WWW.KNIGA.SELUK.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Книги, пособия, учебники, издания, публикации

 

Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 18 |

«МЕЖДУНАРОДНОЕ ПУБЛИЧНОЕ ПРАВО Рекомендовано в качестве учебника Координационным советом межвузовских научно-методических объединений Министерства высшего и среднего ...»

-- [ Страница 1 ] --

ТАШКЕНТСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ЮРИДИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ

МЕЖДУНАРОДНОЕ

ПУБЛИЧНОЕ ПРАВО

Рекомендовано в качестве учебника

Координационным советом межвузовских научно-методических

объединений Министерства высшего и среднего специального

образования Республики Узбекистан Ташкент 2006 1 Авторский коллектив:

J.D. Б. Э. Очилов (главы 1, 2, 3, 4, 5, 6, 8, 9, 12, 13, 15, 20, 21, 23, приложение); д.ю.н.

А. Р. Рахмонов (глава 14); к.ю.н., доц. Р. Т. Хакимов (глава 7); к.ю.н., доц. Г. М. Тансыкбаева (главы 16, 17); П. Николаус (глава 18); к.ю.н. И. М. Умарахунов (глава 10); к.ю.н., доц. Ф. Х. Бакаева (глав 11, 19); д.ю.н. М. А. Рахимова и Ж. Султонов (глава 22); к.ю.н. Г. Юлдашева (глава 24); д.ю.н.. доц. О. З. Мухамеджанов (глава 6, в соавторстве с д.ю.н. Х. Т. Адилкариевым и J.D. Б. Э. Очиловым).

Ответственный редактор: д.ю.н. Х.Т. Адилкариев Рецензенты:

д.ю.н., проф. М. М. Файзиев;

д.ю.н., доц. Б. Б. Самарходжаев Международное публичное право: Учебник. 2e перераб. и дополн. изд. – Т.: ЦИПЧГП, 2006. – 600 с.

ББК 67. М- Учебник содержит основные теоретические и практические положения современного международного публичного права. В нем рассмотрены как западные, так и отечественные подходы и доктрины, современная система международного права с участием Республики Узбекистан как его полноправного субъекта.

Для студентов, аспирантов, научных сотрудников и преподавателей высших образовательных учреждений, специализирующихся в области международного права, юриспруденции, международных отношений и политологии, всех интересующихся вопросами современного международного права.

© Коллектив авторов, © Коллектив авторов, © Ташкентский государственный юридический институт,

ВСТУПИТЕЛЬНОЕ СЛОВО

Прежде чем обрести суверенитет, Узбекистан прошел сложный путь исторического развития. В качестве подлинно суверенного государства он сформировался лишь обретя государственную независимость.

Став самостоятельным государством, Узбекистан вошел в мировое сообщество в качестве его полноправного члена, активно включившись в общий процесс мирового развития.





Свои отношения с другими государствами Республика Узбекистан строит на основе принципа мирного, взаимовыгодного сотрудничества, внося свой вклад в укрепление мирового правопорядка и безопасности. Внешнеполитическая деятельность Узбекистана не изолирована от внутригосударственной деятельности, хотя каждая из этих сфер имеет свои специфические особенности. Не случайно взаимодействие этих двух направлений деятельности изучается юриспруденцией с позиции их единства и дифференциации. В силу своей универсальной природы международное право оказывает воздействие и на все области внутригосударственной жизни, в связи с чем его изучение параллельно с другими отраслями права предусматривается учебными программами высших юридических образовательных учреждений.

Возрастающая роль и значение международного права в сфере внешнеполитической и внутренней жизни государства придает практическую важность не только приобретению знаний в области международного права, но и применению его норм в практике повседневной жизни. Без знания международного права весьма проблематичным оказывается само выполнение международных обязательств в области защиты прав и свобод человека, развитие правотворчества, направленного на согласование норм национального права с приоритетно значимыми стандартами международного права.

Проблема изучения международного права рассматривается в современную эпоху в широком контексте, ибо знание его норм становится практически необходимым буквально для каждого человека, не говоря о специалистах, профессионально постигающих эту область права.

В свете отмеченной актуальности изучения международного права выход в свет настоящего учебника приобретает особую значимость. Ценность его издания заключается в том, что он представляет собой один из первых учебных источников Республики Узбекистан в области международного права, а также тем, что в нашей республике учебник по международному публичному праву на русском языке издается впервые. До сих пор студенческая аудитория, обучающаяся на русском языке, изучала данный курс по российским и иным учебникам.

Исторически сложилось так, что в период пребывания в составе бывшего Советского Союза Узбекистан был лишен возможности готовить собственные дипломатические курсы, создавать учебно-методическую литературу, поскольку его вузы обеспечивались подобной литературой в централизованном порядке. Отныне, благодаря обретению независимости, Узбекистан как субъект международного права непосредственно сам заключает различного рода межгосударственные договоры и соглашения. Естественно, что в этих условиях весьма важным становится разработка новой, соответствующей положению нашей страны на международной арене литературы по современному международному праву.

Приветствуя издание настоящего учебника, надеюсь, что он послужит не только ценным источником познания международного права в жизни мирового сообщества, но и средством формирования гуманистических устремлений молодого поколения, желающего и способного активно воздействовать на процесс развития международных отношений, укреплять мир и правопорядок.

ОБЩАЯ ЧАСТЬ





ПОНЯТИЕ СОВРЕМЕННОГО МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВА

1. Наука международного права, его определение. Подходы к обозначению названия международного права 2. Международное право и внутригосударственное (национальное) право 3. Международное публичное и международное частное право 4. Взаимосвязь и соотношение внешней политики, дипломатии и международного права 5. Современное международное право и старое классическое международное право 6. Юридическая обязательная сила и сфера действия международного права 1. Наука международного права, его определение. Подходы к обозначению названия международного права Говоря о науке международного права, о позитивном праве, следует иметь в виду, что отделить одно от другого в процессе изучения курса довольно трудно. В самом деле, изучение позитивного права не сводится к механическому запоминанию каждой действующей нормы, а предполагает уяснение содержания такой нормы, установление ее связей с другими нормами и принципами, прежде всего изучаемой правовой системы, понимание механизма ее воздействия на регулируемые общественные отношения и многое другое. Иными словами, в каждом конкретном случае изучающий нормы позитивного права проводит краткое научное исследование.

Что же касается определения понятия международного права, то в самом общем виде под международным правом понимается совокупность юридических норм (договорных и обычных), регулирующих отношения между государствами.

Из данного определения следует, что субъектами международного права являются государства, а объектом его регулирования – межгосударственные отношения.

Приведенное определение отражает специфику международного права, хотя отметим сразу, что оно не может считаться полным. Так, государства – не единственные субъекты современного международного права, но они основные, а потому в кратком определении можно и не перечислять все субъекты. По мере накопления знаний о международном праве это определение будет соответствующим образом уточняться. Однако следует помнить, что в определении невозможно перечислить все характерные признаки явления, потому любое определение, как правило, относительно.

На протяжении веков международное право было известно под названием jus gentium (досл. «общенародное право»). Но это заимствование из римского права совершенно не отражало существа международного права как совокупности норм, регулирующих отношения между государствами. В римском праве jus gentium регулировал частные отношения между римскими гражданами и негражданами, а также между негражданами. В середине XVII в. английский ученый Рихард Зеч (Zouch) (1590г.г.) предложил вместо jus gentium употреблять более правильное выражение jus inter gentes (право между народами), откуда и пошло название международного права.

В пределах Узбекистана термин «международное право» стал общеупотребительным с середины прошлого века. До этого использовалось название «право народов», что является дословным переводом jus gentium. Собственно говоря, термин «международное право» тоже нельзя признать удачным, поскольку такое право, по существу, регулирует отношения не между народами, а между государствами. Более правильным было бы именовать его межгосударственным правом, как это делал известный юристмеждународник В. А. Незабитовский (1824–1883). Но и это спорно, так как все большее значение в международном праве отдается международным организациям. Есть вероятность появления новых субъектов международного права, таких как индивиды и ТНК, за которыми уже признается международная правосубъектность по отдельным вопросам.

А вообще, название «международное право» является устоявшимся и общепризнанным и нет необходимости его менять, т.к. обозначение международного права на иностранных языках (International Law, Droit de International, Internationale Recht) исходит из понятия нация-государство, т.к. в европейских языках понятия «нация» и «народ» как на русском и узбекском языках отсутствует. Поэтому, «нация» применяется и для обозначения этно понятия, и для обозначения нация-государство – народ.

2. Международное право и внутригосударственное (национальное) право Несмотря на ряд существенных различий между международным и внутригосударственным правом, обе эти правовые системы весьма тесно взаимодействуют между собой, оказывают одна на другую заметное влияние. В вопросе о характере и видах такого взаимодействия, о соотношении международного и внутригосударственного права сформировалось несколько различных подходов, которые могут быть сгруппированы в два направления.

Как теоретическая проблема вопрос о соотношении внутригосударственного и международного права возник вместе с зарождением последнего. Однако в течение длительного времени он не был узловым вопросом науки и практики, что объясняется прежде всего характером внутреннего права и международных отношений государств докапиталистических формаций: тогда в лице суверена (монарха) сосредоточивались и законодательная власть, и право заключать международные договоры. Это в значительной мере устраняло возможность возникновения коллизий между законом и договором.

Первая специальная работа по рассматриваемой проблеме известного немецкого юриста Г. Трипеля вышла в 1899 г.

Наиболее полная разработка концепции примата международного права над внутригосударственным правом при рассмотрении вопросов соотношения этих правовых систем представлена в работах видного австрийского правоведа Г. Кельзена «Чистая теория права» (1934 г.) и «Принципы международного права» (1952 г.).

Впоследствии вопрос о соотношении международного и национального права получила широкое распространение в западной науке международного права. Наиболее известными последователями этой теории являются Ле Фюр, Ш. Руссо (Франция), Гугенгейм (Швейцария) Фердросс и Брандвейнер (Австрия), Д. Гунст и Е. Зауэр (Германия), Лаутерпахт и Шварценбергер (Великобритания).

Как известно, западная наука международного права в вопросе соотношения международного и национального права выработала три основных направления:

дуалистическое и два монистических.

Дуалистическая теория (Трипель, Анцилотти, Камаровский, Мартенс), возникшая в конце XIX в., исходила из обособленности международного и внутригосударственного права и утверждала их не подчиненность друг другу в силу различия объектов регулирования, субъектного состава правоотношений и источников возникновения юридических норм. Рассматривая международное и внутригосударственное право как самостоятельные и независимые друг от друга правовые системы, представители этой теории различают их по регулируемым отношениям. Международное право регулирует отношения между государствами, а внутреннее – отношения, которые возникают внутри государства между ним и гражданами или между гражданами. Исходя из этой концепции, сторонники дуализма утверждали, что две названные правовые системы никогда не могут вступить в конфликт между собой, так как они обслуживают различные правопорядки.

Лишь с течением времени стала восполняться недооценка наличия взаимосвязи двух систем, без чего ни одна из них не может эффективно выполнять свои задачи. Такая переориентация легла в основу современного взгляда на соотношение международного и внутригосударственного права, определяемого как «диалектический дуализм»1[1], характеризуемый признанием тесного взаимодействия между ними, их соподчиненное с преобладанием, впрочем, международного права.

В отличие от дуалистической теории, монистические концепции (Лассон, Кауфман, Кельзен, Руссо и др.) обосновывали единство двух рассматриваемых правовых систем, признавая, однако, приоритет какой-либо одной из них над другой. Согласно взглядам монистов одного из направлений, международное право представляло собой как бы продолжение национальных правовых систем, их сумму или «внешнее государственное право», нормы которого имеют юридическую силу лишь тогда и в той мере, когда и в какой мере они включены в право внутригосударственное. В этой связи, Симеон пишет:

«Так называемое международное право национально, как вообще всякое право. Мы должны национализировать международное право, чтобы получить совокупность действительно обязательных правовых норм особенного рода»1. Представители другой ветви монистической теории, наоборот, стояли на позиции признания за международным правом качества верховной правовой системы, определяющей не только сферу действия внутригосударственного права, но и содержание его нормативного массива. По мнению сторонников примата внутригосударственного права, международное право рассматривается как часть внутригосударственного права, регулирующего отношения с другими государствами. В таком случае вообще нет оснований говорить, об отношениях между внутренним и международным правом, в лучшем случае речь должна идти лишь об отношениях между двумя различными категориями внутригосударственных норм.

Рассмотрение фактического положения вещей в области соотношения международной и внутригосударственной правовых систем приводит к заключению о 1[1] Панов В.П. Международное право (учебные материалы). – М., 1997. – С. 9.

1 Цит. по: Левин Д.Б. Наука международного права в России в конце XIX и начале XX в. – М., 1982. – С. 68.

первичности воздействия национального права на международное в хронологическом плане. Это обусловливается тем, что значительное количество юридических норм, вошедших позднее в состав последнего, первоначально сформировалось в качестве положений внутригосударственного права. Примером, подтверждающим именно такое течение процесса нормообразования и взаимодействия двух рассматриваемых систем права, может служить область регулирования прав и свобод человека, которые изначально получали закрепление в законодательстве различных стран и лишь по прошествии значительного времени, когда многие государства или их большая часть предусматривали такие положения.

Об этом же свидетельствуют многие из основных принципов современного международного права, которые первоначально формировались и эффективно действовали в рамках внутригосударственных правовых систем – принципы добросовестного выполнения договорных обязательств самоопределения народов, целостности государственной территории и нерушимости границ и т. д. Вполне обоснованно отмечается восприятие международным правом положений нормативного характера, возникающих в недрах национальных правовых систем и направленных на регулирование различных специальных областей деятельности государств: о неотъемлемости государственного верховенства над национальными естественными ресурсами и богатствами, международном сотрудничестве в деле установления границ и поддержания пограничного режима, регламентации пользования приграничными территориями, обеспечении экологической безопасности и многих других.

Указывается также на рецепцию международным правом практически всех фундаментальных правовых формул («юридических максим», иногда именуемых общими принципами права (в отличие от основных принципов международного права)2[2], которые сложились в римском праве, а затем были восприняты всеми без исключения национальными правовыми системами), таких как «закон не имеет обратной силы», «последующий закон отменяет предыдущий», «общий закон отменяется специальным», «равный над равным не имеет власти (юрисдикции)», «никто не может передать другому больше прав, чем имеет сам», «договоры не вредят и не приносят пользы третьим», «то, что ничтожно, не производит никакого действия» и др.

По мнению некоторых теоретиков, воздействие международного права на внутригосударственное проявляется путем трансформации положений первого в правила поведения, закрепленные нормативными актами второго, причем в последнее время сторонники данной концепции стали говорить об условности приведенного термина, поскольку они осознали, что переход международно-правовых норм в национальные не сопровождается исчезновением изначального нормативного материала, как это должно было бы происходить при подлинной трансформации. Теперь они утверждают, что здесь подразумевается не формальный юридическо-технический прием преобразования, а вся совокупность мер, предпринимаемых государством в целях обеспечения исполнения международно-правового обязательства в пределах национальной территории. Однако наиболее последовательные приверженцы «трансформизма» все же полагают, что о восприятии международно-правовых норм внутригосударственной правовой системой 2[2] Пункт 1-»с» ст. 38 Статута Международного Суда ООН.

можно говорить лишь после издания в се рамках специального законодательного акта, воспроизводящего предписания таких норм в качестве национальных.

Поскольку реальная внутригосударственная практика в данном вопросе далеко не всегда следует изложенной концепции, в доктрине все чаще делаются уточнения, согласно которым включение международно-правовых норм в национальное право может быть осуществлено на основе «генеральной отсылки», содержащейся обычно в конституциях или иных законодательных актах.

Способы согласования внутригосударственного и международного права различны и зависят от права конкретного государства. При этом государства могут договориться об использовании определенных способов согласования. Но сущность этого процесса всегда одинакова: приведение государством своего внутреннего права в соответствие с международным с целью обеспечить выполнение предписаний, дозволений и запретов, установленных последним. Наименование указанного процесса в юридической литературе вызывает значительные разногласия. Пожалуй, наиболее распространенным термином для его обозначения является трансформация, хотя иногда его употребляют в качестве наименования лишь одного из способов согласования международного и внутригосударственного права. Предлагаются и такие термины, как «рецепция», «национально-правовая имплементация» (Р. А. Мюллерсон). Каждый из этих терминов имеет свои недостатки.

Рассматривая проблему трансформации, нельзя обойти вниманием и такое довольно распространенное понятие, как обратная трансформация. Под обратной трансформацией принято понимать повторение в международных договорах формулировок, встречающихся во внутригосударственных актах. Если «прямая» трансформация, т. е.

трансформация международного права во внутригосударственное, служит обеспечением осуществления международного права, то обратная трансформация служит обычно средством внедрения в международное право новых прогрессивных принципов и норм.

С точки зрения формы следует различать официальную трансформацию, юридически оформленную, происходящую в порядке, установленном законодательством соответствующего государства, и неофициальную, ad hoc, происходящую явочным порядком, по усмотрению каких-либо государственных органов.

С точки зрения способа осуществления можно различать автоматическую трансформацию и неавтоматическую, требующую принятия специального решения. Так, если законодательство государства предусматривает, что все международные договоры, в которых оно участвует, являются частью его внутреннего права, то нормы любого международного договора, как только он вступает для данного государства в силу, автоматически трансформируются. Если же законодательство требует для придания договору силы закона, например, принятия специального парламентского акта, это будет уже неавтоматическая трансформация.

Наконец, с точки зрения юридической техники можно выделить следующие виды трансформации:

а) инкорпорацию;

б) легитимацию;

в) отсылку.

Инкорпорация – формальное «включение» норм международного договора во внутреннее право государства посредством «включения» самого договора в его законодательство. По существу принимается новый закон или подзаконный акт, полностью внешне идентичный международному договору: повторяющий его название, структуру, формулировки и т. д.

Легитимация – принятие особого внутригосударственного акта с целью обеспечения выполнения государством норм международного права. Такой внутригосударственный акт не повторяет все внешние признаки соответствующего международно-правового акта.

Легитимация в отличие от инкорпорации, представляет собой обычный процесс принятия внутригосударственного акта того или иного уровня, такой же, как в тех случаях, когда не требуется обеспечить выполнение каких-либо международно-правовых норм.

Наибольшие сложности вызывает такой вид трансформации, как отсылка. Если какая-либо норма непосредственно адресуется государством участникам внутригосударственного отношения (или международного отношения немежгосударственного характера), она объективно не может быть международноправовой: субъекты соответствующего отношения не являются участниками межгосударственного общения, и само это отношение не может стать межгосударственным.

Отсылка составляет содержание трансформационной нормы, согласно которой правила и установки, являющиеся международно-правовыми, в определенных случаях начинают рассматриваться и как внутригосударственные. Внешне те же самые предписания, дозволения и запреты адресуются уже участникам других по своей природе отношений, становятся частью внутригосударственного права без инкорпорации в законодательство данного государства международно-правового акта, в котором они зафиксированы (если они содержатся и в таком акте), или без внесения каких-либо иных изменений в законодательство государства (если речь идет о международном обычае).

Внутреннее право государства с помощью такого рода приема, как отсылка, обогащается новыми нормами, а законодательство остается без изменений. Разумеется, для того, чтобы это произошло, необходимо принятие внутригосударственного правового акта (чаще всего на уровне закона), содержащего отсылочную норму.

3. Международное публичное и международное частное право Вопрос о соотношении международного публичного и международного частного права является сложным теоретическим вопросом, рассмотрение которого требует достаточно высокого уровня познания как международного публичного права, так и международного частного права. К этому вопросу можно будет вернуться в рамках курса международного частного права. Сейчас, не углубляясь в научные споры, постараемся определить, чт. е. международное публичное право и чт. е. международное частное право.

Начало двум основным современным концепциям относительно правовой природы международного частного права – цивилистической и международно-правовой – было положено в юридической литературе еще в начале 20-х гг. XX в. При этом напомним, что трактовка международного частного права как отрасли международного права получила особенно большое распространение во Франции после опубликования в первой половине XIX в. работы Феликса «Трактат о международном частном праве». Именно в этой стране наиболее прочно укоренилось деление международного права на «публичное» и «частное».

Появление цивилистической концепции связано с именем известного цивилиста И. С. Перетерского, который отрицал существование «общего международного частного права», критиковал «общие идеи», относящиеся к данной области права, и указывал на решающую роль внутреннего законодательства каждой страны. При этом он признавал международный договор «одним из основных способов фиксирования норм международного частного права». Это, однако, не должно приводить к умалению значения коллизионных норм отдельных государств, хотя сфера применения последних все более и более сужается, уступая место нормам непосредственного, прямого регулирования. Поэтому выяснению подлинного соотношения между международным публичным и международным частным правом также вредит любая абсолютизация роли и значения коллизионных норм.

По мнению Е. Т. Усенко, традиционно основной состав международного частного права образуют коллизионные нормы, т. е. нормы, направленные на разрешение конфликта разнонациональных статусов. Они указывают, право какого государства должно быть применено к данному отношению с «иностранным элементом» – свое отечественное или иностранное, с которым связано данное отношение. Такие нормы существуют в национальном праве каждого государства. В результате Е. Т. Усенко приходит к выводу, что как отрасль национального права международное частное право регулирует международные отношения гражданско-правового характера.

Противоположную точку зрения, основанную главным образом на роли международного договора как источника международного частного права, высказывает С. Б. Крылов: «В международном характере международного частного права не может быть сомнений. В международном договорном праве должно быть усмотрено основное содержание международного частного права. Утверждать, что международное частное право не есть международное право, – значит не видеть в международном частном праве ничего кроме коллизионных норм тех или иных отдельных законодательств. Между тем лишь изучение международных договоров дает содержание подлинного международного частного права».

Наука международного частного права изучает международные договоры в случаях, когда национальное право отсылает к ним или же придает внутригосударственную силу их нормам без изменения текста самих норм. Но и в таких случаях о международном договоре как источнике международного права можно говорить лишь условно, в техническом смысле, как об акте, в котором изложен текст нормы, но не властное веление государства, адресованное субъектам внутреннего права.

Большую роль в развитии частноправовой доктрины сыграли работы Л. А. Лунца, в которых он развил идеи о единстве исходных начал международного публичного и международного частного права, их теснейшей взаимосвязи, социальной направленности норм международного частного права, их служебной роли как средства правовой организации мирного, делового международного общения.

Из сказанного видно, что основной спорный вопрос в доктрине состоит в том, относится ли международное частное право к внутригосударственному праву или оно относится к международному праву. В этой связи следует отметить, что тесная связь международного частного права с международным публичным правом определяется следующими обстоятельствами:

во-первых, и то, и другое в конечном счете направлено на регулирование отношений между народами;

во-вторых, международное частное право регулирует определенную часть международных отношений государств, но регулирует их особым образом, а именно – путем одностороннего санкционирования государством применения властных актов (законов) других государств на своей территории или же признания юридических последствий этих актов, а международное публичное право регулирует межвластные (публично-правовые) отношения государств на основе коллективно созданных источников (международный договор, международный обычай и др.);

в-третьих, международное частное право имеет некоторые общие начала с международным правом (государственный суверенитет, равноправие государств, взаимность, недопустимость дискриминации), хотя много что заимствует из внутреннего права (гражданское, семейное, трудовое, авторское, транспортное и др.).

Процесс нормообразования в международном частном праве может осуществляться как на международном, так и на внутригосударственном уровне. Его завершение реализуется как в форме международных договоров и обычаев, так и в форме внутригосударственных актов. При этом как в том, так и в другом случае речь идет о воле государств по поводу того, каким образом должны регулироваться отношения с участием их физических и юридических лиц в той мере, в какой они выходят за пределы действия национальных правовых систем, т. е. отношения, которые по своей социальноэкономической и политической сущности не являются внутригосударственными отношениями. Это, конечно, не дает оснований ставить знак равенства между этими отношениями и международными публично-правовыми отношениями, хотя конечной целью международного публичного права является регулирование межгосударственных отношений в широком смысле слова.

На эту связь обращают внимание многие авторы. Ф. И. Кожевников, оценивая различные взгляды по рассматриваемому вопросу, считает, что международное частное право хотя и составляет одну из специальных отраслей гражданского права, однако очень тесно связано с международным публичным правом. В литературе указывается и на такой момент: международно-правовое признание государства включает в себя признание его правопорядка, что является предпосылкой применения норм этого правопорядка за рубежом, т. е. предпосылкой функционирования международного частного права.

Как уже отмечалось, наряду с идеей о принадлежности международного частного права к системе внутреннего права, преобладающая в доктрине концепция включает в себя также положение о гражданско-правовом характере регулируемых международным частным правом отношений. При этом речь идет о гражданско-правовых отношениях в широком смысле слова.

Наличие цивилистических конструкций при регулировании международных семейных, трудовых и т. п. отношений не дает основания для отнесения этих отношений к гражданско-правовым. В этих случаях можно говорить лишь об использовании гражданско-правовых средств при регулировании соответствующих отношений, принадлежащих другим отраслям права.

Нельзя сводить отношения, регулируемые международным частным правом, только к гражданско-правовым отношениям. Предметом международного частного права являются как гражданско-правовые, так и иные отношения, возникающие в международном общении. При их регулировании по необходимости могут использоваться гражданско-правовые конструкции. Международное публичное право в отличии от частного не использует конструкции, принадлежащие другим отраслям, поскольку исторически она формировалась как самостоятельная систем.

Система международного частного права охватывает как отношения между государствами, так и отношения между гражданами и юридическими лицами различных стран; как собственно международные отношения, так и отношения любого государства, где действует тот или иной гражданин или иное юридическое лицо иностранного государства и где национальное государство или его граждане или юридические лица взаимодействуют с иностранными гражданами, юридическими лицами или иностранным государством. Международное публичное право имеет главной целью регулирование отношений на международном уровне между государствами и другими субъектами международного права, хотя в некоторой степени современное международное право и регулирует отношения между государством и его субъектами.

Таким образом, международные частноправовые отношения имеют сложную природу. Будучи производными от международных публично-правовых отношений, они практически реализуются на внутригосударственном уровне. Их регулирование осуществляется государствами как на основе взаимной договоренности, так и с использованием сложившихся в международном общении технических приемов, позволяющих в необходимых случаях привлекать национальные правовые системы. Это, однако, является не доказательством того, что международное частное право является внутригосударственным правом, а лишь свидетельством сложности и специфичности правовых приемов, применяемых государствами для регулирования международного общения на уровне отношений их отечественных и иностранных юридических и физических лиц. При решении вопроса о соотношении международного частного и международного публичного права необходимо разграничивать, прежде всего, международные публично-правовые и международные частноправовые отношения, как находящиеся на разных уровнях международного правового регулирования.

Отсюда, международное публичное право – это совокупность правовых (договорных и обычных) норм, регулирующих межгосударственные отношения.

Под международным частным правом понимается совокупность норм, регулирующих гражданско-правовые отношения, усложненные иностранным элементом.

Иностранным элементом может выступать субъект правоотношения, объект правоотношения или юридический факт. Иначе говоря, не будь иностранного элемента в конкретном правоотношении, оно регулировалось бы нормами гражданского права определенного государства без каких-либо дополнений. Проблема возникает только тогда, когда такое правоотношение усложняется иностранным элементом.

Слово «международное» в названии международного частного права следует понимать в том смысле, что регулирование конкретного гражданско-правового отношения в случае с иностранным элементом требует выхода за пределы правопорядка одного государства, подключения к данному регулированию права других государств. Иными словами, в этом случае взаимодействуют правопорядки нескольких государств, возникают отношения между несколькими государствами, а потому регулирование конкретного гражданско-правового отношения получает международный характер. В отношении международного публичного права слово «международный» определяет сам характер правоотношений.

4. Взаимосвязь и соотношение внешней политики, дипломатии и международного права Международное право, внешняя политика и дипломатия – явления не только взаимосвязанные, но и во многом переплетающиеся. Поэтому исследование какого-либо из них в отдельности невозможно. Политика каждого государства как единого целого делится в зависимости от сферы приложения на внутреннею и внешнюю, но обе они имеют единые социальные и экономические корни. Внешняя политика государства реализуется в рамках международной системы, где она взаимодействует с внешней политикой других государств и их союзов, испытывает воздействие международных организаций. Внешнеполитическое поведение государства непосредственно определяется не только внутренними факторами, но и состоянием международной системы, которое, с одной стороны, налагает ограничения на внешнюю политику, а с другой – предоставляет возможности для определенных внешнеполитических акций. «Внешняя политика – понятие весьма широкое. Оно включает в себя внешнеполитический курс государства, внешнеполитические доктрины, концепции, органы, осуществляющие внешнеполитические функции, и, главное – внешнеполитическую деятельность, или внешнеполитическое поведение государства. Именно в процессе внешнеполитической деятельности государств создаются и реализуется нормы международного права.

Проблема соотношения взаимодействия внешней политики и международного права – это, по существу, проблема соотношения политики и права в международной системе.

Поскольку международное право функционирует в рамках международной системы и здесь же реализуется внешняя политика государства, то их соотношение приобретает особые черты. По существу, все международно-правовые акты имеют не только юридический, но и политический характер, а порожденные ими отношения являются и политическими, и правовыми. Французский юрист М. Вирали, говоря о соотношении внешней политики и международного права, считает, что «любой договор, любое разногласие юридического характера, все нормы международного права имеют политическое содержание и характер, и, наоборот, политика включена в право в том смысле, что правопорядок переплетается с определенным политическим порядком».

Американский автор Л. Хенкин пишет, что «в своей основе все нормы и обязательства являются политическими, их соблюдение, а также умышленное нарушение – это политические акты, акты внешней политики».

Действительно, соблюдение и нарушение норм международного права выражаются во внешнеполитических действиях, а соответствующие решения государства – это внешнеполитические решения. В результате взаимодействия внешней политики государств складываются международные и политические отношения, требующие для своего регулирования адекватных, политических по своей природе норм. Если все юридическое в международной системе имеет политическую природу, то не все политическое является юридическим, и, конечно, не любое внешнеполитическое поведение государства представляет собой международно-правовое поведение.

Раскрывая суть проблемы соотношения внешней политики и международного права необходимо рассмотреть также вопрос: что приоритетнее, примат международного права или же примат внешней политики государств в международных и межгосударственных отношениях? В западной международно-правовой литературе довольно распространены взгляды на соотношение международного права и внешней политики, которые по существу жертвуют правом ради политики.

Так доктрина «политического реализма» в лице Дж. Кенана и Г. Моргентау противопоставляет международное право и политику в международных отношениях.

Ганс Моргентау (1904-1980), профессор Чикагского университета, является основателем теории политического реализма в международных отношениях. Его книга "Politics Among Nations. The Struggle for Power and Peace" ("Политические отношения между нациями. Борьба за власть и мир") впервые была опубликована в 1948 г. В этой книге нашли отражение существенные изменения, происходившие на международной арене в 40-50-х гг. ХХ в. Крах Лиги Наций и развязывание Второй мировой, а затем "холодной войны" вызвали кризис идеалистического подхода к международным отношениям: стала очевидной иллюзорность попыток построить международный порядок, основанный лишь на универсальных ценностях и общих интересах государств. Не отрицая необходимости создания гармоничного, мирного международного порядка, Г. Моргентау писал, что международные отношения далеки от идеальных, а международная политика может быть определена как "непрерывное усилие, направленное на сохранение и увеличение мощи своей собственной нации и ослабление мощи других наций"1.

Г. Моргентау писал: «Железный закон международной политики в том, что правовые обязательства должны отступать перед национальным интересом». Дж. Кенан видел наиболее серьезный недостаток в определении внешнеполитического курса США в «юридико-моралистическом» подходе к международным проблемам. Если Дж. Кенан и Г. Моргентау приносили международное право в жертву национальному интересу, то М. Макдугал и его соратники так называемого ориентированного на политику подхода к международному праву жертвуют международным правом, растворяя его в политике, рассматривая международное право в качестве властных процессов принятия решений, в которых общественные предписания формулируются, предъявляются и фактически применяются в целях осуществления политики сообщества.

Под политическим реализмом Г. Моргентау понимал такую политическую доктрину, которая основана на учете противоречивых сторон человеческой природы и признании ограниченных возможностей для построения справедливого и нравственного политического порядка. Политический реализм также основан на положении, что всякие действия по усовершенствованию общества – это разновидность рисковой деятельности.

1 Morgenthau H.J. Politics Among Nations. The Struggle for Power and Peace. 2nd ed. – New York: Alfred A. Knopf, 1955.

Согласно доктрине политического реализма универсальные общечеловеческие моральные принципы неприменимы для оценки действий государств. Г. Моргентау пишет: "Тогда как человек имеет моральное право жертвовать собой, государство не имеет права позволить моральному неодобрению либо посягательству на свободу встать на пути рационально обоснованного и просчитанного политического действия.

Политическое действие должно быть основано на принципах выживания и самосохранения суверенного государства". Далее Г. Моргентау продолжает: "Нет политической моральности без благоразумия". Политический реализм отвергает право какой-либо нации на создание универсального морального закона, который может быть принят всеми. Политический реализм отвергает тождество между моралью конкретной нации и универсальными моральными законами.

Сторонники концепции политического реализма считают, что главной движущей силой в сфере международных отношений выступают национальные интересы, а сама эта сфера характеризуется "плюрализмом суверенитетов". Регулятором международной политики выступает сила и баланс сил.

В настоящее время большинство известных западных ученых критически относится к взглядам Дж. Кенана и Г. Моргентау. Американский юрист и политолог С. Хофман критикует сторонников «политического реализма» за чрезмерное жестокое и нереалистичное разделение права и дипломатии, юридических обязательств и национального интереса.

Л. Хенкин пишет, что «реалисты», не признающие необходимости и значения права в международных отношениях, не являются реалистами, так как они недооценивают то обстоятельство, что «национальный интерес» может состоять в соблюдении правовых норм.

Нельзя отрицать роль политики в международном праве, ее воздействие на образование норм и принципов международного права. Роль политики в процессе правотворчества исключительно велика. Политические идеи нередко превращаются в принципы права, а конкретные политические требования – в специальные правовые нормы. Право закрепляет отношения, складывающиеся в результате политики.

Рассматривая проблему соотношения внешней политики и международного права, необходимо обращать внимание на роль дипломатии в этом соотношении.

Международное права и дипломатия – это две отдельно, но неразрывно связанные и согласующиеся между собой стороны международной жизни: дипломатия, активно участвуя в создании и осуществлении норм международного права, вместе с тем подчиняется этим нормам; международное право, складывающееся и применяющееся в процессе дипломатической деятельности, в то же время устанавливает рамки и формы этой деятельности. Соотношение международного права и дипломатии можно понять, рассматривая международные отношения как целостную систему. З.А. Поздняков в своей книге «Системный подход и международные отношения» пишет: «Вряд ли сегодня можно, например, внешнюю политику того или иного государства рассматривать изолировано от системы международных отношений, в которую это государство входит и которая в определенных границах детерминирует его внешнюю политику».

Наряду с этим Г.И. Тункин вводит новое понятие – «международная юридическая система». Последнее, является частью международной системы и складывается из международного права, рекомендаций международных организаций и международных договоренностей. «Указанные рекомендации и договоренности, – поясняет Г.И. Тункин, – не являются нормами международного права, но, по-видимому, им присущ определенный международно-правовой элемент. Если это так, то целесообразно рассматривать такие рекомендации и договоренности в связи с международным правом, объединив их вместе с ним в единую систему, которую можно назвать международной юридической системой.

Это система международных норм, включающая нормы международного права, а также международные нормы, являющиеся частично правовыми».

Дипломатия, играющая важную роль в выработке норм международного права, играет еще более важную и непосредственную роль в выработке рекомендаций и договоренностей, поскольку они находятся как бы на грани международного права и международной политики. Все это свидетельствует о весьма сложной структуре системы международных отношений. В систему международных отношений входят в качестве ее компонентов: экономические, политические, в том числе дипломатические, правовые, моральные и другие отношения, тесно переплетающейся между собой, и регулирующие эти отношения нормы; правовые нормы, являющиеся лишь частично правовыми;

моральные нормы. Дипломатия и международное право являются столь важными компонентами этой системы, что их можно назвать подсистемами системы международных отношений.

Действительное соотношение дипломатии и международного права как подсистем систем международных отношений можно понять, исходя из следующих теоретических предпосылок. Дипломатия стремится осуществить внешнеполитические интересы данного государства и путем морально-политического воздействия на другие государства достигнуть удовлетворения этих интересов на основе согласования их с внешнеполитическими интересами других государств, с которыми они иногда совпадают, иногда же отличаются от них и даже им противоречат. Тем самым дипломатия стремится достигнуть согласования выражающих эти интересы государственных воль. Вместе с тем она стремится закрепить достигнутое согласование воль в более или менее стабильные и прочные формы, а это связано с установлением общепризнанных правовых принципов и правил международного поведения, являющихся как бы законами международной жизни для всех или, по крайней мере, для нескольких государств. Дипломатия играет огромную роль в установлении этих принципов и правил, поскольку именно она подготавливает условия для достижения согласования воль относительно как их содержания так и признания их обязательности.

Будучи установленными в результате дипломатической деятельности, эти принципы и правила приобретают самостоятельное существование, они становятся общими международными нормами, регулирующими отношения между государствами обязательными для них, независимо от того, соответствует ли их соблюдение последующим изменениям интересов и воли отдельных государств. Соблюдение норм международного права становится непременным основанием правомерности внешней политики и дипломатии каждого государства. Разумеется, эти нормы не являются абсолютно неизменными, застывшими, одинаковыми на все времена, но изменение их требует того же согласования воль государств, с помощью которого они были установлены.

Соотношение международного права и дипломатии – это постоянное взаимодействие и взаимопроникновение двух важнейших компонентов целостной системы международных отношений. При этом можно выделить следующие главные сферы соприкосновения международного права и дипломатии в повседневной международной жизни:

во-первых, дипломатия, формулируя волю государства и добиваясь ее согласования с волей других государств, активно участвует в создании норм международного права, является исключительно важным фактором правотворчества в международных отношениях;

во-вторых, дипломатия осуществляет нормы международного права, однако осуществление международно-правовых норм дипломатией не есть какой-то механический процесс, ибо дипломатия истолковывает эти нормы, применяет их в различных конкретных условиях и вкладывает в их осуществление определенный политический смысл, который в отдельных случаях может наложить отпечаток на их дальнейшее развитие;

в-третьих, международное право оказывает обратное влияние на дипломатию. С одной стороны, международное право ограничивает деятельность дипломатии, поскольку дипломатия в своей деятельности вынуждена считаться с нормами международного права и не нарушать их, с другой – международное право служит средством для обоснования тех или иных дипломатических акций. Помимо этого, международное право определяет формы деятельности дипломатии, в частности в том, что касается функционирования дипломатических представительств, заключения международных договоров, проведения международных конференций, функционирования международных организаций, мирного разрешения международных споров, конфликтов.

5. Современное международное право и старое классическое международное право На долгом пути своего развития международное право претерпело значительные изменения. Сравнение действующего в наши дни международного права с принципами и нормами того международного права, которое действовало два столетия назад, показывает существенные различия между ними. Характер этих различий таков, что позволяет рассматривать современное международное право как систему норм и принципов, в корне отличающуюся от норм и принципов, действовавших в прежние времена.

Система действовавших прежде норм и принципов получила название старого классического международного права в противоположность ныне действующей системе норм и принципов, именуемой современным международным правом.

Следует же отметить, что между старым классическим международным правом и современным международным правом не существует четко означенного разделения: в современном международном праве действуют нормы, которые возникли еще в старом классическом международном праве.

В доктрине нет общего понимания временной границы между старым классическим международным правом и современным международным правом, причем разброс мнений довольно значительный. Одни авторы связывают появление современного международного права с заключением Вестфальского мирного договора в 1648 г., другие относят его возникновение к концу XIX – началу XX вв.и связывают с Пактом БрианаКеллога (Соглашение между Правительствами США и Франции «Об отказе от войны в качестве орудия национальной политики» 1928 г.).

Отсчет современного международного права следует вести от Версальского договора 1919 г. и создания Лиги Наций в 1919 г. Важным шагом в направлении к современному международному праву было принятие в 1928 году Парижского пакта об отказе от войны как орудия национальной политики. Война, согласно этому документу, допустима лишь как орудие интернациональной политики, т.е. в общих интересах государств, а урегулирование всех разногласий должно осуществляться только мирными средствами1.

Нигерийский профессор Т. Элайес пишет, что современное международное право «берет свое начало со времени окончания Второй мировой войны, прежде всего с появлением Организации Объединенных Наций»2.

Фундамент современного права был заложен Уставом Организации Объединенных Наций. В политическом плане положения Устава ООН отражали новое мышление. В основу международного права был положен принцип сотрудничества. Весь механизм действия норм международного права подлежал переводу на рельсы сотрудничества. Как утверждает Д. Гонсалес: «… то как появление современного международного права, так и его развитие стало возможно благодаря многостороннему сотрудничеству1.

Наиболее существенным различием современного международного права и старого классического международного права является их отношение к вопросам войны и мира.

Старое классическое международное право признавало войну в качестве правомерного средства решения споров между государствами. Так, Ф.Ф. Мартенс еще в начале XX в полагал, что «война остается до настоящего времени обыкновенным способом для разрешения международных споров». Данное положение старого международного права находило отражение даже в такой чисто внешней форме, как деление курса 1 Лукашук И. И. Международное право. Общая часть. – М., 2000. – С. 71.

2 Цит. по: Transnational Law in a Changing Society. – N.Y., 1972. – P. 34.

1 Специальный докладчик Комиссии международного права Д. Гонсалес // Цит. по:

Доклад Комиссии международного права о работе ее сорок первой сессии. – Нью-Йорк, 1989. – C. 404.

международного права на право войны и право мира. Одним из самых характерных примеров этого может служить знаменитый курс Хьюго Гроция «О праве войны и мира».

Современное международное право запрещает применение силы или угрозы силой, а агрессивную войну современное международное право считает международным преступлением. Отношение к войне стало меняться после первой мировой войны, окончательное запрещение применения силы или угрозы ею было закреплено в Уставе ООН.

Современное международное право отличается от старого классического международного права и по территориальной сфере действия. Старое классическое международное право было европейским не только по своему происхождению, но и по сфере распространения. Оно действовало в основном в отношениях между европейскими державами. Ограниченность территориальной сферы распространения старого классического международного права подчеркивалась даже в названиях курсов по международному праву. Так, самый известный курс Ф.Ф. Мартенса назывался «Современное международное право цивилизованных народов». Автор распространенного в России курса, немец Ф. Лист, считал, что международное право в полном объеме действует только в отношениях между 43 государствами. В это число он включал 21 европейское, 21 американское государство и Японию. Все остальные азиатские государства и вся Африка на конец XIX в. им были исключены из сферы действия международного права.

Современное международное право охватывает сферой своего действия все государства. Оно стало в этом плане, несомненно, универсальным. Старое классическое международное право содержало нормы, которые устанавливали различную степень зависимости одних государств от других (колонии, протектораты и т. п.). Современное международное право провозглашает принцип суверенного равенства. Известная Декларация о предоставлении независимости колониальным странам и народам 1960 г.

признала права колониальных народов на освобождение от зависимости, на выбор ими самостоятельного пути развития. Современное международное право является антиколониальным и в этом качестве отвергает такие институты колониального права, действовавшие в старом классическом международном праве, как режим капитуляций, консульская юрисдикция, сеттльменты и др.

Современное международное право и классическое международное право различаются и по источникам. Старое классическое международное право было в основном обычным по своему происхождению. Хотя обычай остается одним из источников современного международного права, однако успехи кодификации и прогрессивного развития международного права позволяют рассматривать современное международное право как в основном договорное по своему происхождению.

Различия отмечаются и по субъектам. В старом классическом международном праве единственным субъектом были государства. В современном международном праве государства остаются основным субъектом, но вместе с ними в современном международном праве действуют и новые субъекты – международные организации.

Правосубъектность международных организаций во многом отлична от правосубъектности государств, но данное обстоятельство не является основанием для отказа международным организациям быть субъектами международного права.

Значительную поддержку в отстаивании своей точки зрения сторонникам правосубъектности международных организаций оказало Консультативное заключение Международного Суда ООН от 11 апреля 1949 г. по вопросу возмещения ущерба, понесенного на службе ООН. В нем ООН была признана субъектом международного права. В Заключении подчеркивалось также то, что правосубъектность ООН неравнозначна правосубъектности государства.

Изменилось и отношение международного права к индивиду. Современное международное право уделяет значительно больше внимания индивиду, и в частности правам человека. В современном международном праве сложилась отрасль – международное право прав человека, нормы которой регулируют сотрудничество государств в области прав человека. Ничего этого не было в старом международном праве. Претерпел изменения и институт ответственности. Ответственность за совершение международных преступлений в современном международном праве наряду с государствами несет и индивид. Примером тому служат деятельность и решения Нюрнбергского и Токийского международных военных процессов подтвердивших международную ответственность государств и уголовную ответственность индивидов за совершение преступлений против мира и человечества.

Само собой разумеется, что в современном международном праве появились новые отрасли, которых не было в старом классическом международном праве, например, международное воздушное право, международное космическое право, международное ядерное право, международное право охраны окружающей среды и др.

Следует иметь в виду, что слово «современное» в современном международном праве выражает не только и не столько временной фактор. Во все времена право, действовавшее в определенное время, было современным для тех, кто жил в тот период времени. Так, для Ф.Ф. Мартенса современным было международное право в 1882 г., когда вышло первое издание его курса «Современное международное право цивилизованных народов».

В наше время слово «современное» применительно к международному праву означает и то, что мы имеем дело с новой системой международного права, отличающейся от системы старого классического международного права.

Большинство изменений в международном праве, в конечном счете приведших к формированию качественно нового международного права, приходится на период, начало которого отмечено первыми годами деятельности ООН, а конец – 90-годами XX в., когда после распада социалистической системы начался качественно новый этап развития современного международного права.

6. Юридически обязательная сила и сфера действия международного права Юридически обязательная сила – необходимое качество международного права, которое регулирует международные отношения присущим праву методом. Соглашение государств придает юридически обязательную силу не только отдельному договору, отдельной норме, но и международному праву в целом. Это находит выражение в принципе добросовестного выполнения обязательств по международному праву.

Проблема обязательной силы международного права относится к числу тех, что связаны с самой природой этого права. Поэтому основные концепции в данной области совпадают с основными школами в международно-правовой доктрине. Сторонники школы естественного права видят источник обязательной силы международного права в законах природы, в человеческом разуме и т. д. Представители позитивной школы в качестве такового указывают согласие, соглашение государств. Третье основное направление можно назвать нигилистическим, поскольку относящиеся к нему концепции так или иначе отрицают юридическую силу международного права.

Под сферой действия международного права понимается область применения международно-правовых средств воздействия на объект регулирования. Эта сфера имеет три основных аспекта – субъектный, объектный и пространственный.

Субъектная сфера определяется кругом субъектов, на которые распространяется действие международного права. Важным изменением субъектной сферы явилось включение в нее межгосударственных (международных) организаций.

Объектная сфера – это круг регулируемых отношений, который является его объектом. Объектная сфера связана с субъектной, поскольку в нее входят только отношения между субъектами международного права.

Эти аспекты сферы действия международного права практически важны. Для всех договоров первостепенное значение имеет субъектная сфера – на кого распространяется его действие. Объектная сфера определяется содержанием договора – какие виды отношений и в какой мере им регулируются.

Пространственная (или территориальная) сфера действия международного права привлекает основное внимание практики, именно ей посвящены постановления договоров о сфере их действия. Речь идет о тех сухопутных, водных, воздушных, космических пространствах, в которых действует международное право.

1. Дайте определение международного права.

2. В чем сущность международного права?

3. Как соотносятся международное публичное право, международное частное право и национальное право государств?

4. Каково взаимодействие дипломатии и международного права?

1. Бобров Р.Л. Основные проблемы теории международного права. – М., 1968.

2. Георгиев Д. Политика или господство права: деструкция и легитимность в международном праве. – М., 1974.

3. Левин Д.Б. Международное право, внешняя политика и дипломатия. – М.:

Междунар. отношения, 1981.

4. Лукашук И.И. Международно-правовое регулирование международных отношений. – М.: Межд. отношения, 1975.

5. Лукашук И.И. Функционирование международного права. – М., 1992.

6. Морозов Г.И. Международное право и международные отношения (проблемы взаимосвязи). – М., 1997.

7. Мюллерсон Р. А. Соотношение международного и национального права. – М., 1982.

8. Роль международного права в современной внешней политике. – М.: МГИМО, 1991.

10. Рубанов А.А. Теоретические основы международного взаимодействия национальных правовых систем. – М., 1984 г.

9. Тункин Г.И. Теория международного права. – М.: Междунар. отношения, 1970.

10. Черниченко С.В. Международное право: современные теоретические проблемы.

– М., 1993.

11. Черниченко С.В. Теория международного права в двух томах. Т. I.: Современные теоретические проблемы; Т. II.: Старые и новые теоретические проблемы. – М.:

Издательство «НИМП», 1999.

12. Conforty B. International Law and the Role of Domestic Legal Systems. – Dordrecht, 1993.

13. Morgenthau H.J. Politics Among Nations. The Struggle for Power and Peace. 2nd ed. – New York: Alfred A. Knopf, 1955.

ИСТОРИЯ МЕЖДУНАРОДНОГО ПУБЛИЧНОГО ПРАВА

1. Зарождение международного права 2. Периодизация истории международного права 3. Наука международного права: основные этапы формирования и развития 4. Хьюго Гроций: жизнь и творчество. Роль и место трудов Х. Гроция в становлении современной системы международного права 1. Зарождение международного права Вопрос о происхождении международного права сложен и многогранен. Говоря о его зарождении, следует иметь в виду его так называемое первичное возникновение.

В правовой науке существуют различные точки зрения о том, в какую эпоху возникло международное право. Одни ученые связывают происхождение международного права с возникновением государств и формированием отношений между ними. Эту позицию разделяет большинство юристов-международников (Левин Д.Б. История международного права. – М., 1962. – С. 4; Василенко В.А. Основы теории международного права. – Киев, 1988. – С. 4-6; Курс международного права в 7 томах. Т.1.

– М., 1989. – С.30-34 и т. д.). Хотя и не все так считают (Мартенс Ф. Современное международное право цивилизованных народов. – СПб., 1905, Т.2. – С. 46; Таубе М.

История зарождения современного международного права. – СПб, 1894. Т.1. – С. 20.).

В международно-правовой науке дальнего зарубежья в этом плане также нет единства. Одни относят происхождение международных правовых норм к эпохе древности (Phillipson C. The International Law and Custom of Ancient Greece and Rome. – Connecticut, 1911, Vol. 1-2; Viswanatha V. International Law in Ancient India. – London, 1925). Другие связывают его возникновение с эпохой позднего средневековья, когда в Европе сложилась система суверенных государств (Геффтер А.В. Европейское международное право. – СПб., 1881).

Различие приведенных выше позиций юристов-международников по вопросу о возникновении права в немалой степени связано с разным пониманием ими самого феномена международного права.

Кроме того, следует учесть, что вопрос о том, когда возникло международное право, и без того являющийся очень трудным, в наше время затруднен еще и тем, что сейчас в юридической науке происходит серьезнейший пересмотр всего категориального аппарата юриспруденции. Ключевые юридические понятия, в том числе такие основополагающие, как «государство», «право», их возникновение и этапы становления и т. д., претерпевают весьма основательное переосмысление. Казалось бы, устоявшиеся постулаты типа «государство и право возникают с разделением общества на классы» и т. д. не только не кажутся бесспорными, но, более того, выглядят лишенными убедительной научной легитимности. Все это не может не касаться научного осмысления проблемы происхождения и такого особого социально-правового феномена, как международное право.

Исследование права как социального явления позволяет сделать следующий вывод общего характера. Право как самостоятельная целостная нормативная система в том виде как мы ее видим в настоящее время – это не что иное, как результат значительного исторического развития. Его различные подсистемы, отрасли, институты возникают не одномоментно. Их возникновение зависит от формирования объективной необходимости, а именно юридического урегулирования вновь возникающих особых общественных отношений. Поэтому, если на раннем историческом этапе становления право не было столь многогранным как в настоящее время, вряд ли есть основания утверждать, что его как особого социального явления не было вообще. Ибо главное, с какого времени явление, которое именуется правом, стало обладать теми признаками, которые представляются существенными и обязательными для него.

Применительно к праву, это, прежде всего: нормативность, обязательность, формальная определенность. К числу важных признаков относятся также системность права и его обеспеченность соответствующим механизмом реализации.

При рассмотрении вопроса о времени происхождения международного права следует учитывать указанные выше положения, имеющие, на наш взгляд, методологическое значение. С учетом этого, говорить о происхождении международного права можно лишь с того времени, когда оно как социальное явление, представляющее собой особую подсистему права, стало обладать некими основополагающими для него чертами. Речь, прежде всего, идет о следующих чертах: договорность, нормативность, формальная определенность. Важны, хотя и менее значимы, такие его признаки, как:

системность международного права и его обеспеченность соответствующим механизмом реализации.

Возникновение первых норм международного права, т. е. созданным в результате соглашения государств формально определенных правил поведения, устанавливающих для них права и обязанности и обеспеченных определенным механизмом реализации, связано с периодом первичного формирования межгосударственных отношений. Одно из самых ранних описаний этих отношений обнаруживается уже в героической поэме «Энмеркар и правитель Аратты», написанной примерно в 2000 г. до н. э. и повествующей о событиях пятитысячелетней давности. В поэме описан «международный конфликт»

между шумерским городом-государством Уруком и городом-государством в Персии – Араттой3[3].

Двуречье, где и располагался Урук, было одним из древнейших центров цивилизации и первичного формирования межгосударственных отношений. Первые же международные договорные нормы, регулирующие отношения соответствующих городов-государств, появились именно в этом регионе мира около 5 тысячелетий назад4[4]. Так, договор Лагаша и Уммы – двух шумерских городов – датируется 3100 г. до н.э. Это соглашение, написанное на шумерском языке, предусматривает неприкосновенность пограничных рвов и камней, которые признаются побежденным правителем Уммы. Договор скреплен клятвой двух правителей перед шумерскими богами.

Видимо, здесь, в Двуречье, и именно в этот период впервые «исторический произвол, царящий в отношениях между рабовладельческим государством и его соседями, стал уступать место необходимости принимать в расчет интересы другого государства и его возможности». Опыт мирных отношений рождал доверие и, как следствие, «складывались 3[3] См. подр.: Крамер С. История начинается в Шумере. – М., 1991. – С.31–40.

4[4] Антонова Е.В. Месопотамия на пути к первым государствам. – М., 1998.

более или менее устойчивые отношения между государствами, и последние, видя выгоду этих отношений, все чаще стремились закрепить их посредством международных договоров».

Однако процесс формирования первых международно-правовых норм (как договорных, так и обычных) нельзя упрощать. Безусловно, в тот ранний период истории международно-правовых отношений не все обстояло так, как это происходит в современных отношениях государств в процессе создания норм международного права.

Однако согласование воль государств относительно содержания того или иного правила их поведения и признание его в качестве обязательно-правовой нормы не есть особенность формирования лишь нынешнего международного права.

Нет оснований полагать, что субъекты межгосударственных отношений той эпохи не отдавали себе отчет в основных последствиях заключаемого ими договора, а именно того, какие права он им сулит и какие обязанности возлагает. В процессе межгосударственных отношений у их субъектов – государств, в лице господствующих слоев, на основе объективных потребностей возникает интерес в их международно-правовом урегулировании т. е. таком, принципиальной особенностью которого являются, прежде всего, договорность, формальная определенность, обязательность.

В заключаемых международных договорах находят выражение представления наиболее влиятельных слоев этих государств о взаимных правах и обязанностях, т. е.

определенное международно-правовое сознание. А. Мишулин, характеризуя международно-правовые представления в одном из очень важных в рассматриваемом плане регионов, а именно в древнегреческом историческом ареале, отмечал: «Несмотря на ограниченное воздействие возникавших идей международного права на отношения между народами, сам факт их появления, отражение их в договорах свидетельствует о том, что поступательное движение вперед оставляло позади себя первобытные пережитки…»5[5].

При этом, как известно, в эпоху древности международная сфера не занимала существенного места в жизни народов. Это и понятно, ибо интенсивность, разнообразие, широта географического охвата международного общения были невелики. В этот период возникали и развивались «фрагментарные, по преимуществу (хотя и имевшие частные и переходящие взаимосвязи), отдельные, выражаясь современным языком, региональные системы международных, в том числе и межгосударственных, отношений»6[6].

В региональных рамках формировались отношения, выступавшие в виде «обмена веществ между различными нациями». При этом потребность в новых благах в древности удовлетворялась с помощью двух основных способов обмена: мирным – торговля и насильственным – война.

Торговля и война в ту эпоху и были главными проявлениями международных отношений. Именно поэтому огромное число международно-правовых актов (договоров, обычно-правовых норм) отражали отношения, связанные с войной и торговлей. Эта черта присуща формирующимся международно-правовым нормам во всех очагах его 5[5] Мишулин А. Идеи права в междуэллинских отношениях // Вестник древней истории. – 1945. – № 2. – С. 60.

6[6] Система, структура и процесс развития современных международных отношений. – М., 1984. – С. 42.

первичного возникновения: и Двуречью, и Египту, и Индии, и Китаю, и Древней Греции, и Древнему Риму7[7]. Поэтому отрицание существования международного права со ссылкой на то, что в эпоху древности в регионах ранних человеческих цивилизаций не было правильных международных сношений, как это делалось и делается некоторыми юристами-международниками, вряд ли обоснованно.

Дело в том, что правовому регулированию в той или иной мере и форме должны подвергаться и в реальности подвергались не только мирные межгосударственные отношения, но и, напротив, отношения, связанные с войной и ее результатами.

Примечательно, что работа Хьюго Гроция называется «О праве войны и мира».

Неслучайно и И. Кант уже в ХVIII в. указывал, что международное право делает своей «задачей установить отчасти право на войну, отчасти право во время войны, отчасти… право после войны»8[8]. Так было, во многом так осталось и в наше время. Видимо, наличие мирных межгосударственных отношений само по себе нельзя считать обязательной основой возникновения международного права.

Мера «мирности», «гуманизма» международных отношений в разные эпохи различна. Связывать возникновение международного права лишь с той из этих эпох, в которую эта мера достаточно велика, необоснованно. Ибо само представление об их «достаточности» для возникновения международно-правовых норм очень субъективно. С другой стороны, исторические данные показывают, что государства вот уже 4-5 тыс. лет прибегают к договорно-правовому оформлению своих отношений. Между тем, межгосударственные договоры являются одним из существеннейших проявлений международного права.

Межгосударственные договоры, дошедшие до наших дней, содержат в себе известные формально-определенные правила международного поведения. Это мы можем увидеть на примере анализа широко известного договора между египетским фараоном Рамзесом II и царя хеттов Хаттушилием III, заключенного в 1273 г. до н. э., текст которого хранится в Секретариате ООН в Нью-Йорке (США). Анализ этого договора показывает, что стороны, его заключившие, признают его обязательность для себя. Таким образом, соглашение Рамзеса II и Хаттушилия III содержит в себе наиболее важные черты международного права: договорность, формальную определенность, обязательность.

Что касается системности, то это признак, который с определенного этапа развития становится присущ и международному праву. Это происходит с того времени, когда урегулирование межгосударственных отношений становится действительно комплексным и взаимосвязанным. В конкретном же международном договоре (как, например, в указанном выше договоре Рамзеса II и Хаттушилия III) системность проявляется в комплексности урегулирования тех аспектов взаимоотношений сторон, относительно которых достигнуто согласование их воль.

Относительно такого признака международного права, как обеспечение реализации договорных норм, то в упомянутом соглашении Рамзеса II и Хаттушилия III оно 7[7] См. подр.: Баскин Ю.Я., Фельдман Д.И. История международного права. – М., 1990. – С. 5-20.

8[8] Кант И. Метафизические начала учения о праве // Соч. в 6 т. – М., 1966. Т. 4. – С.270.

связывалось с авторитетом соответствующих богов, а также собственной клятвенной верности самих правителей согласованным в договоре обязательствам.

Разумеется, мера проявления основополагающих признаков международного права в актах, дошедших до нас из различных регионов его первичного возникновения и содержащих его нормы, неодинакова. Во многом это связано с характером, интенсивностью и разнообразием межгосударственных отношений складывавшихся там в соответствующий период. В регионах Древнего Китая, где первые государственные образования известны с ХIV–ХIII вв. до н.э., и Древней Индии, где возникновение первых государственных образований относится к концу II – началу I тысячелетия до н.э., международно-правовому урегулированию подвергался целый ряд взаимоотношений государств, при этом известно, что под субъектами межгосударственных отношений в тот период понимались не сами государства, а соответствующий монарх.

Так, в регионе Древней Индии широко были распространены отношения, связанные с институтом взаимного признания государств (только получившие признание признавались независимыми государствами). Достаточно были развиты и отношения, связанные с обменом посольствами. Довольно широкое развитие здесь также получило регламентирование порядка заключения международных договоров. Частота войн обусловливала то, что в этом регионе широкое распространение получили и нормы, регулирующие войну. Война должна была быть правомерной, защищались права сдавшихся в плен, охранялись культовые сооружения, ограничивались средства ведения войны, запрещалось убивать женщин, детей, стариков. Государства, не участвовавшие в войне, имели статус нейтральных. Известно и третейское разбирательство9[9].

Что касается региона Древнего Китая, то здесь сложилась также достаточно развитая договорная практика. Речь идет, прежде всего, о мирных договорах, договорах о союзе и некоторых других. Весьма широкое распространение получили договорные нормы, регулирующие отношения, связанные с войнами. В 546 г. до н.э. в этом регионе совершена, видимо, первая попытка отказа от войны и созыва с этой целью общего конгресса князей10[10]. Здесь же формируется принцип непричинения вреда территории другого государства, например, запрещается изменение русла рек. Он был провозглашен на конгрессе князей в 657 г. до н.э.

Более развитый характер международно-правового регулирования наблюдается в Древней Греции. Здесь оно выражалось в следующем: в укоренении институтов взаимного признания городов-государств (полисов), регулировании вопросов войны и мира. Со временем правовому регулированию начинают подвергаться отношения, касающиеся прав иностранцев, а также вопросы, связанные с режимом территорий, в том числе ее перехода от одного полиса к другому, режим морских пространств и др.11[11] 9[9] См. подр.: Баскин Ю.Я., Фельдман Д.И. История международного права. – М., 1990. – С. 40-44.

10[10] Keishiro V. The Principles of International Law in the Light of Conforcean Doctrine // Rec. Course. – 1968. – Vol. 120. – Р. 43.

11[11] См. подр.: Баскин Ю.Я., Фельдман Д.И. История международного права. – М., 1990. – С. 19-30.

Различны и договоры, регулирующие международно-правовые отношения. Наиболее ранние договоры, дошедшие до нас, это те, которые касаются вопросов заключения мира, союзные договоры (одним из самых ранних союзных договоров принято считать договор элейцев и эрейцев IV в. до н.э.). Но с V–IV вв. до н.э. предмет договорного регулирования становится шире: о взаимной помощи и ненападении, о границах и арбитраже, торговые и др. В этой связи можно назвать ряд соглашений. Например, договор Македонии и Халкиды (V в. до н.э.), содержащий торговое соглашение, которое, в частности, предусматривало, за исключением некоторых оговоренных товаров (еловый лес, смола), «для всех других предметов …, при условии уплаты пошлины, вывоз и ввоз: из Македонии в Халкиду и из Халкиды в Македонию». Пример мирного договора – Никиев мир между Афинами и Спартой (421 г. до н.э.), во время Пелопоннесской войны.

Предполагалось, что это мирное соглашение будет действовать в течение 50 лет. Помимо взаимного ненападения в нем предусмотрен возврат захваченных территорий (Спарте – на Пелопоннесе, Афинам – во Фракии), обмен военнопленными и т. д.

Нельзя не отметить того, что в этом очаге первичного возникновения международноправового регулирования большое распространение получили международные религиозно-политические объединения – амфиктонии. Пример последних – Дельфийская амфиктония. Здесь же сформировались и военно-политические объединения – симмахии, например, Фиванский союз в IV в. до н.э. Амфиктонии и симмахии – это своеобразные прототипы современных международных организаций12[12].

Широкое распространение получил институт проксенов. Последний назначался иностранным государством из числа подданных страны пребывания для защиты интересов представителей назначавшего государства. По данным американского юриста Люка Т.Ли, более 78 греческих полисов пользовались институтом проксении13[13].

Весьма разнообразны формы международно-правового регулирования в Древнем Риме. Поначалу, как и в Древней Греции, и здесь в основном были известны договоры о мире и союзе. Однако с III в. до н.э. ситуация стала заметно меняться. К концу периода республики, по некоторым подсчетам, применялись около 30 видов договоров (например, хорошо известный договор Рима и Карфагена о торговле и мореплавании IV в. до н.э.).

При этом сами договоры могли пониматься как равные, заключаемые с независимыми государствами, и как неравные, устанавливавшие «покровительство и защиту римского народа».

Право войны в Древнем Риме имело значительное сходство с древнегреческим. Со временем сформировался институт нейтралитета, получило развитие регулирование прав иностранцев и т. д. Именно в Древнем Риме сложилось право народов (jus gentium), которое признается одним из ранних и довольно комплексным вариантом международноправового регулирования международных отношений.

К концу II-го тысячелетия – середине I-го тысячелетия до н.э. круг вопросов межгосударственных отношений, подвергавшихся договорно-правовому урегулированию, включал не только соглашения о союзе, о взаимной помощи, а также государственных 12[12] Баскин Ю.Я., Фельдман Д.И. История международного права. – М., 1990. – С. 24Luke T. Lee. Consular Law and Practice. – New York, 1961. – P. 305.

границах, обмене спорными территориями, о порядке раздела военной добычи, о праве убежища, о правилах торговли, праве контроля за каботажным плаванием (например, договор 671 г. до н.э. между Ассирией и Тиром). К этому же времени получают распространение институты признания государств, арбитража, посредничества, нейтралитета и т. д.

Изложенное выше показывает, что реально сформировавшемуся уже несколько тысяч лет назад правовому регулированию межгосударственных отношений, в общем, были присущи те признаки, которые указывают на то, что оно имело именно международно-правовой характер. Ибо уже тогда ему были присущи и договорность, и формальная определенность, и обязательность, а также в известной мере и системность, и обеспеченность при реализации. Что касается последнего, то в реальности наиболее важными средствами обеспечения реализации договорных международно-правовых норм были клятвы, совершение магических обрядов, выдача заложников, нередко детей монархов и, конечно, военно-силовое принуждение.

Таким образом, исходную точку, черту, от которой можно вести речь о международном праве как особом социально-правовом феномене, следует отнести, как максимум, к периоду IV-V тысячелетий, а как минимум – к периоду II тыс., когда в первичных очагах цивилизации, государственности и межгосударственных отношений стали формироваться формально-определенные, обязательные договорные нормы, регулирующие отношения соответствующих субъектов. При этом, Д. Б. Левин и Д. И. Фельдман, анализируя возникновение международного права в указанных регионах планеты, правильно отметили: «В каждом из них развивались свои специфические международные правовые институты. Но им были присущи и общие черты. Это обстоятельство очень важно: оно доказывает, что возникновение… международного права не было каким-то исключением, необходимо выражало социальные процессы»14[14].

В Центральной Азии международное право также получило свое развитие, причем развивались здесь примерно те же институты, что и в других регионах мира. Историю международного права этого региона мы связываем с историей государства Тимуридов, а именно Моварауннахром, Бухарским эмиратом, Хивинским и Кокандскими ханствами, которые являлись субъектами международного права вплоть до полного и окончательного присоединения к Российской империи.

Кроме того, к субъектам международного права относились и племена, в частности, киргизские и туркменские. В отношении Казахского ханства период присоединения длился более 100 лет (с 1731 г. до 1847 г.). Основными институтами международного права региона были – посольское, договорное право и право войны, причем эти институты в ряде случаев имели значительные особенности – например, в посольском праве – кумуляция дипломатических представительств, в договорном праве – преимущественно устная форма договора, а также оформления его обычно в нескольких документах, в праве войны – более гуманное отношение к мусульманским государствам и т. д. Примечателен тот факт, что основы гуманитарного права получили развитие именно в Центральной Азии, в период правления Амира Тимура. В «Уложении Тимура» мы можем встретить ряд положений (неразрушение мирных объектов и непричинение зла мирному населению, 14[14] Курс международного права в 7 томах. Т.1. – М., 1989. – С. 31.

хорошее отношение к военнопленным), которые являются основой современного международного гуманитарного права.

2. Периодизация истории международного права В западной науке существуют попытки определить периодизацию истории международного права на основе развития идеологии или чисто юридических явлений.

Например, предлагается такая периодизация:

1) от древности до 1-ой мировой войны;

2) между двумя мировыми войнами;

3) период после 2-ой мировой войны.

Следует отметить, что международно-правовой науке известно в основном два подхода к проблеме периодизации истории международного права:

первый – «хронологический» – состоит в подразделении этого процесса на отдельные этапы, образующие в своей совокупности единую цепь большей или меньшей протяженности во времени;

второй, выражается в попытках обосновать увязанность указанного процесса с закономерностями, выводимыми из установок идеологического либо даже сугубо политического порядка и базирующимися на теологических, философских или же классовых догматах.

Долгие годы советская доктрина международного права придерживалась позиции, согласно которой «научная периодизация истории международного права опирается на марксистско-ленинское учение об исторических типах государства, соответствующих определенным классовым общественно-экономическим формациям»15[15].

Из такой посылки делался вывод о том, что в определенные конкретные периоды развития цивилизации существовали и функционировали в качестве самостоятельных рабовладельческое, феодальное, буржуазное, а затем и социалистическое международное право16[16]. Утверждалось, что каждая из этих правовых систем, якобы характеризовавшаяся принципиальными отличиями от всех других, уступала свое место на исторической сцене другой, что, сопровождалось ликвидацией всего арсенала юридических норм, принципов и институтов, образовавшихся в предыдущую эпоху, и возникновением новых по своей социальной сущности международных отношений, а также «соответствующего им международного права с новыми принципами и институтами»17[17].

Постепенное осознание международниками-теоретиками наличия органической связи между различными этапами развития человеческой истории и всеми ее компонентами, включая юридические средства регулирования международных 15[15] Международное право: Учебник / Под ред. Н.Т. Блатовой. – М.: Юрид. литература, 1987. – С. 14.

16[16] Там же.

17[17] Международное право: Учебник / Под ред. Г.И. Тункина. – М.: Юрид.

литература, 1994. – С. 35.

отношений, повлекло за собой изменение изложенной выше позиции. Такое изменение выразилось в разработке концепций, базирующихся на «хронологическом» подходе к периодизации международного права с учетом современного уровня знаний относительно того, как оно возникло, обогащало свой нормативный потенциал, совершенствовало методы регулирования правоотношений различных видов, охватывая все новые и новые области межгосударственной деятельности.

Представляется вполне оправданным, что концепция, принятая за основу периодизации в данной главе, учитывая, что этот вопрос требует очень осторожного подхода и должен быть связан с периодизацией всемирно-исторического процесса, поскольку он является неотъемлемой частью последнего, исходит из подразделения истории международного публичного права на четыре периода:

1-й – международное право Древнего мира;

2-й – международное право Средневековья;

3-й – международное право Нового времени или «классическое международное право»;

4-й – международное право Новейшего времени или современное международное право.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 18 |
 
Похожие работы:

«МУРМАНСКАЯ ОБЛАСТНАЯ ДУМА ВЕДОМОСТИ Мурманской областной Думы № 66 Официальное издание Мурманск 2006 1 Редакционный совет: А.Д.Крупадеров (председатель совета), М.Н.Мельникова (заместитель председателя), А.А.Шальнева (секретарь совета), В.В.Волошин, Н.С.Коваленко, А.А.Пирогова Ведомости Мурманской областной Думы № 66 Официальное издание. – Мурманск: ООО Полиграфист, 2006 – 224 стр. Информационный бюллетень Ведомости Мурманской областной Думы издается в соответствии с Законом Мурманской области...»

«Клебанович Н. В. Ковальчик Н.В. ОСНОВЫ ЗЕМЕЛЬНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА И ПРАВА Пособие для студентов направления 1-31 02 01-03 География (геоинформационные системы) Минск БГУ 2008 УДК 347 ББК К 48 Рекомендовано Ученым советом географического факультета 26 октября 2007 г., протокол № 2 Рецензенты: канд. с.-х. наук, доцент В. И. Сороко; канд. географ. наук В. А. Бакарасов ПЖ К48 Клебанович, Н. В. Основы земельного законодательства и права : пособие для студентов направления 1-31 02 01-03 География...»

«ИсследованИе Право собственности в приднестровском регионе Республики Молдова Кишинэу, 2010 Исследование “Право собственности в приднестровском регионе Республики Молдова” Автор: Александру Постика Также способствовали: Ион Маноле Павел Постика Александру Зубко Редакторы: Нина Пырцак Кристофер Карсон Перевод: ООО “Libitum” Олга Гордила Александру Узун Компьютерное оформление: Ион Мадюдин ассоциация PROMO-LEX Республика Молдова ул. Д. Рышкану, 11/41 тел./факс: +373 22/ 45 00 24 gsm: +373/ 69 07...»

«УПОЛНОМОЧЕННЫЙ ПО ПРАВАМ РЕБЕНКА В ИВАНОВСКОЙ ОБЛАСТИ Ежегодный отчет о ситуации с соблюдением прав и законных интересов ребенка в Ивановской области (2012 г.) Иваново 2013 СОДЕРЖАНИЕ ВВЕДЕНИЕ 3 СТАТИСТИКА ОБРАЩЕНИЙ к Уполномоченному по правам ребенка в Ивановской области в 2012 ГОДУ 13 ПРАВО НА ОХРАНУ ЖИЗНИ И ЗДОРОВЬЯ 23 ДЕТИ С ОГРАНИЧЕННЫМИ ВОЗМОЖНОСТЯМИ ЗДОРОВЬЯ 38 ПРАВА ДЕТЕЙ-СИРОТ И ДЕТЕЙ, ОСТАВШИХСЯ БЕЗ ПОПЕЧЕНИЯ РОДИТЕЛЕЙ ПРАВО ДЕТЕЙ НА ОБРАЗОВАНИЕ...»

«Костромская областная универсальная научная библиотека Анализ деятельности муниципальных библиотек области за 2013 год Кострома, 2014 1 Содержание Основные события года..с. 3 1. Гранты. Конкурсы..с. 4 2. Сеть библиотек..с. 7 3. Статистические показатели деятельности.с. 8 4. Анализ основных контрольных показателей.с. 8 5. Персонал библиотек..с. 9 6. Повышение квалификации библиотечных 7. сотрудников области. 8. Комплектование муниципальных библиотек области в 2013 году..с. 9. Компьютеризация...»

«Приказ Федерального агентства лесного хозяйства (Рослесхоз) от 1 августа 2011 г. N 337 г. МоскваОб утверждении Правил заготовки древесины Дата первой официальной публикации: 20 января 2012 г. Опубликовано: в РГ - Федеральный выпуск №5684 20 января 2012 г. Зарегистрирован в Минюсте РФ 30 декабря 2011 г. Регистрационный N 22883 В соответствии со статьей 29 Лесного кодекса Российской Федерации (Собрание законодательства Российской Федерации, 2006, N 50, ст. 5278; 2008, N 20, ст. 2251, N 30 (ч. 1),...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования Рыбинская государственная авиационная технологическая академия имени П.А. Соловьева ОТЧЕТ О РЕЗУЛЬТАТАХ САМООБСЛЕДОВАНИЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ АВИАЦИОННОГО КОЛЛЕДЖА ГОСУДАРСТВЕННОГО ОБРАЗОВАТЕЛЬНОГО УЧРЕЖДЕНИЯ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ РЫБИНСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ АВИАЦИОННАЯ ТЕХНОЛОГИЧЕСКАЯ АКАДЕМИЯ ИМЕНИ П.А. СОЛОВЬЕВА ЗА 2006-2010 ГОДЫ Утвержден Ученым...»

«МУРМАНСКАЯ ОБЛАСТНАЯ ДУМА ВЕДОМОСТИ Мурманской областной Думы 79 Официальное издание Мурманск 2007 1 Редакционный совет: А.Д.Крупадеров (председатель совета), М.Н.Мельникова (заместитель председателя), А.А.Шальнева (секретарь совета), А.А.Пирогова Ведомости Мурманской областной Думы № 79 Официальное издание. – Мурманск: ООО Полиграфист, 2007 – 248 стр. Информационный бюллетень Ведомости Мурманской областной Думы издается в соответствии с Законом Мурманской области О порядке опубликования и...»

«ЕЖЕКВАРТАЛЬНЫЙ ОТЧЕТ Открытое акционерное общество Аэропорт Анапа Код эмитента: 30038-E за 2 квартал 2010 г. Место нахождения эмитента: 353447 Россия, Россия, Краснодарский край, г.АнапаАэропорт, Информация, содержащаяся в настоящем ежеквартальном отчете, подлежит раскрытию в соответствии с законодательством Российской Федерации о ценных бумагах Управляющий директор Дата: 10 августа 2010 г. Н.И.Ратушный подпись Главный бухгалтер Дата: 10 августа 2010 г. С.Б.Зайкова подпись Контактное лицо:...»

«СОДЕРЖАНИЕ 1 Введение обеспечение образовательной 2Организационно-правовое 3 деятельности 3Общие сведения о реализуемой основной профессиональной 4 образовательной программе 3.1 Структура и содержание подготовки выпускников 3.2Сроки освоения основной образовательной программы. 7 3.3 Учебные программы дисциплин и практик, диагностические 8 средства 3.4. Программы и требования к государственной итоговой аттестации 4 Организация учебного процесса. Использование инновационных методов в...»

«Конвенція еспо: трансКордонна оцінКа впливу на навКолишнє середовище Практичний Посібник для громадян та нУо Андрій Андрусевич 1 Конвенция Эспо: трансграничная оценКа воздействия на оКружающую среду Практическое Пособие для граждан и нПо Андрей Андрусевич 1 Европейское экологическое бюро (ЕЭБ) работает по вопросам устойчивого развития, экологической справедливости, прозрачности, демократии участия, а также совместной, но дифференциированной ответственности. ЕЭБ – экологический голос своих...»

«Стефани Майер Ломая рассвет Стефани Майер Юная Белла оказывается перед непростым выбором — сохранить жизнь себе или своему ребенку. Эдвард пытается спасти свою любимую. помощи ей ждать не от кого, семья категорически настроена против ее решения, но помощь приходит неожиданно, от человека, от которого никто не ожидал этого. Детство это вовсе не период с рождения до определенного возраста, Просто однажды, Ребенок вырастает, и забывает детские забавы. Детство — это королевство, где никто не...»

«DB2 Connect Версии 9.5 Быстрый старт для серверов DB2 Connect Обновлено в апреле 2009 GC89-1007-02 DB2 Connect Версии 9.5 Быстрый старт для серверов DB2 Connect Обновлено в апреле 2009 GC89-1007-02 Замечание Прежде чем использовать эту информацию и описанный в ней продукт, прочтите общие сведения в разделе Приложение B, “Замечания”, на стр. 137. Замечание по изданию Информация в этом документе является собственностью IBM. Она предоставляется в соответствии с лицензионным соглашением и защищена...»

«Об итогах Конкурса работ в области архивоведения, документоведения и археографи Опубликовано на сайте Федеральное архивное агентство (http://archives.ru) Об итогах Конкурса работ в области архивоведения, документоведения и археографии, выполненных в 2009–2011 гг. РЕШЕНИЕ коллегии Федерального архивного агентства 17 января 2013 г. Об итогах Конкурса работ в области архивоведения, документоведения и археографии, выполненных в 2009–2011 гг. Информационное сообщение о заседании коллегии Росархива...»

«Ru Руководство по эксплуатации и Список запасных частей Ручная установка электростатического напыления OptiFlex 2 F Перевод фирменного руководства по эксплуатации V 04/11 Документация OptiFlex 2 F © Авторское право компании ITW Gema GmbH, 2010 г. Все права сохранены. Данный документ защищен авторским правом. Несанкционированное копирование запрещено законом. Никакая часть настоящего документа не может быть воспроизведена, фотокопирована, переведена, сохранена в памяти поисковой системы или...»

«Январь 2014 ГЛОБАЛЬНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ АВАРА СОВОКУПНОГО НАЛОГОВОГО БРЕМЕНИ НА ОПЛАТУ ТРУДА – 2014 ПРИ ПОДДЕРЖКЕ: СПРАВОЧНИК AWARA ПО НАЛОГООБЛОЖЕНИЮ В РОССИИ Контакты Awara Group Йон Хеллевиг Глобальный центр телефонного обслуживания управляющий партнёр для всех стран: Awara Group +7 (495) 225 30 38 +7 (495) 225 30 38 info@awragrouop.com jon.hellevig@awaragroup.com www.awaragrouop.com www.awaragroup.com Москва, Санкт-Петербург, Тверь, Киев, Хельсинки Ознакомьтесь со Справочником Авара – налоги...»

«Карта обеспеченности образовательного процесса учебной и учебно-методической литературой, методическими разработками, программно-информационными источниками по специальности/направлению подготовки Лингвистика, профиль Перевод и переводоведение 035700.62 шифр наименование ООП Cправочно: максимальная Cправочно: максимальная степень давности степень давности обязательной обязательной литературы по литературы по циклу ГСЭ циклам ЕН, Проф. 2008 наменование практик, наименование курсовых (по циклам и...»

«Пособие для специалистов в сфере уголовного правосудия по борьбе с торговлей людьми Модуль 6 6 УПРАВЛЕНИЕ ОРГАНИЗАЦИИ ОБЪЕДИНЕННЫХ НАЦИЙ ПО НАРКОТИКАМ И ПРЕСТУПНОСТИ Вена Пособие для специалистов в сфере уголовного правосудия по борьбе с торговлей людьми Модуль 6 Международное сотрудничество в делах о торговле людьми ОРГАНИЗАЦИЯ ОБЪЕДИНЕННЫХ НАЦИЙ Нью-Йорк, 2010 год Употребляемые обозначения и изложение материала в настоящем издании не означают выражения со стороны Секретариата Организации...»

«ОРГАНИЗАЦИЯ A ОБЪЕДИНЕННЫХ НАЦИЙ ГЕНЕРАЛЬНАЯ АССАМБЛЕЯ Distr. GENERAL A/HRC/WG.6/3/BWA/2 2 October 2008 RUSSIAN Original: ENGLISH СОВЕТ ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА Рабочая группа по универсальному периодическому обзору Третья сессия Женева, 1-15 декабря 2008 года ПОДБОРКА, ПОДГОТОВЛЕННАЯ УПРАВЛЕНИЕМ ВЕРХОВНОГО КОМИССАРА ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА В СООТВЕТСТВИИ С ПУНКТОМ 15 В) ПРИЛОЖЕНИЯ К РЕЗОЛЮЦИИ 5/1 СОВЕТА ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА Ботсвана Настоящий доклад представляет собой подборку информации, содержащейся в...»

«Православие и современность. Электронная библиотека Святой преподобный Ефрем Сирин Творения. Том 1 © Издательство прп. Максима Исповедника, Барнаул, 2005 Содержание Жизнь и труды преподобного Ефрема Сирина Слово о добродетелях и пороках О страхе Божием О бесстрашии О любви О не имеющих в себе любви О долготерпении О не имеющем в себе долготерпения О терпении О не имеющем в себе терпения О негневливости О вспыльчивости О кротости О лукавстве Об истине О лжи О послушании О непокорности и ропоте О...»






 
© 2014 www.kniga.seluk.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Книги, пособия, учебники, издания, публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.