбкой.

Польше, Чехословакии, Болгарии, Германии, Японии, Венгрии, пе — А можно узнать, в каком городе живёт ваш самый предан реводились на французский, английский, испанский, персидский и ный читатель?

другие языки. Всего вышло более 200 изданий на различных языках. — В Севастополе. Там у меня, знаю, много читателей. Я дружу с...Бывают встречи, перед которыми захватывает дух, как пе ред вхождением в морскую пучину. Так произошло перед интер вью с культовой фигурой юношеской литературы и жанра «фэн тези» Владиславом Крапивиным в отделении Союза писателей Екатеринбурга.

Узнав, что он в соседнем кабинете, я вооружилась диктофо — Почему вы до сих пор не променяли екатеринбургскую про ном, фотоаппаратом и пошла на поклон к мастеру слова, творчес писку на московскую?

кий стаж которого насчитывает более сорока лет. По дороге всплы ли названия его дорогих с детства романтических и добрых книг:

«Мальчик со шпагой», «Колыбельная для брата», «Валькины дру зья и паруса»...

В комнате, заставленной книжными полками, меня встретил высокий голубоглазый человек. Сразу подметила: такие яркие, цве та ключевой воды, глаза бывают только у тех, кто чист сердцем.

Иначе как возможно так проникновенно писать о детских продел ках, «первых парусах, первых стихах, первых неудачах, первой — Вы — почётный гражданин Екатеринбурга. Есть ли в этом — Скорее, это заповедный пустырь, расположенный недалеко от Белого дома. Там ещё остались полуразрушенные старинные квар ми. В августе сентябре на этом месте второй раз начинают бурно Драматург. Выпускник Высших литератур цвести ромашки и одуванчики. В этом тихом уголке, выражаясь пыш ных курсов Литературного института им.

— Рождение художественных образов — это таинство. При откройте дверцу в секретную комнату, где появляются ваши пер сонажи.

— Случается, персонажи моих будущих книг приходят во сне.

Однажды приснилось, будто я нахожусь один в глухом космосе, в

БЕЛЫЙ ОСЛИК

наглухо закрытом звездолёте. Сижу себе у какого то пульта и не удивляюсь этому обстоятельству. И вдруг появляется пацанёнок лет одиннадцати. Волосы в тополином пухе, майка на пузе порвана, одна штанина подвёрнута, будто он только что ехал на велосипеде. Я уди Наместник в белой тоге с пурпурной каймой восседает в вился: как он оказался здесь, в тысяче световых лет от Земли? Про кресле. Охрана вводит Героя.

сыпаюсь — и начинает раскручиваться сюжет, который выливается Наместник. Что морщишь ты лицо?

в роман «Голубятня на жёлтой поляне». Кстати, бывает, что читате Так неприятен вид мой для тебя?

ли подсказывают сюжеты произведений. Несколько лет назад деся Герой. Служители порядка сначала бьют, потом уж имя спросят.

тилетняя девочка Надя, жительница Дальнего Востока, прислала мне Наместник. А ты считал, что в имени твоём защита скрыта?

письмо, в котором поведала трогательную историю о том, как она Скажи его. И о себе. И о своём ученье.

искала в библиотеке мою новую книжку. Ей сообщили, что новинку Я правду знать хочу, то не изменит участи твоей, уже целый месяц держит мальчишка по имени Сашка Капитонов. Но любопытно... Так много о тебе наговорили...

Девочка с негодованием взяла Сашкин адрес и, придя к нему домой, Герой. Позволь мне сесть, мне плохо.

отобрала книгу. Потом ребята помирились, разговорились, подру Охранник. Не сметь так говорить.

жились и дружат уже четыре года. Об этом и о многом другом Надя Наместник. Пусть сядет.

— девочка энергичная и творческая — пишет мне регулярно. Мно Герой садится на пол напротив кресла Наместника.

гие её наблюдения, откровения, признания вошли в мою новую книгу Раз боль испытывает — он человек, не Бог.

«Семь фунтов брамсельного ветра». Раньше меня упрекали, что все И если чувствует себя нехорошо, мои главные герои — мальчишки, а вот новый роман стал исключе Его рассудок не оставил.

— Что бы вы могли пожелать сибирским мальчишкам и дев чонкам?

— Ребята, читайте побольше хороших книг. Ведь, как пел Вы Расположенья своего не показал.

соцкий, если ты обладаешь многими достоинствами, «значит, нуж Обиду, страх, уничиженье...

Специально для «Нового Енисейского литератора» Ты не назвался, но два вопроса я уже решил.

Наместник. Ты нагл, как раб. Хотя валяй. Я не люблю артистов Не знающий ни славы, ни почтенья, (Делает знак рукой, слуга исполняет), Ни почестей, ни власти, ни богатства, Но слышал про твои чудачества с водой, Ни страха подданных, ни трепета наложниц.

Её ты превращал в вино... Конечно, врут. Ты развлекал толпу, лечил придурковатых, И странное название напитка лишь подтверждает ложь. Кормил бездельников, развратниц защищал, Наместник. Ответы на мои вопросы мне известны. Но завтра, завтра крикнут мне в ответ И наша болтовня, возможно, лишь развеет скуку. Твои же сотрапезники прозревшие:

Но начал ты неважно — с какого то портвейна, Герой. Да, это так, но мало в том печали.

Тем можно удивить толпу в базарный день. Наместник. Ещё какой напиток, что в будущем в неведомой стране В другой стране, она ещё не существует. Наместник. Валяй, я знаю жизни вкус.

Наместник. Твой долг велит тебе о прошлом рассказать, Герой. Вели рабам до ближнего ларька сгонять.

Герой. Мне легче, чем тебе. Мой смертный час известен. Что скажет сей приговорённый самим собой.

Ты — что велит тебе общественное положенье. ками бутылок и закусок. Наместник встаёт с кресла, под Ты раб людей и их превратных мнений, я уже отдан Богу. ходит к столу и с удивлением рассматривает разложен Наместник. Я буду жить, ты — в муках умирать. ное на нём. Притрагивается к бутылке с водкой и обра Меж родами и умираньем особой радости не ощущаем — Но, вижу, не ошибся, что встретиться решил с тобой.

О скуке сам упомянул. Ты к Богу перейдёшь поздней меня. Как понимаю я, ты можешь Портвейна люди пить тогда ещё не будут. Заглянуть вперёд во времени...

Наместник. Налейте мне портвейна из фонтана. И, кажется, сюда перенести, что будет сделано людьми Скорей, наоборот, что, впрочем, дело вкуса. Герой. И да, и нет. Здесь толика того, Наместник. Что в жизни смыслишь ты? Бродяга нищий, Такое очень крепкое вино, я не советую тебе пить водку, Наместник. Она — лекарство? В таких больших бутылях? В театре, не на пляже...

Герой. Они её глотают, чтоб сделаться свободней. Наместник. Ну, хорошо: что общего меж мною и тобой?

Наместник. Свободней? От чего? Кого? Они рабы? Что так же неизвестно мне, Герой. Они рабы себя. И сами платят за своё освобожденье — Имея бесконечно познаваемую тайну.

Наместник. Всем уйти. Ты делаешь мне больно. Написаны законы, права и обязательства людей.

Наместник. Вино — забавно, но игра, а что там с храмом за дела? Пусть мы по разному живём и думаем, Мне донесли, что ты менял кнутом из храма прогонял? Умрём различно — и всё ж?..

Герой. И ты поверил? Это не забава — лишать ростовщиков Герой. С тобою нас одно объединяет — неведома нам женщина.

Доходных мест, и не дождался бы меня мой крест, Наместник. Вот здесь ты врёшь. Ты насмешил меня:

И болтовня — один твой труд... Так разве это труд? Девиц, развратниц, умниц, мастериц...

Герой. Не сложно это доказать. И если б удалось собрать Рожать им больно — их влечёт к мужчине!

Пусть только в этом городе кресты, на шеях что висят, Наместник. Обычай, зов природы, долг и... власть мужчины.

И их потом продать... До смертных дней твоих Герой. Власть власти рознь. Свободная жена мужчину ищет, Наместник. Глаза я видел, взгляда не прочесть... Там бездна... пус Упившись наслажденьем, постигшая мужчину Во времена любви у женщины глаза глядят в себя… И постиженье мужа — ей награда!

Герой. Но, верно, много слышал ты рассказов? За боли и страданья, за бред и несуразность бытия, Наместник. Какая болтовня... У них нет слов и нет рассказов... Возможно, гениального творца иль спутницы его.

Наместник. Пожалуй, я с тобою соглашусь... Герой. Они — мои плоды, мои творенья.

Опять ты прав! Скажи мне в утешенье... Я... мужчина? Им надобно созреть, на это требуется время.

Герой. Раз видел неглядящие глаза и женское счастливое лицо, Мне одному не скучно никогда, я сам себе хозяин и слуга.

Я начинаю сожалеть, что надобно тебя убить. Герой. Ты вновь неправ. Я принял приговор, не вопросив, Наместник. Но это роскошь, это только для тебя. Герой. Отчасти да, об этом говорил всегда.

Наместник. Год? Много. Лишь перед кончиной такое суждено. Герой. Я сделал то, что мог. Не первый говорю и не последний.

Герой. Опять ошибся ты луны на три четыре. Наместник. Да, много трепачей бывало, Герой. Ты, видимо, устал. Хлебни ка портвешка. От матери к земле, иль морю, иль кресту.

Ты, рядом постояв со мной, бессмертным станешь. Приятно жить... И скучно умирать.

Наместник. Я?! (С м е ё т с я). Ты будешь жить в веках, Скажи, мы сможем встретиться опять?

Другой вопрос. Но я до сей вершины не дорос. Герой. Конечно, да. Встречаться будем мы всегда, Ну, делал всё, что позволяло избегнуть наказанья. Наместник. Так много о любви ты говоришь.

Разве можно, такое совершив, бессмертье обрести? Скажи, в чём этой штуки смысл?

Наместник. Мне страшно... Неужели? Поговорив с тобой Пока растём, границы раздвигаем известного нам мира.

И наши преступленья становятся известны им?! Наместник. Верно, нелегко представить беспредельность Герой. Отчасти потому нас так спешат убить. Пространства, времени Я многого достиг, конечно, можно боле... Любовь — средоточение всех качеств бытия в одном.

Мои богатства, слава, власть — тому пример! Наместник. Ну как, опять? Любовь же можно потерять?

Совершенно не волнует, что я тебя убил?!!! Герой. Объект любви разрушен может быть.

Махнув один стакан, ты запросто, без всяких чародеев, Уйдёт один объект, придёт другой — Наместник. Я не труслив, но надобно хлебнуть для храбрости. Любовь есть завершенье наших устремлений.

П оя в л я е тся сл уга и р а зл ив а е т на питки по б окал ам. Влюблялся я не раз, но, разглядев избранницу, Приятственней беседа со стаканом добрейшего вина. Не раз бывал разочарован. Что изменялось — я или она?

Герой. Меняться мы должны. Но дело здесь в другом. И пью сейчас я, силы набираюсь.

Влюблялся ты не в то, что существует, а в то, что быть могло, Наместник. Положим, не умрёшь. Куда потом пойдёшь?

Когда б не помешали ребёнку, девочке, расти, Вернёшься к нам?

Даёт он материал, а лепит человека мир, О деле, власти, долге, что на них лежит, затем уйду.

Наместник. Ты хочешь это изменить? Других людей взрастить? Герой. Э нет. Свой крест попрёте вы. Я понесу себя.

Герой. Я лишь сказал о том, меняться предстоит потом. Наместник. Уж точно, мы потащим.

И в день один, и в сотни лет не может измениться человек. Как жить привязанным к кресту?

Герой. Зачем гадать? Давай шампанского нальём, Иль сам в «Крестах»... Всё суета.

Наместник. Какая радость в смерти, что предстоит?.. С кем говорить мне так легко!

Герой. Радость в умиранье, что жизнью называют. Герой. С ослами трудно рассуждать.

Наместник. Жизнь — страданье, и рядом смерть твоя. Ты людям научись внимать. Они умеют рассказать Герой. Люблю: и вкусно, и душевно, и полезно. Они глядят в тебя... Пожалуй, хватит, я пошёл.

Наместник. Прекрасен цвет и вкус. Наместник. Постой... Постой... Пусть... Будут знать!

Герой. Мускат, Массандра. Совершенство вкуса, запаха — Пусть будет им урок!

Звук скрипки, голос песни и тела пластика. Пусть будут знать, что я не спас тебя.

Наместник. Танцовщиц пригласить? Устроим пир? Сейчас! Я не боюсь! Пусть!

Герой. Поминки впереди. Танцующие будут плакать. Герой. А дальше? Дальше что?..

Наместник. Опять о грустном ты. Но только что сказал, Наместник. Дальше?.. Дальше им решать — как жить, Герой. Попытаюсь… Не кресло — крест...

ШАХИДКА

Фимиам* — сильный аромат.

легла на их слабые плечи, а на смуглые лица, может быть поэтому и не такие красивые, пали тени от не самых лучших вайнахских1 имён нимал внучку, ласково гладил по глянцевым волосам и заглядывал в С раннего детства их приучили к постоянной, от того и не казав Яха помогала деду по хозяйству, готовила ароматную шурпу, шейся такой тяжёлой, работе. Им приходилось от утренней до ве штопала одежду, слушая его глухой хрипловатый голос.

черней зари готовить пищу, штопать одежду, ткать сукно, шить су — Ты у меня очень красивая растёшь, дочка. Трудно тебе без конную обувь, ухаживать за скотом, таскать с реки воду, убирать братьев приходится, один отец защитник и кормилец. Знаешь, как в дом, а весной — обмазывать его глиной и белить заново, а также по народе говорят? Дочь, растущая без братьев, всё равно что ткъам могать вечно хмурому строгому отцу в его полевых заботах. бийна оалхазар — птица с подбитым крылом, значит. Не дал Аллах В русскую школу, за семь километров от аула, из всех четырёх мне внуков, видимо, не простил меня до сих пор.

дочерей отдали только её. Хватит на нашу семью образованных жен — За что, дади? — тихонько спрашивала Яха.

щин, сказал отец, а рабочие руки всегда нужней. — Эх, джанечка… — вздыхал дед, не отвечая на вопрос. — А как Яха поднималась ещё затемно, складывала в сумку несколько раньше богат был наш род Яндиевых — и овцами, и джигитами. Пять лепёшек, тетрадей и книг, повязывала хиджаб3 и выходила в све родовых башен сами отстроили, по всей округе знали нас и уважа жий и морозный, как горный ручей, утренний воздух, чтобы по ка ли, советоваться приходили чуть ли не из самого Владикавказа. Да, менистой тропе через перевал пройти в школу. Ей очень нравилось раньше всё по другому было. А сейчас что? Из всего нашего рода говорить по русски, она как будто чувствовала во рту терпкий и лишь твой отец и остался, других унесла нелёгкая, расплачиваться колючий, как мёд с орехами, привкус этого языка. А из всех школь за мои грехи и грехи дедов.

ных предметов больше всего её привлекала география, преподава Яха больше не решалась спросить деда, о каких таких страшных емая сорокалетним Русланом Борисовичем из Владикавказа. Яхе грехах он говорит, и терпеливо ждала, когда он отпустит от сердца учитель географии казался скромным властителем всех тех удиви тяжёлое молчание и начнёт рассказывать о древних временах.

тельных стран, о которых он рассказывал негромким приятным го — В былое время, когда ещё жили нарты, земля была до того бла После уроков можно было задержаться на школьном дворе и если сварить одно ребро быка, то можно было накормить целое вой поиграть с одноклассницами, но Яха, всегда молчаливая, улыбчивая, ско. Одним словом, во всём проявлялась Божья благодать. Знаешь, с большими, как у дикой серны, чёрными глазами, качала головой в откуда появились горы? — дед довольно кряхтел, щурил в сухих мор ответ на приглашения и расспросы сверстниц и спешила домой, не щинах глаза, пряча озорные искорки. — Горы — это земные гвозди.

укоснительно выполняя наставление отца. Нечего тебе, дочка, як Аллах создал Землю и Вселенную, но Земля колебалась, и всё жи шаться с малолетними из других аулов, говорил он, особенно с чеха вое, что было на ней, приходило в ужас. Когда Аллах узнал об этом, ми — так он называл чеченцев, — они совсем забыли традиции сво то взял преогромные гвозди и вбил их рядком по самому центру Зем их отцов, ни во что не ставят своих предков, только слова громкие ли. Шляпки этих гвоздей и есть наши горы. А Земля с тех пор пере остались у них, а на деле… да и вообще, наглые они и слишком само стала колебаться...

довольные, не такими должны быть вайнахи, недаром люди говорят: И дальше дед Иналук рассказывал Яхе страшные сказки про лес нах бовза ма гиерта — нах беза гиерта, — не старайся людей позна ного мужа, живущего в соседнем лесу, что он оброс бородой до са вать, а старайся людей уважать. А чеченцы совсем уважение к кому мых колен, а на груди у него висит острый топор, и он норовит об бы то ни было потеряли. Да и все в горах сейчас отдалились друг от няться со всяким встречным поперечным, чтобы вдавить тому то друга. Нет, дочка, нечего тебе с ними связываться. И он отправлял пор в грудь и ограбить убитого. А жена у лесного мужа жутко краси Яху к деду, живущему в одиночестве на краю аула, в старой поко ва, волосы длинные, отливают золотом. Она соблазняет пастухов и 1 Вайнахи — общее самоназвание ингушей и чеченцев. Он мог часами рассказывать замеревшей от счастья и страха Сацийта — остановись, прекрати.

Цаэш — не нужна.

3 Платок, которым девушка закрывает свои волосы и шею.

хустойца Соска Солсу и про других сказочных и реальных геро чин, юношей, да и женщин, шептавших что то подругам и киваю ев их родного края, а в конце, когда Яхе уже пора было возвра щих в её сторону. В их зрачках тлело восхищение, распускались щаться домой, добавлял всегда одно и то же: джанечка моя, по улыбки, хотелось говорить и жить вечно.

мни, ты должна вырасти и стать хорошей женщиной — дика се Какая она красивая! Такие тонкие черты, рисунок губ, бровей, саг, потому что многое в наше время, как, впрочем, и во все вре впалые щёки: и в чём секрет такой притягательности? Тихая муд мена, держится на женских плечах, пусть даже это на первый рость в глазах или неописуемая, даже — неосознаваемая, непости Он присаживался в древнем истрёпанном бешмете на камень у Потом на сцене появлялся он.

входа в свою покосившуюся саклю и смотрел вслед Яхе печальными И мужчины ёрзали на стульях, ворчали по доброму, с завистью, раскосыми глазами из под мохнатой посеревшей папахи. и досадно жевали губами. Но потом, время от времени поглядывая Обычно к вечеру в кафе, расположенном почти в самом центре города, набивалось столько народу, что хозяину приходилось запи рать дверь и переворачивать наружу табличку «Закрыто».

Часам к шести оживал поток посетителей, в семь он становился полноводным, беспощадно терзая дверной колокольчик, а к восьми — приобретая одну лишь входящую направленность, пресекался довольным барменом, запирающим дверь со словами «мест нет».

Поначалу в кафе приходили те, кому нужно было просто перекусить что нибудь на ужин, закинуть в желудок выпечку и залить её доро гим чаем с экзотическим названием. Они ещё ненадолго задержи вались, закончив с едой, несколько минут сидели, откинувшись на спинку стула, украдкой поглядывая в угол под бормочущим телеви зором, потом, не спеша и будто скрывая неловкость, одевались и опять выскальзывали на улицу в суетливый серый поток пешеходов.

Те, кто приходил позднее, занимали целые столики, внимательно изучали меню, диктовали что то девушкам с блокнотиками, а потом отрешённо ждали друзей или любимых, иногда рассеянно блуждая взглядом в окрестности того же телевизора. Друзья приходили, как обычно, с опозданием, но радостные, запыхавшиеся, с румяными новостями, и оставались болтать и пить до закрытия кафе. Каждый входящий машинально поворачивал голову налево, взгляд теплел, загорался искрой доброжелательного интереса и в течение всего вечера время от времени возвращался туда, в тёмный, интимный уго лок под чёрным ящиком с мелькающими картинками.

Там она обычно и сидела. Приходила пораньше, почти сразу пос ле открытия, когда бармен не успел ещё снять со столов все стулья.

Улыбалась ему одними уголками губ, изящно, как призрак, приса живалась за столик и ждала, когда он принесёт кофе. Чашка дыми лась, тонкими струйками лаская её задумчивое, удивительно краси вое лицо, как светом наполненное ожиданием, и кофе неизбежно остывал, всякий раз так и не дождавшись желанного прикоснове Из задумчивости меня вывела официантка, с напудренной веж ния её тёплых губ. Взгляд девушки тонул где то в бликах витрины, ливостью предложившая мне всё таки что нибудь заказать. Чтобы она как будто не замечала восхищённых взоров окружающих муж не расстраивать никого, а вернее, чтобы меня просто оставили в по Вытер слёзы с её щёк рукавом колючей черкески и прошептал, Мысль ускользнула с кончика ручки в сгустившийся сигарет — Я приеду забрать тебя.

ным дымом воздух, и я, словно вынырнув из глухой водной толщи, Наутро их отряд уже покинул аул.

оглядел неожиданно проявившееся пространство, с удивлением от Яхе осталось только стойко хранить в себе смешанные слёзы горя мечая, что за окном улицу уже затопили сумерки. Кафе, как жир и счастья как самую желанную драгоценность на свете. Она неслыш ные басовитые чайки, заполнили своим нарочитым присутствием но плакала ночами, орошая горькой влагой тьму и свою тайну.

завсегдатаи. Я неожиданно почувствовал себя лишним среди их су Никто из домашних не заметил той глубокой перемены, случив етливого гомона в аранжировке звона посуды, телефонных сигна шейся со старшей дочерью. Только дед Иналук, когда Яха пришла к Моё внимание привлекла пара молодых людей, сидящих в углу ше других сохранившемся бешмете с газырями, перевязанном сереб под телевизором, как будто отделившихся от всех, но одновременно ряным поясом с кинжалом. Рассеянно и печально улыбался, разгова оказавшихся у всех на виду. Молодые, хорошо и модно одетые, счи ривал мало, а когда настала пора Яхе возвращаться в дом отца, сказал:

тающиеся, должно быть, красивыми. Она улыбалась своему галант — Джанечка моя, слышала ли ты, что в доме Оздоевых несчастье ному собеседнику, вежливо покачивала головой, и что то еле улови — они потеряли дочь Амину? Говорят, её увёл в горы старший брат.

мое в её чистом лице ставило моему взгляду подножку, заставляя Он узнал, что она вела… не совсем правильный образ жизни, бывала возвращаться к ней снова и снова, чтобы попытаться разгадать... в мужских компаниях, ну и… А ты сама знаешь, как суров в этом от Я откинулся на спинку стула и отпил остывающий кофе. ношении закон гор. Ты у меня совсем не такая, ты выросла скромной, Местные жители уже давно привыкли к тому, что в ауле оста навливались отряды вооружённых горцев. Они могли только пере ночевать, могли остаться на несколько дней, но чаще просто заходи ли поговорить с почтенными стариками, хорошо знавшими адат и шариат, поили нагруженных коней, а после опять уходили в горы.

Люди встречали боевиков спокойно, как когда то пастухов, перего нявших через перевал отары породистых овец. Приглашали их в дома, кормили, обменивались новостями.

Яха, налившаяся к шестнадцати годам дикой спелой красотой, впервые встретила его на реке. Молодого, сильного, свободного, со жгучим гордым пламенем в глазах.

Боевики звали его Борз5 и почитали за командира. Когда Яха набирала воду в большой медный кувшин, склонившись над ледя ной струёй воды, он подошёл к ней, негромко произнёс несколько слов, спросил ещё что то. А потом бросил спокойно, как нежный приказ:

— Приходи ночью.

Яха так и не посмела поднять глаза, но когда ночь окутала греб ни окрестных гор, бледнеющих снежными шапками в её бархатном покрывале, она, едва не выплеснув из груди беспощадно колотив шееся сердце, не видя и не чувствуя под собой ног, вернулась к реке, где он, воплотившись из мрака, овладел ею на остывающей мокрой земле.

Яха обхватила его сзади, прижалась изо всех сил пылающей — М м м, ты посмотри, опять что творят. Сyчки. Мне сегодня щекой к знакомой колючей черкеске и зарыдала, счастливая, как как раз анекдот рассказали, слушай… В общем, объявление в газете будто жизнь её полностью случилась и ничего другого ей больше не или, лучше, по телевизору: «Всем шахидкам и шахидам! Срочно! На рассвете они добрались до лагеря. Румяный розовый свет Дождался, когда она рассмеётся, встряхнув волной причёски, и отражался от влажных гор, заливая пещеры, застеленные овечьими улыбнулся в ответ. Удовлетворённо отметил, как она смахнула выс шкурами. Из них навстречу выбрались чёрные мужчины в зелёной тупившую слезинку в уголке глаза, и бросился развивать успех:

пятнистой форме. Хмуро улыбались помятыми лицами, что то шу — А вот ещё. Надо, кстати, подсказать боссу — пусть и здесь Борз отвечал спокойно и резко, отдал автомат совсем молодому, ства и комфорта в гардеробе вы можете оставлять свои пояса, со безбородому парнишке в чёрном платке и снял с коня Яху. хранность гарантируется».

— Здравствуй, Вера… — он обжёг её щёку прикосновением губ, склонившись вместе с облаком дорогого дезодоранта. — Как дела?

Прекрасно выглядишь, госпожа. Какие новости? Как настроение?

Вижу, что всё хорошо. Очень рад тебя видеть… Сел напротив, лаская её радостным мальчишеским взглядом.

— Ну с, что у нас сегодня?.. — элегантно раскрыл меню, как буд то готов был вытащить из него кролика — любого, жареного или живого. — Итак, что то наш добрый хозяин не спешит обновлять ассортимент. Надо бы ему намекнуть.

Подошедшей девушке он продиктовал несколько названий и отбросил папку.

— Уф ф ф… устал сегодня, милая. Целый день на ногах — пере езды, студии, вспышки. В глазах рябит. Слушай, а фотовспышки не вредны для глаз? А то я того и гляди ослепну или сетчатка побелеет, засветится. Буду в старости ослепительно седым дедом альбиносом с белоснежными глазами. Или у альбиносов красные глаза? Ну, так это тоже реально — красные глаза от постоянного недосыпания.

Надо уходить из модельного бизнеса. Заняться, например, фермер ством, разводить свиней, — он харизматически рассмеялся и достал сигареты. — Будешь? Нет, как всегда?..

Вспыхнул зажигалкой, затянулся, прищурившись от дымка, как герой вестернов. Улыбнулся ровными рояльными зубами.

— Поднакоплю денежек — куплю домик в деревне… Поедешь со мной? Соорудим огромнейший сеновал, в лучших традициях, и устроим праздник сельских удовольствий. А? Соблазняешься?.. Бу дет у нас с тобой обеспеченная страстью старость.

Она ответила смущённой улыбкой, опустив глаза.

Принесли заказанный ужин. В вежливом молчании расставили тарелки.

Он отвлёкся на телевизор, секунду всматривался в мелькающее изображение.

— Медведей бы за столик посадили или бы — шимпанзе. Вот на он с нежностью овладевал ею тут же, на подпаленных шкурах, на — Эй, ну не обижайся, мой мальчик, — хозяин кафе полез в кар Они почти не разговаривали. Борз не был нежен в словах, а ласки ман пиджака. — Вот вам зарплата, получайте, заслужили. В поне его рук были яростны, дики, как поток горного ручья. Самое ласковое, дельник можете отдыхать, а во вторник — жду как обычно. Вера, ты, что он когда либо сказал Яхе, было брошенное между делом: вот закон Он по джентльменски кивнул ей и потрепал по щеке красавца, новей… Иногда Борз просил сделать что то по хозяйству, но чаще — прятавшего банкноты в портмоне. Тот слегка покраснел, но про просто молчал, отсыпался в углу пещеры после изнурительных похо — Ну, счастливо! — хозяин кафе махнул рукой и исчез в темно ке. Они оживлённо, с азартной злостью обсуждали что то, боролись Они вернулись в уличный рекламный свет. жались почтительно, как будто его слова для них имели большое значе — Я провожу тебя? — с надеждой спросил он. ние. На Яху никто из других горцев не позволял себе смотреть, даже в — На сегодня с меня хватит твоих глупых шуточек, — она резко Помимо Яхи, здесь были и другие женщины, принадлежавшие развернулась и, не попрощавшись, ушла вверх по улице. боевикам: забитые, помятые, грязные, словно одичавшие — чечен Она не любит его, наконец, как чёрная «эврика», вспыхнуло у меня в голове. Я даже поёжился, машинально отвёл взгляд от краси вого, но теперь слишком холодного для меня лица девушки и бросил его за окно, надеясь разглядеть там твою спешащую фигурку. Но витрина, отполированная сумерками, вернула мне моё же растерян ное отражение, сквозь которое проступил контур подсвеченного жёлтым собора на противоположной стороне дороги.

«Даю вам главную заповедь — возлюбите ближнего своего как самого себя», — эхом всплыл в памяти древний голос. Цепь моих мыслей замкнулась, превращаясь в одно пришедшее откуда то с той стороны понимание, что все грехи на земле суть одно — не любовь.

Я схватил ручку, зачеркнул всё написанное прежде и стал лихо радочно конспектировать пробившийся поток внутреннего голоса, в тщетных попытках ничего не упустить из его мятежного шёпота.

Меня затрясло, как рукав брандспойта.



Pages:   || 2 | 3 |
 
Похожие работы:

«XVII XIV Владимир Дегоев Непостижимая Чечня: Шейх-Мансур и его время (XVIII век) Модест Колеров Москва, 2013 ББК 63.3 (2 Рос. Чеч) 5 УДК 94(470.661)(091)17 Д 26 S E L E C TA серия гуманитарных исследований под редакцией М. А. Колерова Владимир Дегоев Д 26 Непостижимая Чечня: Шейх-Мансур и его время (XVIII век). М.: Издатель Модест Колеров, 2013. 256 с. (SELECTA. XVII) Кавказская старина хранит много тайн. Какието из них — с особым усердием. Яркое подтверждение тому — ШейхМансур, едва ли не...»

«Своей матери Горешняковой Анне Игнатьевне посвящает автор эту книгу ВСТУПЛЕНИЕ Познавая окружающую природу, человек учился познавать и самого себя. Он все более убеждался в единстве окружающего мира и своего маленького я. Постепенно приспосабливаясь к меняющимся условиям жизни, человек на опыте постигал положительное или отрицательное воздействие на свое здоровье тех или иных факторов окружающего мира. Знания такого рода были во многом специфическими для каждого народа, они постоянно...»

«Моммзен Т. ИСТОРИЯ РИМА Книга первая. ДО УПРАЗДНЕНИЯ ЦАРСКОЙ ВЛАСТИ Глава I. ВВЕДЕНИЕ На извилистых берегах Средиземного моря, которое и разделяет, и соединяет три части Старого Света, издревле жили народы разного происхождения, в историческом смысле представлявшие одно целое, так как они были в постоянных и близких отношениях между собою. История культуры этих народов и составляет то, что называется древнею историею. В самой глубокой древности началась цивилизация у коптского или египетского...»

«1 ЗАРУБЕЖНАЯ РОССИЯ и ГРИБОЕДОВ ИЗ НАСЛЕДИЯ РУССКОЙ ЭМИГРАЦИИ УДК 929 Грибоедов ББК 83.3 (2 Рос=Рус) 1 Л 65 Составитель и автор вступительной статьи М. Д. Филин Комментарии и общая редакция В. А. Кожевников Художник В. М. Мельников Л 65 Лицо и Гений. Зарубежная Россия и Грибоедов. / Сост. и предисл. М.Д. Филина. Ред. и коммент. В. А. Кожевникова. — М.: Русскiй мiръ, 2001. — 320 с., ил. ISBN 5-89577-029-0 Грибоедов в русском сознании еще не поставлен на должную высоту, — эти слова одного из...»

«Федеральное агентство по образованию Московский инженерно-физический институт (государственный университет) 60 лет Кафедра электрофизических установок история, люди, события Москва 2008 УДК 621.384.6(09) ББК 32.85г К30 Кафедра электрофизических установок. История, люди, события. М.: МИФИ, 2008. – 264 с. + 20 фото Книга посвящена истории становления и развития одной из базовых кафедр Московского инженерно-физического института (государственного университета), отмечающей свое 60-летие. Книга...»

«МИНИСТЕРСТВО СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ДАЛЬНЕВОСТОЧНЫЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ АГРАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ Посвящается 60-летию БСХИ – ДальГАУ НАУЧНЫЙ ПОТЕНЦИАЛ Благовещенск Издательство ДальГАУ 2010 2 Научный потенциал: справочное издание. – Благовещенск: ДальГАУ, 2010. – 130 с. Редакционная коллегия: Бумбар И.В., д.т.н., профессор, ректор ДальГАУ (отв. редактор); Тихончук П.В., д.с.-х.н., профессор, проректор по НР (зам. отв. редактора); Арнаутовский И.Д., к.с.-х.н., профессор, директор НИИЖ;...»

«Старейшине советских горняков, первому Почетному шахтеру Караганды Бекбусыну Сихимбаеву с любовью посвящаю эту книгу, Автор Ф. МИХАИЛОВ ГОРЮЧИЙ КАМЕНЬ КАЗАХСКОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО Алма-Ата -1958 ОТ АВТОРА Солнечным, горючим камнем называют в народе уголь. Миллионы лет копилась благодатная энергия солнца в черном окаменевшем золоте, чтобы вспыхнуть ярким ослепительным пламенем в мартенах и домнах, в топках электростанций и паровозов, давая жизнь заводам и фабрикам, вращая турбины и...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации Российский государственный социальный университет В.И. Жуков СОЦИАЛЬНЫЙ НАБАТ Издательство Российского государственного социального университета Москва 2010 УДК 316.334.3(470) ББК 66.3(2Рос),41+60.561.3 Ж 86 Жуков В.И. Ж 86 Социальный набат. – М.: Издательство РГСУ, 2010. – 224 с. ISBN 978-5-7139-0748-8 В монографии на значительном историческом, социологическом, экономическом, статистическом и политологическом материале раскрываются проблемы...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ВОЛГОГРАДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ В.А. ЛЕТЯЕВ ВОСПРИЯТИЕ РИМСКОГО НАСЛЕДИЯ РОССИЙСКОЙ НАУКОЙ XIX - НАЧАЛА XX ВВ. Волгоград 2002 2 СОДЕРЖАНИЕ ВВЕДЕНИЕ ГЛАВА 1. ОСНОВНЫЕ ТЕНДЕНЦИИ ИЗУЧЕНИЯ ДРЕВНЕГО РИМА В РОССИИ XIX - НАЧАЛА XX ВВ 1.1. Начало историко-критического изучения Древнего Рима в России. 11 1.2. Теоретико-методологические основы и общественно-политические взгляды российских историков Древнего Рима. 1.3. Методы объяснения исторических...»

«Русская духовная литература П.Е. Бухаркин ДУХОВНАЯ ОДА М.В. ЛОМОНОСОВА: ЛИТЕРАТУРНЫЙ КОНТЕКСТ И РЕЛИГИОЗНОЕ СОДЕРЖАНИЕ В статье предлагается краткое исследование поэтического наследия М.В. Ломоносова, акцентированное на жанре духовной оды. В первой части статьи демонстрируются различные жанровые варианты духовной оды, нашедшие отражение в творчестве русского поэта, и анализируется их поэтика (метрика, строфика, стиль) в соотношении с особым одическим восторгом. Отмечается, что жанр оды духовной...»

«Автор выражает благодарность за содействие в издании книги господину Вардану Погосяну /Российская Федерация, г. Нижний Новгород/ (1918 – 1920.) 2012 ЕРЕВАНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ГЕГАМ ПЕТРОСЯН ОТНОШЕНИЯ РЕСПУБЛИКИ АРМЕНИЯ С РОССИЕЙ (1918 – 1920 гг.) Ереван Издательство ЕГУ 2012 УДК 327(479.25):941 (479.25) ББК 66.4 (2Ар)+63.3 (2Ар) П 305 Издано по рекомендации Ученого Совета ЕГУ Рецензенты: А. Дж. Киракосян доктор исторических наук, профессор, Чрезвычайный и полномочный посол РА Э.А....»

«Межрегиональные исследования в общественных наук ах Министерство образования и науки Российской Федерации ИНО-Центр (Информация. Наука. Образование) Институт имени Кеннана Центра Вудро Вильсона (США) Корпорация Карнеги в Нью-Йорке (США) Фонд Джона Д. и Кэтрин Т. МакАртуров (США) Данное издание осуществлено в рамках программы Межрегиональные исследования в общественных науках, реализуемой совместно Министерством образования и науки РФ, ИНО-Центром (Информация. Наука. Образование) и Институтом...»

«РУССКИЙ СБОРНИК исследования по истории России Редакторы-составители О. Р. Айрапетов, Мирослав Йованович, М. А. Колеров, Брюс Меннинг, Пол Чейсти XIII Издательский дом РЕГНУМ Москва 2012 УДК 947 (08) ББК 63.3(2) Р89 Р89 Русский Сборник: исследования по истории Роcсии \ ред.-сост. О. Р. Айрапетов, Мирослав Йованович, М. А. Колеров, Брюс Меннинг, Пол Чейсти. Том XIII. М.: Издательский дом Регнум, 2012. 520 с. ISBN 978-5-905040-03-0 УДК 947 (08) ББК 63.3(2) ISBN 978-5-905040-03-0 © Издательский...»

«голландцем Д'Абленгом Гиссенбургом. И совер­ карта Спинозой. Но во Франции цельный материализм-, шенно случайно 300-летие со дня рождения Мелье совпало логически развитый на основе картезианства, представлен г. состоянием науки, когда оболочка указанной традиции только системой...»

«СЕЙСМИЧЕСКИЕ МОДЕЛИ ПОЛИГАРМОНИЧЕСКОГО РЕЗОНАНСА П. А. Вертинский, г. Усолье-Сибирское pavel-35@mail.ru ПРЕДИСЛОВИЕ За период после цунами в Индонезии 27.12.2004 года по настоящее время автор смог опубликовать свои выводы и предложения по глобальной проблеме экологических последствий ракетно - космической деятельности во многих печатных и ИНТЕРНЕТ-изданиях, за последние пять лет в различных научных сборниках, преимущественно в материалах Всероссийского Семинара МНС, опубликовано более десятка...»

«В. Г. Борисова КОЛЛЕКЦИЯ АРХЕОЛОГИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ В ФОНДАХ САХАЛИНСКОЙ ОБЛАСТНОЙ НАУЧНОЙ БИБЛИОТЕКИ Сахалинская областная научная библиотека – одна из самых молодых в Российской Федерации. Она создана 12 августа 1947 г. и в будущем году будет отмечать свое 60-летие. Ее общий фонд на 1 января 2006 г. насчитывает 650 тыс. единиц хранения. Краеведческий фонд мы считаем золотым фондом библиотеки. На 1 января 2006 г. в нем 16600 книг, названий – 5700. С 1947 г. библиографы библиотеки ведут...»

«Виталий Диксон Однажды мы жили. Случайная проза Виталий Диксон Однажды мы жили. Случайная проза Дюссельдорф 2012 Редактор Евгения Жмурко Художник Вера Дунаева Фото: Николай Бриль Диксон, Виталий Алексеевич Однажды мы жили. Случайная проза © Виталий Диксон Предисловие Анастасии Яровой Послесловие Тамары Жирмунской Перевод на нем. язык Ксении А. Куликовой Зарубежные задворки: www.za-za.net Дюссельдорф, 2012. – 432 с. ISBN 978-1-4710-4614-8 В новой книге Виталия Диксона сошлись два века. Многие...»

«ОРГАНИЗАЦИЯ A ОБЪЕДИНЕННЫХ НАЦИЙ Distr. ГЕНЕРАЛЬНАЯ АССАМБЛЕЯ GENERAL A/HRC/WG.6/5/BLZ/1 18 February 2009 RUSSIAN Original: ENGLISH СОВЕТ ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА Рабочая группа по универсальному периодическому обзору Пятая сессия Женева, 4-15 мая 2009 года НАЦИОНАЛЬНЫЙ ДОКЛАД, ПРЕДСТАВЛЕННЫЙ В СООТВЕТСТВИИ С ПУНКТОМ 15 А) ПРИЛОЖЕНИЯ К РЕЗОЛЮЦИИ 5/ СОВЕТА ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА* Белиз * Настоящий документ до его передачи в службы перевода Организации Объединенных Наций не редактировался. GE.09-10955 (R)...»

«Mabtera broshura-2.qxd 2/1/07 7:54 PM Page 1 МабТера® Краткое руководство по применению Новая страница в истории Mabtera broshura-2.qxd 2/1/07 7:54 PM Page 2 Введение В данном руководстве рассматриваются основные вопросы, касающиеся назначения МабТеры®. Здесь не приводятся сведения о продукте в полном объеме. Перед назначением МабТеры® ознакомьтесь, пожалуйста, с исчерпывающей информацией по ее применению. Показанием для назначения МабТеры® (ритуксимаба) в комбинации с метотрексатом является...»

«Заведующий кафедрой теории и истории государства и права филиада4*ГСУ в г. Костроме А.А. Турыгин 2S- 201$ ОТЧЕТ КАФЕДРЫ ТЕОРИИ И ИСТОРИИ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА Кафедра теории и истории государства и права (ТГиП) является одним из основных учебно-научных структурных подразделений филиала ФГБОУ ВПО Российский государственный гуманитарный университет в г. Костроме; является подразделением, организующим учебно-методическую и научную деятельность по реализации учебного процесса по специальности 030900...»






 
© 2014 www.kniga.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Книги, пособия, учебники, издания, публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.