WWW.KNIGA.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Книги, пособия, учебники, издания, публикации

 

Pages:   || 2 |

«Н 34 Научные и учебные тетради Высшей школы телевидения МГУ им. М.В. Ломоносова. Тетрадь № 1, сентябрь – декабрь 2009 г./ Составитель В.Т. Третьяков. – М.: Алгоритм, ...»

-- [ Страница 1 ] --

УДК 373

ББК 85.6

Н 34

Н 34 Научные и учебные тетради Высшей школы телевидения МГУ

им. М.В. Ломоносова. Тетрадь № 1, сентябрь – декабрь 2009 г./

Составитель В.Т. Третьяков. – М.: Алгоритм, 2010. – 256 с.

ISBN 978-5-9265-0767-3

УДК 373

ББК 85.6

© Третьяков В.Т., составление, 2010 ISBN 978-5-9265-0767-3 © ООО «Алгоритм-Книга», 2010

ОБ ЭТОМ ИЗДАНИИ

Уважаемые и заинтересованные читатели, коллеги!

Начну банально-классической и торжественной фразой: «Вы держите в своих руках первый выпуск...»

И это правда. Вы действительно держите в своих руках первый выпуск (том) «Научных и Учебных тетрадей Высшей школы телевидения МГУ им. М.В. Ломоносова».

Это издание, как следует из его помпезного, но точного названия, пре­ тендует на то, чтобы стать главным печатным органом недавно созданно­ го в МГУ факультета телевидения, проведшего летом 2009 года лишь вто­ рой набор своих студентов.

Новый факультет создавался стремительно, а разворачивать свою дея­ тельность обязан еще более стремительно — по разным причинам, частью очевидным, частью не вполне ясным широкой публике, но и на них я ос­ танавливаться не буду.

Одной из неизбежных составляющих этой стремительности — публич­ ное позиционирование, как сейчас принято выражаться, в медийном про­ странстве, в сообществе отечественных СМИ как общего интереса, так и специализированных (профессиональных) и научных (ибо это не просто издание, посвященное проблемам телевидения, но и издание одного из учебных подразделений Московского университета).

Вот почему первым делом мы, естественно, открыли наш сайт в Ин­ тернете, а вторым — подготовили выпуск этих «Научных и Учебных тетра­ дей ВШТ» (сокращенно — НУТ).

Задачи издания в общем-то очевидны, посему не стану тратить свое и читателей время на их перечисление. Скажу только о том пусть формаль­ ном, но существенном, что требуется знать тем, для кого со временем наши НУТ станут настольной (то есть лежащей на том же столике, что и пульт от телевизионного приемника) книгой.

Первые два, может быть, три выпуска НУТ выйдут с периодичностью раз в полгода (раз в семестр) и именно как «Научные и Учебные тетради».




С 2011 года НУТ должны разделиться на «Научные тетради ВШТ МГУ»

и «Учебные тетради ВШТ МГУ». Выпуск первых участится — как минимум, до одного раза в три месяца. Выпуск вторых, ориентированных непосред­ ственно на учебный процесс и публикацию студенческих серьезных, но все-таки учебных работ, останется семестровым.

А пока — без ущерба для чьего-либо самолюбия — мы вполне доволь­ ны тем, что преподаватели и студенты ВШТ как авторы сосуществуют под одной обложкой. Тем более что, на мой взгляд, первый выпуск наших «Тет­ радей» получился интересным, а главное — таким, что его не стыдно по­ казать коллегам как в сфере образования, так и на ведущих телеканалах страны. Впрочем, подождем первых откликов, чтобы сверить собственные ощущения с доброжелательно-критическими и любыми иными откликами этих самых коллег.

Пожалуй, это все, что необходимо сказать во вступительной статье к первому выпуску «Научных и Учебных тетрадей Высшей школы телевиде­ ния МГУ». Остальное — и более существенное — в нем самом, в его тек­ стах. И особенно — в будущей профессиональной работе тех авторов пер­ вого выпуска «НУТ», которые пока именуются скромными титулами «сту­ дент бакалавриата ВШТ» и «учащийся магистратуры ВШТ».

Виталий Третьяков, декан Высшей школы телевидения МГУ 1 октября 2009 г.

НАУЧНАЯ ТЕТРАДЬ

В.Т. Третьяков, декан Высшей школы телевидения

СТРУКТУРА И ПРОГРАММЫ

ПРЕПОДАВАТЕЛЬСКОЙ И ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКОЙ РАБОТЫ

ВЫСШЕЙ ШКОЛЫ ТЕЛЕВИДЕНИЯ

Тезисы выступления на Первой Научно-методической конференции ВШТ МГУ им. М.В. Ломоносова, 6 декабря 2008 г.

Уважаемые коллеги! Сегодня мы проводим первую Научно-методи­ ческую конференцию нашей Высшей школы телевидения. В связи с этим хочу отметить, что данная конференция не только открывает нашу кол­ лективную исследовательскую деятельность в области подготовки кадров для отечественного телевидения и других электронных СМИ, но и долж­ на ответить на самый главный на сегодняшний день вопрос: какой мы ви­ дим оптимальную структуру нашего факультета и обучения на нем и как мы будем двигаться к созданию этой структуры от сегодняшнего состоя­ ния ВШТ, сформированной стремительно, в целом успешно, но пока в пре­ дельно «сжатом» виде.

Мои тезисы, или, если хотите, доклад, составлены не только на осно­ ве моего понимания того, каким должна быть оптимальная структура ВШТ и совокупность дисциплин, включенных в наш учебный план; не только на основе того, какие цели ставят перед факультетом потенциальные работо­ датели наших выпускников; не только на основе моего собственного опыта преподавания (уж почти 15-летнего в МГИМО, ВШЭ-ГУ и ММУ), но и на опы­ те работы со студентами самого нашего факультета. Именно так, например, я пришел к убеждению, что в ВШТ обязательно должен присутствовать так называемый культурологический, связанный прежде всего с художествен­ ным образованием, цикл обучения. И он должен включать не только лек­ ционные курсы, но и обязательное посещение музеев, театров, как драма­ тических, так и музыкальных, всеми студентами.





Я предостерегаю руководителей кафедр от слишком выраженного профессионального и корпоративного эгоизма — мы все должны рабо­ тать одной командой и на общее благо. Поэтому и распределение дисци­ плин, лекционных курсов и преподавателей между кафедрами будет идти не по принципу «кто кого привел на факультет, тот с тем и работает», а по логике научной и образовательной целесообразности.

Я осознаю, что не вполне владею специальной и бюрократической лек­ сикой и особенно терминологией, распространенными в среде тех, кто дав­ но работает в сфере образования. Но мы прежде всего должны заботить­ ся о сути обсуждаемых нами проблем, а уж формальная их презентация — дело второе.

Прошу вас непременно давать свою оценку той конструкции, которую предложил я, а также предлагать ваши коррективы этой конструкции. Если коррективы будут незначительными, мы их учтем, но далее будем исходить из того, что сама конструкция всеми одобрена и принимается в качестве основополагающей для нашей работы на ближайшее будущее.

А это ближайшее будущее таково. Той оптимальной архитектуры ВШТ, о которой я говорю, мы должны достичь в ближайшие 5—6 лет. А промежу­ точный рубеж, на котором мы должны развернуться для уверенного дос­ тижения желаемого, — это конец нашего второго учебного года.

Мы намерены принять уже в следующем году до 100 человек на пер­ вый курс обучения и до 50 человек для обучения в магистратуре. То есть уже осенью следующего года у нас должны обучаться около или даже бо­ лее 150 человек. А это совсем не то же самое, что нынешние 45, каждо­ го из которых можно запомнить в лицо и хорошо узнать лично. Следова­ тельно, к фактически многократному увеличению масштабов нашей рабо­ ты уже через полгода с небольшим мы должны хорошо подготовиться и содержательно, и в плане должного укрепления и увеличения нашего кад­ рового состава.

Как известно, ВШТ МГУ — единственный факультет телевидения в сис­ теме высшего образования России, университетского — в частности.

Так же известно, что пока мы вынуждены работать, ориентируясь на учебные программы, составленные для факультетов журналистики. Одна­ ко эти планы нам не подходят — и причин тому много.

Более того, большинство специальностей, по которым мы должны и готовить, и выпускать (с соответствующим документом) тех, кто прошел обучение на нашем факультет, просто юридически (то есть по докумен­ там министерства образования) не существуют. Следовательно, нам нуж­ но «легализовать» и сами эти профессии, и залицензировать право на их преподавание и программы обучения этим профессиям.

Нет профессий, нет программ — нет и (во многих случаях) соответ­ ствующих учебников, а часто даже и преподавателей, способных обучать этим профессиям не в виде отдельных лекций и так называемых (красиво, но часто бессмысленно) мастер-классов, а в виде полноценных семестро­ вых (или даже многосеместровых) курсов лекций, семинаров, практиче­ ских занятий и т.п.

Отсюда следует совершенно императивное целеполагание для нашей работы на ближайшие пять лет (тем более что, напоминаю, мы должны создать не только лучшую в стране систему и структуру обучения телевизи­ онным профессиям, но и модельную, даже эталонную систему, на которую будут затем ориентироваться все другие аналогичные учебные заведения).

Следовательно, помимо текущей работы (обучение) и исследовательской деятельности (наука), мы должны каждодневно и постоянно: готовить тре­ буемые нам лекционные курсы и методики практических занятий, препо­ давателей, которые будут эти курсы читать, а занятия вести, писать и вы­ пускать учебники, по которым будут работать все факультеты телевидения в России (да и странах СНГ, как минимум).

При этом еще требуется соблюдать определенные академические и бю­ рократические стандарты (что особенно трудно для представителей твор­ ческих профессий). Кстати, в этой связи я предлагаю создать в ВШТ Научнометодический центр, который бы оказывал вполне практическую помощь нашим настоящим и будущим преподавателям и авторам учебников.

Наконец, нам необходимо в ближайшее время создать в ВШТ Научную библиотеку (включая фильмотеку, видиотеку, фототеку и пр.), а также Учеб­ ный архив отечественных телепрограмм. А в более отдаленной перспекти­ ве (но в пределах ближайших пяти лет) — аспирантуру и докторантуру.

Исходя из сказанного, я попытаюсь сейчас обрисовать общую архитек­ туру нашей ВШТ как в содержательной, так и институциональной ее частях.

1. Профессии (специальности), которым мы должны обучать Список этих профессий складывается исключительно из реальных по­ требностей современного телевидения и примыкающих сфер деятельности.

1. Тележурналист (телерепортер).

2. Ведущий телевизионных программ.

3. Ведущий музыкальных телевизионных программ (искусствовед-телеведущий).

4. Телережиссер.

5. Телепродюсер.

6. Сценарист.

7. Редактор телевизионных программ.

8. Телеоператор.

9. Звукооператор, звукорежиссер (возможно).

10. Историк телевидения и телекритик.

Далее следуют смежные профессии и специальности:

1. Ведущий радиопрограмм.

2. Радиожурналист.

3. Фотожурналист (фотокорреспондент).

4. Фоторедактор.

5. Историк фотоискусства.

6. Журналист интернет-СМИ.

По ряду этих специальностей необходимо обучение для работы на ино­ странных языках:

1. Тележурналист.

2. Ведущий телепрограмм.

3. Ведущий музыкальных программ.

4. Ведущий радиопрограмм.

5. Радиожурналист.

6. Журналист интернет-СМИ.

Представляется, что это — необходимый минимум. Но список пока от­ крыт, однако просьба учесть, что он не может быть очень длинным.

Мне представляется, что она должна быть такой.

Бакалавриат. Первый год обучения Прием осуществляется на пять основных отделений: тележурналисти­ ка, телевидение, история телевидения и телекритика, радиожурналистика, фотожурналистика.

В конце первого года обучения, причем в некоторых случаях посред­ ством дополнительных «внутренних» экзаменов (очевидный пример — те­ леведущие), формируются специализированные учебные группы по всем профессиям.

Бакалавриат. Второй — четвертый годы обучения Обучение в специализированных группах и подготовка специалистов, полностью готовых для работы в системе современных электронных СМИ.

Видимо, с третьего курса — формирование (параллельно с уже соз­ данными специализированными учебными группами) творческих учебных групп по алгоритму «творческой команды»: сценарист, режиссер, оператор, продюсер, редактор, телерепортер и телеведущий, телекритик. Таким об­ разом, такая творческая группа не только будет готовить свою дипломную работу как коллективный телепродукт, но и, возможно, выйдет из стен ВШТ в профессиональную жизнь как единое творческое целое.

Обучение, как минимум, второму иностранному языку — для некото­ рых специальностей обязательное, для остальных — факультативное.

Магистратура В магистратуре даются более глубокие теоретические знания по всем специальностям, то есть вся практическая подготовка специалистов долж­ на быть закончена в пределах бакалавриата. Выпускник нашего бакалавриа­ та — полноценный работник телевидения (поэтому, кстати, работа творче­ ских мастерских должна быть переориентирована на 3-й и 4-й курсы, а для магистратуры мы должны придумать систему индивидуального «производ­ ственного обучения», возможно — тоже на базе конкретных программ).

Магистратура готовит:

1. Исследователей и теоретиков в сфере ТВ и в смежных областях.

2. Потенциальных преподавателей для нашей же ВШТ.

3. Практических работников, желающих либо глубже овладеть теоре­ тическими основами профессии, либо получить смежную профессию.

4. Кроме того, в магистратуре, видимо, будут проходить обучение вы­ пускники-бакалавры других вузов (в том числе и факультетов журналисти­ ки), желающих получить диплом именно ВШТ.

Первая и вторая категория магистров затем с большой вероятностью будут поступать в аспирантуру и докторантуру.

Возможно, в связи с этим магистратуру вообще нужно разделить на два потока: теоретический (будущие исследователи и преподаватели) и практический (фактически — сжатый и теоретически углубленный курс бакалавриата).

Не исключаю, что обучение в магистратуре должно быть индивидуаль­ ным, то есть — в зависимости от того, кем хочет стать обучающийся после ее окончания, для него составляется индивидуальная программа обучения с посещением занятий, которые проводятся на разных курсах ВШТ.

Я совершенно уверен в том, что обучение в ВШТ должно строиться на следующих принципах (они же — направления учебного процесса):

1. Фундаментальное (академическое) гуманитарное образование (с включением некоторых естественных наук и специальной языковой под­ готовки).

2. Полноценное университетское преподавание истории, теории и практики журналистики вообще, телевизионной в частности, а также иных телевизионных профессий (на учебной базе ВШТ).

3. Художественное образование (культурологическое образование), включающее регулярные посещения театров, музеев, консерватории и пр.

4. Обучение в Творческих мастерских (персональных и программнокорпоративных) по примеру ВГИКа и ГИТИСа.

Соответствующим образом должна формироваться у нас и система ка­ федр и исследовательских центров, а также творческих мастерских и мас­ тер-классов.

В связи со сказанным выше представляется логичной та структура фа­ культета, которую я сейчас изложу.

Декан — Ученый Совет Заместители декана (в сфере научной и учебной работы): по учебной работе (одновременно: заведующий учебной частью), по научной рабо­ те, по организации обучения в творческих мастерских и художественно­ му образованию.

Кафедры (первоначально могут существовать в виде головных кафедр, центров или лабораторий):

Общегуманитарный цикл Кафедра словесности (русский язык, русская и зарубежная литература) Кафедра истории и географии Кафедра права, философии и политологии Кафедра психологии и социологии Культурологический цикл Кафедра истории культуры и художественного образования Кафедра музыкальной и художественной журналистики (критики) Общежурналистский цикл Кафедра истории, теории и практики журналистики Кафедра теории и социологии массовых коммуникаций и СМИ Кафедра зарубежной журналистики Кафедра телевизионной журналистики (или в следующем цикле?) Кафедра радиожурналистики Кафедра интернет-журналистики Кафедра фотожурналистики и истории фотографии Телевизионный цикл Кафедра тележурналистики (или в предыдущем цикле?) Кафедра телережиссуры и сценарного искусства Кафедра телепроизводства Кафедра телетехнологий Кафедра телекритики и истории телевидения Кафедра операторского искусства Кафедра теледокументалистики Кафедра телевизионной графики и дизайна Кафедра истории телевидения стран СНГ и Балтии Творческие мастерские и мастер-классы Творческие мастерские теле- и радиоканалов, телекомпаний, телепро­ грамм и (возможно) персональные мастерские отдельных мастеров телеви­ дения. Думаю, творческие мастерские должны работать со студентами 2— 4 курсов (а для магистратуры мы либо должны придумать что-то другое, либо соединять магистров с бакалаврами в соответствующих мастерских).

И, соответственно, нынешние первокурсники должны поступить в эти мас­ терские уже в следующем учебном году. Кстати, я уже договорился об от­ крытии еще одной такой мастерской — с каналом «Культура».

Сквозной (через бакалавриат и магистратуру) курс мастер-классов ра­ ботников телевидения и других СМИ, а также политиков, общественных деятелей, деятелей культуры и искусства, экспертов в разных областях зна­ ний.. То, что ныне у нас уже происходит в день декана.

Другие подразделения Мультимедийный учебный центр Учебная телестудия Учебная радиостудия Фотоцентр с фотостудией и фототекой Учебный интернет-центр, в том числе и редакция интернет-сайта ВШТ Научно-учебная библиотека, включающая собственно библиотеку, биб­ лиотеку периодики, фильмотеку, архив телевизионных программ Социологическая лаборатория Лингвистическая лаборатория (картотека языка телеведущих и теле­ журналистов) Издательский центр с отделом оперативной печати Редакция журнала, посвященного проблемам телевидения Научно-методический центр Центр (в перспективе — факультет) переподготовки кадров и повы­ шения квалификации Учебный пресс-центр Лаборатория истории ВШТ и картотека обучающихся и выпускников (нечто вроде известной картотеки «Мосфильма») Лаборатория по созданию истории современных телеканалов и теле­ компаний Студенческое научное общество Отдел технологического обеспечения и поддержки В конечном итоге (но в обозримом будущем) мы должны создать при ВШТ Научно-исследовательский центр (институт) телевидения и журнали­ стики.

Ближайшие задачи (помимо очевидных) 1. Начать сбор учебного архива старых и современных телевизион­ ных программ.

2. Начать сбор и архивирование важнейших публикаций и публикато­ ров текстов о телевидении.

3. Начать записи интервью наиболее авторитетных и известных дея­ телей отечественного телевидения (оформлять как курсовые учебные ра­ боты).

4. Начать выпуск научного альманаха под условным названием «Теле­ видение, журналистика, общество».

5. Создать сайт ВШТ.

6. Создать Подготовительные курсы для абитуриентов.

7. Создать Курсы повышения квалификации для работников телевиде­ ния (к следующему учебному году).

8. Организовать систему проведения летней учебной практики наших студентов на телеканалах стран СНГ.

9. Учредить и организовать Международный конкурс-фестиваль мо­ лодых тележурналистов.

10. Создать ежемесячный журнал, посвященный проблемам телеви­ дения.

ТВ: ОТ УЖАСНОГО К ВЕЛИКОМУ

Сегодня в Санкт-Петербурге открываются IX Международные Лихачев­ ские научные чтения. Одна из главных тем этого ученого собрания в ны­ нешнем году — телевидение. Думаю, что выбор правилен.

Впрочем, о телевидении говорят постоянно. Но, по-моему, разговоры текут сами по себе, а телевидение продолжает развиваться по законам, самим им над собою поставленным, и общество все никак не может най­ ти удобоваримый для себя образ сожительства с этой порожденной им са­ мим, но его же и подчинившей системой.

Применительно к телевидению работают самые смелые метафоры.

В разгар предвыборной кампании 1999 года я определил телевидение как политическое ядерное оружие. И, по-моему, попал в точку. Во всяком слу­ чае до сих пор ни одного факта, опровергающего это сравнение, обнару­ жить мне не удалось.

Проблема, однако, в том, что так сказать натуральное ядерное ору­ жие можно запретить и даже ликвидировать. С телевидением этого сде­ лать нельзя даже теоретически. Более того, его даже ограничить (в смыс­ ле — минимизировать) не удастся. Напротив, экспансия телевидения про­ должается — и предела ей не видно. И восприятие телевидения как чисто политической проблемы (в парадигмах «власть-оппозиция» или «властьобщество») давно уже является слишком узким.

Безусловно, при своем появлении телевидение стало тем благом на­ учно-технического прогресса, которое осчастливило многих (обогатив из­ бранных) и довело публичность (как тогда показалось — демократичность) политики почти до предела. Но все, что способно массово раздавать «сча­ стье», и все, что доходит до предела, становится, во-первых, вещью в себе, а во-вторых, ломает традиционные институты общества — основу его фи­ зического выживания.

Одной из первых жертв телевидения стала высокая культура. Берусь утверждать, что телевидение (как всякая тотальная система) вообще уби­ вает такую культуру. Жесткость и определенность этого утверждения мно­ гими может быть оспорена (причем, мне хорошо известно, с помощью каких аргументов), однако я остаюсь при своем мнении, основанном, увы, не на фантазиях или абстрактных рассуждениях, а на знании. Уверен, что без целенаправленной и специально финансируемой работы всех образован­ ных людей, без специальных программ государства обольщать себя каки­ ми-либо радужными надеждами на сей счет мы не можем.

В современном мире царит и доминирует массовая культура, главным проводником идей и образцов которой являются практически все средст­ ва массовой информации, но телевидение в первую очередь. Оно само уже стало частью и основой массовой культуры и содержательно, и индустри­ ально, и — что самое опасное — как бизнес.

Современное телевидение тотально. А все тотальное потенциально яв­ ляется и тоталитарным. Превратить тотальное в тоталитарное можно на­ жатием одной кнопки, отдачей одного приказа. Но если в сфере политики (которая тоже во многом превратилась в разновидность массовой культу­ ры) угроза того, что такой приказ будет дан, блокируется или, по крайней мере, лимитируется многими системами и институтами и самой политики, и гражданского общества, то в сфере культуры решающий приказ и не ну­ жен. Никто не может сказать, где лежит точка невозврата: там, где 80 че­ ловек из ста не могут прочитать наизусть ни одного стихотворения Пуш­ кина, или там, где это не могут сделать всего лишь 75 человек. А по моим ощущениям, за последние двадцать мы уже вошли в эту зону и продолжа­ ем все больше и больше в нее погружаться.

В свое время выдающиеся политические и философские умы пропе­ ли гимн карнавалу, игровым формам и жизни, и воспитания, и образова­ ния. Но никто из этих умов и представить себе не мог, что «жизнь всерьез»

будет прерываться игрой не время от времени, а полностью будет вытес­ нены ею. Но именно это вершит сегодня и во все нарастающих масштабах телевидение.

Становление телевидения как особого института журналистики, на мой взгляд, привело к тому, что к классическим и максимально связанным с литературой, с одной стороны, и с наукой, с другой стороны, журналист­ ским жанрам (информация, репортаж, интервью и статья) прибавился пя­ тый жанр — игра (вся сумма развлекательных передач и почти все так на­ зываемые ток-шоу). На какой-то период времени этот новый жанр обога­ тил и разнообразил журналистику и телевидение. Но теперь жанр игры становится самодовлеющим, он подавляет и вытесняет все остальные жан­ ры, размывает их границы, уничтожает и научную логику, и естественные по содержанию и проявлениям эмоции. Все подменяется бессмысленным и бессодержательным развлечением и сопровождающими его гиперболи­ зированными «эмоциональными» выплесками.

Массовая культура все упрощает, все снижает и все опошляет. Имен­ но это мы и наблюдаем сегодня на телевизионных экранах. Пандемия массовой культуры (порожденная, бесспорно, посредством телевидения) сов­ пала с кризисом самой высокой культуры и профессионального искусства.

Так называемый постмодернизм, сам не создав ничего даже близко при­ ближающегося к образцам классического искусства, принялся «перераба­ тывать» эти образцы, уничтожая и опошляя их. Каждодневно мы воочию наблюдаем за этим процессом на экранах наших телевизоров. А масштабы процесса просто не поддаются осмыслению. Фактически они глобальны и тоже тотальны. Причем центр этой тотальности и этого глобализма лежит не только вне нашей культуры, но и вне нашей территории — вне нашей, российской, цивилизации. Странно, что задумываются наши политики об этом только тогда, когда им не нравится, как Запад освещает, например, ав­ густовскую военную операцию России на Кавказе.

К сожалению, массовая культура, две главные ценности которой — деньги и известность, через экраны телевизоров и решения «реформато­ ров классического образования» распространила свое влияние на школу и университеты. Новые поколения воспитываются и образовываются се­ годня именно телевизором, а кто царит в нем — известно и очевидно: на одного нобелевского лауреата каждый день приходится десятки невежд и профанов.

Апологеты постмодернизма утверждают, что все не так плохо, ибо свойственная ему ирония и самоирония являются тем противоядием, ко­ торое не даст институтам и образцам высокого искусства погибнуть. Эти апологеты либо обманывают себя и нас, либо лукавят. Иронии нет, есть стеб и ерничанье. Самоиронией и не пахнет — есть скабрезное подшучивание над собственными слабостями (ибо их слишком много — за отсутствием сильных сторон), которые тут же себе прощаются.

В бытовой психологии хорошо известно то, что я называю спиралью глупости. В компании умных и воспитанных людей появляется один по­ шляк — и вот уже разговор стремительно движется по нисходящей, вско­ ре достигая максимальных глубин глупости и непристойности. И никогда — наоборот: один джентльмен никогда не поднимет до своего уровня груп­ пу перебрасывающихся привычными им шутками пошляков. Почти каждый день мы можем наблюдать это по телевизору: вошел в передачу интеллек­ туал — уже к середине ее он не только смеется над непристойностями, но и сам норовит рассказать что-то аналогичное.

Говорят, что развитие так называемых нишевых каналов рано или позд­ но приведет к тому, что поклонникам высокого искусства всегда найдется, что смотреть и где смотреть. Но если даже это правда, то возникают два во­ проса: сколько этих поклонников останется? И где гарантии, что и нишевые каналы не пойдут по тому же пути, что и нынешние «многотемные»?

Мне представляется, что в целом — и с помощью телевидения в пер­ вую очередь — европейская цивилизация возвращается в самые мрачные времена средневекового невежества. Судя по всему, и европейская куль­ тура, пройдя в XV—XX веках пик своего развития, умирает, а телевидение то ли специально продлевает агонию высокой культуры, то ли подгоняет ее летальный исход.

Для меня бесспорно, что Россия как страна, нация и государство, как особый цивилизационный субъект и человечества вообще, и евроатлантической цивилизации в частности, либо погибнет, либо превратится в не­ что совершенно на себя не похожее, если ее культурные образцы будут опошлены и низвергнуты, а культурные коды уничтожены. Следователь­ но, выбор прост: либо смириться, либо бороться. Не столько за телевиде­ ние, сколько с его же помощью.

Как бороться? В частности, так, как с невежеством боролись всегда:

уже на студенческой скамье воспитать и готовить таких специалистов в сфере телевидения, которые бы, придя туда, где телевидение «делается»

практически, пытались не позволить окончательно и безвозвратно унич­ тожить высокую культуру и великое классическое искусство, навечно по­ менять местами верх и низ.

Мы в самом начале этого пути. В самом начале...

ТЕЛЕВИДЕНИЕ И ЭВОЛЮЦИЯ

Генеральный директор Первого канала Константин Эрнст — Вопрос не отличается оригинальностью: телевидение и кризис.

Что происходит с телевидением в кризис? Как все это будет жить?

— Телевидение является одной из тех немногочисленных областей российской экономики, в которой на протяжении последних восемнадца­ ти лет процесс шел довольно динамично и последовательно. Некоторые области экономики не прошли еще и трети этого пути. Это случилось по­ тому, что телевидение с конца 80-х было на пике общего внимания. И что бы ни говорили наши многочисленные оппоненты и критики, русское те­ левидение, безусловно, входит в пятерку лучших в мире.

— Имеются в виду большие эфирные каналы?

— Конечно. Как и в любой стране, у нас есть большая тройка. В некото­ рых странах она становится большой четверкой. Во Франции ведущим ка­ налом является «TF-1», и никто за все это время к нему даже близко не по­ дошел. Осенью 1998 года после дефолта рынок схлопнулся вплоть до отсут­ ствия. Первый канал собрал своих рекламодателей в конце декабря и взял на себя обязательства по размещению рекламы в эфире бесплатно. Пото­ му что деньги за эту рекламу, которые уже взял у рекламодателей наш то­ гдашний медиаселлер, — они исчезли. По утверждению владельцев, ком­ пания обанкротилась. И мы взяли на себя ответственность размещать рек­ ламу за деньги, которые уже не получим.

— Курами не отдавали?

— Нет, кур тогда еще не было, но лисы были... Общий рекламный ры­ нок 1999 года был чуть больше 150 млн. долларов на все русское телеви­ дение. А сейчас мы говорим о сумме около пяти миллиардов долларов...

Правда, это цифры 2008 года.

— И что же случилось сейчас с этим шикарным телевидением?

— С телевидением все происходит довольно инерционно. С одной сто­ роны, большие компании покупают рекламу заранее и на целый год, но у них есть возможность забирать свои деньги назад, что и произошло в кон­ це 2008-го. По разным каналам падение — от 30 до 50% по сравнению с прошлым годом (в долларах).

— Это падение затрагивает жизненно важные органы?

— Телевидение — бизнес, построенный на постоянных реинвестици­ ях. Ты должен вкладывать деньги в продукт, который выйдет в эфире через год — через два. Даже в лучшие времена мы все равно находились в сис­ теме постоянных коротких кредитов. Потому что поступление рекламных денег неравномерно, а затраты — они ежедневные. И не только на произ­ водство программ и фильмов и зарплату двух с половиной тысяч человек...

Например, никто же не задумывается, что Первому каналу надо заплатить 130 млн. долларов только за распространение своего сигнала на террито­ рии Российской Федерации. Причем рекламодатели не заинтересованы в принципе в размещении рекламы в населенных пунктах с численностью населения менее 200 тысяч человек. А это 70% наших зрителей. И это даже больше, чем 70% стоимости распространения сигнала.

— То есть с точки зрения коммерции канал платит за воздух?

— Да. Рекламодатели подтверждали, что если канал уберет из зоны своего вещания города «200 минус», то деньги будут те же. Так как мы яв­ ляемся акционерным обществом, я запрашивал совет директоров на трату этих денег. Потому что в принципе я как руководитель акционерного обще­ ства не должен допускать расходов, не приносящих доходов. Но это, конеч­ но, лукавая фраза. У Первого канала главная функция — некоммерческая.

Хотя — это удивительное дело — сколько ни говорю я во всех своих ин­ тервью, на всех официальных встречах, подавляющее большинство наших зрителей и даже журналистов не знают, что Первый канал не получает бюд­ жетных денег. Так что работаем для народа, но не за народные, а за коммер­ ческие деньги, которые сами и зарабатываем. Но в последнее время, надо сказать честно, получаем от государства субсидию на трансляцию в тех са­ мых городах «200 минус», как ее получают все федеральные каналы.

— И не обращались за помощью во время кризиса?

— Мы обратились с просьбой помочь нам в открытии кредитной ли­ нии во Внешторгбанке.

— А просто так Внешторгбанк не хотел денег давать?

— Просто так любой банк предлагает такую ставку, что лучше и не за­ нимать.

— А кино для канала — это доход или расход?

— Ни один фильм, произведенный каналом, прокатанный в кинотеат­ рах и проданный на DVD, не был не то что убыточным — все наши филь­ мы были прибыльными. Из топ-10 чемпионов российского проката поло­ вина — нашего производства. А вечные телевизионные права, считай, дос­ таются каналу бесплатно.

— Вот во время Великой депрессии кино в общем-то расцветало, это был, собственно, расцвет Голливуда...

— Потому что не было телевидения. Рассказы про то, что сейчас в де­ прессию расцветет кино, — это чушь. Потому что телевидение бесплатно.

— То есть «кино» во время кризиса будет телевидением?

— Да. То есть телевидение будет кинематографом. Кинематографом второй Великой депрессии.

— То есть практически получается, все кинопроизводство уйдет в сериалы?

— Ну, все, конечно, не уйдет. Безумство храбрых останется. Песни, правда, будут скорее печальными. Но дело не в этом. Тут есть такая про­ блема. Абсолютно уверен, что экономические кризисы впрямую связаны с культурными. Почему искусство предчувствовало все глобальные перело­ мы в мировой истории, в экономике? Конец каждого экономического пе­ риода связан не только с чистой экономикой, а в первую очередь с измене­ нием социальной психологии и культурной практикой, которая этот эконо­ мический период порождает. И когда назревает кризис культуры, который приводит к кризису экономики, отдельные остро чувствующие предста­ вители этого общества (назовем их художниками) пытаются отказаться от уже не актуального описания окружающей жизни. Они начинают «биться в клетке». И по тому, как авангард предсказал слом предыдущей истории в конце XIX и особенно остро в начале XX... Художники сообщали о том, что это время заканчивается, что этим языком уже разговаривать нельзя и не­ обходимо что-то менять. Художники обычно не знают, ЧТО нужно менять, они просто острее других чувствуют боль.

Мне кажется, что мы сейчас находимся в очень похожей ситуации. Без­ условно, в мировом кино, в мировой литературе, живописи и многих дру­ гих видах искусства — затянувшийся кризис. Как идей, так и формы. На рос­ сийском телевидении последние два года это очень ощущается.

Все, что работало на протяжении последних пятнадцати лет, вдруг пе­ рестало работать. И вообще, плотность проживания жизни в информаци­ онную эпоху двадцати последних лет — это половина прошедшего века.

Все происходит быстрее, неожиданнее и вследствие этого кажется неот­ вратимей.

— То есть творческие идеи перестали держать аудиторию?

— Старые идеи — перестали. 20-летие, которое началось со «Взгляда», когда проговаривалось новое время и вырабатывалось новое телевидение, закончилось. Авангард, пройдя через фазу классики, стал архаикой. Этим языком больше разговаривать нельзя. Все привычные формы и форматы еще существуют и как бы ничем не хуже тех, что были год или два назад.

Просто они больше не нужны. Русское телевидение сейчас стоит на поро­ ге глобальной трансформации. Года два назад я сказал своим сотрудникам, что эпоха гламура кончилась. Гламур был некой моделью, которая прого­ варивала ситуацию в коллективном бессознательном. Многие как дума­ ли? В начале 90-х, когда происходила рассадка на поезда, часть людей как будто села в электричку, ехавшую в район Рублевки, а другие сели не в те электрички. И получилось, что якобы это была ошибка выбора. И все смотрели и говорили: «Эти козлы! У них ничего нету своего. Эта просто спит с тем, с кем надо. А этот наворовал у государства денег». И это была модель:

ты как бы ничего не делаешь, а все у тебя хорошо. И огромное количество людей завидовало вот этому успеху. Это — русская традиция. Было ощу­ щение, что ты лежишь на печи... Одни просто поехали на этой печи в пра­ вильную сторону, и все происходит само собой.

— Это именно русская сказка, в отличие от американской...

— Да, абсолютно русская сказка, классическая. Причем многие вовсе не наворовали, а просто заработали, потому что ишачили по 18— 20 ча­ сов в день, рисковали жизнью, здоровьем и, в общем, были гораздо более активными и талантливыми. И девушки эти не только за счет избиратель­ ной доступности продвинулись. Ну и вообще, было все не совсем так. Это вечное русское убеждение, что я лучше и я честнее и я не богат и не зна­ менит только потому, что я не хочу во всем этом мараться. Это такое сча­ стливое оправдание своей лени и пассивности. Православие, кстати, тоже свою роль сыграло. Потому что, в отличие от протестантской этики, право­ славие... ну, скажем, неамбициозность... поддерживает...

А года два назад и гламурные персонажи вдруг что-то стали несча­ стливы, и кто-то разорился, кого-то посадили... И люди стали говорить:

«О! Оказывается, и они не туда поехали! Дорога-то была к взорванному мос­ ту!» И нашлись новые оправдания. Они все переживали, что сели не на ту электричку. А теперь стали оправдывать себя тем, что электричка была не туда, поэтому они опять молодцы...

Какая самая главная сказка в русской ментальности? Это сказка о ры­ баке и рыбке. Она про глобальное отсутствие чувства меры, во всем. Рус­ ский человек чувством меры, в среднем, не обладает. Если уж работает, то работает так, что глаза из орбит. Если зажигает, то сгорает дотла. Раньше это были колеса счастья, которые прокатывались мимо людей, которые на это все взирали с завистью и ненавистью. А потом это стало горящим по­ ездом, летящим в пропасть.

— Обожди. Спустя пару лет все это проявилось и в экономике. И в России, и в Америке — все это было чрезвычайно похоже. Это стало кри­ зисом не своей жизни, когда люди хотели позволить себе все здесь и сей­ час, но в действительности позволить себе этого не могли. Во многом это попытка сублимировать стресс все более увеличивающейся скорости жиз­ ни не медитацией и сменой ритма, а немедленным походом по магазинам.

Нынешний кризис — это кризис свихнувшегося от невыносимой легкости бытия шопоголика.

— Так модель-то на самом деле одна и есть...

—...Мы-то еще в этой истории были неофиты. У нас было страшное, аб­ солютно неодолимое желание наслаждаться, потреблять услуги и товары после десятилетий, когда мы были этого лишены. Просто какие-то моряки на дембеле. Три года внутри железки, а теперь — дискотека. Поэтому ам­ плитуда наша побольше, но тенденция во всех странах была одна и та же.

И мы прожили это не за 40 лет, как американцы, а всего за 15.

— То есть ты согласен, что это именно кризис цивилизации, эпохи, а не какой-то циклический провал?

— Я абсолютно уверен. Безусловно, это кризис эпохальный. Его ос­ нова не экономическая. При всей объективности экономических законов экономика является только частью цивилизации. Маркс, как мне кажется, ошибался. Так как надстройка формирует базис, надстройка главнее. Это кризис способа жизни, который на протяжении последних ста (плюс-ми­ нус) лет выбрала эта цивилизация. Он ее выел, как крыса сыр. Эта модель жизни началась с конца XIX века, проявилась реально после Первой ми­ ровой, а после Второй мировой победила тотально. И за оставшиеся годы эта модель съела цивилизацию в той ипостаси, в которой эта цивилизация строилась. И поэтому она, цивилизация, должна сейчас трансформировать­ ся... Я недавно был на одном заседании, где обсуждался закон, регулирую­ щий авторские права в Интернете. Все искренне и заинтересованно обсу­ ждали вопрос, спорили по деталям, а я сидел и думал: это то же самое, что экономический кризис. Попытка применить каменный топор к неосознан­ ной реальности.

— Это как в экономике: проблема не в регулировании, а в самом пред­ мете?

— Образ Интернета для этого идеален. Регулирование авторских прав в Интернете законодательством абсурдно. Я думаю, что Интернет просто уничтожит концепцию авторского права в том виде, в котором она суще­ ствует. Интернет уничтожил уже права на музыку. Сейчас, когда скорость и качество сигнала увеличатся, Интернет уничтожит видеоправа. Для меня появление Интернета и захват им довольно широких групп людей стали свидетельством конца ЭТОГО периода развития человечества. Для ЭТО­ ГО человечества это был ящик Пандоры. Это было сообщение о появле­ нии новой реальности. Не реальности коммуникации, мейлов, игр, поиска и прочих довольно бытовых штучек, а реальности, к которой человечест­ во ментально не было готово. Я думаю, что даже гуру Интернета не пони­ мали, что они делают. Пришествие Интернета — это сообщение о прише­ ствии нового времени. Как же я теперь зауважал Маршалла Маклюэна. Он все это предсказал еще полсотни лет назад. И равных ему в предвидении сегодня что-то не видно. А в экономике глобальной происходит то же са­ мое, что с защитой авторских прав в Интернете. Все ведущие страны пыта­ ются воспроизвести существовавшую последние 30—40 лет конструкцию спасения, но это, кажется, уже не работает. Есть такая эволюционная тео­ рия, считавшаяся в советские времена реакционной. Суть ее заключается в том, что «вид захватывает лидерство в ареале благодаря приспособитель­ ному свойству, которое в итоге являются причиной гибели вида». Объясняю для тех, кто сачковал на биологии. Саблезубые тигры сумели уничтожить всех своих врагов за счет блестяще развитых клыков и челюстного аппара­ та. Проблема в том, что, когда они придушили всех своих крупных врагов, остались только мелкие грызуны. И их челюсти не давали им возможности ловить и питаться мелкими грызунами. Вот такая грустная история.

— Мне почему-то напоминает Соединенные Штаты Америки...

— А за счет чего homo sapiens выиграл лидерство на всей планете? Толь­ ко за счет экспрессии коры головного мозга. И я как сторонник этой теории считаю, что именно за счет этой экспрессии человечество и погибнет.

— У тебя прямо эсхатологическое видение кризиса.

— Нет, я думаю, что этот кризис еще далеко не финальный. Человече­ ство сможет преодолеть его, если проартикулирует для себя новое время.

А за счет новой культуры и новой этики сможет адаптироваться и экономи­ ка. Хотя вот смотрю я на веселого французского президента — ну, он точно не Монтень и не Вольтер... А на всех последних экономических форумах, мне кажется, обсуждают, что порвались джинсы, хотя уже оторвало ногу.

— Современная глобальная политическая система не может рефлек­ сировать содержательные вещи. Она на это не способна в принципе.

— Не хочу проявиться как вульгарный биолог, но так получается... По­ пуляции регулируются. Эти механизмы современной биологией исследуют­ ся. Глубокое заблуждение, что мы живем в каком-то веке торжества науки.

На самом деле мы живем в средневековье — это не их «средние века», а наши «средние века». Люди не задумываются, что, например, нету ни одно­ го препарата, который разрушает вирусы. Его не существует. Нету ни одно­ го препарата, способного разрушить гистоновую защиту вокруг спиральки РНК. Ни одно вирусное заболевание не поддается лечению. Можно лишь активировать иммунную систему.

— Что это значит?

— Просто механизм эволюции. Нам давно уже кажется, что мы не предмет эволюции. Но, увы или к счастью, мы — предмет.

— Победа человека над природой не соответствует реальности?

— Конечно. Когда люди до такой степени не задумываются о сущно­ стях... Когда я регулярно слышу: «Мы не будем есть генетически изменен­ ные продукты!», мне хочется сказать: «А ты сам-то? Ты же сам генетически измененный продукт. Потому что если бы ты не изменялся и если бы твои предки не изменялись — ты бы и не родился». Принцип эволюции — это постоянное изменение генома. Да, при сохранении основ. Но все время происходят изменения, которые позволят лучше приспособиться. Но мы­ то по-прежнему млекопитающие. На нас действуют внутриэволюционные механизмы. Природа регулирует человечество. Человечество, конечно, с природой спорит и вмешивается, не уверен, что себе на пользу.

И мне представляется, что мы сейчас находимся, с одной стороны, в глубоком упоении своей крутизной — «человеческая цивилизация»! Точ­ но мы уже практически полубоги. А мы по-прежнему homo sapiens. С дру­ гой стороны, именно это — эта приспособительная функция, которая по­ зволила нам так думать, уже нагородила много чего, чем мы не управляем, того, чего нам нашим серым веществом не понять. Я надеюсь, что все-таки в этот раз удастся докумекать. А потом, лет через сто или тысячу, натворим такого, что и схлопнемся. Так что я как раз очень позитивно настроен... Ду­ маю, что мы исчезнем как вид, когда дойдем до границы. Но эта граница — не сейчас. Это просто пинок судьбы в область копчика для того, чтобы за­ думались. И надеюсь, что появятся толмачи, которые объяснят нам насту­ пающее время.

— Как это все проецируется на современное живое телевидение?

— Обычно люди не в состоянии ответить на вопрос: «Что вы хотите ви­ деть по телевизору?» Дальше они говорят, что много чернухи и что мало показывают научно-популярных программ. А когда их показываешь мно­ го, большая аудитория их не смотрит. И в ходе многочисленных опросов они зачастую говорят так, чтобы достигнуть собственного ощущения пра­ вильности. На самом деле просто себя обманывают. Я говорю, конечно, про большие аудитории в десятки миллионов человек. Проблема в том, что че­ ловек не может сформулировать, чего ему действительно не хватает, чего ему хотелось бы увидеть. Давайте скажем честно: большинство из нас не может ответить на вопрос, чего мы хотим в этой жизни. Не про внешнюю мишуру, а в главном. А телевизионщики последние десять лет были отрав­ лены тем, что большинство из них имели представление о реакции людей на их продукт только по данным «TNS Гэллап», который не измеряет при­ страстия аудитории, а является управляемым механизмом для обдурива­ ния рекламодателей. «TNS Гэллап» как бы высчитывает, в каких зонах луч­ ше продавать рекламу для целевой аудитории, и это тоже архаичная сис­ тема. Все базовые учебники рекламы написаны в начале 60-х годов, когда даже структура потребления была другая. И предметом обожания рекла­ модателя по-прежнему является молодой мужчина 18—35 лет. А пожилая женщина является балластом для рекламы. Но когда я смотрю на реклам­ ные блоки, в которых рекламируются стиральный порошок, мыло, молоко и разные подобного рода продукты, я понимаю, что это абсолютно баналь­ ная ошибка. В Российской Федерации зарабатывают деньги на этот товар мужчины, но покупают его пожилые женщины, обычно с низким доходом.

Но за деньги этих мужчин — сыновей и мужей. И поэтому они должны быть объектом рекламы, а не эти молодые, вечно занятые мужчины. Мужчины не покупают стиральные порошки. И это еще одна из миллиардов ошибок уходящего времени.

— А реклама водки и пива запрещена...

— Ну, пива — нет, а что не рекламируется водка, так и слава богу. Ори­ ентируясь на такие базовые установки, пиплметрия измеряет якобы то, что нужно рекламщикам. Это не контентный анализ, на основе которого про­ исходит оценка качества продукта, превратил российское телевидение вот в то, чем оно является последние 5—6 лет. Оно по-прежнему качествен­ ное, но перестало чувствовать свою аудиторию и работает наугад. Потому что все время неверные рекламные исследования воспринимаются теле­ визионными каналами как социологические. И все время воспроизводят все более искажаемую заявку на контент.

— Считается, что телевидение само формирует аудиторию... Что телевидение должно воспитывать, как в «великие годы», а оно, телевиде­ ние, развращает. Даже не то что оно «идет за низменными вкусами», а про­ сто формирует некоего морального урода.

— Странно от тебя это слушать. Ты много лет работаешь на Первом канале, здесь уродов не формируют. Я считаю, что «телевидение» как еди­ ный термин вообще не существует. Когда говорят: «все женщины», или «все мужчины», или «все телевидение», — все, что идет после «все», является чу­ шью. Даже слушать не нужно. Телевидение разное.

— Тогда про Первый канал. Как ты видишь его задачу?

— Главная — сохранение единого информационного и лингвистиче­ ского пространства Российской Федерации. Это позиция номер один. Вто­ рая задача — максимально попытаться быть зеркалом текущего процес­ са. В разных областях — в политике, культуре, экономике. Где-то это по­ лучается...

— То есть ты считаешь, что телевидение не может быть лучше про­ цесса?

— Это зеркало с качественной эмалью и увеличительным стеклом.

В нем все отражается намного ярче и сочнее. Но чего нет — не отража­ ется.

— Должно ли телевидение нести культуру в массы?

— Культура вообще довольно широкое понятие. А твоя фраза — в сти­ ле материалов XXIV съезда КПСС. Телевидение не должно воспитывать в той дидактичной манере, о которой говорят люди, говорящие, что рань­ ше телевидение воспитывало. Я не знаю, как воспитывало советское теле­ видение. Меня советское телевидение не воспитало. Я его сильно не лю­ бил и почти не смотрел.

— Оно никого не воспитало. По факту сегодняшнего отсутствия са­ мого Советского Союза.

— Именно. Поэтому я считаю, что для современного текущего процес­ са, для России 2009 года, наивной и убогой является идея, что телевидение должно быть коллективным воспитателем. Во-первых, советский человек ненавидит дидактику, а новые люди ее просто не переваривают. Во-вторых, телевидение воспитывает, но косвенно. Это система пилюль. Говорят: «Те­ левидение ушло в развлекуху». Да, в определенной степени многие вещи выглядят гораздо более развлекательными, чем на самом деле являются.

Люди не любят горькие таблетки. Облатка — веселенькая и сладкая — нуж­ на для того, чтобы ты проглатывал такие вещи. Людям кажется, что они смотрят сериал для того, чтобы развлечься, просто провести время, по­ хохотать или поужасаться. А на самом деле... Почему в первые годы такая популярность была у русских сериалов про реальность? Потому что, когда глобально изменилась ценностная шкала, люди не знали, как себя вести в новой реальности. И они принимали это как модель поведения. Которая проговаривалась под видом развлекухи. В целом общество само вырабо­ тать модели поведения не может. Основная суть художественной литера­ туры, в первую очередь, и уже дочек или внучек литературы — кино и те­ левидения — в том, чтобы проговаривать текущую ситуацию и правильные моральные модели поведения.

— Основная претензия к телевидению как раз в том, что оно прого­ варивает не те модели поведения, какие кому-то хотелось бы.

— Я могу отвечать только за Первый канал. Нам тоже, конечно, свойст­ венно ошибаться. Но мы всегда методично проговаривали те модели пове­ дения, которые нам представлялись правильными. И мы всегда думали об этом. С точки зрения насилия и «откровенных сцен» Первый всегда стоял в конце списка всех телеканалов. Это всегда был наш сознательный выбор.

Мы очень многого не сделаем за рейтинг. И не дай бог нам подумать, что мы кого-то хотим учить или воспитывать. Человек, который думает, что он может быть учителем для своего народа, — его Кащенко заждалось... А фор­ мировать модели поведения — ненавязчиво и опосредованно — это эф­ фективнее, чем просто учить. Учителя, извини меня, можно послать. Про­ сто сказать: «Ты кто такой? Кто дал тебе это право?» А того, кто опосредо­ ванно формирует модели поведения, послать трудно, потому что ты этого не чувствуешь. Это происходит помимо твоей воли и сознания. Ты же раз­ влекаешься! Так часто обидно слышать эту чушь про засилье развлекухи.

Нет лучшего способа разобраться в чем-то, чем попытаться объяснить это другим. Мы сами пытались проговорить это время и правильные модели поведения и понимали их вместе с нашими зрителями.

— Скользкий вопрос: политика на телевидении. Какая задача?

— Я же сказал, что это зеркало.

— Если принять эту концепцию, что политическое телевидение — это зеркало нашей политики, то тогда «непримиримая оппозиция», грубо говоря, просто отдыхает с точки зрения того, что показывает зеркало.

— Соответствует своему реальному масштабу.

— Было время, когда телевидение пыталось насиловать политику.

Это как раз середина 90-х. Когда на телевидении был представлен комплекс людей и идей, чей реальный вес не соответствовал «телевизионному».

— В середине 90-х телевидение отражало реальный политический процесс. Он был весьма многополярен. И, по-моему, никто этим не был счастлив.

— Они в обществе были представлены не так, как на телевидении.

— Я еще раз говорю, это зеркало с увеличительным стеклом. Оно про­ сто какие-то вещи увеличивало несоразмерно, а по краям искажало. Но оно отражало процессы всегда.

— А что будет в будущем?

— Я думаю, что живые силы телевидения, а у нас есть живые люди на телевидении, которые думают головой и чувствуют родничком, в течение нескольких ближайших лет, ошибаясь и находя, они выработают тот язык, который будет проговаривать наступающее время.

— Они выработают его раньше политики или позже нее?

— Я думаю, что раньше. Политологи слишком часто ошибались в по­ следние десятилетия. Вот и великий Фукуяма доблестно обделался. Давай не будем идти его путем. При всех нотках эсхатологических, которые ты от меня услышал, я очень позитивно смотрю вперед. Этот глобальный кри­ зис — он очередной, но раз в сто лет такие бывают. И homo sapiensам пока еще поможет серое вещество. А будущее — его нельзя предсказать, его можно сделать.

— Это — оптимизм! То есть до «большого взрыва» и превращения Солнца в какого-то карлика мы не доживем. Это будут не наши пробле­ мы.

— Знаешь, один из базовых кризисов — это кризис осознания. Чело­ век не в состоянии понять бесконечность, что бы ни утверждали кванто­ вые физики. Вот ты понимаешь, что такое бесконечность?

— Существует единственный способ осознания бесконечности — это Господь Бог.

— Да, конечно. И поэтому... Я, с одной стороны, будучи сформирован­ ным воспитанием и образованием как явный агностик, довольно религи­ озно настроен. Это сознательный выбор, который позволяет существовать в реальности, не превращаясь в параноика.

Первая публикация: журнал «Однако», 2009, пилотный номер

ТЕЛЕВИДЕНИЕ КАК ТЕКСТ СОВРЕМЕННОЙ КУЛЬТУРЫ:

НЕКОТОРЫЕ НАБЛЮДЕНИЯ

Ругать отечественное телевидение давно стало хорошим тоном. Оно и впрямь дает много поводов для критики: высоконравственным и вегета­ рианским его точно не назовешь. В частности, предвыборное роптание на вульгарную, кровожадную и развращающую молодые умы телеиндустрию превратилось в излюбленное занятие политиков — главных охранителей общественных норм и чистоты вкуса.

Производители телевизионной продукции, в свою очередь, оправды­ ваются бесхитростно и убедительно. Мол, телевидение у нас коммерческое, живем по законам рынка, существуем за счет одной лишь рекламы, которая реагирует только на рейтинги. Клиент — то бишь зритель — всегда прав.

Телевизор — зеркало зрительской души, и нечего на него пенять. А при же­ лании можно взглянуть на мизерные рейтинги «Культуры». Ну, не по вкусу целевой аудитории опера-балет — не насильно же заставлять смотреть!

Что ж, аргумент серьезный, ибо касается денег. И его, в общем, при­ нимают, переводя обсуждение в плоскость выработки решений. Одни го­ ворят, что нужно делать государственное телевидение, как при советской власти, или общественное, как в благородной Великобритании. Другие при­ зывают учредить почтенный совет «смотрящих» — чтоб следил, выявлял и публично осуждал. Третьи с конспирологическим задором начинают искать (и ведь находят!) вездесущую руку закулисы, медленно, но верно душащую целомудренного русского зрителя. Есть еще группа оптимистов с футури­ стическим взглядом на мир, уверенных, что ежели пустить на самотек, то все само собой сложится хорошо: возникнет нишевое телевидение, и кана­ лов будет столько же, сколько людей, и каждый получит по своим индиви­ дуальным потребностям. С ними заодно и реалисты-элитаристы, которые говорят: оставьте все как есть, дайте трудящимся массам калорийного хле­ ба и легко усваиваемых зрелищ. И еще припоминают мудрого китайского даоса Лао Цзы, учившего, что просвещенный народ несчастлив и неуправ­ ляем. Правда, говорил он это за несколько столетий до Христа — но на то она и мудрость, что не увядает в веках...

Однако, стоп. Мы пустились в дальнейшие рассуждения, приняв как само собой разумеющееся правомерность позиции телевизионщиков.

И ведь действительно, на первый взгляд, все в их схеме гладко складыва­ ется. Даем зрителю то, что он хочет. Это свободный выбор его вкуса — как правило, неразвитого, но какой уж есть. Вкус измеряем при помощи мате­ матически точного инструмента — рейтинга, который определяется либо телеметрически (приборами, вживленными в статистически значимое чис­ ло телевизоров по всей стране), либо банальным обзвоном телефонной базы: «Что нынче смотрите?» Все вроде бы верно, но если разобраться, за­ рытыми оказываются сразу несколько собак.

С идеологическим тезисом не будем спорить: свобода так свобода, пусть воля аудитории считается неприкосновенной. Однако остальные суждения основаны на весьма сомнительных предпосылках. Во-первых, если телевизор включен, это не значит, что его смотрят. Во-вторых, если его смотрят, это не значит, что передача нравится. В-третьих, если передача все же нравится, это не значит, что из всего телевизионного спектра нравится только она. В-четвертых, если она нравится в данный момент, это не значит, что она будет нравиться и дальше и что вкус не изменится. В-пятых, марке­ тологи давно сообразили, что не спрос определяет предложение, а совсем наоборот, новое интересное предложение рождает спрос. Иными слова­ ми, когда телеканалы уверяют, что дают зрителю то, что тот хочет увидеть, они обманывают сами себя. Они, может, и стараются угодить, но не могут даже теоретически, на сегодняшний день разрыв между производителем и потребителем кажется непреодолимым.

Если в советские годы основным механизмом обратной связи были мешки писем, приходившие в редакции, то в нашей высокотехнологичной реальности таким механизмом являются так называемые пиплметры. Они замеряют количественные (не качественные!) показатели телесмотрения, на основе которых строится рекламный бюджет и составляется программ­ ная сетка. Неточность и неэффективность такой обратной связи отмеча­ лась многократно, в том числе руководством центральных каналов. Од­ нако критика повисала в воздухе, поскольку ничего более совершенного предложено не было.

Одной из альтернатив могли бы стать глубинные социологические ис­ следования. Существует ряд претензий и к социологам тоже, но, по крайней мере, у них есть возможность не просто фиксировать включенность теле­ визора, а формулировать вопросы, уточнять их, выяснять психологические мотивировки тех или иных ответов респондентов. Все-таки социолог — не электронный прибор, а живой человек, стремящийся к пониманию собе­ седника. Это, безусловно, шаг к лучшему знанию аудитории. Другое дело — интерпретация полученных таким образом данных. Здесь нужны специа­ листы иного профиля — психологи и культурологи.

Недавно социологическая группа ЦИРКОН предложила всероссийский опрос общественного мнения, целиком посвященный оценке современно­ го отечественного телевидения. Нужно сказать, что полученные данные разрушают многие стереотипы и мифы телевизионщиков относительно российской телеаудитории и заставляют по-новому взглянуть на взаимо­ отношения народа и четвертой власти в нашей стране.

Прежде всего, стало ясно, что телевидение у нас по-прежнему смотрят очень много, это один из главных видов досуга и источников информации.

При этом основными функциями телевидения люди считают информаци­ онную и просветительскую — а отнюдь не развлекательную, как принято думать. Интерес к сериалам, играм и ток-шоу, которыми так гордятся теле­ каналы, достаточно скромный — в отличие от новостей, художественных и документальных фильмов.

Другой важный вывод, сделанный в ходе исследования, связан с от­ ношением к насилию и эротике. Вопреки расхожему среди телевизионных деятелей мнению, зрители вовсе не потеряли остатки нравственности. Две трети опрошенных резко негативно относятся к демонстрации в эфире кро­ ви и секса, и лишь каждый двадцатый смотрит такие сцены с явным инте­ ресом. И — поразительный факт! — более половины всей телеаудитории испытывают чувство стыда за то, что видят на экране. А почти половина — чувство сильного страха и тревоги. Возможно, поэтому у большей части оп­ рошенных есть уверенность в том, что в России следует вводить государ­ ственный или общественный контроль за телевещанием.

Как уже было сказано, к социологическим методам есть вопросы. Оче­ видно, что, находясь перед интервьюером, респонденты часто стараются говорить нарочито правильно, скрывая подлинные чувства и мысли. Мож­ но задать и более философский вопрос: а знают ли люди сами себя, спо­ собны ли сформулировать эти самые подлинные чувства и мысли? Если б это было так, какой тогда смысл в революции Фрейда и огромной индуст­ рии психоанализа?

И все же отметим, что существенная часть зрительской аудитории с удовольствием смотрит программы, нагнетающие адреналин и тестосте­ рон. Современная культура пропитана коллизией и конфликтом — что на­ прямую касается и телевизионной драматургии, зиждущейся на чувстве враждебности, на идее столкновения. Прежде всего, это относится к изоби­ лующим на телеканалах криминальным программам: детективным сериа­ лам, документальным фильмам-расследованиям, текущей криминальной хронике и постановочным судебным заседаниям. Криминал на телевиде­ нии торжествует, причин же любви аудитории к нему можно выявить не­ сколько — от очевидных и тривиальных до неожиданных и подспудных.

Самое простое объяснение — у физиологов. Действительно, человек, погружаясь в криминальную реальность телевизионного зазеркалья, начи­ нает испытывать сильные эмоции: кто страха и тревоги, а кто — возбужде­ ния и агрессии. Биохимия стресса доставляет особое удовольствие, впро­ чем, для производства очередной дозы адреналина не нужен изощренный многоходовой сюжет и сложная образность, достаточно банального бое­ вика, тарантиновского «криминального чтива».

Психологи найдут другое обоснование зрительских пристрастий к кри­ минальному жанру. Именно в детективе важное человеческое содержание проявляется в наиболее концентрированном виде. Это сострадание к жерт­ ве, желание справедливости, заочное соучастие в возмездии и радость воз­ даяния. Непременный хэппи-энд детективного расследования гарантиру­ ет безошибочность Немезиды.

Суждения критиков и искусствоведов, скорее всего, будут основывать­ ся на более изысканной зрительской мотивации, связанной с эстетической природой детектива. Ведь при известной формульности сценариев, при всей рецептурности режиссерской работы, умно написанный и мастерски снятый фильм может стать настоящим кинематографическим удовольствием. А удач­ ная актерская работа способна сделать придуманных героев — будь то наш Глеб Жеглов или их Эркюль Пуаро — образцами для подражания.

Культурологи дадут свое истолкование. В детективной продукции они увидят этическое содержание: в самом деле, преступление задает грани­ цу нормы, наказание утверждает действующую систему ценностей. В этом смысле детектив оказывается одним из механизмов сохранения в куль­ турном пространстве единых нравственных ориентиров, и телеаудитория здесь подчиняется задачам культуры.

Нам же симпатичнее всего позиция философов. На первый взгляд, де­ тектив никак не назовешь жанром высокой метафизики. И все же, если вду­ маться, в самой основе любого криминального расследования и судебного процесса лежит идея поиска истины. Вот этот пафос абсолютного знания и утверждение торжества разума и делают детектив столь притягательным.

Недаром в детективную форму облекали свои романы такие писатели-мыс­ лители, как Диккенс и Достоевский.

Детективы нравятся практически всем, но наверняка у каждого из нас найдется хотя бы один знакомый, совершенно помешанный на фильмах ужасов (не исключено, что мы сами таковы). Причем, как правило, это человек весьма нервического склада, попросту говоря — неврастеник. Глаза его бегают, конечности вздрагивают, дыхание частое, сердцебиение уско­ ренное. Порою удивляешься: ему бы расслабляться в санатории, попивать боярышник да пустырник — он же после работы спешит домой, боясь опо­ здать на очередную серию каких-нибудь баек из склепа с инопланетными монстрами, ожившими мертвецами, вампирами и привидениями. Невольно думаешь: и как только люди могут смотреть весь этот трэш? Но ведь смот­ рят же! Ужастики имеют устойчивую аудиторию и хорошо продаются. На Западе давно уже возникла целая индустрия художественного запугива­ ния — тот же Майкл Джексон стал суперзвездой в начале восьмидесятых, эксплуатируя сверхпопулярную уже тогда стилистику триллера.

Как-то Иосиф Бродский, размышляя о поэзии американца Роберта Фроста, предложил разделять страх как локальное чувство — и ужас как тотальное мироощущение. У страха должна быть какая-то конкретная пу­ гающая причина: вампир, упырь, маньяк... В случае с ужасом ситуативной угрозы нет, он как бы разлит в космосе и в душе человека. Он изначально присущ миру, его можно почувствовать везде и всегда — при этом он, ко­ нечно, не такой острый. Если согласиться с таким противопоставлением, то традиционные фильмы ужасов правильнее было бы называть страшилка­ ми. А собственно ужасами именовать произведения высокого саспенса — каковы, к примеру, лучшие работы Альфреда Хичкока или, скажем, Дэвида Линча. Эти режиссеры не опускаются до кукольной монструозности, рабо­ тают на более утонченных приемах — страхе неизвестности, тревожности абсурда. Их творения и ужастиками-то не назовешь, скорее это философ­ ские притчи о смысле смерти и безумия. Впрочем, разбор причин и след­ ствий зрительского интереса к ужасам на телеэкране оставим психиатрам.

Копание в занемогшей душе — занятие деликатное и ответственное. Столк­ нувшись с подавленными детскими кошмарами, главное — не навредить.

Мы же зададимся одним нетривиальным вопросом: почему в России не сложилась собственная культура ужасов? Триллеров собственного про­ изводства у нас практически нет — при всем богатстве русского народного творчества, литературы и кинематографа. Конечно, есть совсем нестраш­ ные сказки про Кощея. Есть некое подобие готической прозы: «Гробовщик»

и «Пиковая дама» Пушкина дали вялую традицию, не получившую развития.

Есть пионерский фольклор со «страшными историями». Есть десяток пост­ перестроечных кинолент. Но, в любом случае, у нас нет своих культовых Эд­ гара По, Лавкрафта и Стивена Кинга — и нет конвейерного производства кошмара, коим завалены нынче отечественные развлекательные телекана­ лы. Зато хоррор в изобилии производится в США, Англии и Японии.

Предложим два соображения. Во-первых, обратим внимание на то, что творчество ужасов наиболее развито в островных культурах — особенно если иметь в виду британские корни американской ментальности. Человек с островным сознанием — «человек-остров» — везде и всегда чувствует себя одиноким и незащищенным. Ему всюду мнится опасность, паранойя — его недуг, и вся жизнь его проходит в борьбе со страхом. В свою очередь, авантюризм и культ права — результаты компенсации этого комплекса.

Во-вторых, страх и трепет, как правило, появляются на разломах и гра­ ницах — времен и территорий. Естественное лекарство против страха — вера, уверенность в чем-либо. Не обязательно религиозно-мистическая, достаточно устойчивого нравственного чувства и ясной картины мира. Без­ верие, свойственное пограничным эпохам, заполняет свои пустоты ужа­ сами и разной нечистью. То же касается пограничных земель: неслучайно гоголевский Вий и трансильванский Дракула возникли на окраинах пра­ вославного царства. В этом смысле ужасы выполняют функцию компаса, определяя, где центр и где — периферия.

Кроме того, важно понять, что это за агрессивная часть телеаудитории, ищущая адреналина и заказывающая музыку на телевидении, кто является подлинным клиентом телепроизводства. Ведь это не собственно зрители во всем своем социологическом разнообразии, а лишь те зрители, которые телевидению платят. Опосредованно, в виде рекламных денег, заложенных в цену той продукции, которую в итоге все равно оплачивают телезрители.

И вот здесь возникает обычное для рынка неравенство. Смотрят телевизор все, но далеко не все оплачивают рекламируемые товары и, следователь­ но, диктуют телевидению свои нормы и стандарты. Как известно, весь мар­ кетинг базируется на одной вполне очевидной максиме: нужно дать тому, кто платит, то, что тот хочет.

Оказалось, что дело даже не в том, какая часть общества более обес­ печена материально — в плане возраста, географии, профессии. Бизнеспсихологи давно сообразили, что следует воздействовать не на тех, кто физически может заплатить, а на тех, кто хочет, готов, расположен запла­ тить — кому легче расстаться с деньгами, кто больше потребитель в душе.

Вопрос по сути риторический, и ответ очевиден. Не нужно быть гуру биз­ нес-психологии, чтобы понять: клиентами телевидения является, главным образом, молодежь, и прежде всего — женская ее часть. Именно на моло­ дое поколение ориентирована рекламная и программная политика теле­ каналов. Именно они, не знающие цены деньгам, легко раскошеливаются, попадаясь на маркетинговые технологии. Они так неопытны и доверчивы, так падки на блеск брендов. Сила пылких страстей и пристрастий заменяет им силу рефлексии. Коллективный и стереотипный характер юношеского восприятия делает их преданными и отзывчивыми потребителями. Они — идеальные клиенты, и под их язык, вкус и культуру подстраивается жадное до рекламы телевидение.

Основной вектор подстройки — потеря серьезности. Что бы мы ни го­ ворили, нужно признать, что молодости свойственна некоторая легкомыс­ ленность, поверхностность. Глубина и серьезность приходят с возрастом — мы не берем в расчет, конечно, исключительные случаи вроде Китса, Лер­ монтова и Рембо. Нынче же модус несерьезности, развлечения преодолел жанровые рамки и стал всеобщим телевизионным стилем, пропитавшим буквально все, включая новости, аналитические программы и спортивные состязания — те сферы, где, казалось бы, по определению не должно быть места инфантилизму. Невыносимая легкость бытия.

Меняется культурная среда, ювенильная реальность диктует свои при­ оритеты всем остальным возрастам. С ног на голову переворачиваются тра­ диционные ценности и ориентиры. Столь важные прежде культы старче­ ства и опытности становятся совершенно неактуальными. Ведь ключевая, хотя и неявная функция телевидения состоит в построении общепринятых смыслов, очевидных банальностей, образующих тот единый понятийный язык, без которого невозможно общение, а значит и общество. Когда-то эту функцию выполнял фольклор, позже — церковь и школа, а последние де­ сятилетия — телевизор. И его влиятельность не может быть измерена толь­ ко лишь размером аудитории. По сути не важно, смотрит человек ТВ или нет: все равно он живет, говорит и мыслит в пространстве тех общих мест, которые сегодня создает и фильтрует телевидение.

Мифология меняется: старость — плохо, молодость — хорошо. Если раньше молодой человек старался выглядеть старше, мужественней, со­ лидней, то теперь наоборот — мужчина средних лет занимается фитнесом, ходит в солярий и к косметологу, чтобы выглядеть на поколение моложе.

Это — классическая жертва телевидения. Думается, что стремительное омоложение массовой культуры, в основе которой — рыночный характер современных массмедиа, подрывает жизнеспособность общества. При всех прелестях юности главная ее черта — незрелость. Закрывающая глаза на проблемы, полная иллюзий и чреватая ошибками.

Впрочем, молодежную культуру следует защитить от обвинений в од­ ном из сложных современных феноменов — клиповом сознании. Хотя мало кто понимает, что это такое, на все клиповое (читай — подростковое) в хо­ роших домах принято смотреть подозрительно свысока как на нечто заве­ домо недоразвитое, разрушающее традиционные нормы и формы. Впрочем, обо всем по порядку. Появившись в качестве визуального сопровождения саундтрека, видеоклип довольно быстро стал самостоятельным синтетиче­ ским искусством. Формальное ограничение здесь только одно, по времени:

клип длится несколько минут, и в эти минуты нужно вместить видеоряд, пол­ ноценно раскрывающий суть музыкальной композиции. Поскольку обычно в песне главное — не рассказанная история, а атмосфера и настроение, то и визуализация не может быть сюжетной, линейно последовательной. Воз­ никает калейдоскопическое соединение разрозненных образов, мельтеше­ ние несвязных картинок, скраивание целого из лоскутков.

В итоге, вполне по Гегелю, который, как известно, всегда прав, боль­ шое количество клипов перешло в новое качество: из локального медий­ ного жанра клип превратился в тотальный стиль и доминирующий тип соз­ нания. Появился принципиально новый способ восприятия реальности — нелинейный, пульсирующий, мозаичный У многих наших современников сформировалась оптика, подобная сеточному зрению мухи, видящей не целое, а множественность раздробленных осколков, которые могут сло­ житься в единую картину — а могут и не сложиться.

Иными словами, главными чертами клипа и клипового сознания мы назовем краткость и мозаичность сообщения. Вообще говоря, первая из этих черт — лапидарность высказывания, способность разместить макси­ мум информации на минимуме пространства — одно из ключевых усло­ вий современного общения. На принципе телеграфной экономии построе­ ны такие глобальные системы связи, как sms, icq, twitter и ряд других. Но, если вдуматься, есть гораздо более древний предшественник клиповой ла­ коничности, нежели телеграф. Более того, искусство интенсивного сжатия содержания предельно архаично, оно родилось вместе с цивилизацией.

Речь, разумеется, идет об искусстве поэзии. Именно поэтический текст по определению обладает теми чертами, которыми мы обозначили клиповость. В нем также борются-сливаются две силы: центробежная энергия расширения смысла и центростремительная энергия сжатия фразы. Кроме того, в основе поэзии лежат ритм и метафора. Ритмичность клипа очевидна, метафора же соответствует фрагментарному принципу калейдоскопа, ибо сближает неожиданные слова и образы, зарифмовывает случайное. Уплот­ нение смысла происходит как раз за счет построения спонтанных связей.

Возможно, это звучит несколько парадоксально, но исходя из наших рассуждений получается, что клиповое сознание — это новый поворот от линейного прозаического мировосприятия к нелинейному поэтическому.

От развернутой последовательности сюжета к напряженному символиз­ му коротких, но бездонных поэтических метафор. Критики клипового соз­ нания обычно обвиняют его в поверхностности восприятия, в невозмож­ ности долгой фокусировки внимания. Однако разве не этим ли отличает­ ся чтение прозы от чтения стихов? Мы можем кряду прочитывать десятки, а то и сотни страниц достаточно умного романа без напряжения и голов­ ной боли. И какое усилие требуется, дабы одолеть хотя бы два десятка не­ больших, но серьезных стихотворений. Здесь другие размеры и совсем дру­ гая интенсивность внутренней работы. Это гипотеза, но возможно, такова природа и современного клипового сознания: оно концентрируется не­ долго, но глубоко.

Некоторым образом современный клиповый человек напоминает цик­ лопа. Ему не нужны два глаза, не нужна сложная стереоскопия, с разных сторон разглядывающая внешнюю реальность. Достаточно одного — гля­ дящего в калейдоскоп. Цельная мозаика сама складывается из отдельных смальт уже где-то глубоко внутри. Можно сказать, что единственный глаз циклопа — это третий глаз, тогда как два ординарных атрофировались за ненужностью. Он дает определенную степень свободы, ведь когда зрение не фотографирует мир, а синтезирует его внутренний образ, ему не нужна посторонняя помощь — будь то очки или монокль.

Также нас интересует вопрос, на каком культурном фоне возникают новые телевизионные форматы. В чем состоит национальная специфика российского телевидения? Обратим внимание на два характерных пара­ метра: план и колорит. Вспомним, что греко-латинское слово «телевидение»

искусственно собрано из двух корней: «далеко, вдали» и «видеть, зреть».

А русские корни с этими значениями образуют слово «дальнозоркость», обозначающее такую особенность зрения, когда далекое видится четко, а то, что под носом, совсем неразличимо, как в тумане. В этом смысле те­ левидение — весьма русское явление, ведь дальнозоркость — очень рус­ ская черта.

То ли история здесь виновата, то ли вмещающий ландшафт и климат, но только все отдаленное от нас во времени и пространстве парадоксаль­ ным образом воспринимается как близкое и дорогое. И наоборот, то, что совсем рядом, лишенное масштаба и дистанции, не представляет особой ценности и не требует к себе внимания. Освоение космоса или построе­ ние коммунистического рая оказываются куда актуальнее, нежели забо­ та о ближнем и обустройство повседневного быта. И хотя подобные рас­ суждения давно уже кажутся философской банальностью, они объясняют одно сугубо телевизионное явление, непосредственно связанное с даль­ нозоркостью.

Речь идет о построении кадра. После того, как у российской аудито­ рии появилась возможность смотреть через спутник или кабель западные каналы, многие заметили, насколько по-настоящему крупным оказался «у них» крупный план. Человека показывают вплотную, он максимально при­ ближен к зрителю. Лицо ведущего новостных выпусков заполняет едва ли не весь экран — так, что видно каждую присыпанную гримом морщинку.

Для нашего телевидения это не характерно, у нас объект изображения преподносится на расстоянии, издали — ведь русское пространство ин­ тимности более широко, чем у европейца или американца. Разве что в по­ следнее время наши федеральные телеканалы присматриваются к запад­ ному опыту и аккуратно увеличивают крупный план. Наиболее показатель­ ный шаг в этом направлении — полная операторских изысков программа «Познер» на Первом канале, в которой интервьюер и гость приближены к зрителю настолько, что их размер на экране обычного домашнего телеви­ зора явно превосходит натуральную величину.

Кстати, «близорукость» западного телевидения, требующая значитель­ ного увеличения, вполне объяснима историей европейской культуры. По нашим меркам, у них всегда было довольно-таки тесновато. Множество лю­ дей на сравнительно небольшой территории. Рано появились города с уз­ кими улочками, где столкновение лицом к лицу — обычное дело. Интимное пространство в этих условиях серьезно сжимается, а интенсивность стес­ ненного общения заставляет вырабатывать культуру компромисса, ориен­ тацию на снятие внешних барьеров.

Иное дело — Россия, с ее просторами, низкой плотностью населения и поздним распространением городской среды. Здесь возникает совсем другая оптика, создается привычка фокусировать взгляд на том, что вда­ ли, а не вблизи. И, соответственно, остается некоторая затрудненность по­ вседневного общения и неготовность уступать ни пяди своего интимного пространства. Потому-то лицо западного ведущего, растянутое на весь эк­ ран (особенно, если это плазма), кажется слишком близким и вызывает у русского зрителя ощутимый дискомфорт.

Ведь, если вдуматься, телевидение — сфера довольно интимная, в от­ личие, к примеру, от столь похожего на него кинематографа. Кинотеатр — чужая территория, там ты всегда в гостях. А телевизор — часть своего, до­ машнего пространства. Он там же, где ванна, постель и красный угол с лам­ падкой. Перед ним ты раздет и не защищен. Потому-то телевидение так влиятельно, опасно и болезненно, что имеет возможность ненавязчиво, но уверенно вторгаться в самую сокровенную зону человека, наивно ду­ мающего, что он заперся на все замки и засовы. Это колоссальный ресурс, и если что и следует культивировать в себе его авторам, так это дально­ видность — еще одно слово, которым с греко-латинского можно перевес­ ти «телевидение».

Есть еще одна сфера, существенно отличающая нашу картинку от при­ нятой на Западе. Это цветовое оформление. Телевидение давно стало цвет­ ным, и вопрос палитры нельзя отнести к числу второстепенных — особен­ но в наши дни, когда цветотерапия считается разделом медицины. Цвето­ вые решения несут большую смысловую нагрузку. Здесь точка пересечения общемировых тенденций, национальных традиций и дизайнерских амби­ ций. Психологическое же воздействие цвета оказывается двунаправлен­ ным: с одной стороны, выбранный колорит подспудно влияет на настрое­ ние аудитории, но, с другой стороны, сам выбор обусловлен средой и куль­ турой. Это касается и единой зрительной концепции того или иного канала, и заставок отдельных передач, и оформления студий.

Теледизайн может преследовать разные цели. Прагматичные мировые каналы сделали ставку на активную визуальную стимуляцию. Там торжест­ вуют не просто теплые, а огненные цвета — и резкие контрасты. К приме­ ру, красная и оранжевая зоны спектра (часто на черном фоне) доминиру­ ют на каналах CNN и BBC, лидерах глобального вещания. Такая гамма долж­ на возбуждать уставшего западного зрителя-трудоголика, удерживать его внимание, не давать заснуть.

Совсем иначе выглядят телеэкраны в России. У нас доминирует синеголубой колорит — прохладный, комфортный, успокаивающий. Это уже не энергетический напиток, а транквилизатор. Разумеется, в палитре россий­ ских каналов присутствуют и другие цвета: охристые оттенки в оформле­ нии «России», зеленый на НТВ. Желто-оранжевые тона закономерно свой­ ственны СТС и РЕН-ТВ — нарочито прозападным проектам. И все же имен­ но мягкий синий цвет при всем многообразии своих оттенков традиционно определяет образ нашего телевидения. Он достался современной телекар­ тинке по наследству. Вспомним, что в черно-белые годы телевизор называ­ ли «голубым экраном», а главной праздничной передачей долго считался «Голубой огонек» — тогда этот эпитет был еще свободен от игривой дву­ смысленности.

Не нужно быть большим специалистом по знаковым системам, чтобы понять содержание сине-голубого цвета. Известно, что теплые краски со­ ответствуют чувственной сфере, в то время как холодные — рациональной.

Мудрость, знание, понимание, интеллект — все это синие по цвету поня­ тия. Это цвет эфира и воздуха, и если на Западе телевидение ассоциирует­ ся с кроваво-огненной стихией, то для нас оно скорее связано с дневным небом. Чистота и высота — его главные атрибуты. Недаром «цвет небес­ ный, синий цвет» в хрестоматийном стихотворении Бараташвили — Пас­ тернака называется «краской высоты». Получается, что русский человек бессознательно воспринимает синее телевидение в контексте этих духов­ ных значений — и тем острее звучит критика телепродукта, не соответст­ вующего высоким ожиданиям.

К слову сказать, небесная символика телевидения проявляется не только в цветовой гамме. Она и в вертикальной устремленности Остан­ кинской и Шаболовской башен, чьи вершины теряются в облаках и прини­ мают в себя молнии громовержца. И в космических спутниках, передающих телесигнал с орбиты. И в усердии хозяина, с трудом залезшего на крышу деревенского дома, чтоб установить там антенну. Да и в самом характере телевизионной культуры, напоминающей религиозный культ — со своими иконами и жрецами, моралью и ритуалом.

Впрочем, думается, что синяя доминанта отечественного телевидения со временем будет все больше ослабевать, уступая место энергичной крас­ новатой гамме. Слишком уж очевидна ориентация руководителей россий­ ских каналов на западные модели и технологии (о дизайнерах, провинци­ ально видящих все актуальное только на Западе, и говорить не приходит­ ся). Так что, скорее всего исторический спектр нашего телевидения будет представлять собой последовательность трех цветов: черно-белого моно­ хрома, синего и красного. Что напоминает российский триколор — если смотреть на него сверху вниз.

МЕЖТЕКСТОВЫЕ СВЯзИ

В СОВРЕМЕННОМ ОТЕЧЕСТВЕННОМ ПОЛИТИЧЕСКОМ

ДИСКУРСЕ

Цитаты и отсылки к «чужому слову» всегда играют существенную роль в текстах различных стилей и жанров. Возникающие связи между текста­ ми расширяют поле идей и смыслов, указывают на продолжение тради­ ции, обновляют взгляды и обостряют полемику, актуализируют проблемы, служат большей убедительности изложения, создают особую стилистиче­ скую атмосферу.

В публицистическом стиле, который в системе функциональных сти­ лей современного русского языка лучше и точнее было бы именовать по­ литическим, цитирование других текстов является главным образом изло­ жением авторитетного мнения и служит обоснованием и подтверждением позиции автора (как в научном стиле), а также усиливает эмоциональное воздействие на слушателей и читателей (как в художественном стиле).

Кого же цитируют политики современной России?

Президент России Д.А.Медведев в своем Послании Федеральному Соб­ ранию Российской Федерации 5 ноября 2008 года говорит о пути обновле­ ния «России как государства свободной нации. Как общества, для которого высшей ценностью являются права и достоинство каждого человека.

В России на протяжении веков господствовал культ государства и мни­ мой мудрости административного аппарата. А отдельный человек с его пра­ вами и свободами, личными интересами и проблемами воспринимался в лучшем случае как средство, а в худшем — как помеха для укрепления го­ сударственного могущества. Повторю, так было на протяжении веков. И хо­ тел бы привести слова Петра Столыпина, который говорил: «Прежде всего надлежит создать гражданина, и, когда задача эта будет осуществлена, гра­ жданственность сама воцарится на Руси. Сперва гражданин, а потом граж­ данственность. А у нас обыкновенно проповедуют наоборот».

Цитируя председателя Совета министров России П.А.Столыпина (1862—1911), Д.А.Медведев акцентирует внимание на либеральном и гуманистическом характере Послания. Президенту России важно подчерк­ нуть стремление к демократии, которая невозможна без гражданского общества. При этом гражданское общество выступает как совокупность развитых и свободных индивидов, людей, обладающих чувством просве­ щенного патриотизма, собственного достоинства, а также осознанной от­ ветственностью. Именно в воспитании таких граждан нуждается современ­ ная Россия.

Далее цитируются мнения Николая Коркунова: «Установление закон­ ности всегда чувствуется как стеснение произвола властвующих», и Бори­ са Чичерина, писавшего о праве как «условии истинно человеческого су­ ществования».

Это тезисы двух крупных отечественных юристов — Н.М. Коркунова (1853—1904), который был профессором Петербургского университета и разрабатывал государственное право, и Б.Н.Чичерина (1828—1904), про­ фессора Московского университета, основоположника «государственной школы» в отечественной историографии.

Суть позиции процитированных авторов достаточно ясна, во всяком случае, в удачном контексте Послания Президента, хотя, с точки зрения политологии, философии и социологии, это чрезвычайно сложные тези­ сы. Ведь речь идет о создании истинно правового и демократического го­ сударства, где все необходимые бюрократические институты действуют только в интересах граждан страны. Это даже теоретически разработать весьма проблематично, не говоря уже о реализации в практике государ­ ственного строительства.

Но создание именно такого государства, в котором высшей ценностью станет свобода гражданина, является главной задачей современной Рос­ сии. Четкая позиция Президента, сформулированная в данном тексте, об­ щий гуманистический тон Послания, а также цитирование известных оте­ чественных ученых либерального направления — все это продолжает тра­ дицию предшествующих Посланий В.В. Путина.

Так, В.В. Путин в Послании Федеральному Собранию Российской Феде­ рации 25 апреля 2005 года обратил внимание на самостоятельность граж­ дан как основу процветания государства: «Витте как-то писал: «Государст­ во не столь созидает, сколь восполняет, истинными же созидателями явля­ ются все граждане... Не налагать руку на самостоятельность, а развивать ее и всячески помогать ей». Этот совет актуален и по сей день».

Интересно, что цитата о гражданах как истинных созидателях государ­ ства принадлежит известному реформатору графу С.Ю. Витте (1849—1915), министру и государственному деятелю России, поддерживавшему разви­ тие капитализма в стране и защищавшему права буржуазии, автору Мани­ феста 17 октября 1905 года, а последователем С.Ю.Витте был Столыпин, ци­ тируемый в Послании Д.А. Медведева.



Pages:   || 2 |
Похожие работы:

«СОДЕРЖАНИЕ 1. Область применения стр. 1 2. Нормативные документы стр. 1 3. Состав и структура библиотечного фонда стр. 2 4. Содержание и принципы комплектования библиотечного фонда стр. 4 5. Профиль комплектования библиотечного фонда стр. 5 6. Регламент комплектования библиотечного фонда стр. 6 7. Регламент рекомплектования библиотечного фонда стр. 9 8. Источники комплектования библиотечного фонда стр. 10 9. Бюджет комплектования библиотечного фонда стр. 10 10. Пути оптимизации процессов...»

«' @ [М.Левина, Т.В.Васильева РУССКАЯ ГРАММАТИКА ВАНЕКДОТАХ (тренажёр для начинающих) - шутки и анекдоты - диалоги и монологи - задачи и загадки - викторины и вопросы 5-е издание Санкт- Петербур г Златоуст 2006 УДК811.161.1 Левина Г.М., Васильева Т.В. Русская грамматика в анекдотах (т ренаже р для начинающих) : шутки и анекдоты, д иалоги и монологи, задачи и загадки, вопросы и в икторины. - 5-е изд. - СПб: Златоуст, 2006. - 96 с. Levina G.M., V.silyeva T.V. Russian grammar in anecdotes. - 5th...»

«Департамент образования города Москвы Южное окружное управление образования Государственное бюджетное образовательное учреждение города Москвы лицей № 1553 имени В.И. Вернадского Государственное бюджетное образовательное учреждение города Москвы средняя общеобразовательная школа № 546 Материалы Окружной научно-практическая конференции Методика организации учебного исследования Москва 13 марта 2014 год Организационный комитет конференции: Пазынин Валерий Вячеславович – к.ф.н., учитель ГБОУ лицей...»

«Miloserdiya_4 15.12.2010 15:40 Page 1 МИЛОСЕРДИЯ ДВЕРИ Miloserdiya_4 15.12.2010 15:40 Page 2 Miloserdiya_4 15.12.2010 15:40 Page 3 ‚‡, ‚‡ ‚‡, 2005 ‚ ·‚ Miloserdiya_4 15.12.2010 15:40 Page 4 Miloserdiya_4 15.12.2010 15:40 Page 5 ISBN 5-87785-028-8 УДК–821.161.1-94 ББК–84(2РОС=РУС)6-4 А-88 В автобиографической повести Милосердия Двери рассказывается о жизненном пути, пройденном автором со дня его рождения в 1919 году у стен Дивеевской обители до момента реабилитации в 1956 году. Лейтмотивом...»

«ЛІСІВНИЦТВО І АГРОЛІСОМЕЛІОРАЦІЯ Харків: УкрНДІЛГА, 2008. – Вип. 113 УДК 630.5 П. П. БАДАЛОВ * О СЕЛЕКЦИОННОЙ ЦЕННОСТИ НЕКОТОРЫХ ТИПОВ АПОМИКСИСА ДЛЯ ПОЛУЧЕНИЯ ГОМОЗИГОТНЫХ ФОРМ ПОВЫШЕННОГО ГЕНЕТИЧЕСКОГО УРОВНЯ У ОРЕХОВ JUGLANS L. Украинский научно-исследовательский институт лесного хозяйства и агролесомелиорации им. Г. Н. Высоцкого Излагаются результаты исследований апомиксиса у орехов Juglans L., проводившихся на Веселобоковеньковской СДОС (Кировоградская обл.) с 1970 г. Получены апомикты...»

«Издания, отобранные экспертами для Институтов Коми НЦ без библиотек УрО РАН (апрель-июнь 2011) Дата Институт Оценка Издательство Издание Эксперт ISBN А-Й / ред.-сост. С. И. Андреев [и др.]. - СанктПетербург : Изд-во ВСЕГЕИ, 2010. - 430 с. Геологический словарь : в трех томах / отв. Приобрести ISBN 43 Коми НЦ ред. В. Л. Масайтис, С. И. Романовский. - Т. 1. для ЦНБ УрО Козырева Ирина 978-5Институт Изд-во ВСЕГЕИ Изд. 3-е, перераб. и доп. - Санкт-Петербург : РАН (ЦБ Владимировна 93761геологии...»

«http://www.DohodVRunete.Ru Джон МАКСВЕЛЛ Воспитай в себе лидера John C.Maxwell. DEVELOPING THE LEADER WITHIN YOU ВВЕДЕНИЕ Ключ к успеху в любом деле — умение вести людей за собой Лидерству можно научиться Прирожденные лидеры: Обученные лидеры: Потенциальные лидеры: Ограниченные лидеры: Книг о руководстве — хоть отбавляй, а о лидерстве — явно недостаточно Глава первая ОПРЕДЕЛЕНИЕ ЛИДЕРСТВА: ВЛИЯНИЕ МЫСЛИ О ВЛИЯНИИ Каждый из нас на кого-нибудь влияет Мы не знаем, на кого и в какой степени влияем...»

«Х. Я. Полоцкий ВРЕМЕНА В ЕГИПЕТСКОМ I. Основные элементы системы времён §§ 1–3. II. Глагольные формы в обстоятельственных придаточных §§ 4–15. III. Обстоятельственные придаточные в качестве логических предикатов §§ 16–21. IV. Глаголы движения: начальная форма sDm.n.f в сравнении с конструкцией вспомогательный глагол + статив §§ 22–33. V. Переходные глаголы: начальная форма sDm.n.f в сравнении с iw sDm.n.f §§ 34–40. VI. Составные глагольные формы в начальной позиции §§ 41–46. VII. Заключение §§...»

«Са‘ид бин ‘Али бин Вахф аль-Кахтани Крепость мус ульманина Из слов помИнанИя аллаха, встречающИхся в Коране И сунне Москва | Умма | 2013 www.musulmanin.com УДК 28-53 ББК 86.38-5 К79 Собрал и подготовил к изданию Са‘ид бин ‘Али бин Вахф аль-Кахтани Перевёл с арабского Абдулла Нирша Финансовую помощь в выпуске этого издания оказал Абу Ибрагим, да воздаст ему Аллах благом Крепость мусульманина / Сост. С. аль-КахК79 тани ; пер. с араб. А. Нирша ; указ. К. Кузнецов. — 2-е изд., стереотип. — М. :...»

«1 Содержание ИННОВАЦИИ Эксперт (Москва), 03.06.2013 Дао богатенького Буратино ГРУППА ГАЗ ПЕРЕХОДИТ НА ГАЗ Эксперт (Москва), 03.06.2013 Ярославский моторный завод Автодизель, входящий в группу ГАЗ Олега Дерипаски, заключил на днях соглашение с канадской компанией Westport, одним из ведущих мировых производителей газотопливных систем для автомобилей. Соглашение предусматривает разработку газового двигателя на базе существующего дизельного движка ЯМЗ-530, производство которого не так давно было...»

«A/AC.105/1008 Организация Объединенных Наций Генеральная Ассамблея Distr.: General 30 November 2011 Russian Original: English/French/Russian/ Spanish Комитет по использованию космического пространства в мирных целях Международное сотрудничество в использовании космического пространства в мирных целях: деятельность государств-членов Записка Секретариата Содержание Стр. I. Введение.............................................................»

«Сергей Шоргин ВОРОЖБА Избранные поэтические переводы PUBLISHERS 2005 УДК 821.11/134 14 ББК 84(4) 5 Ш79 ОТ АВТОР А ОТ АВТОР А ОТ АВТОР А ОТ АВТОРА ОТ АВТОР А Дорогой читатель! Я собрал в этой книге значительную часть переводов, вы В оформлении обложки использована картина М.Чюрлёниса полненных мной начиная с 2001 года. Замечу, что основная часть Зима. II (Ziema. II) переводов появилась после марта 2003 года (интернетное зна комство с Евгением Владимировичем Витковским). Подробнее Литературный...»

«Сергей Сидоренко УКРАИНА – РОССИЯ: ПРЕОДОЛЕНИЕ РАСПАДА От автора Произведения, составившие предлагаемую читателю книгу, посвящены различным эпохам существования украинского государства. Написанная еще десять лет назад и включенная в первый раздел книги работа Независимость от здравого смысла (заметки сквозь смех и слезы об украинской независимости) – явилась своеобразной реакцией на эту географическую новость, когда, по прошествии трех лет самостийного существования Украины, обнаружилось, что...»

«Книга Сергей Лукьяненко. Донырнуть до звезд (сборник) скачана с jokibook.ru заходите, у нас всегда много свежих книг! Донырнуть до звезд (сборник) Сергей Лукьяненко 2 Книга Сергей Лукьяненко. Донырнуть до звезд (сборник) скачана с jokibook.ru заходите, у нас всегда много свежих книг! 3 Книга Сергей Лукьяненко. Донырнуть до звезд (сборник) скачана с jokibook.ru заходите, у нас всегда много свежих книг! Сергей Лукьяненко Донырнуть до звезд Книга Сергей Лукьяненко. Донырнуть до звезд (сборник)...»

«Полковник Старчак Иван Георгиевич С неба — в бой Проект Военная литература: militera.lib.ru Издание: Старчак И. Г. С неба — в бой. — М.: Воениздат, 1965. OCR, правка: Андрей Мятишкин (amyatishkin@mail.ru) [1] Так обозначены страницы. Номер страницы предшествует странице. Старчак И. Г. С неба — в бой. — М.: Воениздат, 1965. — 184 с. — (Военные мемуары). / Литературная запись И. М. Лемберика. // Тираж 75 000 экз. Цена 43 коп. Аннотация издательства: В годы Великой Отечественной войны в печати...»

«Сервис Пособие по программе самообразования № 280 Автомобиль Phaeton Автономный жидкостный отопитель Thermo TOP C и вспомогательный подогреватель Thermo TOP Z Устройство и принцип действия Интерес к автономным отопителям салона На автомобили Phaeton с дизелями серийно постоянно растет. Они предлагаются в качестве устанавливается вспомогательный подогреватель, дополнительного оборудования, устанавлива который служит для дополнительного подогрева емого в процессе эксплуатации автомобиля, или...»

«СОДЕРЖАНИЕ Стр. 1. ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ 4 Нормативные документы для разработки ООП по направлению 1.1. 4 подготовки Общая характеристика ООП 1.2. 6 Миссия, цели и задачи ООП ВПО 1.3. 7 Требования к абитуриенту 1.4. 7 ХАРАКТЕРИСТИКА ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ 2. 8 ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ВЫПУСКНИКА ПО НАПРАВЛЕНИЮ ПОДГОТОВКИ 2.1. Область профессиональной деятельности выпускника Объекты профессиональной деятельности выпускника 2.2. Виды профессиональной деятельности выпускника 2.3. Задачи профессиональной деятельности...»

«КНИГА УРАНТИИ Фонд УРАНТИЯ Copyright © 1997 URANTIA Foundation. Web published by e Urantia Book Fellowship by permission. E Книга набрана с помощью X LTEX в системе Линукс. A Текст набран шрифтом Adobe Garamond Premier Pro Opticals 14/15pt. 21 июля 2010 г. ПРЕДИСЛОВИЕ........................................ 7 ЦЕНТРАЛЬНАЯ ВСЕЛЕННАЯ И СВЕРХВСЕЛЕННЫЕ Стр. 1. ОТЕЦ ВСЕГО СУЩЕГО.................................. 37 2. ПРИРОДА...»

«ТЕКУЩИЕ МЕЖДУНАРОДНЫЕ ПРОЕКТЫ, КОНКУРСЫ, ГРАНТЫ, СТИПЕНДИИ (добавления по состоянию на 18 ноября 2013 г.) Ноябрь 2013 года Аспирантская исследовательская стипендия для иностранных аспирантов по специализации Филогенетическое исследование разнообразия лекарственных растений (Музей естествознания, Университет Осло, Норвегия) Конечный срок подачи заявки: 30 ноября 2013 г. Веб-сайт: http://uio.easycruit.com/vacancy/1071587/71922?iso=no Университет Осло - крупнейшее научно-образовательное учреждение...»

«Ильф Илья, Петров Евгений Записные книжки (1925—1937) Илья Ильф и Евгений Петров. Собрание сочинений в 5 томах. Том 5: Художественная литература; Москва; 1961 **** Как забыть, Самарканд, твои червонные вечера, твои пирамидальные тополя, немого нищего, целующего поданную медную монету. Ярко-зеленые женские халаты. Персидские глаза Мухадам. Длинное до земли платье. Над школой, распустив крылья, летит коршун. С паранджи свисают длинные, у самой земли соединенные, хвосты. Город замощен кирпичом....»





Загрузка...



 
© 2014 www.kniga.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Книги, пособия, учебники, издания, публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.